Корабль счастья

Меня колбасило по-черному. Осознание собственной ненужности то вызывало злость на несправедливую Вселенную, то пробуждало дикое отчаяние. А в сумме они вгоняли меня в депрессию. Сколько времени прошло? А хрен его знает. А потом постучали в дверь. Причем, знаете, так уверенно, что становилось ясно: вне зависимости от моей реакции этот человек зайдет. Раз так, то зачем напрягаться? Я промолчал. Закутавшись в одеяло, закрыл глаза и стал убеждать самого себя, что давно и крепко сплю. А кто пришел - пусть уходит. Не мешайте видеть сны. Я услышал скрип дверей, потом - шаги. - Ты не спишь, - утвердительно сказал Элрест. - И что? - я открыл глаза. - Разве у меня нет права притворяться спящим? Вместо вызова в голосе прозвучала усталость, достойная занудившейся за миллионы лет вертеться галактики. - Есть, - Элрест сел на кровать рядом со мной. Выглядел он, кстати, совершенно здоровым. Да, неплохие на корабле медицинские системы... Я уткнулся мордой лица в подушку. Как себя вести, я не знал и потому решил изобразить из себя что-то вроде бревна. Бревнам вообще нехуево живется: никто ничего не требует... Правда, иногда пилят. Ну, так и людей тоже пилят! - Я обязан тебе жизнью. - Ну и что? - уныло поинтересовался я. Подушка при этом расслышала явно больше, чем Нанда. - Скажи "спасибо" и вали! - А чтобы не валить, мне не следует говорить "спасибо"? - Это извращенная логика, - я все же позволил втянуть себя в диалог. - Не передергивай. Смысла и дальше радовать четкой дикцией подушку не было, и я сел. И уставился в пол, не глядя на Элреста, который дразнил меня одним своим присутствием. В душе что-то буквально вопило: "Соблазняй! Вызывай жалость! Бросайся на шею!" Обламывать себя было грустно, но необходимо, потому что... А вот почему, я додумать не успел, поскольку в следующее мгновение Элрест обнял меня, мягко прижимая к себе. - Хватит надо мной издеваться! - я попытался вывернуться, но - не пустили. - Ты что, опыты на мне ставишь? - Не в этот раз, - серьезно ответил Нанда. - Расслабься, ты словно ждешь, что я тебя ударю... - Если это произойдет - бей лучше по почкам, только душу не трогай. Я зажмурился, уткнувшись ему в плечо. До невозможности хотелось растянуть этот момент в вечность. - Знаешь, я лучше предпочту тебя не калечить. - Спасибо и на этом, - я нашел в себе силы поднять на него взгляд и посмотреть в глаза... Эх, ну что же мы, придурки, делаем? Вместо радостного примирения с самими собой, друг другом и природой и последующими доказательствами любви мы сидим - в обнимку, между прочим! - и несем какую-то хрень, великолепно осознавая, что это - хрень. Ладно, оставим в покое наши умственные способности. Меня вот что еще волнует... - Кто тебе эта Лилит? - сейчас наконец-то выясню, кем он сам ее считает... Потому что рассказы Мар и поведение самой Лилит - это одно, а вот что думает по этому поводу главный герой происходящего... - Уже никто. Когда-то я хотел на ней жениться, но это прошло, - спокойно ответил Элрест. Врешь. - Но от секса с ней ты не отказался... - Кто тебе сказал? - он вскинул бровь. - Сегодня утром Лилит вышла из твоей ванной, - мрачно напомнил я. - И где же она ночевала? - Не у меня, - покачал головой Нанда. - Мою каюту она посетила незадолго до твоего прихода, у нас был неприятный разговор. От слез у нее смазалась косметика, и она пошла поправлять макияж. - И все? - спросил я одновременно с подозрением и надеждой. - Да. Ей просто хотелось ужалить тебя. В этом смысле Лилит похожа на змею. Пусть будет так, я поверю - потому что такая версия намного лучше, чем та, в которой они снова станут парой. В конце концов, Элрест мог сто раз ее разлюбить! Нанда провел пальцами по моим волосам. Не в добрый час я их обрезал... - Зачем ты постригся? - меня зачем-то почесали за ухом, как кошку. Наверное, это