Не плачь, моя детка

Рамлоу очнулся на больничной койке. Он понял это по капельнице у себя в руке и приглушенному пиканью мониторов. Получается, если здесь заботились о его здоровье, значит, он был у хороших парней. Обычно никого особенно не ебет, как чувствуют себя пленные. Он с усилием разодрал глаза, услышав шаги у своей постели. Двое мужчин. У одного были высокомерные интонации всезнайки-доктора, а вот голос другого показался знакомым. Он цеплял что-то в глубине онемевшего затуманенного мозга, но безответно. Рамлоу по-прежнему ни хуя не помнил. Что ж, он хотя бы помнил, что нужно делать, когда все хуево. Его мозг все же больше напоминал швейцарский сыр, чем пудинг из тапиоки. – Он так и не приходил в сознание. У него серьезная черепно-мозговая травма, повреждение лобной доли. Впрочем, мы настроены оптимистично. Вы приняли временное командование, агент Роллинз? Роллинз. – Да. Но нам нужно, чтобы он вернулся в строй как можно скорее. Слишком многое от этого зависит сейчас. К тому же придется решать проблемы в камере временного содержания. – О, у Ассета выработался иммунитет к транквилизаторам, верно? Рамлоу прикусил кончик языка, подслушивая их разговор. – Просто отволоките его в кресло для обнуления памяти и позаботьтесь об этом. Кресло для обнуления памяти? – Как бы я ни хотел засунуть его мозги в блендер, я не могу к нему подобраться. Он никого к себе не подпускает. Полагаю, если пустить газ – тоже не сработает, потому что если не действуют транки, впрыснутые ему в кровь, те, что он вдохнет, тоже хуй нам помогут. И он все время спрашивает о Броке. Просто снова и снова. – Он зависим от своего хендлера. Этого мы и пытались добиться. Полагаю, сработало даже излишне хорошо. Какое у вас сейчас стало интересное выражение лица, агент Роллинз. Уж не ревнуете ли вы к Ассету? Вы ведь только недавно отметили годовщину. – Просто позаботьтесь о нем, – огромная горячая лапа накрыла кисть Брока, ласково скользнув большим пальцем по ладони. И чужая рука мягко сжала его. У него что, были отношения с этим мужчиной? – Я разберусь, что делать с Ассетом. – Нам некем его заменить, так что не перегибайте палку, – раздраженно ответил доктор. – Ну, коленные чашечки ему не особенно нужны, я считаю, – лед в голосе Роллинза заставил желудок Рамлоу сжаться. Они собирались пытать парня, который спас ему жизнь. Пытать просто потому, что тот продолжал спрашивать, что с ним. Он застонал, как обычно делали персонажи мыльных опер. Роллинз тут же переключился на него, сжав ту его руку, в которой не было капельницы. – Брок! – Роллинз? – прошептал Брок пересохшими губами и приоткрыл глаза. – Где я? – В своей личной палате, конечно. Я заставил их повесить латунную табличку с твоим именем над кроватью. Боже, как же ты напугал меня, – Роллинз вдруг поцеловал костяшки его пальцев. Это было внезапно. Брок заморгал, определяя, где выход из палаты. – Наше задание? – этим ведь в первую очередь должен был интересоваться Командир. – Потеряли двоих. Семь человек с ранениями. Объект обнаружен, – Роллинз оказался высоким, грубоватым как раз того типа, чтобы подходить под стандарты Брока. – Я нашел тебя так быстро, как только смог, детка. Ты точно не выскользнешь из этого дерьма, просто сдохнув. – Он улыбнулся Броку с искренней нежностью, но Брок не почувствовал ничего. Меньше чем ничего. Какой-то прах прошлых чувств. Тем не менее Брок протянул руку и прижал ладонь к его щеке, провел большим пальцем по шраму на подбородке Роллинза. – А что Ассет? Доктор кашлянул. – Отказывается сотрудничать. Явно нуждается в вашем заботливом вмешательстве, – скользкий сарказм в его словах заставил Брока заскрипеть зубами. – Если вы готовы немного покататься на кресле-каталке, сможете сами навестить его и заставить слушаться. – Он не хотел отпускать тебя. Пришлось буквально отдирать от тебя его грязные руки, пока он рыдал над тобой. Хочет убедиться, что ты в порядке. Вот гадство, – Роллинз хмыкнул. – Я, конечно, знал, что ты хорош в том, что делаешь, но, детка, это просто фантастика. Брок позволил своей руке упасть на кровать. Он был не настолько слаб, просто ему не хотелось больше касаться этого человека. Они не были хорошими парнями. Потому что хорошие парни не делают таких вещей. И Брок был у них за главного. Ебать их всех.