Элли

      Дин уложил Элли в кровать и вернулся к столу, чтобы продолжить работу над своей штуковиной. Сэм наблюдал за братом. Его разум одновременно обдумывал различные способы, как можно увидеть адских гончих и то, что Дин мог делать.       Может быть, было заклинание, которое отменит естественную способность адских гончих маскироваться или позволит заклинателю их увидеть.       Джесс смотрела на Винчестеров и думала о различиях между ними. Они оба были невероятно умны, хотя и по-разному. Сэм — полагался на книги и научные знания, поэтому Джесс думала, что он станет фантастическим адвокатом. Дин — с другой стороны — был умным и хорош с любой вещью, которая работала на электричестве или имела двигатель. Она видела, как каждый брат подошел к проблеме с адскими гончими по своему. Сэм сидел с книгой, быстро листая страницы и делая заметки, в то время как Дин сидел напротив него, возясь с кусочками электроники.       Около четырех утра Сэм поднял взгляд. У него было такое чувство, словно в глаза насыпали песка. Он посмотрел на Джесс, и увидел, что она крепко спит. Сэм просмотрел свои заметки, отрывки и фрагменты заклинаний были написаны по всей странице. У него ушло почти полночи, чтобы понять, что нет конкретного заклинания, которое он искал. Поэтому начал объединять различные части нескольких заклинаний для достижения своей цели. Он не был на сто процентов уверен, что это сработает, но лучше так, чем идти вслепую.       Дин уже давно лежал в постели. Он закончил свое изобретение несколько часов назад и теперь спал мертвым сном. Сэм знал, что внешность может быть обманчива. Знал, что при незначительном признаке бедствия или опасности его брат вскочит и будет готов к действию.       Ранним утром Дин проснулся от звуков воды в ванной. Протягивая руку, он проверил, не проснулась ли Элли, и не почувствовал ничего, кроме холодных простыней рядом. Он резко сел и посмотрел на дверь, увидев дочь, выходящую из ванной. Улыбаясь, он поднял ее обратно на кровать и прижал к себе. Дин заметил, что Джесс нет в номере, а Сэм все еще спал.       — Доброе утро, Элли. Где Джесс? — Сказал Дин.       — Доброе утро, папочка. — пробормотала малышка, поерзав на коленях отца. — Джесси пошла за едой.       — Она пошла за завтраком? Как ты думаешь, что она купит?       — Я сказала Джесси, что хочу яичницу мешочком.       Дин посмотрел на свою дочь.       — Яичницу мешочком?       — Да, папа, яичницу мешочком. Мама делала мне такую яичницу с сыром, колбасой и перцем.       Дин, надеялся понять, что имела ввиду его дочь, когда Джесс вернется с завтраком.       — Я сказала Джесси, что ты будешь блины, яйца с беконом, и кофе.       — Спасибо, детка. — сказал Дин, усаживая дочь рядом с собой. — Мне нужно в туалет. Оставайся здесь и не открывай дверь, если кто-то постучит, хорошо?       — Окей. Папочка, — позавала Элли, посадив Локи себе на колени.       — Что, малышка?       — Я могу посмотреть телевизор?       — Да, только не сильно громко.       — Окей.       Дин и Элли приготовились к предстоящему дню. Он спросил у дочери хочет ли она носить свою розовую рубашку или синюю. Элли ответила, что хотела носить зеленую в горошек. Дин долго рылся в сумке, пока не нашел эту рубашку. Когда они оделись и собирались отправить поисковую группу за Джесс, объект их поиска открыл дверь, держа большой бумажный пакет, три чашки кофе и стакан апельсинового сока в лотке.       Дин забрал все у Джесс, когда она закрыла дверь.       — Он все еще спит, да? — спросила Джесс, посмотрев на своего парня.       — Мы должны разбудить его. — Сказал Дин. Наклонившись он что-то прошептал Элли, которая как ракета улетела в ванную.       — Не должны ли мы попытаться разбудить его старомодным способом? — спросила Джесс, увидев, что Элли возвращается из ванной со стаканом холодной воды.       — Дорогая, это старомодный способ Винчестера. — Улыбаясь, сказал Дин. — Вперед, Элли.       Малышка вылила содержимое бумажного стаканчика на голову Сэма, от чего он мгновенно выпрыгнул из кровати, врезался пальцем ноги о ножку постели и запрыгал по ковру, держась за ушибленный придаток       — Черт побери, Дин. — прорычал он.       — Эй, следи за языком, здесь дети. — сказал Дин, забирая у дочери стакан и ставя его на телефонную книгу. — Кроме того, ты знаешь правило. Если не проснулся к завтраку — получаешь хороший мокрый будильник. — Он потянулся и развернул завтрак Элли, который оказался омлетом, действительно всмятку, и разрезал его на более мелкие кусочки.       Сэм посмотрел на Дина, прежде чем отправиться в ванную, чтобы вытереться.       Джесс сидела за столом, скрывая улыбку. Сэм всегда был настороже. Его было очень трудно напугать или застать врасплох. Но после того как Дин вошел в их жизнь, Сэм сбивался с курса больше раз, чем она могла сосчитать. И Джессике это нравилось. Она любила эту новую сторону Сэма и то, как он общался со своим братом и племянницей.       После завтрака все сидели за столом. Сэм читал заклинание, которое он собрал, Дин вносит последние штрихи в свое изобретение. Элли и Джесс сидели бок о бок, раскрашивая раскраску, которую Джессика купила раньше.       Дин надел на себя очки теплового видения и щелкнул переключателем.       — Я великолепен, — воскликнул он, оглядывая тепловые сигнатуры Сэма, Джессики и Элли.       Сэм посмотрел на него.       — Что тебя так радует?       — Я выяснил, как мы можем увидеть адских гончих.       — Как? Не хочешь поделиться с классом?       — Очки теплового видения, — сказал Дин передавая пару очков Сэму. — У гончих есть физическое тело, поэтому они должны иметь тепловую сигнатуру. Если мы увидим это, то сможем убить ублюдков.       Сэм скептически посмотрел на пару очков, пожал плечами и надел их. Если очки не сработают, они всегда могут попробовать его заклинание. Он щелкнул переключателем на левой стороне очков, и потерял дар речи. Весь номер был радугой цветов. Он снял очки и посмотрел на Дина, а затем обратно на очки.       — Как у тебя… — начал Сэм. — Они… Как… Они…       — Сэмми, один вопрос за раз.       Сэм подумал о том, какой вопрос хотел бы задать в первую очередь.       — Как ты их сделал?       Дин посмотрел на брата приподняв бровь.       — Это не так уж трудно. Схемы из библиотеки и детали из хозяйственного магазина и ломбарда. Некоторые провода и источник питания.       Сэм недоверчиво смотрел на брата. Конечно, Сэм может иметь IQ гения, но в такие моменты как сейчас, он был уверен, что Дин умнее, чем позволял другим увидеть. Младший Винчестер надел очки, щелкнул переключателем и ухмыльнулся.       — Думаю, что это сработает.       Братья собрали свой арсенал и молча пробрались в лес, где обитали адские гончие. В лесу стояла тишина. Охотники старались не издавать ни звука, так как у гончих был исключительный слух. Идя против ветра, к месту логова, они одели очки и осмотрелись. Дин мягко толкнул брата и указал на место в 50 метрах от них. Переговариваясь с помощью сигналов рук, они приготовились к бою.

