nwy.

— Уехать? — Сехун вскинул брови, и Чанель готов был поклясться, что, будь у него эта возможность, он вскочил бы и гневно швырнул китайские палочки на стол. Однако пепельновласый лишь прикрыл глаза и шумно выдохнул. — Вопрос нескольких дней, Сехун. В это время ты и Ди будете жить в месте, которое для вас выделит Чондэ. Всем необходимым, включая охрану, вас обеспечат. Я знаю, что ему можно доверять. Юноша прищурился и посмотрел на Ди со странным выражением лица. Горничная наспех коснулась губ салфеткой и тут же покинула кухню. Сехун благодарно кивнул ей и взглянул на Чанеля. — Будь это даже замок на самой высокой горе с тысячей охранников, Чанель, я не смогу быть спокоен, если тебя не будет рядом. Ты уверен, что это то, ради чего ты должен рисковать собой? — Хун выглядел обеспокоенным, это заставляло нутро Пака сжиматься. — Я обещал Чондэ не обсуждать это с кем-либо, но, могу тебя уверить, я буду не один, да и дело не представляет собой такой уж опасности. Если ты, конечно, не балдеешь от супер-агентов, которые каждый день спасают мир и все такое... — парень покашлял и отпил немного домашнего лимонада, посмотрев на Сехуна. Вдруг в его лоб прилетел ощутимый щелбан, и он недовольно поморщился. — Снова за свое? — Меньше глупостей говори, — хмыкнув, Сехун скрестил руки на груди и облизал губы. — Я надеюсь на твое благоразумие, Пак Чанель. Иначе доберусь до тебя, и щелбаном ты уже не отделаешься, — показав парню язык, Хун отвернулся в сторону, явно надеясь, что это подействует, как обычно, и кареглазый поцелует его. Долго ждать не пришлось, ведь уже буквально через несколько секунд Чанель встал со своего места, развернул Хуна к себе за плечи и, присев перед ним на колени, осторожно поцеловал мягкие губы, параллельно держа красивое лицо двумя руками. — Все будет хорошо, вредина О Сехун. — Я поверю тебе, зануда Пак Чанель.

