do you know what's worth fighting for?

      Им бы следовало, наконец, выбраться из состояния приятного расслабления и вернуться к работе. Шторм скоро закончится, а вместе с ним и возможность оправдать свое безделье хоть чем-то. Дэрил надеялся, что Мэгги не слишком переживает, дожидаясь их в Хиллтопе – ей нельзя лишний раз нервничать.       Он неохотно выпутывается из теплых объятий Пола, напоследок целуя его в кончик носа во избежание недовольного ворчания. Он надеется найти в прикроватной тумбочке хоть что-то, чем можно обтереться, вместо того, чтобы лезть под холодный душ. Когда буря прекратится, можно будет снова запустить генератор и быстро ополоснуться в горячем. Пол подкладывает руку под голову, вздыхая, и прикрывает глаза, не решаясь пока вставать и прислушиваясь к копошению рядом.       Дэрил выдвигает верхний ящик, но не находит ничего, кроме припрятанной, видимо, на черный день, плитки темного шоколада. Находка, конечно, стоящая, но сейчас это не то, что нужно. Дэрил тянется ко второму, но и там не обнаруживает даже сухих салфеток, зато кто-то решил оставить в пределах досягаемости миниатюрный Polaroid. Разбросанные на дне ящика снимки его не интересуют, но вот сама камера так и просится в руки.       Дэрил косится на Пола и, поддавшись порыву, все же вытаскивает фотоаппарат. Ему хочется запечатлеть момент, чтобы иметь возможность смотреть на фотографию и вспоминать этот холодный день, ставший чертовски жарким благодаря одному конкретному человеку.       – Пол, посмотри сюда, – он окликает парня и щелкает кнопкой затвора без особой надежды на то, что внутри камеры остались картриджи. Но удача, по всей видимости, в кои-то веки на его стороне.       Пол приподнимается на локтях, повернувшись на зов, и вспышка ослепляет глаза. Он моргает несколько раз, чтобы избавиться от белых и красных пятен перед глазами, и замечает в руках у Дэрила фотоаппарат, из которого медленно выезжает пока еще белая карточка.       – Ты бы еще член сфоткал, – фыркает Пол.       – Его я вижу каждый день, – Дэрил усмехается, придерживая будущую фотографию. Пола он, конечно, тоже планировал видеть не реже, но обстоятельства могут сложиться разные. Если им придется по какой-то причине расстаться на продолжительное время, у Дэрила при себе всегда будет этот снимок.       Пол приподнимается и проводит по спине охотника рукой, подбираясь ближе, вдруг подается вперед и целует демона на его плече. Ему просто захотелось так сделать. Может, показать, что он принимает его полностью, со всеми особенностями и изъянами. Дэрил замирает от неожиданности и неосознанно отклоняется назад, чтобы прижаться к парню. Пол бы хотел очертить каждый шрам ладонью, чтобы хотя бы мысленно залечить. Он обнимает Диксона за шею со спины, протягивает руку и тут же отбирает полученный снимок, заинтересовавшись результатом. Дожидаясь, когда изображение проявится, он трясет карточкой, а затем упирается в нее взглядом и довольно хмыкает. Что-то в этой фотографии есть: расслабленность, рассеянный взгляд и едва заметная улыбка на приоткрытых губах.       – Будешь с собой носить? – Пол возвращает снимок.       – Конечно, – кивает Дэрил. Вряд ли кто-то еще видел Пола таким, каким он вышел на снимке, и его грел тот факт, что это зрелище досталось только ему.       – Тогда я тоже хочу, – Пол забирает фотоаппарат. Но фотографию не с одним человеком. Вдвоем. Он вытягивает руку вперед, прижимаясь к мужчине и даже не думая поправлять взъерошенные волосы – Диксон всегда такой, утыкается носом ему в щеку и нажимает на кнопку затвора. Пол молниеносно спрыгивает с кровати, чтобы не дать заполучить снимок раньше времени, и откладывает фотоаппарат в сторону.       – На стенку повешу, – довольно говорит он, когда через минуту изображение появляется. Ухмыляется, не спеша делиться с Дэрилом. В кадр еле-еле влезли оба их лица, тем лучше – незаметно, что они раздеты, арбалетчик растрепанный, а сам Пол выглядит умиротворенно-счастливым. Именно таким, каким он хочет быть впредь.       – И будешь любоваться? – Дэрил не возражает, ведь он-то у Пола разрешения не спрашивал, когда делал снимок. И возмущаться не о чем – вид-то с постели ему открывается очень даже стоящий.       Сначала Пол ляпнул, не подумав, но затем еще раз обдумал свои слова и пришел к выводу, что фотографии действительно место на стенке, над кроватью или тумбочкой. Не то чтобы он действительно собирался все время скрывать свои отношения, но и в трейлер к нему сейчас мало кто заходит – теперь у девушек есть свои комнаты. В любом случае, далеко прятать снимок он точно не собирается.       – Возможно, – ухмыляется он, – вот если еще сфоткать тебя сейчас в полный рост… – он игриво закусывает нижнюю губу и смеется, позволяя Дэрилу самому придумать варианты, для чего ему пригодилась бы такая фотография. Вот ее точно не стоит вешать на стенку.       – У тебя будет оригинал, – Дэрил весело фыркает – он не лучшая модель для фотосьемки, тем более, в обнаженном виде. К тому же, его Пол тоже будет видеть если не каждый день, то, наверняка, частенько. В любом из видов, если захочет.       Потрепав любопытство Диксона, Пол протягивает ему фотографию – пусть полюбуется. Дэрил с недоверием окидывает взглядом пару, изображенную на карточке. Словно там и не он вовсе. По крайне мере, Дэрил никогда не видел себя таким – расслабленным и довольным, с наметившейся улыбкой на губах. И никогда не думал, что рядом с ним кто-то сможет стать счастливым.       Пол поворачивается к окну, чтобы проверить погоду, и внутри что-то дергает и неприятно тянет. Он не знает, радоваться или нет, но шторм утих, значит, можно собираться в дорогу. И нужно.       – Чердак еще проверим, да? В принципе, можно собираться, – оповещает он и прикусывает губу. Хотя можно было бы соврать и остаться в доме как минимум до завтрашнего утра. Но лучше, если Хиллтоп получит продовольствие как можно скорее.       В словах Пола ни грамма воодушевления, несмотря на то, что они так долго ждали окончания бури. И Дэрил понимает почему. Посветлевшее небо не приносит никакого счастья от перспективы возвращения в общину, и малейшую задержку в доме не назовешь иначе, как эгоизмом.       – Ага, – Дэрил без всякого энтузиазма поднимается с кровати, прихватив с собой фотографии.       Пол направляется к дверям, по пути поднимая одежду с пола. Придется обзавестись новой рубашкой из гардероба хозяина, ведь с его собственной бессовестно расправился Диксон. Поэтому он без сожаления вытирает живот, передавая ее любовнику. Хотя приятнее будет все-таки принять душ.       – Мы так и не добрались до городка. Но, что ж, думаю, что сделаем это в другой раз, – размышляет Пол вслух, принимаясь одеваться, – завезем находки в общину, не помешало бы захватить и одежды, – и смотрит с укором, потому что нельзя так безответственно обращаться с вещами, вдруг это была его любимая рубашка? Да и размер свой найти ему не так уж и просто.       Дэрил только пожимает плечами на укоризненный взгляд Пола – да, рубашка испорчена, но он об этом не жалеет. Не нужно было ее вообще надевать, а потом дразнить его. Конечно, они оба были хороши, доводя друг друга, но оно того стоило. Дэрил натягивает джинсы и набрасывает на плечи рубашку, прячет в нагрудный карман фотографии, чтобы не забыть их где-то в доме.       – Переночую… а затем отправлюсь завершать начатое. Хочешь снова поехать со мной? Если, конечно, в тебе срочно не нуждаются в Александрии, – Пол пожимает плечами. Они с Дэрилом, судя по всему, наполнят машину достаточным количеством полезных вещей, чтобы вернуться прямо сейчас и передать все Мэгги. Уговор был спрятать Дэрила на неопределенный срок, и Пол с этим справился. Сейчас в Хиллтопе может быть несколько дней безопасно из-за заваленной штормом дороги от Святилища. Но у самого Иисуса никогда не было причин долго торчать в общине, не потому что он все еще ощущал некую чужеродность места, а потому что возложил себе на плечи огромную ответственность – накормить людей, и он не мог их подвести. Иисусу нужна цель, ему хочется стремиться вперед и чувствовать себя свободным. Хотя, честно говоря, теперь он не против задержаться где-то… ради Дэрила.       – Куда тебя одного отпускать? Чтобы ты пулю поймал, пока какой-то болезный будет убеждать тебя в чистоте своих намерений? – за ворчанием Дэрил неумело пытается скрыть беспокойство. Одному на вылазках и без того опасно, а в их неспокойное время, когда в разгаре конфликт со Спасителями, подобное приключение равно самоубийству. Пол сможет себя защитить, он уже доказал это, но бывают случаи, когда даже хваленые навыки ниндзя не спасут. – В Александрии мне сейчас лучше не появляться вообще, – у Рика и остальных будет в разы меньше проблем, если Дэрила не заметят ни внутри поселения, ни в его окрестностях. Ему не хотелось снова становиться причиной очередных смертей, а Ниган не спустит ему с рук побег и убийство одного из своих подчиненных. Желание увидеть близких никуда не исчезло, но Полу он хотя бы мог действительно помочь, а не доставить еще больше неприятностей.       – То есть все эти годы я никуда не влипал по чистой случайности? – наигранно изумляется Пол, застегивая штаны. Какими бы словами Дэрил ни прикрывался – это уже не завуалированная, а настолько прямолинейная забота, что у Пола сейчас вспыхнут щеки.       – Да я сам удивлен, как ты жив-то еще, – на самом деле, Дэрил не ставил под сомнение навыки и умения Пола, его способность выживать и защищать как себя, так и людей, вверяющих ему свои жизни, но это не значило, что он стал бы признавать это вслух. К тому же, Полу следовало напоминать о том, что порой необходимо отступать от привычного плана действий, а иногда и от собственных принципов, чтобы спасти себя и своих близких. Пример, правда, Дэрил подать не мог – сам грешил идиотскими поступками, осознавал это, но не признавал.       – Ой, ну подумаешь, было разок, – пожимает плечами Пол, – но это все потому, что я не говорил со стрелками, – а это как раз история о знакомстве с Кэс, которую Пол не захотел из вредности рассказывать Дэрилу по пути. Возможно, ее время все-таки пришло. Или близится. По крайней мере, тот пока не спросил напрямую. Прежде чем отправиться вниз, Пол заруливает в гардеробную за новой рубашкой, и Дэрил неуклонно следует за ним.       – Когда я говорю с людьми, они не имеют привычки в меня стрелять. Вы с Риком – тому доказательство, – убежденно говорит Пол – пора перетянуть одеяло на свою сторону и кое-что объяснить. Никто из окружающих просто не видит в нем угрозы, прислушиваются к словам, начинают задумываться о своих действиях, не рубя с плеча. Да и, в конце концов, даже убежденный атеист не рискнет стрелять в того, кто зовется Иисусом. Мало ли. И никто не замечает, как Пол тактично манипулирует с первого слова, с пронзительного взгляда глаза в глаза, которым определяет, действительно ли может доверять человеку, сумеет ли разговорить и склонить на свою сторону. Но без проверок, конечно же, не обходится. Они с Граймсом не бросили его посреди поля на съедение ходячим, не пристрелили, хотя Диксон так отчаянно пытался покалечить, но лишь потому, что пытался выявить подвох, а с иным способом получения правды, кроме как выбиванием, не знаком.       – Рик просто не имеет привычки стрелять в людей сразу, независимо от того, болтают они или нет, – Дэрил прислоняется плечом к дверному косяку, наблюдая за тем, как парень перебирает вещи в поисках подходящей рубашки. Боги, ему стоило начать носить футболки, чтобы всякий раз не заморачиваться о сохранности пуговиц и целостности ткани. Кроме того, их проще найти. – Особенно, если люди безоружны… или стоят с поднятыми руками, – глупо было полагать, что Пол остался бы безоружным, даже если бы они отняли у него ножи. По крайне мере те, которые были на виду. Но стоит отдать ему должное, он даже не пытался их достать и использовать, при этом умудрившись угнать грузовик с припасами и оставить их ни с чем.       – Как-нибудь нужно будет сказать ему за это спасибо. Потому что у меня привычка стрелять в людей на опережение как раз таки в наличии имеется, – Дэрил пожимает плечами, думая о том, что вышло бы неловко, подстрели он Пола в день их знакомства. Он и так заехал ему в нос после того, как Иисус спас его от ходячего. Но на это ведь были веские причины. Он, блять, украл их еду, в конце концов! Целый гребаный фургон! А потом, по его милости, он утонул в озере. Правда, и за это Пол свое получил – дверью машины по голове, например. Сейчас Дэрил понимал причины такого его поступка, но тогда действительно был готов пристрелить ублюдка, сколько бы он там ни болтал и как бы его ни называли друзья – хоть Иисусом, хоть Девой Марией.       Слова Дэрила вызывают у Пола таинственную ухмылку – он уверен, что Дэрил все равно бы этого не сделал. С кем-то другим – да, но не с ним, не глядя в его пронзительные зеленые глаза, словно душу вынимающие. Однако Пол спорить вслух не стал, чтобы не колебать его уверенность. Да и даже если бы все-таки выстрелил, это было бы... интересно.       – Еще можешь поблагодарить от меня за то, что с самой первой встречи Рик помогал нам сблизиться. Физически, – объяснять, он надеется, что не нужно. Информация Диксону для размышления о том, что в пути в Александрию он не все время находился в отключке. Конечно, фокусники не раскрывают своих секретов, но как упустить прекрасный момент и не позабавить Дэрила?       