Our Blood

Мне было восемь.

       — С мальчиком нельзя говорить об этом! В таком возрасте он может получить травму.        — О какой травме вы говорите, если мой сын уже травмирован вашими психическими штучками?!        — Не кричите на меня! Я говорю с вами спокойно. Поймите, здесь поможет только терпение. Потерпите немного и он сам поймёт, а медикаментозное лечение поможет ему.        — Нет! Ни в коем случае! Я не буду пичкать моего ребёнка таблетками!        Два голоса бурно обсуждали что-то за тонкой стеной больницы. Я сидел на лавочке в коридоре, болтая ногами, не дотягиваясь ими до пола. Я был тогда слишком мал и не понимал, о чём отец говорил с врачом.        — Ладно. Сколько это может продлиться?        — Нам неизвестно, но со временем он сможет безболезненно воспринять это, если вы позволите нам помочь ему.        Даже сквозь стену было слышно, как мой отец вздохнул.        — Хорошо. Я согласен. Когда приходить?        — На повторный анализ приходите в четверг, а далее мы решим, при каких признаках вам стоит обращаться к нам. Раз в полгода будет осмотр.        Дверь открылась, и из неё вышел папа.        — Пошли, малыш.        — Домой? — спросил детским тонким голосом я.        — Да. Домой.        Я всегда торопился возвращаться домой после сеанса у врача, ведь дома меня ждал самый лучший друг — мой старший брат.        Я ступил на порог дома, колокольчики над дверью зазвенели, после чего сразу же раздались топоты по лестнице.        — Эдди! — этой был мой брат. «Эдди» — так он звал меня. Мой брат всегда был весел и добр со мной. Я ничего не боялся, будучи рядом с ним, ведь он был высоким и сильным. Он качался, говоря, что так будет выигрывать в драках и быстрее убегать от разъярённых мамкиных сосунков. Я до сих пор с болью вспоминаю те дни. В детстве я не понимал, почему каждый раз, когда я рассказывал отцу про наши с братом игры, он опускал голову и сразу же замолкал. Он становился угрюмым даже тогда, когда я задерживался у себя в комнате допоздна. Я не понимал, почему он был зол, ведь брат помогал мне с учёбой. Я всегда любил делать уроки, ибо так у меня была возможность в дополнительный раз побывать вместе с братом.        Маленький, бедный, наивный ребёнок… Теперь я стал понимать.

