Попытайся меня изменить

— Ало, сынок, как ты себя чувствуешь? Ваня замер. Он не посмотрел на дисплей телефона, когда брал трубку. Честно говоря, звонка от матери он не ожидал от слова совсем. Но где-то глубоко в душе зародилось ощущение теплоты и защищенности. Врожденное ощущение любого животного организма, находящегося рядом с более взрослой особью, способной его оберегать. Ваня затолкал свои мысли поглубже, собираясь выдать стандартную фразу. — Не беспокойся, всё хорошо, - выговорил Ваня, измученно улыбаясь. — Ох, хорошо, милый, - отозвалась мама, - мы завтра вернёмся, жди! И ещё вопрос, ты уже вернулся в школу или на домашнем? А то твой директор и врач так ничего толком и не объяснили! — Пока что нет, но думаю, в понедельник, - ответил Ваня, закутываясь в одеяло и прижимаясь щекой к нагревшемуся повер банку. — А Андрей к тебе заглядывает? — Да, каждый день, - кивнул Ваня. — Ладно, давай, до завтра, - быстро проговорила мама. На заднем фоне был слышен шум улицы и выкрики людей, - люблю тебя. Будь осторожным! — Конечно, мам, до завтра, - ответил Ваня, сбросив вызов. Он не злился на маму. Она перенесла много всего, поэтому она заслуживает счастья. Даже пусть и с таким мудаком, как Сергей. Ваня не мог его называть не то, что отцом. Он не мог называть его отчимом. Только Сергей. Потому что эта бездушная машина, в которую вложили интеллект и потребность в постоянном сексуальном удовлетворении, никак не могла зваться человеком. Ваня его терпел только потому что его мама была счастлива. Сергей не пил, не курил и не бил свою жену. В доме всегда были деньги. Казалось бы, что ещё нужно для спокойной жизни? А именно тех самых исконно русских приключений на жопу, вроде тех, когда от зарплаты осталась тысяча, а вам жить ещё целый месяц, или когда приходишь домой, а культурно подбуханный батя травит шутки и подпевает всей попсе, льющейся из радио. А в доме у Вани идеально. Скучно. Всё хорошо. Поправочка: материально всё хорошо. Телефон оповестил о пришедшем сообщении из вк, и Ваня протянул руку в сторону тумбочки, шаря рукой по поверхности. Фёдор Игнатьев Привет, как дела? Хотя знаю, тупой вопрос. Не хочешь прогуляться? Федя писал чаще остальных одноклассников. Ваня мог с лёгкостью назвать его хорошим приятелем. Ваня Светло Привет. Дела более менее. Смотря куда, а то Андрей вечером обещал зайти Фёдор Игнатьев Отлично, я тоже недолго. Просто скучно дома сидеть. Можем пойти просто пошататься по району, если нет предложений Ваня Светло Давай сходим в кино? Фёдор Игнатьев Чтобы мне потом Андрей ебало раскрошил? :D Ваня Светло Да всё нормально будет. Я его предупрежу)) Фёдор Игнатьев Ну ладно. На что хочешь? Ваня Светло Что угодно, кроме Мстителей. Не фанат я всего этого. Фёдор Игнатьев Понял принял) Тогда я сейчас гляну, что есть и скину варианты Ваня Светло Хорошо, жду Пока Федя шерстил сайты кинотеатров, Ваня решил привести себя в более менее презентабельный вид. Он очень плохо спит и мало ест, хотя Андрей пытается заставить его хоть чуть-чуть поспать и закинуть в себя хотя бы небольшой завтрак. Ваня не любит расстраивать Андрея, ведь тот ему дорог, но и быстро восстановиться тоже не получается. Хотя, от чего, собственно, восстанавливаться? Ничего такого не случилось. Но депрессия впилась в Ваню своими острыми зубами, не отпуская, царапая острыми когтями сердце и душу. Если буквально недели две назад Ваня был уверен, что Андрей его не оставит, то сейчас он понимал, что рано или поздно, но Андрей не выдержит. Уйдёт. Одному оттаскивать этого монстра от Вани тяжело, особенно когда Ванечка и сам подкармливает того глупыми мыслями и порезами на запястьях. Помыв голову, почистив зубы, замазав темные круги под глазами и шрамы от порезов тональником, Ваня выполз из ванной комнаты только через минут сорок. На телефоне уже висело несколько уведомлений от Феди. Фёдор Игнатьев Абсолютно ничего годного, серьёзно! Фёдор Игнатьев Только если ты любишь мелодрамы, второсортные детективы или русские комедии: тогда да, много чего есть Фёдор Игнатьев Ты там жрешь, что ли? Ваня хмыкнул на последнее сообщение. Ваня Светло Нет, я ходил в душ Давай на мелодраму, хрен с ним Фёдор Игнатьев Хорошо, и запомни: ты сам на это подписался Ваня Светло Что за фильм то? Фёдор Игнатьев В метре друг от друга Подростковая сопливая херня Но если ты хочешь, то окей Я подойду за тобой к двум часам, будь готов Ваня ответил, что всё будет окей, и вышел из сети. Сейчас нужно подумать над одеждой, ведь на улице ебашило солнце и Гугл уверенно выдавал 16 градусов тепла. Для Питера это было ну пиздец как странно, поэтому Ваня на всякий случай закинул в рюкзак ветровку с капюшоном, не забыв тысячу на проезд, билет и еду, повер банк, наушники и ещё по мелочи. Сложнее всего было с выбором одежды. Нужно было как-то скрыть свежие порезы, которые тоналкой не замажешь, да и нельзя, а то ещё и воспаление пойдёт. Поэтому через полчаса, Ваня остановился на белой футболке, лёгкой хлопчатобумажной рубашке в темно-синюю клетку, обычных джинсах и чёрных ботинках. Он не стал рисковать, надевая кеды, ведь все мы знаем про петербургский климат. Уже собираясь выходить из квартиры, Ваня совершенно забыл, что так и не позвонил Андрею. Ваня набрал номер, но гудки шли долго и дальше послышалось знакомое приветствие автоответчика. Андрей Замай Что-то случилось? Я сейчас на физике, у меня допы, но если тебе плохо, я отпрошусь Ваня Светло Нет, не беспокойся ничего страшного Просто я хотел предупредить, что мы с Федей Игнатьевым идём в кино, чтобы ты потом меня не искал Андрей Замай Куда ты идёшь с Игнатьевым?! Ваня Светло Андрей, спокойно, просто нам обоим было скучно, вот мы и не придумали ничего лучше, чем кино Я тебе честно говорю! Андрей Замай Ладно, но будь аккуратнее с ним! А то он с этим наркоманом таскается, Чудаковым. Ещё и тебя подсадят на эту дрянь Ваня Светло Всё, иди, учись. Люблю Ваня вышел из подъезда в пять минут, Федя уже ждал его, залипая в телефон. — Привет, - поздоровался тот, убирая телефон в карман джинс и протягивая руку, - ты, кстати, опоздал аж на пять минут! — Девушкам можно опаздывать на свидания, - кинул в ответ Ваня, улыбаясь, - видишь, я даже накрасился! — Да ты гонишь, - оживился Федя, наклоняясь к лицу Ванечки, - не, я вижу, что что-то есть, но я в этом не разбираюсь. Только один вопрос. Как мы с тобой теперь дворами пойдём, там же гопота! — А они прям разглядывать моё ебало будут, - ответил Ваня, потянув Федю за руку, - пойдём лучше быстрее, а то стоишь тут, разглядываешь меня, будто первый раз видишь. — Да я тебя так-то впервые за два месяца и увидел! - заметил Федя, на что Ваня лишь хмыкнул, направляясь в сторону автобусной остановки.

