Засыпь меня пыльцой

Как это ни печально, но после стольких лет охоты на нечисть понимаешь, что это — не миссия спасения, а зачистка. Сверхъестественное (Supernatural)

***

Чон Чонгук — самый обычный парень, которых всякие авторы добавляют в свои рассказы чисто для того, чтобы поиздеваться над терпением читателей, но что, если… Парень рос в семье потомственных охотников на нечисть, причём в данную категорию автоматически подпадали не только вурдалаки, упыри и зомби, но и ведьмы, маги, волшебники, феи — словом, все те, кто хоть чуть-чуть выпадает из рамок их скучного мировоззрения. Хотя так оно, обычно, и бывает — унылые люди вечно стремятся навязать свою унылость другим. Таким образом, у Чона не было выбора — семейная традиция же, и отступать как-то неэтично даже, а потому ещё совсем юный парень с детства вынужден был постигать весьма сомнительной ценности науки, как то: убийство вампиров, обезглавливание троллей и расфасовка фей по пакетам на их магические запчасти. За всё это время у Чонгука и мысли не возникало, что он делает что-то не так, но оно и ясно, почему. Сложно не нахвататься убеждений, которые тебе втюхивают годами. Но было во всей этой, в общем-то, грустной ситуации, одно крайне ироничное «но» — ещё с детства в маленьком Чоне замечали нетипичные для человека странности, из-за чего в своей деревне он слыл изгоем. И ему бы смириться, переехать в какой-нибудь городишко и подрабатывать до конца своих дней охотником на домовых и недобросовестных котов, ворующих хозяйскую сметану, но тут возникает уже второе, менее ироничное, но более важное «но». По своей природе Гук был крайне упрямым, и, что свойственно многим юнцам — без какого-либо инстинкта самосохранения, а потому в нежный и неокрепший мозг закралась блестящая идея… И мы плавно подобрались к тому, как именно Чон Чонгук оказался в кустах, подглядывающим за личной жизнью какой-то весьма странной парочки. Изначально, план был таков: найти паранормальщину, желательно, поопаснее, героически прикончить её и сматывать удочки обратно, в деревню, где юного героя, непременно, будет ожидать слава и почёт, вкупе с безграничным уважением от местных жителей. Однако либо судьба сегодня не на стороне Чонгука, либо все монстряки в округе перевелись, потому что вместо опасного, ужасающего монстра он получил… Ванильную парочку, да, просто потрясающе. Собираясь плюнуть на новоявленных любовничков и пойти себе с миром обратно, чтобы попытать удачу в следующий раз, Чон застывает, как вкопанный, замечая очертания невидимых до этого из-за ракурса крыльев у одного из «влюблённых». Приглядываясь к обоим, Чонгук разве что не орёт от внезапно свалившегося на него счастья: один из потенциальных доноров на трофеи для Гука — явно фея, да и второй наверняка не так прост, как кажется. Медленно нашаривая в нагрудном кармане порошок для ослабления магических сил, парень чувствует робкое прикосновение к своей руке. — Ты — местный житель, да? Прости, если помешал, но я и мои друзья немного заблудились… Перед ним стоял парень, идеально характеризующий слово «эстетика»: аккуратный нос, аристократические скулы, невероятно мягкие на вид волосы и обворожительная, чуть квадратная улыбка, определённо, располагают к себе. Незнакомец неловко хихикает, после чего продолжает, переминаясь с ноги на ногу: — Вообще, мы должны были попасть немного в другое место, но я что-то напутал с телепортом, и, в общем… Мы здесь. Я встал чуть раньше, чтобы набрать воды для завтрака, и встретил тебя по дороге, ну, и кто я такой, чтобы упускать возможного спасителя? Пожалуйста, скажи, что ты знаешь, как выбраться отсюда и