Wolf

Чонгука охватывают мысли, что Тэхён ему дорог даже после всего произошедшего. Перед Чимином он извинился, а вот перед Тэ так и не удалось. Почему-то альфе было стыднее перед красноволосым, нежели перед Чимином. Может, это потому что он уже извинился и у них всё неплохо сейчас. А может, потому что Тэхён всё ещё значит для него гораздо больше… Ноги сами идут в сторону комнаты омег. Сердце у горла уже скачет, а волчий слух даёт понять, что за дверью плачут. Тогда становится страшнее. Рука трясётся, приподнимаясь на уровень груди, чтобы постучать в дверь. Никогда руки не тряслись, даже после самых страшных ситуаций, которые он переживал, даже когда Хосок взъедался. А сейчас дрожат, хотя нужно всего лишь постучать в дверь. Выходит несмело. Не дожидаясь приглашения, альфа входит в комнату, прикрывая двери. — Привет, Тэ, — дрожащим голосом произносит Чон. Но в ответ тишина. — Кушать будешь? Но опять молчат. Альфа собирает все силы, делает шаги к кровати красноволосого на ватных ногах, его колотит, но он не останавливается, подходит. Тот дышит приглушенно, еле слышно, но даже так понятно, что нос заложен из-за слёз. — Прости меня? — тихо произносит черноволосый. — Прости, что так поступил. Что ты всё это видел. Я правда не в силах противостоять Хосоку, и это моя слабость. Но ещё… Ты тоже ею являешься… — отчего-то нахлынули воспоминания, чувства. — С самого детства, когда ты приласкал маленького чёрного волчонка в лесу на поляне. Я понял, что ты станешь для меня кем-то большим, чем просто друг. Ты был мне другом, моим светом в сложном детстве, воздухом, когда хотелось умереть от постоянных нареканий по поводу учёбы, что я стану защитой для вожака и должен стараться быть лучшим из лучших. Я ждал, считая секунды, когда мы поедем за город, чтобы увидеть тебя. Я хотел быть тебе защитой, мне не нужно было ни с кем соревноваться, чтобы понять, что я смогу обеспечить тебе безопасность там, в лесу. Я знал это изначально. Чувствовал каждой клеточкой тела, что смогу сберечь. Но когда ты открылся как омега… Если бы я знал раньше. Я бы ни за что не допустил того, чтобы тебя поймали и ты проходил через вот это всё. Мне правда жаль. Я бы отдал всё, чтобы вернуться в тот день и не преследовать тебя. Увести ребят в другую сторону и прикрыть тебя, спасти. Когда-нибудь я бы смог противостоять Хосоку, надо было подождать. А потом сбежать и обеспечить тебе счастливую жизнь в полной безопасности. Прости меня. Это моя вина. Я бы хотел всё исправить сейчас, и я бы исправил. Но… Хосок оказался твои предназначенным. Ты будешь страдать и вскоре погибнешь. Этого бы не произошло, не познакомься ты с ним. — Я и сейчас страдаю. Даже когда он в паре метрах от меня. Мне было бы прекрасно без его присутствия, — подает голос Тэ, после затянутого молчания. — Это не так. Тебе больно. Потому что ты его не принимаешь. Но не знай ты его вовсе, боли бы не было никогда. А сейчас, разлучив вас, страдания и боль сожрут изнутри, — поясняет Чонгук, оживившийся тем, что с ним заговорили. — Я не хочу его принимать! Он чудовище! — садясь на кровати, вскрикивает Тэ. — Всё, на что он способен — причинять боль окружающим. Его ничего не заботит, кроме себя самого! — Это не так, — утверждает Чон, — уже не так. Когда ты сбежал, он сильно изменился. Даже когда в автобусе ехали, а он не нашёл тебя... Всю дорогу он нервно наблюдал за вашей машиной, как ты в окно вываливался. Улыбался. И ревновал, когда вышел и увидел тебя с тем альфой. Он переживает, — объясняет Чон. — Странно такое говорить про него. Но он действительно стал таким. — Улыбался? — удивлённо спрашивает Тэ, потирая остатки слёз. — Как? — Ну… — альфа начинает корчить рожицу, стараясь спародировать вожака. — Как-то так, а ещё зубы видно было. Вот! — повторяет, улыбаясь своими кроличьими зубками. Заставляя омегу тоже улыбнуться и даже слегка засмеяться. — Я понимаю, что тебе сложно. Но просто попытайся понять его. Ему очень трудно. С самого детства он воспитывался в строгости и жестокости. Ему вдолбили это в голову, и он старается исправиться. Старается ради тебя. Я ни в коем случае не защищаю его и не уговариваю тебя начать относиться к нему лучше. Просто прошу игнорировать все его грубые слова и действия. — А если он перейдёт границы? — интересуется Тэ. — Если это случится, рядом буду я. Больше не дам в обиду. Постарайся с ним подружиться за этот месяц или хотя бы наладить общение, — простит Чонгук. — Хорошо. — Ужинать идём. Там стынет, — улыбается слегка Чон. И Тэхён слегка кивает, вставая с кровати. *** — Какого хера опять Чон Хосок! — вопит Чимин, влетая в комнату альф. — Что тебе надо? — спокойно отвечает альфа. — Почему Тэ плачет в комнате и отказывается есть? Разве ты не хотел наладить отношения с ним?! Почему ты продолжаешь их портить?! В твоих же интересах вести себя иначе, — ругается Ким. — Чего разорался?! Совсем страх потерял? — рычит Хосок и садится на кровати. — Вот она — твоя проблема! Ты считаешь себя пупом мира и думаешь, что все должны откликается, стоит пальчиком поманить. Пойми! Тэхён не тот, кто будет это делать, он не обучен этому, как мой брат и Чонгук. Он нежная натура, требующая понимания. Он ещё даже несовершеннолетний, а уже умереть хочет! — истерит пепельноволосый. — Умереть?! — удивленно-взволнованно спрашивает альфа. — Он сам тебе это сказал? — Нет. Но твоё отношение доведёт его до точки, и он сделает это. Учись сдерживать себя. Все мы заметили, что ты абсолютно другой человек, нежели тот, кем тебя воспитали. Тебе нужно откинуть свои принципы и устои хотя бы по отношению к нему. Вы предназначенные, твою ж за ногу! Своим характером ты губишь вас двоих. Я более чем уверен, что Тэ пойдёт с тобой на контакт, если ты станешь мягче и перестанешь задираться. Просто пойми и прими это. Тебе нужно меняться. Нужно меняться для него. Покажи ему того человека, которого мы наблюдали сегодня в автобусе. Который улыбается, когда смотрит на него искренне и по-доброму. Перестань вести себя как учили. Веди себя с ним так, как чувствуешь. — Дожили. Малявка меня чему-то учить пытается! — возмущается вожак, хотя и выслушал речь Кима до конца. — Есть готово? Я голоден. — Готово. И всё же возьми это на заметку. Чимин плохого не посоветует, — уверенно произносит омега, распахивая двери на кухню.