Колыбельная для рыцаря

— Ты все понял? — Спросил Ханк, смотря на Лэнса взглядом внимательных глаз. Лэнс сидел на кровати, нервно стучал пяткой по полу. Ханка это сбивало, но он понимал волнение Лэнса, ведь ему предстояло действительно очень важное дело. Пидж тоже волновалась, поэтому молча ходила взад-вперед по комнате, иногда переключая внимание с разглядывания пола на разговор Ханка и Лэнса. Ханк сидел на кровати рядом с Лэнсом, наблюдая за беззвучным волнением друга, с каждой секундой все больше грозившим перерасти в истерику. — Я понял, но… — Лэнс с трудом сдержал свой порыв закричать во весь голос, поэтому сделал совершенно противоположное — зашептал так, что даже сидящий рядом Ханк едва его слышал. — Вдруг я облажаюсь? — Ну, хуже ситуацию в его голове ты точно не сделаешь. А вот что касается реальности… — Многозначительно Ханк замолчал. Пидж выдохнула из легких скопившееся волнение и подошла к ребятам. — Все получится. Мы с тобой. — Если все пойдет не так? Должен же у нас быть план отхода? — Лэнс поднял на нее умоляющий взгляд. Не хотелось верить в то, что в случае чего придется до конца сидеть во сне Кита. — Я думал об этом. — Начал Ханк. — Ты должен подать нам знак. Из головы Кита. Что-нибудь такое, что мы увидим и сразу поймем: о, Лэнс в беде. Троица замолчала. Лэнс смотрел на шлем, который Пидж уже держала в руках. В соседней комнате Кит издал первый вскрик — слабый, едва слышный, такой, словно маленькую собачку кто-то пнул со всей силы. — Пора. — Уверенно сказала Пидж. — Началось. Лэнс принял у нее шлем. Ханк встал с кровати и подошел к ноутбуку, затем подсоединил к нему штекер от шлема. Лэнс прерывисто выдохнул, зажмурив глаза, но потом решил, что так только страшнее, и тотчас распахнул их. Пидж подгоняла Ханка, тот быстро стучал по клавишам. — Что мне сделать, чтобы вы узнали? — Протараторил Лэнс. В ту самую секунду Ханк нажал на кнопку. Мир исчез для Лэнса, уступив все пространство комнаты, весь корабль, всю вселенную, боли. Снова тело раздирали на куски, мозг пылал, зубы стиснулись сами собой. Резко боль ушла снова. Ничего не осталось. Пустота пронизывала Лэнса, расщепляя все его чувства, все его переживания, все его сомнения и мысли. Кроме одной. Единственной, навязчивой, монументальной мысли. Кит. Кит, я иду. Дождись меня. Продумал ли Лэнс свою стратегию? Решил ли он, что сделает, как только вновь спустится в темные пучины чужого сознания? Подумал ли он хоть о чем-нибудь, что ждало его после погружения? Тактика, может, была хотя бы примерно наброшена? Ответ на эти вопросы единственный и крайне лаконичный. Нет. Парень вновь оказался на пустынной дороге, ведущей к гарнизону. Ноги сами несли его вперед — каким-то чудом он чувствовал, что Кит должен быть именно там. Снова там. Лэнс торопился, но не мог даже подумать о том, что будет делать. Ему не хотелось — совсем не хотелось! — импровизировать, но пылающий от предвкушения рассудок и спутавшиеся мысли не оставляли ему особого выбора. Что же. Импровизация — то, что давалось Лэнсу лучше всего остального. По жизни он только этим и занимался. Лэнс подошел к гарнизону быстро, и, войдя в здание, тотчас услышал голос Кита. Отлично. Кит снова пришел сюда. И, если Лэнс правильно понял, то сначала всегда гибнет Аллура. — Предатель. — Услышал он шепот Аллуры, доносившийся из другого конца коридора. — Они за тобой