***

      Прошел час, и Джессика начала волноваться. Элли тоже была взволнована, как будто знала, что что-то не так. Малышка продолжала переводить взгляд с Джессики на дверь, ожидая, когда вернется ее отец.       Неожиданно, она слезла с кровати, и подойдя к сумке Дина, достала аптечку.       — Элли? — Спросила Джесс, наблюдая, как малышка открыла аптечку.       — Папе больно. Мы починим его, Джесси.       Джесс не стала ни о чем спрашивать двухлетку. Элли всегда, кажется, знает вещи, прежде чем они происходят, особенно когда они касались ее отца. Поэтому Джессика мысленно составила список всего необходимого для первой помощи и пошла подготовить другие вещи. Она достала ведро из-под льда, наполнила его горячей водой, схватила несколько полотенец и разорвала их на полоски. Когда она закончила подготовку, дверь комнаты открылась, и вошел Сэм, таща окровавленного Дина.       — Сэм, что случилось? Мы должны отвезти его в больницу.       — Слишком много вопросов. Джесс мне нужно… — начал Сэм, но замолчал, когда она вручила ему мокрое полотенце, чтобы смыть кровь с груди Дина.       Сэм работал быстро и тихо. Очистил рану и продезинфицировал ее. Элли стояла рядом, передавая ему различные предметы, прежде чем он просил. Сэм уже собрался наложить швы, когда Джесс забрала у него нить.       — Я видела твое шитье. Не думаю, что Дин хочет такой большой шрам. — и она начал зашивать Дина небольшими, аккуратными стежками.        Это был новый опыт шитья человеческой плоти, но она представила, что это был просто мягкий кусок кожи. Вскоре после возвращения Дин был вымыт, продезинфицирован и зашит.       — Сэм, — тихо позвала Джессика.       Сэм посмотрел на своего брата, а потом опустил взгляд на свои руки.       — Всегда должен быть героем. — Сказал он, тихо покачивая головой. — Мы думали, что убили их всех. Но пропустили троих, что возвращались в пещеру. Может они были на охоте? Я не знаю… это не имеет значения. Мы пропустили их, и они появились из ниоткуда. Нам удалось убить двух, но третий был быстрым и почти вырвал мне глотку. Если бы не Дин… Мне удалось пристрелить эту чертову штуку. Но не раньше, чем он попытался вытащить внутренности Дина наружу.       — Все в порядке, Сэм. Он в порядке. С Дином все будет хорошо. Ты вовремя привез его, и он будет в порядке. С еще несколькими дозами антибиотиков, инфекции не будет.       — Откуда ты знала, что мы возвращаемся? — Спросил Сэм.       — Элли. Она почувствовала, что что-то не так, и, в конце концов, сказала мне, что Дин травмирован. Я подумала, что бы там ни случилось, ты привезешь его сюда, а не в больницу, где он должен быть.       Сэм посмотрел на Джесс.       — Больницы задают много вопросов. Я видел, как Дин латал гораздо худшие раны, чем это. Он разозлится, когда проснется.       — Потому что ты спас ему жизнь? — нахмурившись, спросила Джесс.       Сэм слегка улыбнулся.       — Нет, потому что мы позволили Элли увидеть его таким.       Джесс посмотрела на маленькую девочку, которая лежала рядом со своим отцом, прижав к себе Локи. Она легла Дину под бок, засунув один палец в рот.       — Думаю, она видела это до того, как все произошло. Она была взволнована через пятнадцать минут после вашего ухода. Наблюдала за дверью, как будто знала, что Дин будет ранен.       Сэм посмотрел на свою племянницу. Он спрашивал себя, какое бремя ложится на столь невинного ребенка.