***

Спустя неделю после отъезда Чондэ Чанель уже относительно разобрался в делах компании, привел в порядок кабинет отца, который сейчас занимал уже сам, навел справки о тех, кто копает под него и дело его отца, хоть ничего толком узнать и не удалось, а также установил контакты с теми, кто должен будет помочь со счетами. День выдался загруженным, так что закончил Чанель только в одиннадцатом часу вечера. Благо, что из-за теплого, на удивление, года в это время не полностью темнело. Забрав свой кейс и закинув в него же кошелек, Пак поправил галстук и вылетел из кабинета, выключив настольную лампу его секретарши. В холле уже было пусто, работники ушли еще после шести вечера, так что единственная, кто сейчас сновал здесь, — постоянная уборщица с добрыми глазами, с которой Чанель считал обязательным здороваться и прощаться. — До завтра, миссис Кан. Поберегите спину, — улыбнувшись, Чан прошелся по сенсору, вызывая лифт, и вздрогнул, когда его плеча вдруг коснулись. Это была все та же миссис Кан. — Мистер Пак, я забыла сказать Вам, что... Пожалуйста, пойдемте со мной, — с этими словами она оставила тележку с принадлежностями возле стены и, наспех пройдясь ладонями по фартуку, суетливо направилась в подъехавший лифт. Пак сначала непонимающе смотрел на нее, затем осмотрелся по сторонам, а после, никого не приметив, шагнул следом. Они доехали до третьего этажа, где располагался гостиный блок, и миссис Кан провела Чана к одной из комнат, а потом замерла, остановив пальцы на дверной ручке. — Несколько часов назад пожаловал гость, вечерняя смена охраны еще не заступила на дежурство, и я посчитала правильным оставить его здесь, пока Вы не закончите с работой. Он утверждал, что для него важно увидеться с Вами, мистер Пак. — О ком Вы говорите? — нахмурившись, Чанель осторожно отодвинул горничную за локоть и отворил дверь. В комнате из белого мрамора на черном закругленном диване, обитом бархатом, восседал парень в красной рубашке и белых строгих штанах. Его руки пестрили кольцами, на тонкой шее сверкала золотая цепь. Поджав губы и чувствуя, как руки сжимаются в кулаки, Пак с упреком посмотрел на женщину, холодно поблагодарил ее и закрыл за ней дверь. — Какого, блять, черта? Парень поднялся и, рассмеявшись, подошел к открытому окну. По прохладной из-за работы кондиционера комнате сразу разнесся приторный запах фруктов и магнолии. Казалось, что он всегда неизменен, если дело касается... — Это что, теперь твое фирменное приветствие? Как-то не вежливо, Чанелли. — Оно исключительно для тебя, Ким Тэхен. Мало кто заслуживает того презрения, которое я испытываю к тебе. — Чем же я заслужил подобное? Мне казалось, что у нас все и всегда было замечательно, не так ли? — Пока у тебя не зачесалась задница, и ты не дал первой встречной «блестяшке»‎. — Да ладно тебе. У всех нас бывают слабости, — сладко и наигранно улыбаясь, Тэхен сновал вдоль дивана, водя по спинке пальцем и игриво поглядывая на Чанеля. Вдруг к горлу Чанеля подступила тошнота. — Ты, например, тащишься от инвалидов, и кто же может запретить? За долю секунды Чанель подлетел к юноше, бросив кейс на пол, схватил его за грудки и, приподняв, припечатал к стене. — Хочешь стать одним из них? Это я тебе обеспечу. Розововолосый паренек вдруг выпучил глаза, его дыхание участилось, он поднял руки в безоружном жесте. — Если это поможет мне получить твою любовь... — юноша наигранно рассмеялся. Чанель, напустив гримасу отвращения, небрежно швырнул его вниз, заставив парня упасть на колени. — До безумия мерзок и жалок. Так какого черта ты забыл здесь? — Узнал о твоем... Повышении. Пришел поздравить. Ты что, не рад мне? — Я буду рад только в том случае, если ты придешь сказать, что решил свалить из страны в неизвестном направлении, и больше я тебя не увижу. Но, раз уж ты пришел не за этим, то нет, я не рад. — Ты напрасно недооцениваешь меня, — покусывая губы, Тэхен ходил вокруг Чанеля, иногда поглаживая его рубашку пальцами, что явно раздражало темноволосого. — Мы с тобой так похожи. И у нас двоих много общих целей. Мне кажется, мы могли бы быть идеальной парой вновь, как было когда-то, — с этими словам розововолосый парень подошел к Чану вплотную и прошелся пальцами по его шее. — Что думаешь об этом, папочка? Я могу быть послушным мальчиком, ты же это знаешь. — А мне кажется, что это ты слишком переоцениваешь себя, если уверен, что меня заинтересует твоя продажная шкура. Извини, дорогой, с б/у не вожусь, слишком низко для меня, — театрально рассмеявшись в лицо Тэхена, парень брезгливо убрал его руки с шеи и рубашки, а затем облизнулся. Глаза Тэ прищурились, а улыбка вдруг стала натянутой и горькой. — Вспомни об этом, когда передашь привет своему папаше, — хмыкнув, Тэхен поправил кольца и, взяв сумку с дивана, уже двинулся к двери. — Что ты сказал? — рука Чанеля рефлекторно схватила чужое запястье, останавливая Тэ и резко разворачивая. — Что, блять, ты сейчас сказал? — Напомни, котенок, от чего он умер? — Тэхен изогнул бровь и прикусил губу, звякнув браслетом на запястье. — Его сердце отказало. Нервная работа, ужасный образ жизни, выпивка. — И что-то, что из водного спортсмена сделало кролика с ужасным сердечным ритмом. Ты такой наивный, малыш. Твоя голова вряд ли поймет, но запомни: для меня не существует кого-то, кого я не смогу убрать. И, раз уж сейчас ты отказался быть со мной, то теперь и сам следи за выпивкой, которую употребляешь, потому что скоро ты встретишься с папашей, — Тэхен рассмеялся, а после вырвался из рук Чанеля. Буквально секунду Пак переваривал все сказанное, а затем в несколько шагов преодолел расстояние между ним и Тэхеном и даже не заметил, как его руки впились в чужую шею. Парень, словно пораженный и отключившийся, душил худощавого юношу, смотря прямо в его глаза и придерживая его ноги своей ногой, чтобы не шевелился. Сначала чужие руки впивались в его плечи и даже сумели порвать рубашку, после лицо Тэ покраснело, он барахтался и пытался вырваться, но через некоторое время ослаб и... — Мистер Пак, мне нужно убрать зд... — вдруг в комнату вошла миссис Кан, которая тут же завопила от увиденного и прикрыла рот ладонью. Пак, увидев ее, выпустил Тэхена, и тот рухнул на пол, кашляя и хватая ртом и носом воздух. — Да, ты можешь убрать это отсюда. И никому ни слова, мы же договорились? — тяжело дыша, Чан прошелся по волосам женщины рукой и мягко улыбнулся ей, она кивнула, глотая слезы, и он, схватив кейс, буквально вылетел из комнаты, слыша хриплые слова Тэхена о том, что ему пришел конец.