прилетели, да? Эти твари… — Лэнс на цыпочках, прижимаясь к стене, приближался к ним. — И ты — такой же. — Снова. Ты говоришь это снова. Кит. Зачем ты говоришь с ней? Лэнс высунул голову из-за своего укрытия. — Ты — жалкое ничтожество. Полукровка. Из-за подобных тебе разваливается вся вселенная. — Гневно закричала Аллура. Кит смотрел на нее с равнодушием — похоже, эти слова его больше не задевали. Зато вот Лэнс чувствовал себя так, словно тонкие проводки шлема сдавили его мозг еще сильней. Сны — отражение наших душевных переживаний. Сердце Лэнса забилось в груди быстрее, щеки загорелись. Он понял, что пора вмешаться. Но как же было страшно! — Аллура, я уже все пробовал. И все заканчивается одним и тем же. Лэнс медленно втянул воздух, прикрыв глаза. В голове возник образ Ханка, с сосредоточенным лицом объясняющего чрезвычайно важную вещь: — Расслабься. Вспомни, где ты находишься. Реальность вокруг тебя — пластилиновая. Ты можешь делать с ней все, что хочешь. Аллура продолжала кричать, Кит все так же пытался договориться с ней. Лэнс не слушал их. Он лишь пытался успокоить сердце. Вокруг все — ненастоящее. И Лэнс собирался взять на себя управление этим местом. — Представь в голове образ. Четкий. Продумай все. Лэнс рылся по закоулкам памяти, пытаясь выудить хоть что-нибудь, что могло помочь. Импровизировать на ходу, да еще и постоянно ожидая смерти за углом, было довольно трудно. Лэнс собрал все свои силы и наконец выцепил из памяти образ. — Потом поверь в образ. И самое главное. Надень его. Словно костюм талисмана спортивной команды. Образ уже был сформирован и готов, как вдруг Лэнс осознал. Это был совсем не тот образ! Почему в критической ситуации в голову пришло именно это?! Сердце заколотилось быстрее, Лэнс запаниковал, стараясь выкинуть образ из головы, стараясь откатиться назад, к самому себе, но было уже поздно. Лэнс взмолился, но, во-первых, в голову больше ничего не лезло, а во-вторых, он чувствовал, что опоздал. Время на раздумья кончилось. Образ уже был на нем, Лэнс был уже не Лэнсом, а кем-то другим. Аллура все еще продолжала кричать. Кит просто молчал, приняв неизбежное. Вот-вот, уже в ближайшие секунды, Аллура должна была умереть. Но план был сорван. Шаги вдруг послышались за спиной Кита. Парень насторожился и тотчас обернулся, ожидая увидеть за собой Корана — это была обычная последовательность событий. Но в пяти шагах от себя, выворачивающим из-за угла, он увидел нечто совершенно странное. Такого в его снах никогда не было. — Интересует ли вас, — начал странный гость, — возмездие во имя Луны? Говоря эту фразу, Лэнс трясся всем телом. Он говорил не своим голосом — этот, новый голос был намного статнее, приятнее уху, в нем не было прыжков интонаций, что было крайне характерно для Лэнса. Голос был чрезвычайно мелодичным. Лэнс сам удивился тому, как хорошо у него получилось придумать себе голос, но был уверен, что ни у кого в реальной жизни такого шикарного голоса не было. Такое сокровище могло привидеться лишь во сне. Кит смотрел на него, не отрывая взгляд. Аллура стояла за его спиной, замерев. Лэнс пошевелил пальцами, проверяя на удобство только что придуманные белые перчатки. Затем слегка коснулся пальцами черного высокого цилиндра, приветствуя Кита. Черный фрак и белая рубашка сидели идеально. Белая маскарадная маска скрывала глаза. Черный плащ, внутренняя сторона которого