Wolf

Фейерверк. Вы же знаете, как яро он взрывается. Вот летит-летит маленький огонёк в небо, а потом такой — БАХ! — и красотища. Темнота озаряется множеством огней и становится не так темно и страшно, как казалось до этого. Красиво и завораживающе. В то же время опасно. И эта опасность манит, так манит, что аж внутри всё горит, и ты оправдываешься, что это ради красоты, да и только. А на деле всё наоборот. Вот и сейчас под звуки хлопков фейерверка в Тэхёне взрывается точно такой же, освещая своим обжигающим светом спрятавшееся в гущи темноты раненое сердечко маленького омеги. Пьяный мозг чувствует эту манящую теплоту с привкусом алкоголя. Казалось бы, в таких случаях по мотивам сериала герой, попавший в такую ситуацию, пучит глаза, как придавленная автомобилем лягушка. Но в жизни омега совсем не хочет быть как в дораме. Глаза зажмурены изначально от страха, и хорошо бы показать себя как противника этого нелепого «чмока», но омега лишь расслабляет веки, поддаваясь руке, прижимающей к себе за талию. Губы поддаются напору, начиная отвечать на поцелуй, инициированный альфой. Тэхён ругает себя за это, и альфу тоже. Почему не мог оттолкнуть? Почему не мог прикинуться, что ситуация крайне нелепая? Почему начал целовать и добиваться ответа на свои действия? И почему сам омега поддался? Приворот, не иначе. Ему в алкоголь что-то подсыпали, вот он и не контролирует свою ненависть, которая убежала куда-то в ебеня, прихватив рассудок за шкирку. Губы касаются чужих, двигаются в такт. Руки оказываются на чужом лице, постепенно переползая на плечи и увеличивая напор. Омега обезумел. Совсем сумасшедший. Чёртов псих, начинающий доминировать в поцелуе. И если ранее казалось, что у Хосока дикий недотрах и он конченный извращенец, то сейчас Тэхён выглядит маньяком, готовым сожрать этого альфу с потрохами. Хосок немного в шоке, но от происходящего отказываться не готов, подхватывая омегу под бёдра. Тот лёгкий, как пушинка, обвивает его талию ногами. И хорошо бы этого действа не видели другие ученики. Страстный поцелуй продолжается, пока альфа несёт омегу до ближайшего шатра и закидывает на диванчик, подрывается сесть сверху. Тэхён от резкой смены положения слегка теряется в пространстве, думая лишь о том, что губам стало холодно и их нужно скорее согреть, поэтому как только Хосок оказывается верхом на омеге, не успевает даже удобно устроиться, как его тянут за шею, заключая губы в новый поцелуй. Тэ целует страстно, будто в последний раз, гладит по плечам, тянет за галстук ближе к себе, пока Хосок нежно гуляет руками по его телу. Возбуждение накрыло ещё под фейерверками, но оба стараются растянуть момент. Альфа целует губы, плавно спускаясь к мочке уха, играясь с ней и заключая в пальцы возбужденную бусинку омеги. Тот трётся возбуждением, глубоко дыша, откидывая голову назад и наслаждаясь. Поцелуи спускаются к ключицам по шее, слегка прикусывая выпирающий кадык, расстегивая одной рукой пуговицы на блузе, а другой фиксируя руки омеги над головой. Тот хнычет, желая большего, и запах вишни мгновенно усиливается, заставляя Тэхёна просить о большем. В заднем проходе зудит, а чувствительность обостряется в сотни раз. Бирюзовые глазки загораются, руки с лёгкостью покидают плен чужой, резко меняя позицию. Сверху омеге нравится больше. Руки начинают в быстром режиме расправляться с рубашкой альфы, пока тот не отошёл от резко ставшего сильным омеги, взявшего инициативу на себя. Хосок в замешательстве до тех пор, пока в голову не приходит очевидное объяснение усиления запаха. Омега в сумасшествии. Течка. Тэ, избавившись от рубашки на альфе, припадает губами к ключицам, покусывая, пока руки расстегивают ремень. И рычит, когда Хосок пытается остановить его руки и сделать всё сам. Альфа решает помочь Тэ избавиться от одежды и тянет брюки вниз, заставляя те немного трещать от напора. Нижнее белье застревает на омеге, цепляясь за половой орган, а после Тэ просто опускается поцелуями к боксерам альфы. И Хосок готов уже кончить, когда горячие губы касаются внизу живота, горячие дыхание вызывает дрожь по всему телу и член уже начинает болеть от перевозбуждения. Горячие губы покрывают поцелуями вдоль длины, язычок игриво касается головки через ткань, а похотливый взгляд не остаётся незамеченным. Тэхён не зря смотрел порно. Он заставляет трястись от одних лишь поддразниваний. Резинка оттянутых боксеров шлепает по головке пару раз, заставляя альфу содрогнуться от боли и удовольствия. Эти действия приводят его в бешенство, и он сам не замечает, как загораются его глаза. Тэ, заметив это, приспускает край боксеров и касается губами головки, неспешно запуская за щеку. Альфа пропускает стон, сжимая волосы на макушке омеги и после пары таких дразняще-манящих движений начинает слегка подталкивает Тэ в такт, слегка двигая бёдрами. Омеге самому бы ублажение получить. Зад зудит и течёт, как будто там трубу прорвало, что не остаётся незамеченным альфой, когда омега поцелуями поднимается к груди, после отказываясь перевернутым на бок. Альфа укладывается сзади, покрывая шею поцелуями и запуская руку под резинку мокрых трусов омеги. Палец быстро набирает смазку, слегка поглаживая колечко, сжимающиеся в ожидании, и входит, заставляя издать стон удовольствия. Дрожь в теле и Тэхён уже готов на всё, чтобы это не прекращалось. Спустя пару минут таких манипуляций с постоянным увеличением количества пальцев омега не выдерживает и сам лишает себя белья, рукой нащупывая орган альфы и направляя. Хосок понимает, что мучить омегу более не стоит, и начинает осторожно входить, скрывая мелкие стоны, пока Тэ сам резко не подаётся назад, чувствуя спиной, как участилось сердцебиение альфы. Омега выгибается в спине настолько, насколько это позволяет диван, и двигается на члене скуля. Хосок понимает немые просьбы омеги и ускоряет темп, закусывая кожу за ушком красноволосого, чувствуя, как тот дрожит от наслаждения и еле слышно просит «быстрее». Хосока не нужно просить дважды. Шлепки стали отчётливо слышны, так что даже музыка перестала заглушать, а больше казалась фоновой. Хосок чувствует эйфорию, чувствует власть над малышом, непреодолимое чувство наслаждения и счастья, впиваясь зубами в лопатку, вырывая стоны и ощущая, как омега почти что бьется в конвульсиях, когда они одновременно кончают… Снова фейерверки — огненно-горячие и жгуче-холодные искры освещают шатер. Они создали свой собственный фейерверк, отходя от оргазма, прикрывшись рубашкой.