***

— Говно! - бодро выдал Федя, выходя из зала кинотеатра и отдавая 3D очки работнику кинотеатра - женщине средних лет с явным ожирением. Та кинула на них презрительный взгляд и пробормотала себе под нос что-то неразборчивое, но Ваня готов был поклясться, что отчетливо услышал "пидерасты". — Как по мне, так неплохо, я бы дал 5/10, - возразил Ваня, перебивая нецензурные реплики своего одноклассника в адрес фильма. — Хотя, мне понравился один момент, - хмыкнул Федя. — И какой же? - спросил Ваня, заинтересовавшись ответом Феди. — Когда в середине фильма ты, видимо, на эмоциях схватил мою ладонь и не отпускал примерно десять минут, - ответил Федя, самодовольно улыбаясь. — А ты прямо сидел и весь фильм на меня пялился, - невозмутимо произнёс Ваня, направляясь к выходу, - ты поаккуратней, а то всё Андрею расскажу! — Да ничего я не пялился, я приглядывал! - ответил Федя, догоняя Ваню. — Да я рофлю, успокойся! - фыркнул Ваня. — Да я понял, не тупой! - улыбнулся Федя. Они направились на улицу, где уже начали сгущаться сумерки. Ветра не было, стояла невыносимая духота, а на горизонте показались тучи, которые вот-вот заволокут небо. Вот и ветровка понадобилась. Федя выругался, доставая телефон из кармана куртки, чтобы проверить прогноз погоды. — Бля, Ванёк, ливень и гроза через пятнадцать минут, - вздохнул Федя, спрятав телефон обратно, - не успеем доехать, автобус только через минут 40 подойдёт. — Я вообще не знаю, у меня вариантов нет, - ответил Ваня, пожимая плечами и поглядывая на приближающиеся тучи, - Андрей на допах по физике, родители только завтра ночью вернутся. — Да, хреново, - протянул Федя, снова доставая телефон и листая список контактов, - бля, точно! — Что? — Тут недалеко Миша живёт, Чудаков, как раз успеем до него добежать! - проинформировал Федя, набирая друга, - алло, привет! Да все ок. Ты сейчас дома? Один? Отлично. Можно я с Ваньком Светло у тебя грозу пережду? Спасибо, выручил, я в долгу. Минут через пять будем. Жди! — Слушай, Федь, я тут хотел сказать, - начал Ваня, - ну, просто, мне Андрей советовал с ним не связываться, что он там, ну, типа.. — Да, с наркотической зависимостью, это нетрудное словосочетание! - выпалил Федя, отворачиваясь. Ваня понял, что задел за живое, но расспрашивать совершенно не хотелось, да ещё и хорошие приятельские отношения портить впридачу. Поэтому Ванечка подошёл к Феде и взял того за руку, уткнувшись в плечо. — Извини, я не знал, что это заденет тебя, мне надо было подумать, прежде чем сказать, - извинился Ваня, поднимая голову и высвобождая свою ладонь из чужой, чуть влажной и тёплой. — Ничего страшного, ты не знал, но теперь будешь, - кивнул Федя, наконец поворачиваясь к Ване и слабо улыбаясь, - ладно, пойдём, а то уже дождь накрапывает. — Да, конечно, - ответил Ваня, спешно следуя за Федей.