По пути в гостиную Дэрил заглядывает на кухню, чтобы хлебнуть воды и забрать лежащие на столе сигареты. В раковине так и осталась лежать немытая с прошлого вечера посуда, которой тоже следовало заняться перед отъездом. Если оставить ее так, то к следующему их приезду она покроется плесенью. Черт ведь знает, когда им снова выпадет возможность выбраться в этот дом, пристанище тепла. Вряд ли в ближайшем времени.       – Помощь не нужна будет? – спрашивает Дэрил. Оставшийся в это время в гостиной Пол уже успел надеть высохший за ночь у камина плащ. Во дворе не было ни живых, ни ходячих, да и запустить генератор не так уж сложно, но мало ли. Может, Дэрилу попросту не хочется выпускать парня из поля зрения даже на короткий промежуток времени.       – Нажать на кнопку? – приподнимает брови Пол – смотрите, кто забеспокоился. – Справлюсь. Но спасибо за беспокойство, – совсем без иронии. Ну, или с небольшой ее каплей.       – Оставишь мне фонарик? Я хотя бы посмотрю, стоит ли вообще тратить время на чердак, – подойдя ближе, чтобы забрать вещицу, Дэрил не удерживается от короткого поцелуя. Пол хотел, чтобы их отношения принадлежали только им, а не становились достоянием общественности, так что Дэрил пытался урвать как можно больше, прежде чем они вернутся в общину и ему больше не удастся целовать парня тогда, когда захочется. – Не забывай под ноги смотреть, – буря фактически смела все во внутреннем дворе – сквозь окна видна разбросанная садовая мебель и горшки из-под цветов. А еще трупы, с которыми тоже нужно что-то сделать.       – Тогда ты дай мне ключи от машины, – Пол ведь мог обчистить карманы, но знает, что на этот раз Диксон не будет выебываться, и его просьбы наконец-то возымеют эффект. – Подгоню поближе.       – Кстати, в первый раз мог бы также попросить, – Дэрил не может не съехидничать, протягивая ключи. Чудо, что они не потерялись нигде в доме, ведь его штаны где только сегодня не валялись. По крайне мере, на этот раз Пол не полез в его карманы, хотя возможность сделать это у него была. Причем, вряд ли Дэрил заметил бы пропажу, отвлекшись на поцелуй. Черт, теперь им можно будет манипулировать и бессовестно обворовывать, а он при этом останется даже рад.       – Мог бы. Но это не было бы забавно. Ты бы видел свое лицо, – усмехается Пол. Даже вышвыривание его из машины того стоило, несмотря на легкие ссадины.       Будет действительно быстрее, если они разделят обязанности, а не будут торчать друг напротив друга, одолеваемые мыслью о том, что им было лучше без одежды. Малопродуктивно, конечно, зато приятно. Пол выбирается на улицу и неспешным шагом направляется к углу дома, цепким взглядом окидывая последствия шторма и… тело Спасителя, которого сбил Диксон. Он тормозит, качает головой, потому что не может оставить все так, поэтому возвращается и оттаскивает тело в сторону, в кусты, к другому убитому. По крайней мере, не будет попадаться на глаза и напоминать о содеянном. Их бы сжечь, но не с руки. Пол возвращается на свой маршрут и, переступив несколько обломанных веток и прочий мусор, добирается до генератора. Индикатор полностью заполненного бака напоминает, что неплохо бы заправить и машину тоже. Пол включает агрегат, после чего перемещается к гаражу. Он находит несколько канистр, заливает бензин, остальные же загружает в кузов – топливо пригодится им всегда, не сливать же каждый раз из брошенных машин, а затем отплевываться на обочине. Он подгоняет автомобиль к дому и разворачивает задом к дверям, чтобы удобнее было грузить находки.       Оставшись в доме, Дэрил решил для начала разобраться с посудой. На мытье тарелок уходит не так уж много времени, но теперь они хотя бы не будут до последнего захламлять раковину. Прикурив сигарету – последнюю, которую он позволит себе здесь, иначе ничего не останется, – Дэрил направляется на чердак. Он ненавидит эти ненадежные лесенки, опускающиеся с потолка. По ним ведь чертовски сложно спускаться, неся что-то тяжелое. Впрочем, он не надеялся найти ничего стоящего.       Тем больше удивляет его содержимое чердака, когда он просовывает голову в проем и освещает помещение фонариком. В одном из углов в разобранном виде стоит какая-то старая мебель, а часть остального пространства занимают коробки, каждая из которых аккуратно подписана. Дэрил бросает взгляд на голову большого плюшевого медведя, припорошенного пылью, торчащую из одной из них.       