Unspeakable Yearn

Пространство заполняла темнота, озарённая лишь лунным светом, куполом возвышающимся над головой крохотного мальчика. Этого мальчика терзали кошмары и бил озноб, тяжёлые веки с трудом раскрывались, в то же время ребёнок всеми силами цеплялся за игрушечную бабочку, прижимая её к груди, словно последнее сокровище. Вновь устремив взгляд на луну, невзирая на постоянно слезившиеся вспухшие глаза, пареньку неожиданно почудилось, что размытая тень возникла на фоне белоснежного света. Тень приближалась, медленно, но верно приобретая очертания, и под конец оказалась маленьким белым человечком с большой головой и широкими, словно крылья бабочки, руками. Человечек соскочил с белоснежного фона луны и приземлился в кромешной темноте, непосредственно перед А-Юанем. Мальчик был не в силах отвести взгляд и, словно во сне, протянул маленькую ладошку к человечку, но тот недолго оставался на месте и, вспорхнув ввысь, сделал пару кругов над головой А-Юаня, лишь для того, чтобы под конец изящно приземлиться на всё ещё протянутую пухленькую ладошку. — Здравствуй! — восторженно пробубнил мальчик. Сна более не было ни в одном глазу. В знак ответного приветствия бумажный человечек учтиво поклонился. — А ты кто такой? — невинно поинтересовался мальчик. Человечек же был не в состоянии ответить, вследствие того, покрутившись, он подлетел к игрушечной бабочке и вскружился вместе с ней ввысь. — Ты… собираешься поиграть со мной? — оживился А-Юань. Казалось, даже простуда уступила своё место, чтобы ребёнок и дальше мог наслаждаться той сказкой, в которую попал. Бумажный человек радостно взвыл в воздух. А-Юань прихватил бабочку и поднял её над головой, чтобы та парила вокруг вместе с новым товарищем. Они вместе порхали, человечек порой утягивал одну из бабочек для танца, однако позже возвращал её А-Юаню. Тот весело хохотал и бежал следом, чтобы не отставать от своего нового друга. Однако, в следующий момент мальчик упал. Он сам не почувствовал, как жар изнурил его. Бумажный человечек тоже остановился и подлетел к мальчику, начиная тревожно вертеться над ним. Затем он куда-то улетел, а вместе с ним улетела и сказка, оставляя А-Юаня наедине с холодной ночью. Тем не менее, вскоре раздался женский упрекающий голос, сопровождаемый мужскими голосами. Они и вывели мальчика из обморочного состояния. В тот же миг его подняли крепкие руки и прижали к груди. — Вечно ты так, Вэй… Лань Сы Чжуй проснулся от колокольного звона, что раздавался по всему Гу Су, призывая его дисциплинированных жителей подняться и начать ежедневную рутину. Сы Чжуй же, вопреки привычке первым делом приступать к делу, потратил несколько минут просто сидя на месте и таращась на свои ладони. С тех пор, как он вспомнил о том времени, когда был Вэнем, ему начали сниться обрывки из прошлого. Обычно они были размыты и полны радости, а иногда были и кошмары. В этот же раз сон был слегка необычным и больше походил на детский бред, нежели на живое воспоминание. Со вздохом отложив эти мысли на потом, Сы Чжуй встал с кровати и начал готовиться к ежедневным тренировкам.