***

— Что-то вы задержались, - заметил Миша, обнимая Федю и пожимая руку Ване, - проходите, только тихо, а то у меня мать недавно с очередного клуба вернулась, сейчас снова бухать продолжить. — Мы поняли, - кивнул Федя и направился в глубь квартиры, Ваня последовал за ним. Комната Миши достигала от силы квадратов шесть. На окнах не висели шторы, на подоконнике лежал потертый темно-коричневый плед и стояло засохшее комнатное растение. Около окна стоял рабочий стол, где аккуратно были сложены учебники, книги и тетради. В противоположном углу находилась односпальная кровать и тумбочка. Единственное, что выделялось огромным контрастным пятном - это пол. Не сам пол, которым здесь был линолеум, а то, что на нем валялось. Множество скомканных листов бумаги А4 (на одном из них можно было разглядеть очертания человека), простые карандаши и чёрные ручки. А ещё шприцы. Пакетики с непонятным содержимым, разбросанные капсулы с явно какими-то психотропными веществами, баночки по 50 и 25 грамм. Ваня аккуратно переступил через пакетики с белым порошком и присел, как и Федя, на край кровати. Сам же хозяин комнаты сидел на полу и вырисовывал на очередном листе бумаги какие-то фигуры и символы, значением которых Ваня не интересовался, да и не видел их так часто, чтобы сидеть и гуглить. В соседней комнате были слышны неразборчивые маты и постукивание бутылок друг о друга. Ваня повернулся к Феде. Тот заметно нервничал, не отрывая взгляда от Миши, а руки начали подрагивать. Первым эту тишину нарушил Миша. Вопрос был адресован Ване, но тот не расслышал, так как был занят странно изменившимся состоянием Феди. — Что, прости? — Тяжелая или глубокая? — Глубокая, - выдал Ваня. Почему-то он сразу же понял смысл. — Покажи, - попросил Миша, поднимаясь с пола и подходя к Ване. Ваня понял, что именно у него просят, но заколебался. С одной стороны, ну, покажет он порезы, ничего не случится, всем же похуй, но, с другой стороны - в комнате находился психически здоровый человек, коим являлся Федя, и тот может доложить об этом Андрею, которому сейчас нужно сосредоточиться на учебе, а не на каких-то там порезах на руках Вани. — Пожалуйста, - прошептал Миша, - а я тебе кое-что дам. — Не надо, - ответил Ваня, стягивая с себя куртку и рубашку. Миша тут же оживился, начал пристально рассматривать глубокие и даже очень глубокие раны. Благо, Ваня посещал все уроки обж и умел оказывать первую медицинскую помощь, поэтому, когда его отпускало, Ваня делал все необходимые процедуры, а после лежал, наслаждаясь приятным покалыванием и иногда чуть сжимая порез. — Круто, - восторженно прошептал Миша, отстраняясь, - а теперь я тебе кое-что принесу. Ваня хотел было снова возразить, но Миша уже вернулся, протягивая одну из баночек, которые валялись на полу. — Тебе понравится, - ответил Миша, возвращаясь к прерванному занятию. Ваня ничего не ответил. В голову сразу же пришла вся прочитанная Ваней литература, где активно романтизировали наркотики. Конечно, Ваня понимал, что это опасно, но где-то в глубине души отдавалось: «попробуй, тебе понравится, один раз живем!» Ваня отогнал мысли и решил для начала рассмотреть, что ему дали. Красно-чёрная баночка, напоминающая по форме ту, в которой продают увлажняющий крем. На красной крышке чёрным было выведено: "Lucky hard", а чуть ниже "Sweet mint". Открутив крышку, Ваня увидел множество пакетиков с чем-то коричневым. — А что это? — Это снюс, не наркотик, - лаконично ответил Миша, не отрываясь от вырисовывания очередной фигуры не то человека, не то существа. Название Ваня уже где-то слышал, но не мог вспомнить, что это. Как назло, телефон и повер банк разрядились. — Федь, можно с твоего в Гугл зайти? - спросил Ваня, поворачиваясь к однокласснику, и замер. На Феде просто не было лица. Он побледнел, в уголках глаз скопилась влага, руки подрагивали, губы сжаты в тонкую линию. Его состояние граничило с истерикой. Благо, дождь почти закончился, поэтому они быстро попрощались с Мишей, выходя на улицу, вдыхая свежий воздух после прошедшей грозы.

