Love sick

      Просмотр кино, на моё огромное удивление, оказался хорошим. Конечно же Аяно и Янаги слишком близко сидели ко мне, но это уже слишком привычная вещь, чтобы обращать на неё внимание.       — Отлично, чем теперь займёмся? — бодро спросила Аяно, когда пошли титры фильма, смотря то на меня, то на Ян-куна.       — Предлагаю сыграть в какую-нибудь настольную игру, — предложил Ян-кун и улыбнулся.       — Вы как хотите, а я побуду одна, — встаю с дивана, но за руку хватает Ян-тян и тянет обратно на диван, от чего я резко сажусь.       — Но Фумико-тян, мы ведь так редко проводим время вместе, — затараторила Аяно.       Вдобавок Янаги выглянул из-за моей спины и вальяжно положил руку мне на плечо.       — Аяно права, мы редко видимся в школе, а ведь нам так хочется, — он придвигается ближе, практически вплотную склоняется к уху, это нервирует, — быть с тобой чаще.       — Да, мы ведь просим немногого, всего лишь…        Ян-тян поглаживает большими пальцами кожу моей ладони, рука Янаги сильнее сдавливает плечо, мои руки сжимаются в кулаки, я не выдерживаю.       — Довольно! — выкрикиваю и резко вскакиваю с дивана, — запомните уже, наконец, такой термин, как «личное пространство»! — говорю более спокойно, но с нажимом и, бросая последний взгляд на растерянных сестру с братом, ухожу в свою комнату.       В комнате я всё своё время переписывалась с лучшей и единственной подругой с забавным ником «LoveMe» или проще говоря «LM». С единственным человеком, что всегда понимал меня.       «

И потом они стали говорить что-то о том, что мы мало проводим время или типо того, а у меня словно голова закружилась от недостатка кислорода. Настолько они пренебрегли моими границами. Опять»

      Кривлю губы и отправляю напечатанный текст LM. В сети сразу же виднеется значки «прочитано» и «LM печатает сообщение». Улыбка находит своё место на моём лице от осознания того, что подруга поддержит меня добрым словом, как это было всегда. Странно, конечно, что я не знаю её имени спустя такое большое количество времени, как мы переписываемся. Однако меня это не пугает, ведь она единственная — кто меня поддерживал в самые тяжёлые времена. Не успеваю прочитать сообщение от подруги, как в дверь кто-то стучится, отвлекая меня тем самым.       — Открыто! — кричу стучащему или стучащей и убираю выключенный заранее телефон под подушку.       — Фуми-чан, — в комнату робко заглядывает Аяно, — прости что отвлекла, но обед уже готов и я пришла, чтобы позвать тебя.       Аяно звучала неуверенно и робко, на её лице горел румянец вины. С каждым словом к концу предложения она затихала.       — Хорошо, сейчас спущусь, — как бы я не старалась скрыть раздражение, которое вызвала сестра своим прерыванием моего общения с LM, вышло скверно.       В ответ Аяно лишь слегка кивнула головой и закрыла за собой дверь. Включив телефон я обратила своё внимание на новое сообщение от подруги.       «Бедняжка. Наверное твои брат с сестрой не заметили, как сильно вторглись в твоё личное пространство. Не злись на них и не переживай, всё-таки они близкие тебе люди. Лучше лови гифку с котиком;)»       Я улыбнулась на такой светлый и позитивный ответ. В этом была вся LM. Её доброта не знала границ и распространялась на членов моей ужасной семьи. Хотя это было понятно, ведь она всю жизнь росла в нормальной семье…       Когда я поняла, что слишком долго засиделась в телефоне, то отправила подруге простое «Они мне никто» и спустилась вниз на обед к заждавшимся меня Аяно и Янаги. Телефон я предварительно спрятала в комнате.       — Простите-простите, — кидаю вальяжно и сажусь в напротив брата с сестрой.       — Знаешь, Фуми-тян, — начинает Янаги, чем провоцирует меня на уставший и едкий взгляд, брошенный в его сторону, — мы бы хотели с Аяно попросить у тебя прощения за наше поведение.       — Да, — продолжает сестра речь брата, — мы были неправы и заставили чувствовать тебя не комфортно, прости нас.       На меня уставились две пары глаз. Они смотрели на меня с мольбой, я же просто вздохнула и уткнув взгляд в тарелку пробормотала:       — Проехали, давайте уже пообедаем, наконец.       Обед прошёл в целом не плохо, хотя в большинстве своём из-за того, что все попытки начать маломальский диалог я пресекала сразу. Именно поэтому Аяно и Янаги сидели поникшие, давясь своей едой, но при этом никакого виду они не подавали.       