***

Адепты как раз направлялись на следующий урок, когда по пути их встретил Лань Ван Цзи. — Хань Гуан Цзюн, — учтиво поклонился Лань Сы Чжуй, а его примеру последовали и остальные, выказывая глубокое почтение к своему учителю. Лань Ван Цзи, как обычно, отстранённо кивнул, однако Сы Чжуй заметил в этом кивке что-то неладное. Для кого угодно Лань Ван Цзи никогда не менял выражения лица, однако приближённые к нему лица, те же Сы Чжуй, Си Чэнь и Цижень, могли определить его настроение по самым незначительным деталям. Как и следовало предполагать, Лань Юань и в этот раз отличился проницательностью и мастерски подметил сжатую челюсть и слегка хмурый взгляд. — Хань Гуан Цзюн, что-то не так? — поинтересовался Сы Чжуй, вызывая удивление у остальных. Сколько они не пытались присмотреться, их учитель никак не отличался от обычного. — Мгм, Вэй Ин не вернулся. Вчера Вэй У Сянь отправил подростков с ночной охоты пораньше, сам же направился в неизвестном направлении. Он даже Цзин Лину запретил возвращаться в Юнь Мэн, из-за чего ему и Цзинъи пришлось буквально силой впихнуть его в свободную комнату для приглашённых адептов, перед этим предварительно выслушав его недовольные крики и угрозы. — Да где же он шляется? — с упрёком поинтересовался Цзинъи, после чего, получив осуждающий взгляд от Сы Чжуя, быстро зажал рот рукой. — Господин Вэй не собирался уходить далеко, — вступился один из учеников. — Кажется, он хотел что-то проверить, но говорил, что вернётся до рассвета. — Что? Вэй У Сянь ещё не вернулся? — к разговору присоединился Цзин Лин. Его одежда была опрятной, однако сам был весь растрёпан и сильно сонным. Было заметно, что он не привык просыпаться в пять утра, однако в отличие от Вэй У Сяня, он хотя бы держался. — Велел мне никуда не уходить, а сам ходит неизвестно где! — продолжал возмущаться юноша, но в его голосе друзья смогли различить волнение. Все знали, что Цзин Лин сильно привязан к Вэй У Сяню, хотя и делает всё возможное, чтобы этого не показывать. — Хань Гуан Цзюн, вы собираетесь пойти на его поиски? — поинтересовался Сы Чжуй. — Мы пойдём с вами. Другие адепты закивали, а Цзин Лин уже прикинул, как быстро будет убегать от дяди, который обещал сломать ему ноги, если он не вернётся вовремя. — Нет нужды, — ответил Ван Цзи. — Он просил ждать. Я ему верю, — Адепты сразу же захлопнули рты, про себя же возмущаясь: «да как Вэй Ин смеет так пренебрегать Вторым Нефритом клана Лань? Хань Гуан Цзюн так доверяет ему, а Вэй У Сянь постоянно где-то пропадает, флиртует с девушками, а потом возвращается домой пьяным и с отличным настроением!» Лань Сы Чжуй, услышав слова своего учителя, вежливо поклонился, однако в душе всё равно не мог успокоиться. В ежедневной рутине пролетело утро, Цзин Лин же вернулся в Юн Мэн. При расставании всем было видно, насколько сильно юноша волновался: он постоянно оглядывался по сторонам и провожал взглядом людей, что носили тёмные одежды. Заметив это Сы Чжуй попытался заверить товарища, что всё будет в порядке, однако звучали его слова совсем неубедительно. Время было после полудня, а от Вэй У Сяня до сих пор не было вестей. Распрощавшись, Сы Чжуй направился в свою общую с Цзинъи комнату. Взяв оттуда всё нужное, он направился прочь из Облачных Глубин.