была красной, развевался, хотя в коридоре совсем не было ветра. Потому что Лэнс так захотел. Первое впечатление бывало лишь однажды! И, кажется, произвести первое впечатление еще как удалось. Кит стоял, не шевелясь, забыв о существовании Аллуры. Он лишь раскрывал рот, намереваясь сказать хоть что-нибудь, и тотчас закрывал. В его сне, неизменном в своей сути, появилось что-то из ряда вон. И мало будет сказать, что оно удивило Кита. Оно, черт возьми, настолько выбило из колеи, что Лэнсу стало не по себе. Такого эффекта он точно не ожидал. — Что? — Слабо спросил Кит после такого долгого молчания, что Лэнсу подумалось, что шлем завис. — Возмездие. — Ответил он, чувствуя всю абсурдность этой ситуации. За спиной Кита раздался выстрел. Кит обернулся, и, осознав, что Аллура снова мертва, крепко выругался, а затем, не сходя с места, снова поднял взгляд на незнакомца. — Я — Такседо Маск. Лэнс с трудом сдержал истеричный смех, позволив появиться на лице лишь легкой полуухмылке. Кит пару раз моргнул, не веря своим глазам. — Кит. — Я знаю. Появился Коран — резко возник в коридоре, сразу накинувшись на Кита с угрозами и требованиями. — Пойдем отсюда? — Спросил Лэнс. Кит смотрел на него, не отрываясь. И пытался сложить в голове разрозненные кусочки пазла. — Я помогу тебе изменить сценарий сна. — Но, — Кит на секунду повернулся к перекрикивающему все вокруг Корану, а потом вновь посмотрел на Лэнса. — Я ведь не могу их оставить? Внутри себя Лэнс застонал: господи, Кит даже в своем собственном сне был страшно занудным! Немного посомневавшись, Лэнс, придерживая цилиндр, сделал пару больших шагов вперед, стремительно сокращая расстояние между собой и Китом. Кит приготовился атаковать. Лэнс замер. И внутренне застонал так громко, что тень его внутреннего недовольства отразилась на лице: уголки губ опустились вниз. Как хорошо, что Кит в этот момент не видел его глаза: парень закатил их так сильно, что увидел собственный мозг. Потом он собрался, и, вытянув вперед открытые ладони, начал заговорческим тоном: — Ты можешь их оставить. И ты должен их оставить. — С чего бы? — Недоверчиво. Так недоверчиво, что Лэнсу захотелось метнуть в Кита неизменный атрибут своего образа — красную розу. — Я хочу сразиться с одним человеком. — Голос звенел от пафоса. Лэнс сказал бы: «Мне нужно надрать кое-кому зад», но раз он решил предстать перед Китом именно в этом образе, необходимо было вести себя соответствующе. — Я должен спасти их. — Упрямо произнес Кит. «Какой же ты занудливый осел! Я хочу помочь тебе!» — захотел выкрикнуть Лэнс. Но вместо этого протянул: — Лунная призма, дай мне сил. — Парень терял самообладание. Он приложил к переносице большой и указательный палец, и, кажется, придумал некое подобие стратегии. — Ты хочешь выбраться отсюда? Кит слегка кивнул. Коран за его спиной тотчас упал замертво. Лэнса причина его смерти совсем не интересовала, а вот Кит обернулся и взвыл, нервно впившись пальцами в волосы. Кит затрясся всем телом, пытаясь спрятать слезы бесконечного разочарования, слезы безысходности. Сердце Лэнса сжалось так сильно, что грозило разорваться от боли. Хотелось подойти к страдальцу и обнять его, сказать ему, что все будет хорошо. Но вместо этого Лэнс лишь стоял в трех шагах, наблюдая за посекундно растущей паникой друга. — Он снова умер. Я снова ничего не сделал! — Едва разборчиво сказал