Отпуск

Следующим утром Сакура твёрдо решает, что выспалась она достаточно. За несколько дней проспала практически треть, и толком ничего не успела увидеть. Сон нужная вещь, но ей уже поднадоедает. Да и планов у неё миллион. Будильник с вечера она заводит специально, чтобы успеть сделать всё запланированное. Его убийственная трель раздаётся в просторном номере в восемь, и Сакура жалобно и громко хныкает, ведь утро наступает так внезапно. Вчера эта идея казалась ей лучше. Десять минут, на которые она откладывает будильник, чтобы понежиться ещё чуть-чуть, проходят неожиданно быстро, и тишину комнаты заново разрывает назойливый мотив. Сакура безуспешно надеется, что он прекратит верещать, но противный писк не прекращается ни на минуту. Эта мелодия каждое утро будит её на работу, поэтому она ненавидит её ещё больше и постоянно обещает сменить. С трудом разлепив тяжёлые веки Сакура, наконец выключает нещадный вереск и плетётся в ванную. День обещает быть насыщенным, ведь вчера она столько всего запланировала, что по-другому и быть не может. Она читала, что на территории отеля есть спа, и, кажется, даже видела его, когда проходила мимо, потому сомнений не было — душа начала отдыхать ещё в первый день, пора насладиться и телу. После завтрака прямиком направилась туда. — Оздоровление идёт полным ходом, — весело лепечет она, переодеваясь в белоснежный махровый халат. Ткань настолько мягкая и приятная, что Сакура старается укутаться в неё полностью. Когда-то на такие тонкости она внимания не обращала, начала тут. — Госпожа, начнём с обёртывания морскими водорослями, — сообщает ей девушка из персонала, и Сакура торопко кивает. Похожее она ещё не пробовала, а учитывая то, что не всё в своём теле её устраивало, идея даже понравилась. Процедура обещает справиться с её дряблыми бёдрами и обвисшим животом. Всё-таки отсутствие физических нагрузок и возраст берут своё. — У вас прекрасная кожа, — продолжает та, и Сакура благодарно улыбается. Саске как-то сказал ей, что у неё крайне нежная и мягкая кожа на животе, и она запомнила комплимент надолго, ведь он, сдержанный во всём, говорил подобное очень редко. Он преимущественно молчал. Сакура вздрагивает, когда первую холодную ламинарию прикладывают к её бедру. Водоросль неприятно липнет к телу и холодит кожу, но она устраивается поудобнее и прикрывает глаза. Лежать так предстоит больше получаса, есть время подумать. Когда девушка заканчивает, то сразу кланяется и просит Сакуру подождать тридцать минут не двигаясь. Перетянутые пищевой плёнкой бёдра мало заботят. Она думает про итог, который будет после, и незаметно улыбается. Отпуск всё больше и больше нравится ей. Её отдых с первых секунд отличается от отдыха с Саске. Тогда их мир только отходил от урона, который нанесла война, и курорты не были такими продвинутыми, как сейчас. Были подобные, но не такие. И то те могли позволить себе лишь каге или феодалы, но никак не ирьёнин и бывший нукенин. У них был маленький номер на двоих, два горячих источника под открытым небом и вид из окна на задний дворик. Было просто, но уютно. Саске мало говорил, вёл себя сдержанно и холодно, но не отталкивал. Сакура тогда наивно полагала, что он просто не умеет показывать свои чувства. Но если это так, то он и не научился делать подобное до сих пор, иначе был бы рядом. — Госпожа, — тихий голос выдёргивает её из раздумий, и Сакура от внезапности дёргается, — дальше нанесём вам грязевую маску для лица и на этом пока остановимся. — Хорошо, — она сразу соглашается. — Маска улучшит питание кожи, нормализует водно-липидный баланс и освежит лицо, — говорит девушка, снимая с бёдер плёнку вместе с листами ламинарии. — Звучит отлично, — Сакура растягивает губы в мягкой полуулыбке. После процедур Сакура чувствует себя намного посвежевшей и помолодевшей лет на пять. На бархатных щеках играет здоровый румянец, а внутреннее состояние прямо кричит о том, что ему, как никогда, хорошо. Всё-таки ей не соврали на ресепшене, когда говорили, что их процедуры существенно помогают даже в восстановлении душевного равновесия. Да, тогда ей тоже показалось это банальной шуткой, но сейчас, убедившись лично, она меняет точку зрения. Стрелка часов уверенно преодолевает очередной круг, и Сакура с изумлением понимает, что уже почти два. — Пора обедать! Наспех принятый душ бодрит сильнее. Сакура с детским восхищением выбегает из номера, направляясь прямиком в сторону ресторана. В животе урчит и неприятно тянет, поэтому она решает немедленно воспользоваться лифтом. Тяжёлые двери неожиданно открываются прямо перед её носом, даже ждать не приходится. Кажется, сегодня определённо её день. Она сразу замечает ещё одного мужчину в лифте, расслабленно опершегося на металлический горизонтальный поручень, приветливо здоровается, но взгляд не поднимает. Неприлично разглядывать незнакомцев. Она уверенно становится перед ним, поворачиваясь спиной. Нужная кнопка уже подсвечивается синим, и Сакура спокойно замирает — они едут на один этаж. — Привет, — тихо раздаётся сзади прекрасно знакомый басовитый голос. Сакура удивлённо распахивает глаза и оборачивается. Несколько секунд она таращится на мужчину, подробно рассматривая, не веря собственным глазам. Чёрт, а ей так ужасно хотелось спокойно отдохнуть в абсолютном одиночестве, подальше от знакомых! — Какаши! — возмущается она, и он удивлённо приподнимает бровь, глядя в ответ слегка удивлённо. Ситуация становится неловкой, когда они молча смотрят друг на друга до тех пор, пока стальная дверь за Сакурой не открывается. Она не сразу замечает это, но его кивок выбивает землю из-под ног, а щёки предательски розовеют. Ками-сама, как же бестактно и некрасиво она себя ведёт. — Какаши, — негромко зовёт Сакура, когда они выходят из лифта, — извините за моё поведение, я, просто очень удивилась, увидев вас. — Всё в порядке, Сакура, — он становится напротив, мягко улыбаясь. — Я правда не ожидала вас здесь увидеть, — неловко продолжает она, отчаянно пытаясь унять смущение. Ну как Сакура, достаточно известный ирьёнин, уважаемый шиноби и его бывшая ученица, могла себя так повести? — Как и я тебя, — мягко отвечает он, склоняя голову набок. Алый румянец на щеках Сакуры быстро приобретает ярко-красный оттенок. — А, да, решила отдохнуть немного, — поясняет она, — взяла отпуск. — Саске тоже здесь? — спокойно интересуется он, и Сакура тушуется. Вопрос довольно обычный, ведь она всё-таки его жена, и логично, что они должны быть в подобном месте вдвоём, но её всё равно пробирает чрезвычайно неприятная внутренняя дрожь. — Нет, — сознательно скрывая грустные нотки в голосе, обычно отвечает она, — Саске всё ещё на миссии. Какаши понимающе кивает, но больше не затрагивает тему, и Сакура глубоко благодарна ему за эту черту характера — он не лезет не в своё дело. — Извини, но мне пора, нужно на ресепшен, есть пару проблем в номере, — Какаши привычно засовывает руку в карман, и лишь сейчас она окидывает его быстрым оценивающим взором. Он явно выглядит иначе — неизменная чёрная ткань маски перетягивает нижнюю половину лица, но на нём нет стандартной формы шиноби, вместо этого чёрная футболка и джинсы. Странно видеть бывшего учителя таким. — Да, конечно, — Сакура удивлённо промаргивается, но кивает. — Рада встрече, сенсей. — И я, — щурится он, и спокойно проходит возле Сакуры, — пока, — бросает, когда она провожает его затяжным взглядом. Что-то нечитаемое проскальзывает в его глазах, но Сакура не может уловить что именно. Ей в другую сторону, поэтому она уверенно шагает вперёд. Нужно написать потом родителям, что мама триумфально выиграла пари, ведь Шестой здесь.