***

Пролетев на клинке через леса, спустя какое-то время Сы Чжуй увидел небольшой, но уютный дом посередине поляны. Дом выглядел очень просто и при этом очаровательно. Крыша была довольно высокой и застелена соломой, окна были приоткрыты, из дома вела рукодельная дорожка, а рядом стояли палки для расстилания белья. То был довольно уютный жилой дом, который, казалось, принадлежал фермеру. Сы Чжуй спустился с меча и приземлился на траву. Он решительным шагом подошёл поближе и постучал в дверь. Не услышав никакого ответа, юноша постучал снова. — Дядя, ты там? — взволнованно поинтересовался Сы Чжуй. Свежий ветер подул со спины, из-за чего лобная лента, почти затерявшаяся в водопаде чёрных волос, всколыхнулась и пощекотала шею. Лань Сы Чжуй оглянулся. В десятке чжаней от лесного домика начинался склон, по которому была выложена аккуратная тропинка, ведущая плавными изгибами на север, туда, где за лесной чащей располагалась маленькая деревушка Водных Каштанов, где проживали весьма дружелюбные селяне, с очень милым главой деревни и одним добрым монахом. По этой самой тропинке, сопровождаемый маленькой группой компаньонов, неспешно шагал ночной кошмар и ужас многих заклинателей — Призрачный Генерал Вэнь Нин. На нём были новые одежды (подарок Адептов клана Лань) и соломенная шляпа, служившая скорее защитой от посторонних глаз, нежели от солнца, которую Вэнь Нину как-то раз подарил монах, проживающий в этой деревне. Светлая одежда успешно скрывала огромную дыру в груди Призрачного Генерала, что, по общей инициативе, была заделана Вэй У Сянем (каким-то странным материалом, о происхождении которого побоялся узнать даже сам Вэнь Нин). Тем не менее, на теле Лютого Мертвеца подобно змеям расползались чёрные вены, а кожа была белее мела, скорее серой, и этого не могла скрыть никакая одежда, выдавая в нём мертвеца. Однако ребятишки, возрастом не старше десяти лет, были слишком малы, чтобы обращать внимание на такие малозаметные детали и потому весело кружились вокруг Призрачного Генерала. Тот же отвечал, порой робко изогнув губы в улыбке, а порой принимался заикаться и махать руками, что, очевидно, веселило мальчишек. Сы Чжуй с небольшой улыбкой наблюдал за этим из тени, более не окликая своего дядю. Тут надо внести ясность: дом был построен в таком месте, чтобы его со всех четырёх сторон было трудно разглядеть даже взрослым, не то, что детям. Потому упомянутые предсказуемо не заметили Сы Чжуя, в отличие от самого Вэнь Нина, что вскинув взгляд в нужном направлении, безошибочно разглядел свое жилище и стоявшего рядом с ним гостя, потому Вэнь Нин спешно попрощался с детьми и сократил путь в нескольких длинных шагах — Что-то случилось? — после приветствия произнёс он. Лань Сы Чжуй покачал головой и тоже поприветствовал своего дядю. — Вот, — он снял со спины завернутое в материю ручную лампу. После чего робко добавил: — Я… наконец закончил, — Вэнь Нин с благодарностью принял подарок. Фонарь, размером со спелый арбуз, был сделан весьма умело для того, кто клялся, что это его «первый раз». Тонкие края бумаги изгибались безошибочно, мягко покрывая пространство внутри. Покрутив фонарь в руках, лицо Лютого Мертвеца немного смягчилось, словно он улыбался. — Не стоило, — смущённо ответил он, а Лань Юань весело засмеялся и почесал затылок. — Ты… не помнишь? — Помню что? — поинтересовался Сы Чжуй. — Тогда ты был ещё совсем маленьким, так что неудивительно, если ты не запомнил, но… дядюшка настоял, и мы сделали похожие фонари, когда жили на Горе Луань Цзян, чтобы вы с Господином могли возвращаться домой не поранившись. Сы Чжуй замолчал, добросовестно пытаясь порыться в своей памяти и воссоздать картину. Но все воспоминания, полученные до его приходя в Гу Су, были очень расплывчатыми и неточными, часто искажённые впечатлительностью юного разума. Но сколько он не старался, в голове продолжали маячить картинки с минувшего сновидения, где он играл с бумажным человечком. —…Нет, не помню… — выдохнул он. — Ничего страшного. Как я и говорил, ты был слишком мал… — несмотря на усилия сделать голос помягче, Сы Чжуй всё же смог уловить еле заметное разочарование. — Дядя, а ты… — Сы Чжуй замолчал. Он смущался рассказывать кому-то о своем сне, однако, если не Вэнь Нина, тогда об этом можно было спросить лишь Вэй У Сяня. А из этих двоих выбор, конечно же, пал на первого. — Ты что-то хотел спросить? — Да… В общем… Мне сегодня приснился странный сон, — смущённо промямлил Лань Сы Чжуй. — Знаешь, мне иногда снятся сны, о тех временах, когда я… носил фамилию Вэнь… — признался он. — И что тебе приснилось? — Ну, я был маленьким и… играл с бумажным человеком… Скажи, это могло случиться взаправду? Вэнь Нин некоторое время молчал. Казалось, если бы не то что он давно мертв, то черты его лица исказились бы в мягкой улыбке. — Давай сначала зайдём?

