Корабль счастья

Вот странно - цыган на корабле было пять штук, а шуму от них, как от целого табора. Лететь предстояло долго, так что я успел волей-неволей с ними перезнакомиться. Единственными нормальными существами здесь были два ребенка - мальчик и девочка, обоим было лет по пять. Прекрасные детки! Как невинны были их шалости по сравнению с развлекаловками взрослых... Главной на корабле была сфероподобно массивная цыганка по имени Тамира. Бугдулай боялся ее до полусмерти, Хосе тоже остерегался, дети беспрекословно слушались. Я избегал: взгляд у нее был подозрительный, уж не знаю, может, он всегда такой, но лучше перестраховаться. Бугдулай исправно что-то ломал. Настолько исправно, что я иногда думал, что сбитая броня - его рук дело. Но обычно он обходился меньшим масштабом разрушений - бывало, ломал стенки, мебель, однажды умудрился непостижимым образом продырявить пол... Все это выходило у него совершенно случайно, и потом он очень извинялся. Я, в принципе, его не винил - ну, бывают такие люди-катастрофы, что тут поделаешь. Тем более, это лучше, чем быть маньяком-любителем или вовсе профессионалом, как я. Но в один прекрасный день несчастный, робкий и забитый Бугдулай получил звездюлей и от меня. Дело в том, что Хосе не оставлял попыток меня соблазнить. И плевал он на то, что соблазнять там было особо нечем, а я неустанно напоминал ему, что я, блять, замужем и даже передумал разводиться. Не оставлявший надежд Хосе не сдался и обосновался в соседнем жилом отсеке. И не в добрый час ко мне завалился Бугдулай, в очередной раз что-то хренакнувший - кажется, это был любимый сервиз Тамиры. В надежде спрятаться этот локальный разрушитель пришел и слезно попросил меня помочь. Я, как мог, замаскировал его в гардеробе, который визуально - да и по реальному объему - был меньше Бугдулая. Попутно оказалось, что во мне дремали таланты великого трамбовальщика, только и ждавшие удобного случая, чтобы проснуться. Короче, цыганского богатыря я впихнул в тесный шкаф даже не по частям, хотя был соблазн. И все было в порядке, Тамира заглянула в отсек, убедилась, что Бугдулай там отсутствует, и пошла себе дальше, но стоило ей удалиться, как произошло вполне предсказуемое событие: шкаф не выдержал напора человеческого тела, и развалился. Но это меня не волновало, однако вместе с гардеробом Бугдулай умудрился проломить перегородку между моей комнатой и ванной Хосе. Как и следовало ожидать, я не обрадовался. А Хосе, поняв, что момент удобен, немедленно ринулся в бой. Пока я выяснял с ним отношения, Бугдулай, осознавший, что его не похвалят, спешно ретировался. Остаток дня по корабельному времени мы с Тамирой гоняли его по всем отсекам, проявляя чудеса ловкости и смекалки. Однако наша жертва от страха обрела еще больший IQ и скорость, и, вымотавшись вконец, мы махнули на него рукой. А, вернувшись в свою каюту, я недосчитался пары предметов нижнего белья, отчего мне стало немного не по себе. Ночевать пришлось, окопавшись в ванной и накрывшись подушкой, дабы не слышать того бреда, который нес проникший на территорию жилого отсека Хосе. Уж что ему только не взбредало в голову - и шерстистые метелочки моих ресниц, окружающих глаза, полные вселенского холода и обладающие чистейшим цветом и магией притяжения, и заманчивые - он так и сказал - округлости моих ягодиц, сводящих с ума, даже будучи скрытыми под тканью одежды... После фразы про ягодицы я даже на всякий случай оглядел собственную задницу в зеркале, чуть не свернув шею от попыток понять, что с ней не так, раз она, вон, с ума людей сводит. На следующий день Бугдулай извинялся перед невыспавшимся и оттого недобрым мной, параллельно латая дыру в стене пластиковыми панелями. Но это его не спасло. Зато потом пару дней лежал тихо, отмокал в реабилитационной капсуле. Итак, жизнь на "Щастье" била ключом, гаечным и магнитным, по голове и почкам. А потом однажды наш кораблик поймал сигнал от встречного. Услышав голос Элреста и увидев его на голографическом экране, я впал в эйфоричную прострацию так глубоко, что даже согласился на прощальное гадание на картах от Тамиры. Конечно, лучше бы мне этого не делать, меньше знаешь - крепче спишь, но... В каюте цыганки было полутемно и душно. Воздух, казалось, целиком состоял из благовоний, которые были больше "вония", чем "благо". На стенах висели слабо фосфоресцирующие ковры. Карты Тамира разложила прямо на полу. - Тебя ждет радостная встреча, - сказала она. - Я в курсе. - Но радость продлится недолго, - обрадовала. - Бубновый король проиграет пиковому, и лишь объединившись с валетом крестей он сумеет что-то сделать. Но у валета мало шансов стать королем... а у тебя - остаться человеком. Что она несет? - …А бубнового короля будут сбивать с пути дамы пик и крестей, но, может быть, ему поможет червовая. Изольд, тебя ждет страшное испытание... - Хватит! - не выдержал я. - Не обижайтесь, но это какой-то бред. Спасибо за старание, но я во все это не верю. До свидания! Цыганка неодобрительно покачала головой, а потом, сунув руку куда-то за пазуху, сняла с шеи кулон на серебряной цепочке. - Возьми, - сказала она, протягивая его мне. – Сколько он мне служил… но тебе нужнее. - Не надо, повторяю: я не верю во всю эту магию. - Зря… Надеюсь, еще свидимся, - вздохнула Тамира. - Береги себя, мальчик. И короля своего тоже... И валета. Я вылетел из ее каюты и бросился прочь. Будто мало уже было бед, нет, надо еще нагадать! Тоже мне, шар-оракул с шалью. Хрен вам всем, я в любом случае и выживу, и собой останусь - хотя бы назло Вселенной!