Кит. Бедняга. Даже в его собственном сне нашелся Лэнс, ставший свидетелем вскручивающей голову слабости. Кит, как оказалось, не мог расслабиться даже здесь. Но Лэнс отчего-то злился. Он смотрел на вот-вот разрыдающегося Кита, сжав кулаки. Хороший ты друг, Лэнс. Прямо поддержка и опора, ага. — Успокойся. — Строго сказал Лэнс. Затем развернулся и пошел к выходу из здания. Кит, немного поколебавшись, побежал за ним. Все пока что шло по плану. Лэнс сбежал вниз по лестнице, оставив Широ и самолет позади. Кит же замер, а затем бросился к Широ. Но не успел он добежать, как Лэнс раскатистым голосом обратился к нему: — Позволь мне помочь тебе, друг. — Пафос сквозил в его речи. В реальной жизни, говоря так, Лэнс бы уже расхохотался до слез и боли в груди, но здесь… здесь он держал над собой ледяное самообладание, стоял прямо, не сутулясь, возвышался над Китом. Ветер раздувал плащ. Лэнс знал, что был чрезвычайно хорош и эпичен. На месте Кита он бы не раздумывая пошел за собой. — Доверься мне. — Но там Широ! — Голос Кита срывался. Он показывал рукой в сторону Широ, стоящего на приступке самолета. От упрямства Кита мозг Лэнса просто взрывался. А еще говорили, что Лэнс — самый упрямый человек во вселенной. — Самолет взорвется. Пора было действовать решительно. Лэнсу необходимо было взять управление на себя. — Что? — Буркнул Кит, смотря на незнакомца ничего не понимающим взглядом. — Он же всегда взрывается! — На секунду Лэнс потерял самообладание. Кит выглядел так, словно весь мир, в котором он жил, вдруг перевернулся. В общем-то, так оно и было. Лэнс вернул контроль над эмоциями, а затем рванул к Киту, развернувшись на каблуках блестящих черных ботинок. Лэнс никогда таких не носил, но ему очень нравилось. — Он. — Расстояние между ними уменьшалось. Кит смотрел на приближающуюся угрозу, Лэнс был решителен, как никогда. — Всегда. — Кит встал в боевую стойку. Лэнса это мало заботило — решительность пронизывала его всего, он буквально состоял из нее. — Взрывается! В ту же секунду за спинами двоих раздался взрыв. Лэнс даже не обернулся, а лишь быстро выдохнул — он и без того знал, что произошло. А вот Кит развернулся, и, чуть помедлив, осознав произошедшее, побежал к той куче дымящегося и раскореженного металла, что осталась от самолета и Широ. Кит закричал. Протяжно и напряженно, крик шел от самого сердца. Дикий крик дикого зверя, загнанного в ловушку. Затем, вдоволь накричавшись и распинав все куски самолета, валяющиеся рядом, он снова посмотрел на Лэнса. — Ты... — Зашипел он сквозь зубы, а спустя долю секунды — Лэнс не успел ничего понять — оказался рядом, налетел на парня, сбив его с ног. Лэнс упал на спину, ощутив взрыв боли. — Ты убил его! Ты убил! Кит замахнулся. Лэнс понимал, что никогда не победит Кита, в каком бы состоянии тот не был. Но он понимал кое-что еще. Он никогда не победит Кита. А вот Таксэдо Маск победит кого угодно. Лэнс перевернулся, поднялся. Кит был в двух шагах от него. Они заходили по кругу, словно два диких кота, собирающихся сцепиться в смертельной схватке. Кит прожигал его обезумевшими глазами, Лэнс нацепил на лицо нервную полуулыбку. Сама собой в его руке материализовалась шипастая роза, похожая на большой смертельный дротик. Лэнс знал — одно движение, одно легкое движение, и роза полетит точно в цель. И роза неминуемо достигнет ее, потому что Лэнс хоть иногда и промахивался — отрицать это было бессмысленно — а вот Таксэдо Маск… Таксэдо Маск не промахивался никогда. Лэнс был готов. Он сосредоточился, оборвав дыхание, сконцентрировался на том, что хотел сделать, но потом вдруг понял. Он здесь не для убийства Кита. Но Кита было уже не остановить. Машина для убийств, работающая на жгучей ярости, была заведена. Они ходили по кругу, и каждый выжидал удобный момент. Нет. Нет, я здесь не за этим. Лэнс вдруг замер. Кит замер тоже, приготовившись к любой подлости со стороны незнакомца. Но ничего не происходило. Лэнс лишь медленно поднимал руки к небу, смотря в бесконечную синеву, и сначала молчал. — Что ты… — Начал Кит, все еще стоявший в боевой стойке. Ярость превратилась в смятение. Лэнс не дал ему договорить. — Лунное посольство! — Заорал он так громко, что Кит зажмурил глаза. — Прошу, верни меня домой! Вытащи меня из этого места! Лунное посольство! Лэнс зажмурил глаза, всей душой надеясь, что удастся. — Лунное посольство! Он кричал, вкладывая в крик всего себя. Руки были подняты к небу. Пожалуйста, услышьте. — Лунное посольство! Сначала ничего не происходило. Кит стоял, ожидая, что в любую секунду случится что-то из ряда вон. Глаз Лэнса от напряжения пару раз дернулся, но благодаря маске об этом знал только он сам. А затем Кит моргнул. За одну долю секунды незнакомец растворился. Кит оглядывался по сторонам, ожидая атаки со спины или с воздуха. Но он был абсолютно, бесконечно один. Постояв в одиночестве еще немного, и попытавшись разобраться в том, что это вообще было, он двинулся прямо. Еще оставались люди, в судьбу которых он должен был попытаться вмешаться.

***

      Лэнс раскрыл рот, словно рыба, выброшенная на берег. И тут же услышал голос Пидж: — Лунное посольство? Ты серьезно? Он не ответил. Лишь вертел глазами из стороны в сторону и тяжело дышал, как после долгого ныряния. — Не получилось? — Спросил Ханк, держащий ноутбук. — Что произошло? — Все пошло совсем не в ту сторону. — Прошептал Лэнс. — О мой бог. — Пидж отошла, едва справляясь с эмоциями. Отвернувшись от обоих, она уперла пустой взгляд в стену. — Он тебя узнал? Лэнс хотел активно замотать головой из стороны в сторону, но шлем мешал. Поэтому он как можно скорее опроверг предположение девушки. — Нет. Точно нет. — Он с трудом переводил дыхание. Ханк хотел что-то сказать, но Лэнс опередил его. — Доверьтесь мне. Через несколько минут я должен снова быть там. — Что? — Спросил Ханк после долгого молчания. — Может, попробуем завтра? Я волнуюсь за твое здоровье… — Ханк. — Лэнс посмотрел на него со всей серьезностью, стараясь поменьше быть похожим на вышедшего из ума. — Пидж. — Он перевел взгляд на девушку. — Я знаю, что делаю. Оба молчали, ничего не понимая. Время шло. Кит в соседней комнате снова начал кричать и реветь, словно зверь. — Ты умер. — Сказал Лэнс, подняв глаза на Ханка. На лице того расцвел немой вопрос. Кит затих. Трое переглядывались друг с другом, боясь пошевелиться. Лэнс жутко хотел снять шлем, чтоб почесать голову. Но времени совсем не было. В любое мгновение он должен был быть готов. У всех были вопросы, но ребята сдерживали себя, понимая, что миссия Лэнса на эту ночь не закончена. Внезапно воздух снова пронзил крик. Дикий, ни с чем не сравнимый. Потом — бормотание, злобное, становящееся с каждой секундой все громче и громче. Пидж посмотрела на Лэнса: — А это — я? Лэнс быстро кивнул, наблюдая, как лицо Пидж в одно мгновение побелело, и зажмурил глаза. — Включай. — Скомандовал он Ханку. Палец ударил по кнопке. Тело Лэнса снова пронзила боль.       