Настоящее время. Мне семнадцать

       — Почему я качаюсь, но всё равно не могу стать таким, как ты?! — возмущённо сказал я, когда брат зашёл в мою комнату.        — Потому что я старше тебя, Эдди. Но когда-нибудь ты меня догонишь, нужно всего лишь приложить больше усилий.        — Я прикладываю! Изо дня в день. Когда-нибудь ты перестанешь качаться, и я буду сильнее тебя, хе-хе. — ответил брату я, не подозревая, что когда-нибудь я буду молить, чтобы он не переставал качаться, чтобы он не переставал просто быть.        — Не будь злюкой, я принёс тебе газировки. — он кинул жестяную банку мне в руки. — Не зря мы играем в баскетбол 6 лет, теперь мы можем перекидывать друг другу банки.        — Ахах, в точку! Спасибо, я как раз хотел пить. — банка хлопнула характерным звуком при открытии, и я сразу же стал глотать сладкую и холодную жидкость. Это было то, что надо, ведь вокруг царила ужасная жара.        — Не за что, Эдди. С тебя игра.        — Ох, нет, сейчас так жарко, я хочу лежать и не двигаться.        — Нет-нет-нет, я не позволю тебе ничего не делать. Хочешь, чтобы девчонки бегали за тобой?        — Не хочу.        — Так ты у нас из «этих»? — спросил брат, смеясь.        — Нет! — я засмеялся, — окей, так уж и быть. Пошли, сыграем.        Мы пришли на полупустой школьный стадион, прихватив с собой сумки с водой и баскетбольным мячом.        — Ты хочешь кидать сразу со штрафной? Без разминки?        — Эд, штрафная и есть разминка. — он встал на линию, вытянул руку и толкнул ею мяч, согнув кисть. Мяч пролетел «по параболе» и залетел прямо в корзину. — Во-о-у! Видел? Давай также.        — Ох, нет-нет, я не смогу.        — Почему? У тебя ведь почти всегда получается.        — Мы пришли не совсем вовремя.        Брат сначала не понял, из-за чего развёл руками, но потом он краем глаза заметил девочек из команды чирлидинга и сидящих рядом за железной решёткой, ограничивающей стадион, выпускников в куртках спортивной команды школы.        — Так ты из-за них? Стесняешься что ли?        — Нет. Пошли отсюда.        — Хэй, друзья, чего застыли? Покажите нам шоу! — крикнули спортсмены, смеясь, как обдолбанные. Но скорее всего, они уже были обдолбанны.        — Чё? Эдди, это они нам?!        — Не заводись, не надо.        — Эдди? Ахах, маленький Тэдди! Мы мишку обидели?        Мой брат пошёл прямо к спортсменам, кажется, что я начал паниковать, но он хлопнул меня по плечу и пошёл дальше.        — Не влезай, Эдди. Слышьте. Нацепили эти куртки и теперь считаете себя законом? Держите рот на замке, пока вас не спросят.        — А ты типа дерзкий, да? — выпускники повставали, будто готовясь к наступлению.        — Мамкины сосунки.        — Ты кого, бл*ядь, сосунками назвал?!        — Вас, ублюдки! — он запрыгнул вверх, словно тигр и опёрся на железную решётку. — Сосите мои яйца.        — Ну всё, тебе пиз*да, уё*бок! — они побежали вокруг решётки, так как она была слишком высока, чтобы через неё можно было перепрыгнуть, а у меня с братом было время убежать.        — Бегом, Эд!        Мы помчались прочь, слыша как сзади содрогают воздух нецензурными оскорблениями тупые качки. Я не удержался и начал смеяться вместе с братом.        — Тупые! Ахпха.        — По жизни сосать будут.        Они слишком отставали от нас из-за той металлической решётки, поэтому в какой-то момент нам удалось оторваться.        — Отличная пробежка, ахаха.        — А какой всплеск адреналина!        — Отлично, не поиграли в баскет, но хотя бы побегали. Это лучше, чем ничего. Ты молодец, Эдди. Завтра повторим.        — Но ты всё равно бежал быстрее.        — Ничего страшного, догонишь. А сейчас нам нужно в дом, отец снова будет ругать тебя.        — Да. Я лягу сегодня пораньше. И тебе советую, завтра ведь в школу.        — В школу? Мне не нужна она, я выучил за лето материал наперёд.        — Я знаю, но… пропуски могут плохо отразиться на твоей успеваемости.        — Да, ты прав. Но сейчас ты должен думать о своих оценках.        — У меня всё хорошо. Как обычно. Благодаря тебе.        — Это мелочи.        — Но я до сих пор не понимаю, почему тебе так нравится проводить время со мной, ведь я младше тебя почти на два года. Но ты всегда рядом.        Брат молчал. Он просто смотрел на проезжающие мимо машины, чьи стёкла были озарены розово-оранжевым светом закатного солнца.        — Всё потому, что ты мой брат. — он заглянул прямо мне в глаза и всё моё нутро наполнилось теплом. Я улыбнулся так, как всегда улыбался, когда он говорил тёплые слова или смотрел мне в глаза. Но какое-то странное чувство всё ещё не оставляло меня в покое…        А теперь я немного расскажу о себе. Моё имя и фамилия — Эдгар Тайдан, но все зовут меня Эдом. Мне 17 лет, и я отличник, но не состою в интеллектуальной элите школы. Я отлично играю в баскетбол, но не играю в школьной команде. Почему? Потому что окружающие сторонятся меня, я считаюсь местным призраком. Но у людей есть основания: я ни с кем не общаюсь и никто не общается со мной. Даже учителя почти не разговаривают со мной. Кроме новеньких. Первое время они обращают на меня внимание такое же, как на других учеников, однако длится это недолго, и я снова оказываюсь аутсайдером. Но я не жалуюсь, мне не нужны фальшивые знакомые. Уж лучше я проживу всю жизнь затворником, чем среди лицемеров и лгунов, что обманывают сами себя, следуя системе. Осознав то, что мне не нужна чья-либо помощь, я решил поговорить с отцом и отменить мои регулярные посещения психолога. После смерти мамы я слишком часто появляюсь там. Он очень боится за меня, но совершенно не умеет помогать. Вместо поддержки с его стороны я с семи лет сижу в синем кресле психолога (кстати, синий цвет — самый неудачный цвет для интерьера кабинета психолога) и разговариваю с чужим человеком, которого я со временем научился обманывать. Я уверен, что он и не нужен мне, ибо я и правда не боюсь одиночества. Ведь у меня есть мой брат. Моя кровь.