***

Возвращались они домой уже поздно вечером. Гуляли по парку, зашли в магазин за едой, зашли в другой магазин, но уже за сигаретами. На часах было 21:37, а это значит, что попадись они ментам - то детская комната милиции им обеспечена. Они стояли на остановке и ждали последний рейс нужного автобуса. Ваня крутил в руках разряженный телефон, а Федя курил уже пятую сигарету. Ваня думал, что он бы так же себя вёл, будь его друг в таком состоянии. Матери Миши уже давно наплевать на ребёнка, раз тот устроил у себя в комнате наркопритон. Да и серьезная психическая болезнь была явно видна в поведении. И единственный, кому Миша был дорог - это Федя. Который был таким же подростком, который не может помочь. У него нет своих огромных денег на лечение друга и последующую реабилитацию. У него есть только возможность приходить и видеть друга таким. Смотреть сквозь пелену слез, как тот умирает. — Знаешь, как мы сдружились? - неожиданно прервал молчание Федя. Он глянул на Ваню и, увидев в его глазах то, что тот готов слушать, продолжил, - он пришёл к нам в пятом классе, ты помнишь? Его тогда не приняли: избивали, отбирали вещи, рвали одежду. Издевались, как могли, в общем. Тогда я сильно болел и не ходил в школу месяц, но как только вышел и увидел, как над таким слабым пареньком издеваются тупые необразованные куски мяса и мышц, тут же помог ему и подружился. А так как я имел и имею авторитет в классе, от него быстро отстали. Мы стали хорошими друзьями. Я часто оставался у него, оберегая от мамаши, которая тогда только развелась с отцом Миши, приглашал к себе, кормил и защищал, а он рисовал для меня всё подряд, от фиалки на окне, которая тогда ещё цвела, до целых пейзажей. Однажды он нарисовал меня. Как я сижу на подоконнике и пишу за него доклад по литературе, потому что Миша в тот день провалялся в кровати с температурой. Я до сих пор ношу этот рисунок с собой, вместе с паспортом. В девятом классе и случилось самое страшное. Его изнасиловали. Поздно вечером отпустил его быстро дойти до магазина, а его сразу же за соседним домом и поймало трое мужиков. Трое! После этого он замкнулся в себе, ни с кем не разговаривал, лишь изредка обнимал меня, шепча что-то неразборчивое на ухо. А в этом году нашёл выход в наркотиках. Да, он начал посещать школу, общаться, улыбаться. Но всё это выглядит слишком приторно и не по-настоящему. В глазах уже нет веселого блеска, там лишь пустота и воздействие наркотиков. А он мне очень дорог, он мой лучший друг, понимаешь?! Но я вытащу его из этого дерьма. Я пообещал. Сам себе. Ваня не ответил. Только что его одноклассник, который вот несколько часов назад стоял смеялся над глупыми шутками и ходил в кино на подростковую мелодраму, оказывается, имел огромные проблемы. Больше, чем депрессия Вани. Намного. Он не имел заболевания, но его душа болела за дорогого ему человека. — Мы справимся, - прошептал Ваня, обнимая Федю, - мы все поможем. Я, Андрей, Слава, Мирон. Мы все будем рядом. Федя кивнул, слабо улыбаясь. Подъехал автобус. Они сели, расплатившись за проезд. Федю начало клонить в сон и тот уснул на плече Вани, а Ваня думал о Мише и красно-чёрной баночке, лежащей на дне рюкзака.