Лэнс сидел в траве, наблюдая за истерикой Кита. Он ходил вокруг и проклинал все, кричал, ругался и пинал землю. Лэнс старался не поддаться эмоциям и сохранить ледяное спокойствие. Он поправил цилиндр. Кит его не замечал. Лэнс был готов. Он знал, что его копия должна появиться рядом. — Лэнс! — Заорал Кит. Сердце Лэнса упало, но он тотчас вернул спокойствие. Сейчас он был не собой, а Таксэдо Маском. — Ты один остался. Выходи! — Ну вот. — Лэнс услышал собственный голос и повернул голову вбок. Его злобный клон был совсем рядом, неторопливо вставал на ноги. — Ты снова здесь. Давно не виделись. Кит смотрел на Лэнса безумными глазами. Лэнс выпрямился и сделал пару шагов вперед, скрестив руки на груди. — Ой, погоди. Ты же вчера приходил. Без тебя было скучно. — Настоящий Лэнс в это время наблюдал, сжав зубы. Обида сжирала его. Ну почему, почему же Кит так обо мне думает?! — Тебе ли не знать, как гадко жить, когда некого ненавидеть. — Ты — не Лэнс. Он не такой. — У меня прямо душа поет, когда ты появляешься. — Псевдо-Лэнс смеялся, обходя Кита по кругу. Настоящему Лэнсу было совсем не до смеха. — А что ты там себе надумал, а? Ты, — болванчик указал на Кита пальцем, затем упер палец себе в грудь. — и я? Не рассчитывай. Что?! — Я… — На щеках Кита вспыхнули красные пятна. Таксэдо Лэнс замер, боясь пошевелиться. — Я не думал об этом. — Брось. — Отрезал ненастоящий Лэнс. — В мыслях. Думаешь. Постоянно. — Последнее слово он пропел, намереваясь вывести Кита из равновесия. — Мы даже друзьями не сможем стать. Таксэдо Лэнс понимал, что пришла пора действовать. В руке сама собой возникла длинная, изящная трость. Настоящий Лэнс неотрывно смотрел прямо, намереваясь сорваться с места, но тело отказывалось повиноваться. Все нутро настоящего Лэнса хотело дослушать диалог. — Мы уже друзья. — Выпалил Кит. — Ты мне перечишь? Ну ничего себе! — Псевдо Лэнс замер на месте, став спиной прямо там, где в двух шагах прятался настоящий Лэнс. — Друзья так не делают. Время пришло. Настоящий Лэнс сконцентрировал в ногах всю силу и выпрыгнул вперед, больше похожий на прекрасную дикую лань, чем на себя. Он хотел выглядеть таким, и податливый сон Кита удовлетворял его желаниям. Трость просвистела в воздухе. Лэнс заметил, что она была больше похожа на биту — ну что же, бита только лучше подходила для того, что он собирался сделать. Время замедлилось. Бита ударила по голове псевдо-Лэнса, и тот растворился в воздухе, словно болванчик на тренировке, оставив после себя множество алых, словно кровь, лепестков роз. Опять же — потому что Лэнс так захотел. Лепестки разлетелись вокруг. Лэнс в ту секунду был дьявольски прекрасен. Таксэдо Лэнс приземлился на одно колено, слегка склонив голову. Рука с сжатой в ней битой-тростью была отведена назад. Лэнс ожидал какой угодно реакции. Ожидал, что Кит накинется на него с кулаками, ожидал, что он тотчас пойдет бросаться в пропасть, которая уже обступала их со всех сторон, ожидал, что он закричит, закроет глаза руками, или еще тысяча вариантов. Но Кит вместо всего этого лишь стоял, не шевелясь. Прекрасный ураган из лепестков роз закончился, алые лепестки осели на землю. И только тогда Кит беззвучно выругался.