Поев, я сухо поблагодарила родственников и предложила им помощь с посудой, но Аяно и Янаги сказали, что сами её помоют. Сегодня сестра с братом были особенно грустными и задумчивыми. Если бы я не знала о том, что они законченные психопаты, то возможно пожалела, а так, увы.       Дальше я опять стала переписываться со своей подругой по переписке. Разумеется не весь день, ведь у LM были и свои дела. В основном девушка спрашивала у меня о моей сегодняшней готовности. Спрашивала, не боюсь ли я покидать семью? Такие наивные вопросы меня вначале умиляли, но затем я задумалась над тем, а передумала ли моя подруга. Но когда я всё же задала этот вопрос, она сказала, что нет. Закончился наш диалог на том, что мы оговорили время и место встречи — следующий вечер возле её школы, что находилась в другом городе.       LM пожелала мне удачи. Я же, выключив телефон и спрятав его по привычке, принялась собирать самые необходимые вещи. В сумку положила документы, все скопленные деньги, бутылку воды и больше ничего, чтобы не вызывать подозрения слишком набитым рюкзаком.       С Аяно и Янаги всегда нужно было быть на чеку, сколько себя помню. Однажды я подружилась с соседской девочкой, но когда об этом узнали сестра с братом, то родители по какой-то причине запретили с ней общаться. Какими же довольными были эти мрази, вечно ходили вокруг меня и великодушно звали поиграть с ними, но мне этого не хотелось. Часто эти монстры воровали мои вещи, а их родители не обращали внимания на мои жалобы. Или когда мальчика, который мне нравился, стали травить всей школой… Даже не понятно, как они догадались! Они постоянно выталкивали меня из моей же жизни: нарушали личное пространство, следили за мной, навязывались поиграть и ограждали меня от общения с другими детьми. Я кричала, я плакала и ставила ультиматумы, даже пыталась драться, но итог бы всегда один — они были рядом, а я задыхалась.       Весь оставшийся день, вплоть до вечера, приходилось делать то, что и обычно, дабы не привлечь лишнего внимания. Хотя Аяно с Янаги сегодня меня и не доставали практически: всего лишь иногда спрашивали не нужно ли мне чего-нибудь и пялились, когда думали, что я не вижу. Я даже почистила зубы и легла спать. Вернее сделала вид, что легла спать.       В полночь. Я принялась тихо одеваться именно в полночь. На себя я надела удобную закрытую одежду и кепку. Предварительно проверила точно ли спят Ян-тян и Ян-кун и, схватив рюкзак, пошла к лестнице. До чего же было неприятно, когда половицы скрипели. Каждый звук был настолько громким, что казалось, что позади уже стояли проснувшиеся родственники. Но каждый раз, когда я, не без страха, оборачивалась, меня ждала облегчающая пустота.       Проходя мимо кухни к входной двери, я слегка замедлила шаг. Страх тошнотой подступил к горлу, и мне понадобилось несколько драгоценных минут, чтобы успокоиться.       Когда я вплотную подошла к двери и даже обулась, то увидела, что все замки закрыты. Чёрт, я же специально вечером проверила, чтобы они были открыты. Видимо Аяно или Янаги позаботились. Открыв три замка из четырёх, я поняла, что ключа для последнего нет на привычном месте. В темноте было трудно разглядеть, но я упорно продолжала шарить руками по тумбочке в поисках заветных ключей.       Сердце пропускает удар, а пальцы холодеют и начинают покалывать, когда позади себя слышу голос сестры:       — Не это случайно ищешь? — а затем включается свет на кухне.       Медленно поворачиваюсь к свету, чтобы увидеть две знакомые фигуры: Сердитую Аяно, облокотившуюся о дверной проём кухни и сердитого Янаги. В руках сестры ключи от двери.       Холод, заставляющий меня дрожать, переменился жаром, от которого пот полился по моему лицу и телу.       — Что вы… — вопрос теряется под напором ледяного взгляда родственников. Не помню, чтобы хоть раз в жизни они на меня так смотрели. С такой ненавистью.       — А ты ещё не поняла? — ядовито усмехнулась Аяно.       — Мы и есть LM, — холодно, даже без усмешки сказал Янаги.       — Ч-что? — собственная беспомощность добивает.       — Ты такая наивная, — усмехается Аяно, не теряя злого взгляда.       Янаги сейчас чересчур молчалив. Это не хорошо. Он всегда такой прилипчивый и гиперрадостный.       — Я-я, — не знаю, что сказать… — я всё объясню, — я растеряна и напугана.       — Мы итак всё понимаем, — Аяно подходит ближе, отчего я вжимаюсь в дверь, а затем гладит своей рукой мою щеку.       