Astray

      От спячки их пробудили дамы.        — Какой ужас, — Леди, стуча подошвой ботинок, прошла мимо горы картонных коробок. — Неделю назад этого здесь не было. Данте!       Охотник лениво потянулся на диване — лежащий на лице журнал сполз и с громким шлепком упал на пол; в глаза резко ударил свет. Сфокусировав взгляд, Данте увидел нависшую над ним Мэри.       — Какой ужас, — он сделал неопределенный жест в сторону выреза на её рубашке и сощурился. — Долго же вас не было.        — Да, достаточно, чтобы ты испортил все наши с Триш старания по облагораживанию этого места. — охотница сморщилась и прошла дальше, в кухню. — Нет, серьёзно?..       — Милая, не занудствуй. — Данте размял затекшие мышцы и сел. — Эх, а я уж думал, что в моём агентстве меня ждут из Ада с распростертыми объятиями.       На колени ему приземлилось полотенце. Леди фыркнула:        — Напоминаю, что кто-то оставил все документы у Моррисона. Так что, давай, — она ткнула охотника в плечо и проплыла в сторону лестницы, — за работу. Триш и Неро скоро вернутся.       Данте обвёл помещение взглядом и вздохнул — сделать предстояло достаточно. Коробки из-под пиццы, баночки из-под санди и несколько стеклянных бутылок — где он только успел взять всё это? Вместо воспоминаний о прошедшей неделе в голове был туман.       В кухне послышался шум воды, и охотник поспешил на звук. Увиденное... поразило его.       Вергилий, оставшись в одном жилете (плащ висел на спинке стула), стоял у раковины и мыл посуду. Стекло тихо звенело в его руках; тусклый свет перекатывался по рельефу мышц; несколько снежно-белых прядей спали на лоб. Будучи всегда безупречным, сейчас он выглядел непривычно — слегка растрёпанный, такой... домашний.        — Я не сомневаюсь, что ты бы справился и один. — Голос его был ровным, однако Данте ощущал подвох. — Но помощь тебе не повредит. Знаешь, глаз да глаз...       Вергилий не договорил, полуобернувшись. На губах его растянулась лёгкая улыбка.       Младший Спарда чувствовал себя растерянным и довольным одновременно. С того момента, как они оба вернулись из подземного мира, братья так и не сказали друг другу больше нескольких слов. И это казалось странным — всё-таки в одном доме жили. Данте мог найти с десяток оправданий: они устали; надо было восстановиться после изнурительной прогулки по миру демонов; свыкнуться с фактом, что семья воссоединилась; осмыслить произошедшее — и так далее.       Но сейчас в этом не было смысла, и он едва слышно сказал:       — Я скучал.       Вергилий разомкнул губы, чтобы ответить, однако внезапный шум в дверях отвлёк их внимание.       — О, а что вы тут... Данте-Данте! — Триш прошла в комнату и осмотрелась; взгляд её проследовал от кипы картона к резко нахмурившемуся старшему близнецу, от него — с укором — к младшему. — Помог бы.       — Ещё одна блюстительница чистоты. — усмехнулся тот и вмиг напрягся. — А что это там у тебя...       — У меня, — кивнула демоница и повернулась на каблуках, отдаляя от Данте объект его внимания: пахнущую пряностями и горячим сыром пиццу. — Не заслужил.       — Леди? — он поджал губы.       — Леди. — Триш скрылась на втором этаже.       Вергилий хмыкнул и приступил к протиранию стаканов. Разговор откладывался.       Парой часов позже, когда посуда была вымыта, стол и диван — отполированы до блеска (Данте с особым усердием вычищал обивку от немногочисленных, но въевшихся пятен непонятного происхождения — то ли соус, то ли кровь), вытерта пыль и собран мусор, братья смогли расслабиться.       Вернее говоря — попытались. Вергилий и Данте сидели друг напротив друга и молчали. Слова никак не шли, но сказать хотелось многое — когда они в последний раз находились рядом так, без желания сразиться, чтобы выяснить, кто сильнее и достойнее? Кажется, никогда.       Взгляд, прямой и пристальный, глаза в глаза — очередная дуэль, негласная. Неловкая тишина давила. Вергилий облизнул губы:       — Я... — С грохотом раскрылась дверь, и на пороге показался Неро, держащийся за плечо.        — Что за чёрт, — он, шипя, едва доплёлся до дивана и обессилев рухнул. Весь плащ охотника был вымазан кровью.       — А я только его вычистил. — со вздохом простонал Данте и направился за аптечкой, оставив растерявшегося брата наедине с новообретённым сыном. Вергилий осторожно переложил его поудобнее и потянулся освобождать от промокшей и прилипшей к телу ткани.        Ночь обещала быть нескучной.