у Элреста привычное из-за Олойки. - Не знаю, - честно сказал я. - Было скучно... - Получилось неровно, - констатировал он. Ха-ха. Неровно - мягко сказано. У меня там такая хрень, словно стриг кто-то с нарушением координации движений и случайно поотчекрыживал что-то совсем левое. Но кого это, в самом деле, волнует? - Что с тобой было? Как ты умудрился отравиться? - спросил я. - Был неосторожен при стыковке, - туманно сказал Элрест. - А почему капсула не вводила антидот, а ждала команды? Он хмыкнул. - Знаешь, в чем главное отличие искусственного интеллекта от естественного? - Откуда я могу знать? - Искусственный не умеет делать выбор. - Как это? - не понял я. Да еще и жар тела Нанды, оказавшегося столь опасно близко, не способствовал глубокому осознаванию произносимых слов. - Поставь андроида перед двумя путями влияния на ситуацию, каждый из которых может с одинаковой вероятностью закончиться провалом или удачей. Выбрать ИИ не сможет. - Почему? - Будет бесконечно колебаться между вариантами. Не особо понятно, но здорово. Сидим тут, лясы точим о какой-то херне... Хватит. Кажется, Элрест хотел и дальше просвещать меня насчет субъектов своей работы, но я не позволил. Потянулся к его губам - и впился собственническим поцелуем. В конце концов, Нанда сам сказал, что с Лилит у него ничего нет. Моя совесть чиста... И вновь как-то незаметно получилось, что целуют уже меня, а я только отвечаю. Элрест провел рукой по моему бедру вверх, и от этого нехитрого прикосновения у меня просто снесло крышу - а она ведь и так на соплях держалась! Дурацкие комбинезоны! Чтоб их изобретателю икнулось-подавилось! Что стоило сделать их более удобными для снимания... Молнию на комбинезоне Элреста (по закону вселенской подлости, куда ж без нее) заело. Тогда сам Нанда убрал от себя мои руки и спокойно справился с застежкой. Ученый, говорите... Видать, качается тайком. По ночам, пока никто не видит. Блин, что я несу? Бицепсы-трицепсы-мышцы груди-кубики на животе... Какой же он красивый... Хоть повелся я и не на красоту, но... Через пару секунд с меня тоже была снята эта дурацкая тряпка. И полетела она куда-то вверх по параболе... У Элреста в глазах был какой-то голодный блеск. И хорошо, что я своих глаз не вижу. Как давно у Нанды никого не было? А у меня? И можно ли считать меня девственником, если я ни хрена не помню о своей половой жизни? Ой, да какая разница... Я чуть не поперхнулся воздухом, когда пальцы Элреста без всякого стеснения обхватили мой член, стоявший уже железобетонно, и издевательски медленно стали двигаться вверх-вниз, и я закусывал губу, чтобы не стонать. Не прекращая этой сладостной пытки, от которой уже выть хотелось, Нанда стал целовать мою шею. Влажно скользнув языком по кадыку, он неожиданно болезненно прикусил чувствительную кожу, и я не сдержался, вскрикнул. Словно дождавшись условного сигнала, Элрест провел языком по ключице и дальше, к соску, обхватывая его губами и заставляя меня задыхаться от возбуждения. Чуть отрезвляя, в бедро впились острые ногти. Кажется, он делает это специально... Сжав зубы на соске на долю секунды - сил не стонать уже не было - он поцеловал живот, пощекотав языком пупок, и, разведя в сторону мои ноги, сомкнул губы на моем члене. От нахлынувших ощущений я выгнулся, комкая в ладонях простыню. Элрест ласкал языком чувствительную головку, а я уже прикусил губу до крови. Контраст невероятного удовольствия с легкой болью делал ощущения еще ярче. В меня проник смазанный чем-то скользким палец. Ай да Элрест, все-то у него под рукой, даже смазка... А-ах... Второй палец нащупал внутри чувствительную точку, я застонал сквозь зубы. Когда губы и язык Нанды перестали ласкать мой член, я разочарованно выдохнул. Элрест расположился между моих ног, и я почувствовал, как он медленно проникает в меня. Я все-таки