Янаги тоже подходит ближе и даже тянется ко мне рукой, но я не выдерживаю. Толкаю Аяно в Янаги со всей силой и кричу:       — Отвалите от меня, извращенцы! Ненавижу вас! — они забрали у меня надежду, свободу и подругу. Всё было обманом, ненавижу.       Следующее, что я почувствовала это сильный удар по лицу от Аяно. От удара у меня даже раздвоилось в глазах, а затем меня схватили за волосы и потащили куда-то. Быстро придя в себя, поняла, что тащил меня Ян-кун и тащил он меня в подвал. Когда до меня дошло, то я стала противиться всеми своими силами, но тех не хватило и меня швырнули в подвальное помещение. Какая ностальгия, совсем как в детстве… ***       Связанная и без верхней одежды, только в футболке и джинсах, я сижу на стуле и жду своего приговора. Аяно и Янаги вышли в коридор обсудить моё наказание. Я точно не знаю, но вероятно так и будет. От моральной усталости клонит в сон.       Разбудили меня звуки открывающейся скрипучей двери и шагов.       — Знаешь Фуми-тян, нам ведь было очень больно от того, что ты постоянно нас игнорировала, а потом писала о нас гадости, как ты уже знаешь, нам же, — надо мной возвысилась Аяно с моим же телефоном в руках.       — Почему ты молчишь? — спросил Янаги и скрестил руки на груди.       — Атмосфера подвала не располагает к разговорам по душам, — стараюсь сохранять ледяное спокойствие, но очень хочется плакать.       — Ладно, — говорит он, и я не верю, что всё так просто, — останешься здесь до приезда родителей, они решат, что делать.       Эти слова являются последней каплей, и я всхлипываю. Янаги и Аяно собираются уходить, но я понимаю, что не выдержу сутки в подвале, а потому подаю голос.       — Стойте, пожалуйста, стойте! — они и вправду останавливаются и смотрят на меня с тем же холодом, что я всегда видела в глазах их родителей. Видимо зря я недооценивала этих монстров, какая же я глупая.       Слёзы катятся по щекам, не знаю, что сказать.       — Мы тебя слушаем, — говорит Аяно своим голосом, а не тем нежным голосочком, который она обычно сопровождает улыбкой и милым взглядом.       На самом деле тембр не сильно отличается, но сразу чувствуется, что она не собирается давать мне поблажки. Ещё раз всхлипываю и стараюсь выжать из себя хоть слово.       — Не рассказывайте родителям, — не сдерживаю рыданий, потому что слабо верится, что они послушают и выполнят просьбу.       — Что? — спрашивает Янаги, — я тебя не понимаю, скажи чётче.       — Пожалуйста, не рассказывайте родителям, — голова в бессилии опускается и на колени падают слёзы.       — Так вот как ты заговорила, — со скрытой злостью, через улыбку, говорит Янаги, он подходит к Аяно и та передаёт ему телефон, он раскрывает его и что-то ищет, — а как же, к примеру, это сообщение: «Дорогая LoveMe, ты спрашивала, какие они — мои брат и сестра? Не могу сказать ничего хорошего. Эти люди, постоянно меня сталкерят и влезают в моё личное пространство. Для меня они всепоглощающие монстры» или «для них я просто игрушка» и последняя капля в нашем терпении — на вопрос о том, не тяжело ли тебе бросать семью…       — Как видишь мы давали тебе шансы на исправление, — перебила напряжённая Аяно.       — Да, — стушевался Ян-кун, — так что ты ответила на тот вопрос? — брат подошёл ко мне вплотную и наклонился к моему лицу.       — Я не знаю, — рыдая выдавила из себя.       — Ну как же, это было сегодня, вернее уже вчера, — не отрываясь от меня взглядом, спросил Янаги.       И я вспомнила. В голове пронеслись все жалобы на Аяно и Янаги, которые я писала несуществующей подруге. Это конец.       — Они мне никто, — не читая с телефона, смотря мне прямо в глаза, которые я уводила, сказал Янаги.       Ян-кун заканчивает читать одно из сообщений, а я понимаю, что так просто не отделаюсь. В глазах Аяно я замечаю грусть и боль, может если я её сейчас смогу разжалобить… На её лице вместо слёз появляется ярость. Холодная и продуманная, не поддающаяся эмоциям.       — Игрушка? Никто?! — начинает девушка, я не могу сдержать ещё больших рыданий, однако теперь, потому что она меня пугает, она подходит ко мне и говорит: — да мы ЛЮБИМ тебя, тупая ты сука! — затем я чувствую сильный удар по щеке.       — Каждый раз, — продолжает девушка, — читая эти сообщения, мы с братом пытались что-то придумать, чтобы ты не думала так о нас, но всё тщетно. И мы прощали, — Аяно ходит вперёд-назад передо мной, пока Янаги перечитывает все те сообщения. Надеюсь, моё положение облегчит то, что в переписке я старалась не затрагивать тему семьи, а если и жаловалась на кого-нибудь, то скорее на приёмных родителей. Хотя кого я обманываю, сестре с братом я косточки перемывала знатно.       