доехать до Триолла! — незнакомец сложил руки в умоляющем жесте и абсолютно очаровательно надул губы — эх, если бы Чонгук был мужеложцем, его сердце было бы уже в кармане обаятельного парня. Засмотревшись на ярко выраженную красоту собеседника, Гук чуть не прошляпил ключевое слово: «телепорт». Парень, кажется, упоминал что-то о том, что налажал с телепортом, а, поскольку, по мнению родителей Чона — магия от лукавого, перед ним прямо сейчас стоит само зло в первозданном его виде. Глубоко вздыхая и с неким сожалением отмечая, что: «А парень-то симпатичный», Гук вспоминает и то, что у незнакомца, вроде бы, есть ещё какие-то там друзья, что одновременно и хорошо, и плохо. С одной стороны, будет тяжеловато тягаться с несколькими монстрами сразу, но с другой — двойная добыча, двойной почёт, не так ли? — Конечно, я знаю путь. Правда, мне придётся поехать с вами — больно уж он мудрёный, сами не разберётесь, а мне не сложно. — Правда? Ох, спасибо тебе большое… — Чонгук, — услужливо подсказывает Чон. — Тэхён, — расплывается в улыбке парень, которого Гук мысленно прозвал «симпатяжкой». — Эй, Тэ, Чимин, Юнги, вы где там?! — Не ори на весь лес! — вторит незнакомому голосу Тэхён. — Прости его, Чонгук-и, это мой парень и он бывает крайне шумным. — П-парень? Так ты что… этот… того… Мужеложец? — Фи, какое грубое слово. Я предпочитаю слово «гей» и симпатичных парней, — подмигнул Тэ. — Тэхён? Тебя как за смертью посылать, — в их небольшое логово, огороженное кустами со всех сторон, протискивается достаточно массивный мужчина, обладающий убийственной аурой и мертвенно бледной кожей. Внезапная догадка обрушилась на Чонгука ушатом ледяной воды — уж что-что, а упырей и вампиров он за долгие годы поучений и рассказов отличать научился. «Становится всё веселее и веселее… » — думает Чонгук, осознавая, как крупно он влип. — А кто этот парниша? — интересуется вампир, мотая головой в сторону Чонгука. — Тоже начинающий маг, заплутавший в телепортах? — Ох, нет, наверное, вы что-то путаете — я простой человек, живу в деревне неподалёку. — Странно, однако, потому что от тебя отчётливо веет магией, — недоумевает мужчина. Тэхён, пользуясь секундной паузой, спешит вставить своё слово: — Это — Чонгук, и он поможет нам выбраться отсюда! — Правда? — из кустов показалась ещё одна голова с блондинистыми волосами. «Матерь божья, да это же эльф!» — Чон покрывается испариной: о светлых эльфах ходят самые разные слухи, один краше другого, но в чём-то все, кто их распускают, всё же сходятся — от них абсолютно бесполезно что-либо скрывать. Обладая безумно развитым чутьём, особо сильные эльфы могли расколоть его, как орешек, а потому Гуку только и остаётся, что уповать на то, что эльф слабоват или слишком отвлечён чем-либо, чтобы анализировать его эмоции. Чон с тоской думает об амулете, который носит, практически не снимая — сильнейший ментальный подавитель, позволяющий охотникам дурить магов с предрасположенностью к рытью в чужих мозгах. Он был изготовлен сильным магом, и после его смерти артефакт, что называется, пошёл по рукам. Досадно, но против эльфов он бесполезен — у тех развита даже не столь магия, сколь интуиция. — Да, я всё равно подумывал проехаться до соседних деревень — в нашем захолустье делать совсем нечего, — Чонгук набирает побольше воздуха в лёгкие — в его сознание им не забраться, но банально проследить за его эмоциями — раз плюнуть, а потому нужно подключать все свои гениальные навыки в области актёрства. — Хорошо, мы соберём остальных и отправимся в путь, — кивает Нам, отзывая Джина в сторонку. — Ну что? — нетерпеливо интересуется Джун, когда они отходят