***

— Господин Вэй, в самом деле играл с вами, обернувшись бумажным человеком. — Что? — По правде, он по большей части придумал это заклинание для того, чтобы развеселить вас… — ЧТО?! — Ах ты обманщик! — звонкий женский голос разнёсся по всей пещере, заставляя одного её обитателя вздрогнуть всем телом и сжаться, словно в ожидании избиения. Долго он не смог оставаться в тени — через секунду его схватили за ухо и жестоко оттянули в сторону, вызывая у мужчины страдальческий визг. — Полегче сестрица Цин! Пощади меня! — Никаких полегче! — Вэнь Цин жестоко отчеканивала каждое слово. — Кто обещал мне лечь спать ещё четыре часа назад?! — Да помню я! Просто был слишком занят… — Слишком занят?! Это я слишком занята, чтобы следить за твоим ребячеством! — закричала она, подозрительно напоминая собой Цзян Чэна. — У А-Юаня жар, у нас мало запасов еды, воды и лечебных трав! А Вместо того, чтобы заниматься делом, я нянчусь с тобой! — Вэй У Сянь было открыл рот, дабы сказать, что, вообще-то, её никто не просил нянчиться с ним, когда тут же закрыл его, увидев жёсткий взгляд зелёных глаз. — У А-Юаня жар? — секундой позже спохватился он. — Да, — от его внезапного напора Вэнь Цзин стушевалась, но вскоре снова возобновила свою ярость. — И он бы давно спал, если бы ты не увёл его играть в огород! Вэй У Сяню было нечем возразить. — Да ладно, сестрица, — попытался вмешаться Вэнь Нин. — Не злись. К тому же, жар уже почти спал. — Не заступайся за него, А-Нин! — Нет-нет, пожалуйста, заступайся за меня, А-Нин! — плаксиво прокричал Вэй У Сянь, театрально вытирая несуществующие слёзы. — Хватит вести себя как ребёнок! Даже двухлетний А-Юань ведёт себя взрослее, чем ты! — Да, ведёт! Это потому, что мне не два, а три! — гордо заявил Вэй У Сянь, за что тут же получил пощёчину, от которой в ушах зазвенело. — Тогда, будь добр, слушайся старших, — Вэнь Цин выделяла каждое слово. — А теперь, если я вернусь через час, а ты не будешь спать как убитый, ты у меня три дня ходить не сможешь! — напоследок она пригрозила пальцем и скрылась из пещеры. Вэй У Сянь же выдохнул и присел, растирая больную щёку. — В чём-то сестра права, — за спиной появился Вэнь Нин. — Молодой Господин, вы выглядите устало. Почему бы вам не поспать? — …Если она волнуется обо мне, тогда зачем бить? — Она бьёт именно потому, что волнуется. — Тебе повезло, тебя она не бьёт. Вэнь Нин хотел сказать, что даже если побьёт, ему от этого не будет вреда, но передумал, так как, по правде говоря, он тоже часто получал от сестры, когда косячил. Однако Вэй У Сянь снова принялся что-то чертить, совсем позабыв о недавнем разговоре. — Молодой господин, разве вы не ложитесь спать? — поинтересовался Вэнь Нин. — Именно, я ложусь спать, — ухмыльнулся Вэй У Сянь. Вэнь Нин хорошо знал это выражение лица. Обычно такая ухмылка расцветала на лице его господина, когда тот задумал нечто коварное, или придумал что-то новое. Или и то и другое. — Только не говори своей сестре о том, что ты сейчас увидишь! — С этими словами он закончил последним мазком что-то рисовать, после чего упал и, если бы не Вэнь Нин, ударился бы головой о ближайший камень. — М-м-молодой господин?! Что случилось? — запаниковал Вэнь Нин, уже собираясь позвать на помощь сестру, однако на его нос приземлился человечек, вырезанный из бумаги, чем вызвал его крайнее недоумение. — М-молодой Господин? — спросил он и человечек радостно качнул головой, однако та, словно болванчик, упала, пересилив весом остальное тельце человека. — Вы… но как вы… Неужели вы переместили свое сознание в это бумажное тельце? — спросил он. Человечек непонятно крутанулся