Я, правда, на это надеюсь, потому что я не выдержу новых наказаний Риобы. С последнего прошло три года, я просто не выдержу этого морально… насилия.       — А знаешь, что самое паршивое, — сестра склоняется надо мной и поднимает моё заплаканное лицо за подбородок, — это то, что мы всё прощали! Пусть ты игнорировала нас, избегала, старалась уйти из школы пораньше, не здоровалась по утрам. При всём этом мы думали, что ты всё ещё наша! И даже сегодня ночью мы были абсолютно уверены, что ты не решишься предать нас, — ни капли истерики или злых эмоций, она говорила это спокойно, но от этого было ещё хуже.       — Простите, — хнычу, когда она отпускает моё лицо и отходит подальше, — пожалуйста, простите.       — За что, Фуми-тян? — спрашивает наконец Янаги, и подходит ближе, я ёрзаю на неудобном стуле, — быть может за это? — он спрашивает и начинает читать одно из сообщений: «Они живут в одной комнате, кто знает, что эти зловещие близнецы могут там делать…лол»       — В ответ мы спросили, надеясь на отрицательный ответ: «Ты действительно ненавидишь своих сводных брата и сестру?», на что ты ответила: «я ненавижу всю эту семью». Но знаешь, Фуми-тян, даже не это самое обидное. Самое неприятное, что ты словно стеснялась нас и нашей любви. Ты ведь догадывалась о наших чувствах, верно?       От вопроса Янаги становиться плохо. Что я должна ответить? Лучше бы я вела себя отлично, как меня предостерегали родители.       — Отвечай, — грозно говорит он и подходит ближе, — и смотри в глаза, когда отвечаешь на вопрос.       Самое страшное, что они давно копили эту злость, это желание отомстить, а сейчас они такие хладнокровные, но каждое их слово как пощёчина. Жгучая пощёчина.       — Я-я, я догадывалась, — наконец произношу и вижу как в глазах Ян-куна вспыхивает ярость, но он просто отходит от меня на несколько шагов и затем поворачивается к Аяно.       — Не вижу смысла тут больше находиться, пойдём, — кидает он сестре, а та молча соглашается.       — Мы подумаем о том, рассказать родителям или нет, — говорит он и мне становиться легче, эта новость для меня сродни глотку прохладной воды.       — А на ночь ты останешься здесь, чтобы твоё желание сбежать поутихло до приезда родителей, — продолжает за брата Аяно.       Что? Только не ночь в подвале, что угодно, но не эта пытка. С детства это место навевает на меня жуть. Истерика начинается незамедлительно, я просто не могу сдержать рыдания и завывание. А ещё я понимаю, что они обязательно попросят совета у родителей. Только не наказание от Риото и Риобы!       — Нет! Пожалуйста, постойте! — начинаю кричать я, но и это не помогает, близнецы просто уходят, они почти закрывают дверь, когда я прибегаю к отчаянной попытке: — я сделаю всё что угодно! Всё что захотите! Прошу, умоляю! — горло уже болит от криков, но никто, кроме близнецов меня не услышит. Продолжаю уже тихим осипшим голосом: — пожалуйста… всё что угодно…       Несмотря на моё неверие в то, что они захотят мне отомстить, поэтому я не смогу их переубедить, они вновь спускаются в подвал и с жуткими улыбками окружают меня. —       Значит всё что угодно? — говорят они почти одновременно, а их пустой взгляд переменился, на хитрый прищур.       — Знаешь, — начинает Аяно, — у нас ведь действительно большой список желаний, как думаешь, справишься?       Я без слов быстро киваю, я на всё согласна лишь бы не Риоба и не Риото.       — Но основным будет то, что больше никаких секретов, — категорично заявляет Янаги, а я киваю.       — И никаких замков на двери твоей комнаты, — продолжает Аяно, — а ещё, ты больше не будешь делать вид, что не знаешь нас, когда встретишь на улице, — продолжаю молча со всем соглашаться.       — Вместо этого ты нас обнимешь, — с улыбкой говорит Янаги, — никогда не избегай нас на большой перемене, когда мы хотим все вместе пообедать… А ещё мы хотим по утреннему поцелую в щёку. Обязательно с милой улыбкой и пожеланиями доброго утра.       — Но самое главное, — начинает Аяно, — мы постоянно будем проверять твою почту, — она проводит перед моим лицом моим же телефоном, — и даже не думай удалять сообщения.       — Я поняла, — Аяно с Янаги улыбаются.       — Ну вот мы и договорились, — с улыбкой говорят они одновременно