сумел съехидничать: - Быстрее, улитка... Ай! - По просьбам трудящихся... - усмехнулся он, резко входя, и начал двигаться, не дожидаясь, пока я привыкну к чуть болезненному чувству заполненности. Уже через несколько толчков я стал подаваться ему навстречу, ловя ритм. Я скрестил ноги на спине Элреста и зажмурился. Его губы нашли мои, я притянул его еще ближе, чувствуя себя словно частью одного целого... А потом мир разлетелся осколками калейдоскопических цветных стеклышек - и собрался заново. Элрест перекатился на бок, прижимая меня к себе. Хотелось ляпнуть какую-нибудь романтическую чушь, но было лень. Утро как обухом топора по затылку ударило. В смысле, наступило внезапно... Я на несколько секунд решил, что все вчерашнее мне приснилось. А потом понял, что лежу, обнимая Элреста за шею. Вот ты какое, счастье... Было до того тепло и уютно, что даже мысль о том, что это состояние можно прервать, казалась кощунственной. Я лежал, уткнувшись Нанде куда-то между шеей и плечом и слушая, как ровно бьется его сердце. Из коридора доносилось скрипучее пение попугая-феникса, в отдалении выражала свое недовольство чем-то Вельзевулина... Идиллия. Спящий Нанда был мегамил. Во сне его лицо было умиротворенным, разгладились делающие его суровым носогубные складки, он казался моложе своих двадцати пяти. Я поерзал, устраиваясь поудобнее, укутал нас одеялом и приготовился досыпать, но проклятый пернатый террорист нарушил планы безумно громким воплем, изданным прямо под дверью каюты. Элрест открыл глаза и вполголоса пробормотал: - Следует подбросить Вельзевулине рецепт супа на бульоне из птицы... - Сами сварим, - кровожадно сказал я. Словно услышав наши коварные планы, касающиеся его тушки, феникс счел за благо заткнуться и убраться подальше. Нанда отбросил в сторону свой край одеяла и встал с кровати, потягиваясь. Я подобрался сзади, обнимая его со спины. Несколько секунд я так стоял, уткнувшись ему куда-то в район лопаток, потом он повернулся, обнимая меня за талию. - Пора улетать с этой планеты, - сказал он. - Что, прямо сейчас? - с неудовольствием поинтересовался я. - Не стоит откладывать дела на завтра, а не то к ним будет в разы сложнее приступить. Элрест отошел от меня и стал одеваться. Я наблюдал за этим, сидя на кровати. Уходя, Нанда взъерошил мне волосы и легко поцеловал в лоб. Умеет ведь быть ласковым, когда хочет... С самого начала бы так! Но надо ведь поделать морду кирпичом, это ж вопрос понтов... А кому от этого лучше было? Да никому. Зато теперь... Улыбка с лица упорно не убиралась. Я оставил попытки и пошел мокнуть в душе. Когда вышел оттуда, то почувствовал, как едва уловимо меняется гравитация. Взлетаем... Я оделся и вышел в коридор. В каюте не сиделось, меня распирали положительные эмоции. Может, что-нибудь схарчить? Но дверь в кухонный отсек оказалась заперта. Из-за нее доносились загадочные звуки - такое впечатление, что кому-то пришло в голову передвигать там мебель. Рядом в коридоре, прислушиваясь к громыханию, нервничала Мар. Пройдя мимо нее, я увидел, что дверь в каюту Синеля открыта, сам подполковник спит, а над ним стоит задумчивый Кенкил с планшеткой и что-то записывает. - Я - большая стопа, - громко сказал Синель, не просыпаясь, и всхрапнул. Кенкил радостно записал выданный сновидцем перл и замер в ожидании следующего. Каждый развлекается как может... Хотелось петь хором с фениксом и бегать по потолку - настроение было настолько заебись, что мир играл всеми красками, такими яркими, что даже глазам было больно воспринимать. Из-за угла вышла Лилит. Она была одета почему-то в черный цвет и выглядела не слишком веселой. А завидев меня, и вовсе помрачнела. Не говоря ни слова, прошла мимо, и почему-то эйфорический настрой выветрился почти полностью. Зараза... Вырядилась, как ворона, ходит, настроение людям портит.