на достаточное от кустов расстояние, чтобы не быть услышанными. — Да ничего, — хмыкает Джин, — парень глух, как мой эльфийский прапрапрадед. — Да, я тоже заметил блок. Как думаешь, что бы это могло быть? Или кто… — Без понятия, — ведёт плечами эльф, — но я бы не советовал ему доверять. — Думаешь, подстава? Но никто не мог знать о том, где мы окажемся, да даже мы сами не догадывались об этом, пока не встряли. Я тоже не особо горю желанием верить ему на слово, но что нам остаётся? Он, походу, единственное живое существо в радиусе нескольких миль, мы не можем упускать такие шансы выбраться, а Тэхёну я хрена с два доверю телепортацию ещё раз. — Как знаешь, — отстранённо бормочет Джин и направляется в сторону их временного лагеря. Видно, что эльфа что-то настораживает, но своими догадками он делиться не спешит, а значит, остаётся только ждать. Ким тоскливо провожает подтянутую фигуру полным грусти взглядом — эх, знал бы только Сокджин о том, сколько трепета вызывает он в сердце младшего. Для Джуна Ким — авторитет с большой буквы, и так было с самого первого дня их знакомства, когда Джин обыграл в карты отъявленных шулеров, слава о «непобедимости» которых была, как оказалось, сильно преувеличена. Интересно, в какой момент уважение к старшему переросло в нечто большее?

***

Юнги и Чимин гуляют по берегу реки: Мин жадно глотает воздух, опьянённый приятным запахом леса, в то время как Пак исподтишка поглядывает на него с ласковой улыбкой. — … Что? — недоумевает фей, замечая мимолётные, но достаточно частые взгляды Чимина. — Неважно, — неловко хихикает дух, отводя взгляд. — Скоро рассвет. Нас, наверное, будут искать. — Я тебя умоляю, кто? Ведьмочка и её волосатый бойфренд? Его Величество Сокджин-и? Намджун и его детективный роман? — Почему ты так груб? Они — наши друзья. — Верно. Но, по-моему, это лишь повод подъёбывать их ещё больше. — Стой! — кричит Чимин, заставляя Юнги испуганно озираться по сторонам в поисках потенциальной угрозы. — Что такое? Катаклизм, война, упыри, похлёбка, приготовленная Хосоком? — Рассвет! — восторженно пищит Пак и несётся в воду. — Да чтоб тебя… — бормочет Юнги и неторопливо летит вслед за Паком. — Это — всего лишь кругляшок на небе, откуда такой энтузиазм? — Ты не умеешь находить наслаждение в мелочах, — фыркнул Чимин. — Конечно, если жить с позиции всемирного буки, «какой-то там кругляшок» не вызовет никаких эмоций, но я бы не хотел существовать в том дне, где я не увижу ничего особенного в рассвете. После этих слов Чимин резко мрачнеет и более холодно добавляет, что им пора возвращаться — и без того валандались всю ночь чёрт знает где. «Неужели его так задели слова про рассвет?» — терзается Юнги. «Неужели он так ничего и не понял… » — мучается Чимин. Дорога до лагеря проходит в полной тишине — случай с рассветом оставил неприятный осадок на сердцах обоих. И пусть одно из них уже давно не бьётся, это вовсе не значит, что его нельзя ранить. — Ну наконец-то, явились монашки на конец проповеди! Где вас носило, мы, между прочим, волновались! — голосит Тэ, однако тут же осекается, замечая настроение пропавших друзей. Не говоря ни слова, они разбредаются, кто куда: Чимин — облетать местность по второму кругу, Юнги — точить кинжалы. Увлечённый личной драмой, фей не сразу замечает прибавление в их чумной компании, а замечая — пугается, на автомате хватая заточенный кинжал: — Кто это, гремлин бы вас побрал?! — Чонгук. И он выведет нас из этой ж… Из этого прекрасного места, куда нас завёл Тэ, — пытается шутить Хосок, но быстро успокаивается, получая люлей от Тэхёна. — Что же, приятно познакомиться, Чонгук, — щурится