Вечер следующего дня

       Я дождался, когда отец вернётся с работы. Брат ушёл в магазин, значит, мы будем с отцом наедине.        — Пап, мне нужно поговорить с тобой.        — Не сейчас, Эд. Я ещё даже поесть не успел, устал, как собака.        — Ладно… Я тогда попозже подойду.        Отец бросил портфель и ушёл на кухню, закрыв за собой дверь.        Я поднялся к себе в комнату. Удачный момент был упущен, от этого настроение немного ухудшилось, и я вспомнил о вчерашних мыслях, из-за которых я не мог уснуть.        Я заметил странные детали в моих беседах с психологом. Она постоянно спрашивала о моих знакомых, особенно о моём брате. Как будто это было важно. Может, это я не разбираюсь в психологии, но она столько лет лечила мою травму из-за смерти мамы, даже не касаясь этой темы. В итоге она ни чем мне не помогла. Я справлялся с этой болью сам. Хотя нет, не сам. Со мной всегда был мой брат. Я не представляю, что бы я делал без него.        Вдруг в сердце закололо от воспоминаний. Я помню время, проведённое с мамой, будто вчерашний день. Мы не виделись уже 10 лет. Как же хочется погладить её золотые волосы, дотронуться до её тонких рук, которые нежно обхватывают и поддерживают, а её голос… Я помню, как мы играли на заднем дворе, папа тогда запускал воздушного змея, а мы с мамой сидели на коврике, расстеленном на зелёной свежей траве. Мы всей семьёй устроили пикник. Правда, я не могу вспомнить брата… Как бы я ни пытался, я не могу вспомнить, где он был тогда. И когда я впервые пошёл школу, его тоже не было рядом. Мама была тогда в белом платье длиною чуть ниже её худых колен. А брат… Не могу вспомнить.        Внезапно моё тело задрожало. Я обхватил себя руками, не понимая, что происходит. Глаза бродили по комнате, словно у сумасшедшего. Но мои лихорадку остановили звуки открывающейся двери. Это пришёл брат с магазина. Мне резко захотелось увидеть его, и я быстро побежал по лестнице вниз, к нему.        — Эдди! Привет. — он улыбнулся, а я налетел на него, обняв.        — Оу, мужик, что случилось?        — Нет-нет, ничего. Просто я соскучился.        — Меня не было всего лишь полчаса.        — Неправда, тебя не было 47 минут.        — Ахах, Эд, ты не перестаёшь меня удивлять. — он пошёл на кухню ставить продукты по своим местам. Папы на кухне уже не было, значит, он ушёл в спальню смотреть футбол.        — Есть новости?        — Да нет, ничего нового. Хотя недавно у меня появилась идея.        — И какая же? — интересовался брат, вытаскивая продукты из пакетов.        — Я хочу поговорить с отцом насчёт психолога. Мне уже не нужна помощь, к тому же она была бесполезной на протяжение всех 10 лет.        — Эдди, не думаю, что это хорошая идея.        — Почему? Я ведь даже толком не знаю цель моих посещений врача. Зачем отнимать у меня время, а у отца деньги?        — Послушай, я вижу, что тебе всё ещё больно думать о маме. — заявил брат, замедлив свои движения, прислушиваюсь к моим словам всё больше.        — Но ведь полностью от боли не избавиться! Она всегда будет, и это нормально.        — Эд.        — Мне уже не нужен психолог.        — Эд!        — Я не понимаю!        — Эд! Послушай меня! — брат кинул продукты, которые находились у него в руках, на стол и развернулся ко мне. Я рефлекторно сделал шаг назад, продукты начали скатываться по столу на пол, а брат прижал меня к стене.        — Эд, тебе ещё рано думать об этом! — его голос срывался то на крик, то на мольбу.        — Н-но п-почему? — я остолбенел, руки брата не давали мне вырваться, а это значило, что я был в ловушке и единственный способ выбраться — подчиниться ему, ведь он старше и сильнее меня. Но так уже когда-то было. В 10 лет я пытался попасть в вечно закрытую комнату мамы, но брат задержал меня и переубедил это делать.        — Тебе будет больно! Прошу, не делай этого. Тебе всё ещё нужен психолог, он поможет!        — Я не понимаю…        Брат опустил голову мне на плечо. Теперь он стал говорить намного тише, а я застыл в этом состоянии.        — Послушай своего брата. Своего друга.        — Я сделаю, как ты хочешь, если хотя бы ты объяснишь мне.        — Нет, тебе это не нужно.        — Нужно! Я 10 лет живу в неведении!        — Эд, — он прижал меня к себе ещё сильнее. — если ты бросишь меня, я исчезну…        — Что?.. Что за бред ты несёшь?!        — Нет, это не бред, это…        — Я никогда не брошу тебя!        Брат посмотрел мне в лицо, а затем он улыбнулся и аккуратно отпустил меня.        — Хорошо. А теперь иди к себе, мне нужно сделать дела по дому.        — Да. Не задерживайся допоздна. — я улыбнулся в ответ и прошёл в свою комнату. Всего лишь во второй раз я почувствовал с его стороны какое-то отвержение. Но это только больше заставило меня… сомневаться.

