Слияние

Всю ночь я разговаривала с Белладонной. Она интересно, но не совсем понятно, рассказывала о своих приключениях в прошлом. Девушка рассказала о том, что с ее помощью Братья Бури выиграли гражданскую войну и в стране начался продовольственный кризис. — Хочешь я тебе покажу парочку заклинаний магии разрушения? И из рук Белладонны появилось пламя. — Нет, не нужно, у меня есть своя магия. Я показала ей несколько осколочных мин и рассказала для чего они предназначены. — Так у вас тоже сейчас война идет? Как ни странно — да. Противник очень жесток и умен. И его именуют Институтом. Говорят, что они забирают людей и делают из них подопытных. А из их ДНК делают армию синтов, которые захватят Содружество и мир, в целом. Братство Стали как-то с ними борется, но Институт сильнее. — Кстати, я иду по следу врага. Поможешь мне в этом деле? — А как же Мерунес Дагон? Сейчас половину твоей страны заполонили эти чертовы дреморы. Их тоже тяжело убить. Недолго думая, я согласилась помочь Белладонне в истреблении того чувака. — Так, как его надо победить. — Надо проникнуть в Обливион и уничтожить энергетический центр Мерунеса Дагона. Из ее рассказала я поняла, что двести лет назад новоиспеченный император Мартин Септим уничтожил только плоть даэдры, но не его суть. Поэтому он заново возродился, конечно, не без помощи Мифического рассвета, которые захватывали Коллегии Магов по всему Тамриэлю. — Кстати, а почему тебе 232 года? — спросила Белладонна. — Так получилось, что в 2070 году случилась ядерная война и я с семьей спустилась в убежище 81 и нас заморозили в криокамере. Спустя долгое время, разморозили моего мужа и похитили моего сына, а его, собственно, убили синты. А когда я вышла из убежища просто обомлела от вида моего родного Сенкчуари-Хиллс. Таким город не видела никогда. — Страшно осознавать тот факт, когда все уже мертвы. Я тебя понимаю. В моей голове всплыли картины того момента, когда впервые за 200 лет вышла на воздух: около входа валялись многочисленные скелеты, которые попали под радиоактивное излучение. Они как будто молили о пощаде. Каждый лежал с вытянутыми руками. Каждый скелет был довольно узнаваем по одежде, которая не успела сгнить из-за новообразовавшегося климата. Самым больным воспоминанием было, когда около соседнего дома лежали тела семьи моей подруги детства — Деллы. Из-за мыслей я невольно расплакалась. Как будто только вчера сидели с ней у меня дома и пили кофе с печеньем и разговаривали о прекрасной жизни в Содружестве. Белладонна пыталась поддержать, но очень странным способом. Она просто взяла мою руку в свои. Девушка тоже рассказала, что потеряла всех своих товарищей в ходе битвы с Мифическим Рассветом. В нашу дверь начали ломиться. Я приготовила миниган, а моя напарница Белладонна вооружилась клинками, на которые она намазала какую-то отраву. Дреморы выломали дверь и нам не осталось ни секунды сомнений в том, что нужно атаковать их. Они похожи на людей, но при этом были связаны с Дагоном. Эти монстры довольно рослые и массивные, а на их туловищах красовалась, искусно сделанная, даэдрическая броня (как потом пояснила Белладонна). Я начала стрелять в них из минигана, стараясь попасть на открытые участки тела, чтобы нанести больше урона. Одному вышибла мозги и он упал замертво, издавая грохот от брони. «Белладонна достала что-то из тела? Сердце? Зачем?» — Зачем тебе это? — крикнула я. — Для зелья здоровья пойдет. И у меня невольно возникло отвращение к тем баночкам, которые она дала. Видимо, каннибализм у них в норме. «У Белладонны прогресс больше, чем у меня, что за фигня?» — Йол! Тор! Шул! — крикнула она и из ее рта вспыхнуло пламя, которое подожгло нескольких дремор сразу. Я отошла от нее, потому что не знала как реагировать на происходящее. Она заметила мой взгляд и сказала, что расскажет об этом чуть позже. После небольшой схватки с десятком даэдр, все стены были испачканы кровью и части внутренностей валялись по всему сараю, мы выбежали на воздух и увидели, что Дагон движется в сторону Даймонд-сити и остановить его пока невозможно.