Юнги, поигрывая кинжалом, который всё ещё находится у него в руке, ожидая своего часа. — Безумно признателен за помощь, но только без глупостей, иначе твоё тело окажется вон на том штыре. — Как дружелюбно, у вас все такие гостеприимные в городах? — решает скосить под деревенского Гук. Что ни говори, а дураком-то он никогда не был. Самонадеянным — да, упёртым — дайте два, но точно не дураком, а потому приблизительный план действий сформировывается в его голове моментально. — Не обращай внимания на Юнги, который, очевидно, снова хочет таинственным образом замолчать, — предостерегает враз посмирневшего фея Джин. — Будь добр, вместо того, чтобы трепать языком понапрасну — слетай-ка лучше за Чимином, нам пора выезжать. — Кто? Я? — Ну не я же, — огрызается эльф, после чего, спохватившись, поспешно натягивает маску холодной невозмутимости обратно. Провожая взглядами удаляющегося фея, Чонгук слышит тихий голос у самого своего уха: — Нам надо поговорить наедине. Оборачиваясь, Чон замечает Намджуна, поспешно скрывающегося среди деревьев и кустарников. — О чём ты хотел поговорить? — бросает ему в спину Чонгук, отчаянно пытающийся поспевать за Джуном. Оглянувшись и удостоверившись в том, что местность вокруг них достаточно безлюдна для спокойного разговора, Ким начинает, присаживаясь на поваленное дерево: — Скажи, почему ты носишь амулет? Зрачки Гука непроизвольно расширяются, но парень быстро приводит себя в норму, напоминая, что он как бы не на пикнике с друзьями. — У нас все их носят — якобы от сглазов уберегает, но я, если честно, не шибко в это верю, а ношу, чтобы в ведьмовстве не обвиняли. — Ментальный амулет — да от сглазов-то? — хмыкает Нам, вставая и подходя ближе к Чонгуку. — Прости, но если ты хочешь путешествовать с нами, я должен знать, с кем имею дело, — протянув руку, вампир решительно сдёргивает амулет, и Чон уже успевает проститься со всей своей роднёй, когда… Едва взглянув на Гука, Джун падает, издавая короткий крик. Спустя пару минут к ним прибегают оставшиеся маги, на этот раз в полном своём составе. — Эээй, что за хрень здесь происходит? — кричит Тэ, с перепугу кастуя простенькое заклинание защиты от болотных хмырей. — Я-я не знаю, о-он сам… — заикаясь, пробормотал Гук, с ужасом наблюдая за Сокджином, осматривающим Намджуна. Тот изо всех сил старается не выдавать своего беспокойства, но нервно дёргающееся ушко даёт понять, что эльф взволнован. Прошептав что-то и приложив руку ко лбу Нама, Джин облегчённо вздыхает: — Жить будет. Сейчас оклемается и скажет, что его подкосило. Или кто, — Ким кидает быстрый взгляд на Чона, но и этого хватает, чтобы Гук впал в панику. Все враждебно косятся на него, и кто знает, закончилось бы это дракой, а то и чем похуже, если бы Намджун не простонал, приоткрывая глаза: — Чёртов менталист. Какого хрена ты соврал, что обычный человек, когда на деле меня вырубило от одной только попытки покопаться у тебя в голове?! — Я не понимаю, о чём ты, — отбрыкивается Чонгук. — Я — просто парень из деревни, который и о магах-то слышал только из сказок и легенд, не говоря уже о том, чтобы быть им. — Получается, что он — один из нас?! — радостно взвизгивает Тэ, которому любые новые знакомства с последующей дружбой только в радость. — Да, но это не значит, что мы возьмём его в город. Послушай, Чон Чонгук, и внимательно запомни то, что я скажу: ты проводишь нас до ближайшего населённого пункта, а потом забудешь о существовании всего, что видел сегодня. А теперь — седлаем коней, — отрезает Сокджин, и, кинув мимолётный взгляд на Намджуна, удаляется с места происшествия. Грациозно удаляется, чёрт возьми!