Корабль счастья

Лилит приходила каждый день - обычно ненадолго, максимум на час. Но это здорово помогало. По крайней мере, отступила черная депрессия, в которой я пребывал предыдущую неделю. Не то чтобы появился бешеный оптимизм, но хоть пластом целыми днями на кровати я больше не валялся. Самое странное - то, что разговоры у нас обычно не клеились. Перебросившись парой фраз, мы замолкали. Иногда просто сидели рядом, думая о своем, иногда включали голопроектор и смотрели какие-то чаще всего дебильноватые передачи, скупо обсуждая их. На этом психологическая помощь заканчивалась, за что Лилит спасибо. Я не выдержал бы, если б она принялась меня жалеть - сорвался бы, наорал, выгнал нафиг. А потом раскаивался. Зачем она ко мне являлась раз за разом, для меня по-прежнему оставалось загадкой, я мог лишь выдвигать гипотезы. Кажется, ей было одиноко. Правда, на мой взгляд, с ее внешностью эта проблема решалась довольно легко. Но мало ли... может, ее просто не устраивали кратковременные интрижки, а длительные завести не удавалось. Главное, в таком случае, чтобы она не захотела устроить личную жизнь со мной. Хотя это уже, судя по всему, паранойя - Лилит не давала даже намека на то, что наши отношения (да какие там, нафиг, отношения, положа руку на сердце) могут перейти в горизонтальную плоскость. Она вела себя так, будто была моей дальней родственницей, до некоторых пор и не подозревавшей о моем существовании, а теперь вдруг нашедшей и не знающей, что со мной делать. Однако визиты Лилит были практически единственными проблесками в моей неестественно ровно и монотонно текущей жизни. Вся та химическая дрянь, которой меня пичкали, накапливалась в организме, отчего сильнее проявлялись побочные эффекты. Я ходил, смутно понимая, где реальность, а где - воспоминания. Немного помогало постоянное присутствие в клинике Тау, но, увы, этого было недостаточно, чтобы удержать на месте мой покосившийся чердак. Память меня мучила страшно. Иногда картины из прошлого попросту вытесняли действительность. Со слов Тау и Лилит, в такие моменты я застывал, глядя в пространство остекленевшим взглядом. Что ж, в сумасшедший дом я попал абсолютно оправданно. С другими больными я почти не пересекался. Убедить меня выйти из палаты в коридор было практически нереально - за пределами привычного помещения я чувствовал себя беззащитным и уязвимым. В палате это ощущение притуплялось. Раньше я никогда не боялся будущего. Знал, что оно не принесет ничего особенно хорошего, но это меня не пугало. И смерть тоже. А теперь мысли о том, что я запросто могу всю жизнь провести в дурке под воздействием психотропных, вызывали настоящий ужас, когда я был достаточно адекватен, чтобы об этом думать. Рядом с Лилит и Тау этот страх слегка ослабевал, поэтому я часто просил андроида со мной посидеть. Плевать на гордость, здоровье дороже. Хотя какое там здоровье... А еще меня стало очень легко разозлить. Я злился на собственные мысли, неосторожные чужие слова, "не такие" взгляды, бесконечные уколы... список можно было продолжать и продолжать. Странно, что приступов агрессии со мной не случалось. В один прекрасный день, ничем из общей массы не выделявшийся, ко мне пришли цыгане. Табор шумел в коридоре, переругиваясь с медперсоналом, а в мою палату отправилась Тамира. Зыркнув на Лилит, волей случая оказавшуюся в то же самое время здесь, она сочувственно сказала, что я неважно выгляжу, после чего предложила снять порчу и погадать. К тому моменту я уже был готов верить во что угодно, хоть в то, что все звезды, включая и знаменитостей, и космические тела, имеют цилиндрическую форму. Глядя на круглое смуглое лицо цыганки, я чувствовал, что мир становится чуть четче. Уже хорошо. - Ну, погадайте, - равнодушно сказал я, поскольку хуже от этого стать явно не могло, а вот развлечением обещало быть неплохим. - Очень хорошо... Неуловимым движением цыганка достала из объемистой торбы связку свечей. - Я вам не помешаю? - осведомилась Лилит, отодвинувшаяся подальше от меня и Тамиры. - Нет. А ну-ка... Молодая-красивая, а давай я тебе сейчас быстренько тоже про жизнь-судьбу расскажу? - Спасибо, не надо. - Зря отказываешься, - покачала головой цыганка. - Вот, например, я вижу твоих двойников, причем даже