и похлопал свое спящее тело по голове. — Но… зачем вам это делать? — не понимал Вэнь Нин. Вэй У Сянь лишь мелко задрожал и прикрыл руками рот, будто посмеиваясь, а потом подлетел к Вэнь Нину, похлопал его по голове, сполз с неё по носу и стрелой вылетел из пещеры. Пролетев немного, он приземлился рядом с рукотворным домом, перед спящим ребёнком. Тот приоткрыл глаза и восхищённо уставился на маленького человечка, что кружил и танцевал перед ним. Вэй У Сянь хотел побольше поиграть с ним, но мальчик рухнул в обморок. Запаниковав, он направился обратно к пещере. Когда Вэй У Сянь смог наконец вернуться в свое тело, то увидел Вэнь Цин, что стояла над его головой и недоуменно глядела на него. Предупредив её о том, что А Юань рухнул в обморок, они поспешили к нему. Вэнь Цин упрекала его всю дорогу, но Вэй У Сянь сам ее не слушал. Подоспев к ребенку, Вэу У Сянь прижал его к груди, после чего услышал тихое — Сянь-гэгэ, а лунный мальчик снова придёт поиграть? Мягко усмехнувшись, Вэй У Сянь произнёс: — Конечно, а теперь спи. Лань Сы Чжуй слушал историю и не верил своим ушам. — Г-господин Вэй… Неужели он придумал свою знаменитую технику переноса душ из-за… Вэнь Нин улыбнулся по мере возможностей. — Не только. До этого он пару раз упоминал о переносе душ, однако, он впервые использовал эту технику чтобы играть с вами, когда сестра запрещала ему выходить из кровати. Лань Юань не находил себе места. Внезапно, ему захотелось снова стать двухлетним и без задней мысли обнять своего братика за всё, что тот безвозмездно отдавал ему и остальным выжившим. Лань Юань даже не заметил, что в уголках его глаз выступили слёзы. Вэнь Нин смотрел на него с добрыми глазами и положил руку ему на плечо. Улыбнувшись и утерев слезы, Сы Чжуй хотел попросить своего дядю рассказать ещё одну историю о прошлом, когда он вспомнил вторую причину своего визита. — Дядя, — начал он. — Учитель Вэй случайно тут не останавливался? — Нет, я его не видел уже пару дней, — ответил Вэнь Нин мигом насторожившись. В последний раз, когда он видел Вэй У Сяня, тот позвал его составить ему компанию во время ночной охоты. — Он пропал? — Ну, как бы сказать… — замялся Сы Чжуй. — Вчера, во время ночной охоты он послал нас обратно, а сам ушёл. И до сих пор не возвращался… — Не стоит беспокоиться, — попытался утешить его Вэнь Нин. — Если бы ему нужна была помощь, он позвал бы меня или господина Лань Ван Цзи. — Сы Чжуй со вздохом кивнул и Вэнь Нин поспешно добавил. — Раньше, на горе Луань Цзан, он тоже иногда исчезал на пару дней. А когда сестра посылала его найти, оказывалось, что он играл на деньги с продавцами или пил на чьём то празднике. — Услышав это, Сы Чжуй с трудом смог подавить смех. Это было так похоже на его Сянь-гэгэ. Увидев просветлевшее лицо своего дальнего родственника, Вэнь Нин тоже приободрился, хотя в глубине души не мог не беспокоиться. «Молодой господин… если я вам нужен, мне хватит и одного слова, чтобы найти вас…» Обменявшись ещё парочкой фраз, они взаимно учтиво попрощались друг с другом, оба в глубине души таили страх за определенного человека.

***

Путь в облачные глубины выдался не слишком долгим. За всё это время мысли Сы Чжуя постоянно метались, не находя себе покоя. Пройдя за стены, он направился в столовую, туда, где ученики обычно находились в это время дня. Оказалось, что Вэй У Сянь все еще не вернулся. Спустя пару часов, когда все собирались отчаливать ко сну, один из Адептов вбежал и взволновано крикнул, несмотря на то, что бег и крик запрещены в Облачных Глубинах. — О…он вернулся! — закричал он. Когда все выбежали, их встретило ужасающее зрелище.