Судя по подписям на коробках, хозяева либо собирались открывать детский магазин, либо… Дэрил не хотел знать, почему все эти вещи хранились нетронутыми на чердаке. Пол упоминал о просьбах, которые оставляли дети, но редко когда выдавалась возможность ухватить в супермаркетах что-то, кроме предметов первой необходимость – приходилось быстрее уносить ноги. Здесь же можно было спокойно покопаться в вещах и найти все, о чем просили, и даже больше.       Но заниматься поисками они будут уже с Полом и при нормальном освещении. Выключив фонарик, Дэрил присаживается на одну из ступенек лестницы, чтобы спокойно докурить. А потом их снова ждут заботы и гонка за выживание с живыми и мертвыми. Дэрил не любил подолгу оставаться на одном месте, но порой хотел поймать минуту спокойствия, особенно, когда все вокруг вертелось слишком стремительно.       Пол уже должен был вернуться, поэтому, затушив сигарету о ступеньку, Дэрил отправляется его искать. Вряд ли, конечно, что-то могло случиться за такой короткий промежуток времени, да еще и на территории, защищенной от ходячих, но Дэрилу не нравилось оставаться в неведенье и ждать. Впрочем, долго искать не пришлось – звук льющейся воды, доносящийся из ванной, выдавал парня с головой.       Пол решил унять боль своих свежих синяков холодной водой. Раздевшись, он нырнул под душ, выкручивая только один кран. Ледяная вода обдает тело, заставляя вздрогнуть. Он держится за кран с горячей, чтобы в момент, когда начнет стучать зубами от холода, переключить на теплый. Контрастный душ, полезный для физического здоровья. Через пару минут Пол решает, что с него хватит, и блаженно подставляет лицо под струи горячей воды. По утомленным мышцам расходится расслабленность, он едва улавливает, как открывается дверь ванной.       Не особо скрываясь, Дэрил толкает незапертую дверь, проходя внутрь. Можно было постоять в стороне и понаблюдать, как это делал сам Пол прошлым днем, теряя все больше стыда и совести с каждым новым глотком вина. Но зачем впустую тратить время?       Сняв рубашку, Дэрил аккуратно вешает ее на крючок для полотенец у раковины, чтобы не помять фотографии в нагрудном кармане, и скидывает джинсы на пол. Отодвинув створку душевой кабины, он проскальзывает внутрь, потеснив Пола.       Через несколько мгновений Пол ощущает прикосновения к своей спине, и на лице расползается блаженная улыбка. Он запускает ладонь в пока еще сухие волосы Диксона, не оборачиваясь.       – Экономим ресурсы и спасаем природу, – объясняет Дэрил, прижимаясь к Полу со спины. Оправдание, правда, вышло не очень. Природа прекрасно спасала себя сама, практически полностью избавившись от людей.       – Природа все равно возьмет свое, – произносит Пол двусмысленную фразу. Ну ведь правда же. Проведя несколько раз по затылку пальцами, он разворачивается и, сжав плечи мужчины, прижимает его к стене, поднимаясь на носочки, чтобы поцеловать. Дэрил блаженно склоняет голову и не сопротивляется, скорее наоборот, подается навстречу, сцепив руки в замок на его пояснице. Пол его разбалует, если они будут так часто целоваться – пусть он и был только за, - и однажды, забывшись, выдадут себя остальным. Впрочем, плевать. Теплота обволакивает их со всех сторон, ладони скользят вниз по коже вместе с водой, а затем снова поднимаются. Пол не помнит, когда последний раз ему доводилось целоваться до умопомрачения, забывая о времени, делах, существуя только в этот момент и в этом месте, когда из ощущений остается лишь кружащая голову влюбленность, отпечатанная в каждом прикосновении губ. Очень легко увлечься.       – Мы никогда отсюда не уедем, – он закрывает глаза, откидывая голову чуть назад. Так приятно, слишком приятно, водить руками по телу Дэрила, таять от взаимных ласк. Но где-то на периферии сознания совесть начинает больно кусаться, напоминая, что если они продолжат в том же духе, то подведут всех. Никто не собирается забирать Дэрила у него, и они могут продолжить в любой момент, просто чуть позже.       – Мне не хочется уезжать, – Дэрил склоняется к открытой шее и утыкается во влажную кожу носом, бездумно ведет руками по обнаженному телу. Честность ответа не умаляет грусти из-за осознания того, что уехать все же придется. Наверное, это были их единственные выходные за многие долгие месяцы. Передышкой перед тем, как они снова вернутся к привычному ритму жизни.       – Когда вернемся в Хиллтоп, ты пойдешь со мной в душ, – может, не сегодня, но завтра. Пол, кажется, нашел идеальный способ приучить Диксона к чистоте, и тот вряд ли откажется.       – Только с тобой ходить и буду, – он усмехается, прогоняя неприятное ощущение того, что он все же что-то потеряет, переступив порог дома. – Иначе, какой в этом смысл? – а если они зачастят с водными процедурами, то однажды у него выработается рефлекс, и он начнет возбуждаться, просто глядя на душевую кабинку. Нет, так дело не пойдет. Жаль, что сейчас у них уже нет времени ни что-либо, кроме мытья, а то станет велика вероятность того, что они задержатся здесь еще на одну ночь. Но чувство долга и ответственности вряд ли позволят им обоим насладиться этим временем. Нужно возвращаться домой, чтобы подарить Хиллтопу и остальным еще одну отсрочку перед войной со Спасителями.       В голову Пола вдруг забредают различные обрывки мыслей относительно их будущего быта, которые должны составлять важную часть их «вместе».       – Надеюсь, тебе понравится матрас на моей кровати, не знаю, на чем ты любишь спать, – есть еще диван и пол, но он его туда не пустит. Какой-никакой, но все-таки комфорт. Хотя Пол, в принципе, и сам привык спать, где придется, и не всегда на вылазках это оказываются дома со спальнями. Он почему-то отлично представляет Дэрила у себя в трейлере, перебирающего его книги или внезапно уснувшего поверх покрывала после выматывающей охоты. Возможно, для того, чтобы чаще бывать в Хиллтопе, ему и не хватало одной этой, маленькой, но такой важной, греющей душу, детали. Так дом действительно станет похож на дом.       – Понравится, – там ведь будешь ты, в конце концов. Дэрил целует Пола в шею, затем касается губами челюсти, проводя руками вверх по ребрам. Нужно закругляться с этим и нормально принять душ, но было слишком сложно отказать себе в желаемом перед долгой дорогой обратно.       – Неважно, где мы. Если мы будем вместе, – в конце концов, есть трейлер, где они будут в безопасности и вдвоем, наедине. Пол лелеет мысль провести весь вечер за приготовлением ужина и ненавязчивым разговором, чтобы затем впервые заснуть в собственной постели, прижимая к себе или прижимаясь к небезразличному человеку. Ему слишком сильно хочется вновь вспомнить это чувство, ощутить умиротворение. Потому что он, черт возьми, сейчас слишком, неестественно для себя счастлив. И подставляет шею, прикрывая глаза от удовольствия, пропитываясь теплом чужих прикосновений и воды.       Дэрил снова ощущает под пальцами тонкий росчерк шрама у Пола на боку и, наконец, решается задать свои вопросы. Один, если быть точным.       – Как он появился? Расскажешь мне историю? – просит почти так же, как просил, когда они еще играли в ту дурацкую игру. Пол косится вниз – на коже остался небольшой шрам от пули, о котором он фактически забыл. Дэрил с трудом заставляет себя поднять голову, чтобы взглянуть на Пола, он понимает, что появление любого из шрамов вряд ли будет сопровождаться хорошей историей.       – Хах, все-таки интригует? – усмехается он. Каждый инстинктивно пытается найти изъян в ситуации или человеке, даже если это буквально шрам на ровной коже. Каждый искал подвох в намерениях парня со звучным прозвищем. Но характер, к сожалению, приносит беды только ему самому. – Это то, о чем я тебе собирался рассказать еще в начале поездки. Но я оставлю эту историю на дорогу. Сейчас не время. – Очередное издевательство над любопытством Дэрила, который пусть помучается еще, думая, не забудет ли об обещании Пол.       Дэрил зачаровано наблюдает за стекающей по его коже водой, приглаживает намокшую бороду и убирает мокрые пряди длинных волос за уши, чтобы они не лезли Полу в глаза. Черт возьми, нужно начать уже хоть что-то делать, иначе они так и простоят, пока горячая вода не закончится. Придерживая Пола одной рукой за талию, Дэрил тянется к флакону шампуня.       – Серьезно? – смеется Пол. На язык так и просится шутка об отсутствии подозрений, что Дэрил умеет пользоваться средствами гигиены. Тот просто оставляет их для других, для тех, кому нужней!       Дэрил выливает немного шампуня на ладонь и запускает пальцы в волосы Пола, массируя у корней и постепенно распределяя шампунь по всей длине. Будь они короче, у Пола, наверняка, было бы меньше мороки. Это практичнее и удобнее, но Дэрилу не хотелось, чтобы он от них избавлялся. Да и о чем он сам мог говорить, если постоянно маялся с лезущей в глаза челкой. Пол смеется и позволяет себя вымыть, подумывая пошутить о том, что просит не заворачивать себя после в плащаницу.       – На чердаке коробки с детскими вещами, – Дэрил не собирался тратить много времени на осмотр каждой из них, но у Пола был список того, чего не хватало детям в Хиллтопе, так что, вряд ли они станут копаться там дальше, если найдут все необходимое сразу. В первую очередь в фургон необходимо загрузить продукты, полезные вещи, запросы из списка, а уж потом, если останется место, попробовать вместить что-нибудь дополнительно. Правда, Дэрил не стал бы тащить много всего разом, чтобы Спасителям не пришло в голову отобрать больше, чем они и так намеревались забрать.       Он подталкивает Пола под струи воды, чтобы смыть пену с его волос. Несмотря на небольшой размер душевой кабины, им удавалось вполне неплохо взаимодействовать, не мешая друг другу и не сбивая локтями углы.       – Значит, мы практически все нашли. Возьмем с собой пару ящиков вина, – умиротворенно бормочет Пол, прикрывая глаза. Как же приятно строить планы на вечер, особенно когда по телу бегут приятные мурашки от прикосновений. – Знаю один рецепт… сто лет не готовил. Мясо в вине. – Только мясо еще достать нужно. Хорошо, если бы Дэрил кого-нибудь подстрелил, например, кролика. Но тут уж все по воле случая, хотя Пол не сомневается, что однажды подобный ужин состоится. Он предпочитает сейчас болтать о чепухе, чем рассказывать о появлении шрама – воспоминания о прошлом требуют иной атмосферы и задумчивости. Как и любая другая история, произошедшая после обрушения мира, она не несет в себе особого веселья.       – Нужно скорее со всем здесь заканчивать, – Дэрил надеется, что его голос не звучит настолько разочаровано, насколько он сейчас себя чувствует. Он берет немного геля для душа и ладонями распределяет пахнущее тропическими фруктами средство по плечам Пола. Мог бы взять мочалку, но так у него хоть есть оправдание для очередной порции прикосновений. Иначе как он объяснит то, что вообще-то собирается поскорее разобраться с оставшимися делами, но вместо этого гипнотизирует самого себя, снова и снова скользя руками по подтянутому телу Пола.       Закончив с водными процедурами, они одеваются, собирая в ванной комнате все предметы гигиены, опустошая шкафчик у зеркала, а также полки под раковиной, обсуждая вслух каков срок годности у зубной пасты. До тех пор, пока не превратится в камень, наверное. Они забираются на чердак, чтобы изучить и перебрать коробки с детскими вещами, попутно находя пустые тары, чтобы погрузить в них вещи и удобнее транспортировать в машину. Пол также забирает из гардероба стопку повседневной одежды и не забывает спрятать свою шею за новеньким платком.       Сборы затягиваются, и погода окончательно улучшается, когда они укладывают последние найденные вещи в кузов. Пол смотрит на прояснившееся небо, затем оборачивается на дом – они еще вернутся. Обязательно. Он размещает рацию Спасителей в нише у коробки передач, чтобы можно было подслушать их разговоры, если таковые будут, а сам занимает место на пассажирском сиденье – на руль больше не претендует. Когда они оказываются на шоссе, он плавно съезжает по сиденью и закидывает ноги на торпедо. Самое подходящее время для дорожных историй, к которым Дэрил уже фактически пристрастился. Что ж, у Пола их много, пусть наслаждается.       – Тот шрам я получил, когда познакомился с Кэс, – Пол медленно вдыхает и выдыхает с легкой улыбкой на лице. Нет, это не она его оставила. – Мы пересекались с ней волей случая дважды. О том случае с церковью я тебе рассказывал. Это был второй.       – Это случилось, когда привычная жизнь рухнула, а я еще не нашел Хиллтоп. Перебирался с места на место с небольшой группой людей, – каждому приходилось объединяться с незнакомцами, чтобы иметь больше шансов выжить. Вместе они становились сильнее. Но люди имеют свойство умирать, или подставлять, или не ценить других… просто это заложено в человеческой природе – предавать и не относиться к другим людям, не являющимся родственниками, с должным уважением.       – Я отправился на вылазку, потому что у нас полностью истощились запасы еды, а один человек был болен, – Полу даже кажется, рекрутинг был его специальностью всегда, – набрел на группу. Опасную группу. Это были или сбежавшие преступники или какие-то амбалы. Действительно плохие парни, с которыми разговаривать не имело смысла. В общем, мы с Кэс случайно положили глаз на одну и ту же машину с едой, – он облизывает губы и, уводя взгляд в потолок, качает головой. – Они подстрелили меня. Мы ничего не успели украсть. Кэс подобрала меня вовсе не по доброте душевной, я сам забрался в машину, когда та стартовала с места. Это была долгая ночь и гонка на выживание. Через лес, через поля, едва не стоившая всем нам жизней при неудачном повороте. – Но это вовсе не отбило его желание садиться за руль в будущем. – Мы оторвались от преследователей и тормознули у какого-то дома – кончился бензин. Я еле успел обработать рану, прежде чем вырубился на полу, – и даже испугаться не успел, что может не проснуться. Темнота опустилась резко и неминуемо.       – Утром Кэс все еще была со мной, – это бы подошло для хорошего финала истории, но концовки ее не предвиделось до сих пор. – Рядом с домом мы нашли раненную десятилетнюю девочку. Я не знаю, откуда она взялась, может, она жила в этом доме. Я хотел донести ее до своей группы, чтобы помочь, – он сглатывает, уводя взгляд в сторону бокового окна, – но она умерла у меня на руках. – И тяжелее подобной представить ситуацию нельзя. Сложно уловить, когда точно сердце перестанет биться и тело начнет холодеть. А еще невообразимее найти в себе силы, чтобы пронзить голову и не дать обратиться, потому что до последнего будешь надеяться, что человек все еще жив, ведь после удара лезвия – совершенно точно больше не будет.       Руки опускались. Пол слишком много терял, что уже начал привыкать.       Страшно это – привыкать к смертям. К стальному запаху крови, разлагающейся плоти. Аромату смерти. Но иначе не выжить. Можно задержать дыхание, отрицать, но вдохнуть все равно придется. Вдохнуть и не вытошнить.       Мелочи наполняют окружающую действительность смыслом, случайные встречи не случайны, каждая чему-то учит, к чему-то приводит. По крайней мере, в это хочется верить. Чему его научила та встреча и та девочка, что умерла на руках? Проклятому смирению, истине, что не всесилен, что не может спасти всех. Некоторые случайности фатальны. Иисус до конца будет сопротивляться несправедливости, но выучил урок, что новый мир именно таков. И никогда не будет прежним. Он каждый раз бьет под дых. Но дышим.       – Кэс со мной не пошла. Когда я добрался до своей группы, половину из них съели ходячие, другие, вероятно, сбежали, – Пол пожимает плечами. Неизвестно, стоила ли игра свеч, оправдан ли был риск. Они пытались выжить, пересекали границы, ломали себя изнутри и ошибались. Раз за разом.       – А затем я нашел Хиллтоп, – рассказ об ограблении ювелирного показательно демонстрирует, что более позитивных историй в жизни у Пола нет. Ну а каким образом еще мог появиться шрам? Явно не от прикосновения к ромашкам и лютикам.       – Кэс непокорная. Сильная. И она не согласилась ехать в Хиллтоп, потому что плохо ладит с людьми… я ее понимаю. Я сам такой. Был. Или сейчас тоже, - Пол пожимает плечами, – вы, кстати, с ней очень похожи характерами, – он улыбается, вспоминая женщину со светлыми, выгоревшими на солнце волосами и суровыми голубыми глазами. Она открылась незнакомцу, объяснив свою позицию, тем самым заставляя Пола осознать причину его собственных поступков.       Пол при любом удобном случае сбегал из общины, обманывая себя и окружающих, что занят только поиском припасов. На самом деле это был перерыв. Мог пропадать днями, неделями, не собираясь возвращаться с пустыми руками. Но в груди, с левой стороны, каждый раз было пусто. Гулко звучало лишь упоение, что он помогает, что в нем нуждаются – этим и заполнялось, в этом и нашелся смысл. Останавливаешься отдышаться, взглянуть через плечо, чтобы снова ценить то, что потерял – и назад, к людям, снова начинает тянуть. Без них нельзя и с ними тоже непросто.       – Но, даже обосновавшись и обзаведясь комнатой в Хиллтопе, я постоянно пропадал на вылазках, мне не хотелось возвращаться, я чувствовал себя чужим. Пока не появились вы. Пока там не поселились Мэгги, Саша, Энид, преобразовав это место.       Он поворачивается к Дэрилу и проводит ладонью вниз по плечу и предплечью, задерживаясь у запястья. После секундного промедления осторожно касается горячих пальцев.       – После этого я кое-что понял. Возвращаться, Дэрил, приятно, когда кто-то ждет. И необходимо, – каждому из них.