не прикладывая к этому никаких усилий. Эти фигуры, стоящие у тебя за спиной... - Я не верю в этот бред, - отрезала Лилит. - Эх, милая, пожалеешь потом. Двойников-то у тебя двое, да оба разные. Разобраться бы, кто, к кому да куда и чего этим добивается. - Вы несете чушь, - настаивала на своем девушка. - Какие еще двойники? - Один мужчина и одна женщина. И оба так на тебя похожи, да только между собой у них сходства ни малейшего нет. Что же творится-то? Кто ты сама? - Тамира внезапно застыла, пораженно глядя на сохраняющую на лице скептическое выражение "жертву". - Ого... да ты ведь... - Хватит! - оборвала ее Лилит. - Я не давала согласия на эти глупости. - Глупости? Да уж не тебе об этом говорить! - цыганка фыркнула и резко развернулась ко мне, потребовав: - Возьми свечку и смотри не урони. Она зажгла фитилек, и я с любопытством смотрел, как мечется, словно пытаясь оторваться от стебелька, огненный цветок. Люблю смотреть на пламя, вот только редко получается. И настоящие свечи не так уж часто видишь. Капля расплавленного воска упала мне на руку. Горячо... В обстановке палаты не появилось ничего пугающего или мистического. Я смотрел, как Тамира раскладывает карты на постели, и ничего особенного не ощущал. В прошлый раз было иначе... стоп, а прошлый раз был, или это из фальшивых воспоминаний? Во рту пересохло. Неужели я все-таки запутался?! Нет, только не это... Память - все, что у меня есть, и я не хочу угадывать, какие ее куски - настоящие, а какие - нет! Пластик карт бликовал в свете ламп. Почему я раньше не замечал, какое тут противное, до боли в глазах яркое освещение? - Близится окончание тяжелого периода в жизни. Тебя ожидает множество сюрпризов, большей частью приятных... предстоит узнать знакомых людей с иных сторон их душ. В личной жизни ничего нового... зато будут решаться вопросы с семьей. Ох, какая жалость, остальное тебе нельзя знать раньше времени. - А, это у вас хроническое - сказать что-то непонятное и ничего не объяснять? - хмыкнул я. - Считай как хочешь, - карты были сметены с простыни и с профессиональной аккуратностью уложены обратно в коробочку. Затем колода отправилась в сумку. - Порчей я займусь завтра, с ходу ничего не выйдет. Да, там с тобой Хосе хотел поговорить... Я хотел было сказать, что мне не хочется с ним разговаривать, но потом подумал: а что теряю? - Пусть зайдет, - решил я. Тамира кивнула и зычно крикнула: - Хосе! Тащи сюда костлявую задницу! - Чью? - Хосе с любопытством заглянул в палату. Твою мать! Я не знаю, не могу вспомнить, целовались мы с ним или это очередная каверза рассудка? - Свою, - Тамира поднялась с кровати и величественно понесла свое большое тело к выходу. Хосе ужом юркнул в помещение и обосновался рядом со мной. - Как дела? - весело поинтересовался он. И вот тут меня переклинило. Разве по мне не видно, что дела, мягко говоря, хреново? Разве здоровые люди сидят по дурдомам? Разве я был бы здесь, будь мне куда идти?.. Я повалил Хосе на кровать и начал душить. Большие пальцы уперлись в неподатливый хрящ, вдавливая его в горло, перекрывая Хосе доступ к кислороду, заставляя бессильно хрипеть и вырываться из рук. - Тау! - громко позвала Лилит. Звук ее голоса заставил меня вздрогнуть. Я и забыл, что в комнате есть кто-то еще. Появившийся Тау оттащил меня от полузадушенного цыгана и, приобнимая за плечи, усадил рядом с собой, бросив Хосе: - Уходи. Тот, кашляя и держась за горло, поковылял к двери. Возле порога он обернулся и прохрипел, глядя на меня: - Псих! - Если бы я не был психом, то не сидел бы тут, - мрачно сказал я. Злость исчезла так же внезапно, как и появилась. - Предупреждать надо, - развел руками Хосе. - Я думал, ты тихий. Ну, ладно. Я завтра еще заскочу, не скучай! Он улыбнулся и ушел. Я офигело смотрел на дверь, захлопнувшуюся за ним, и думал, что, кажется, пережал ему сосуды, несущие кровь в головной мозг. И теперь некоторые доли у него лишены кровоснабжения и плохо работают. Или же он мазохист. Зайдет он... медом ему и Лилит возле меня намазано? Девушка, словно почувствовав, что я о ней подумал, села по другую сторону от меня, обнимая. Оказавшись зажатым между ней и Тау, я окончательно растерялся. Меня окружают ебанутые люди, честное слово. И как же я им благодарен...