Утро следующего дня

       Я всё хорошо продумал. В моей голове созрел план. Я выведу из дома брата так, что его долго не будет дома. А отец по этим дням недели рано приходит домой. Будет время всё спокойно обсудить, ведь он должен был выслушать меня ещё вчера.        Брата уже не было дома, поэтому я зашёл в гараж, не опасаясь того, что он может меня увидеть. Я прошёл к нашей старенькой красной тачке, открыл капот и начал ковыряться в её «органах», я знал, за что нужно дёрнуть, чтобы она нуждалась в ремонте. Уж ломать-то я умел. Сделав дело, я уверенно пошёл в школу.        Я не любил школу, в ней было скучно и неуютно. Я ощущал на себе чужие взгляды. Иногда на меня смотрели девушки. Я думал, что считаюсь призраком, но их взгляды постоянно развеивали мои сомнения. Но лучше бы они и вовсе не замечали меня, не поступали бы так жестоко: не давали понять, что я видим, не желая когда-либо контактировать.        Сегодня был точно такой же день, как и все остальные. Отличался он лишь моими ощущениями. Вчерашняя ситуация с братом и воспоминания о маме не давали мне покоя. Я испытывал странные чувства. Мне хотелось разобраться, но я… боялся?

После школы

       Я пришёл домой рано. Мне даже не пришлось отпрашиваться у учителя, моё отсутствие вряд ли кто-то заметил. В дверях послышались звуки. Это пришёл брат. Я сразу же спустился.        — Привет!        — Привет, Эдди, ты сегодня рановато.        — Да, нас отпустили пораньше.        — Отпустили? — то ли с осторожностью, то ли с сомнением спросил меня брат.        — Да. Что-то не так?        — Нет-нет, всё нормально. — он присел на стул, стоящий рядом с прихожей, и наклонился, чтобы снять кроссовки.        — Не разувайся.        Брат вопросительно взглянул.        — Мне пришла посылка с Амазон’а*. Нужно забрать. Это срочно.        — Хм, срочно? Значит, отказать я не смогу? — он улыбнулся. А я улыбнулся ему в ответ.        — Не-а.        — Ладно. Сейчас съезжу. — он встал и уже хотел открыть дверь, как я остановил его.        — Я думаю, придётся идти пешком. Наша старушка снова крякнула.        — Ох, не вовремя она решила отправиться на тот свет. — брат посмотрел на меня взглядом, означающим желание отказать мне в моей услуге и уйти в закат, но у меня умоляющий взгляд получается лучше, ведь я рождён быть в нашей семье актёром.        — Ох, ладно. — он похлопал меня по голове, взъерошив мои волосы. — я сгоняю.        — Спасибо тебе большое! — улыбнулся я улыбкой* полной счастья.        Брат вышел из дома, а я побежал в комнату отца.        Я постучал и подождал, пока мне ответят. Было немного волнительно.        — Заходи.        — Привет, пап.        — Что-то хотел?        — Да, я хотел поговорить.        — Садись. — я сел на диван рядом с ним.        — Ты так давно не говорил со мной, я уже думал, что перестал быть тебе нужен.        — Это не так. Ты мой отец. Но про необходимость я и хотел поговорить.        Я говорил медленно, обдумывая каждое слово, мои ладони запотели, а я снова начал чувствовать напряжение, как вчера.        — Я считаю, что мне больше не нужен психолог.        Отец насторожился.        — Не нужен?        — Да. И если честно, я не понимаю, зачем он вообще мне был нужен. После смерти… мамы… прошло уже 10 лет.        — И ты готов забыть?        — Да! Верно, я готов забыть об этой боли, признаю, она будет возвращаться ко мне, потому что от неё не избавиться, но это нормально! Я уже здоров!        — Ох… — он вздохнул, — я так и знал, что они не справятся. — прошептал отец.        — Кто они?        — Неважно. Я не знаю, что сказать тебе.        — Ну… Скажи, что мне больше не нужен психолог.        — Это не так.        — Что?.. — мысли в голове постепенно начали путаться, а я — всё больше волноваться. — Неужели и ты того же мнения?        — Что значит, и я?        — Брат также говорит… Но я не понимаю вас!        — Ах да, брат…        — Отец, скажи, почему вы не говорите мне ничего?        — Потому что это должны говорить не мы.        — А кто? Кто тогда скажет? Почему ты относишься к брату, как к чужому? Почему я постоянно должен ходить к психологу, который ничем мне не помогает? Скажи, почему? — руки начали дрожать.        — Ты прав. Психолог и правда ничем не помогает.        Моё сердце начало биться чаще, потому что я чувствовал страх. Я понял, что за их молчанием скрывается нечто огромное, что я обязан знать. Почему они не говорят мне?!        Я уже настроился закричать, я и правда был готов ударить по столу и потребовать ответы силой, но в дверях появился брат, прямо в кроссовках, видимо, он так торопился, что не снял обувь.        — Эд, хватит. Он ничего не скажет. Пошли. Выйдем на улицу?        Я взглянул на отца, он прикрыл глаза рукой. Я видел, что он был очень уставшим, поэтому я решил оставить его.        — Я пойду. Извини…        Я вышел из комнаты вместе с братом, он закрыл дверь и мы молча вышли на улицу.        Мы шли достаточно долго, никто из нас не произнёс ни слова, но не выдержал на удивление первым не я. Брат начал говорить.        — Я ведь просил тебя.        — Я не мог по-другому. Прости… Я должен был хотя бы попробовать узнать. Но почему ты вернулся так быстро?        — Я всё понял, ведь ты обманул меня, ты в курсе?        — Что?        — Вас не отпускали пораньше. Ты сам ушёл. И машину сломал ты.        Я не могу долго врать ему… Он всегда понимает, когда я вру и когда я хочу наврать, он всегда знает о моих чувствах.        — Но как ты узнал?        — Я видел твоих одноклассников.        — Ладно… А как ты узнал про машину?        Брат не отвечал. Он задумался?        — Ну же, как ты узнал? -- повторил я.        — Это было понятно.        — Подожди, — я остановился, — ты что-то скрываешь от меня, я вижу это. Откуда ты знаешь всё это?        Мои руки начали дрожать, а ноги подкашивались, я чувствовал злость. Я чувствовал сомнения. И тут нервы брата тоже не выдержали.        — Да потому что я знаю всё, что знаешь ты!        Я остолбенел, а брат продолжил идти.        — Я не понимаю…        — И не должен! Я уже говорил, что будет больно, я говорил, что исчезну!        — Нет… Нет! Ты ведь не думаешь… — я почему-то чувствовал то, что он собирается сделать. — Не делай этого!        Брат уверенно шёл вперёд, не оборачиваясь. Я разозлился, мне стало страшно, и я побежал за ним.        — Стой! Пошли со мной! — я запрыгнул к нему на спину, но он отстранился.        — Мне нужно побыть одному. Иди в дом.        — Нет, я не уйду без тебя!        — Иди домой. — он пошёл дальше, не обращая внимания на мои крики.        — Не уходи! — я кричал ему вслед, но я знал, что он всё равно не послушает меня.        — Ну и иди! — мои ноги развернулись и пошли домой, глаза прикрылись, не желая видеть что-либо, а моя душа и мысли были рядом с братом.        Весь день я провёл в своей комнате, мучаясь от мыслей, и уснул только в полночь, а может и позже.        Во сне я умолял брата не уходить, почему-то мне казалось, что он и правда мог исчезнуть. Я чувствовал, и это пугало меня.        Прошу, не уходи…