***

— Отель огроменный, может уже и не встречусь с ним вовсе, — раздражённо бурчит Сакура в трубку, прерывая лепет Ино. Она уже жалеет, что коротко рассказала подруге о достаточно неожиданной встрече. — Да ну, — Ино на другом конце чем-то громко гремит, и Сакура недовольно отстраняет телефон из-за неприятного звука, — хочешь сказать, что вы просто так в лифте встретились? — А ты хочешь сказать, что нет? — Конечно нет! — выкрикивает Ино и хохочет. — И с чего ты это взяла? — Там много постояльцев, но почему-то в лифте ты неожиданно столкнулась именно с Какаши, — начинает подруга, и Сакура уже с первой реплики закатывает глаза, — а ещё с какого перепугу он снова поехал туда? Вернулся же только неделю назад! У Ино опять что-то выпадает с достаточно характерным звуком, и Сакура не выдерживает: — Ты чем там занимаешься? — шипит она. — Готовлю, — Ино глупо хихикает, когда ясно слышит удивлённый короткий вздох, — да-да! Я готовлю! Сай на миссии, а Иноджин захотел запеканку. Подожди секунду… Слышится громкий звон разбивающегося стекла, и губы Сакуры расплываются в насмешливой ленивой улыбке. Всё-таки повар из Ино никакой. — Ладно, — разочарованно заявляет она, — вернёмся к беседе, запеканки всё равно, кажется, не будет. Так вот, думаешь, он просто так оказался там в то же время, что и ты? — Он был удивлён не меньше меня, когда мы столкнулись. — Играет, — уверенно говорит Ино таким безапелляционным тоном, что её уже не перепрёшь, как ни старайся. В этом её давняя подруга лучшая. — Подожди, а откуда ты знаешь, что он был здесь неделю назад? — Сай рассказал. Сакура поджимает вишнёвые губы, но со словами Ино не соглашается. С чего она вообще решила, что он неожиданно приехал сюда только потому, что она здесь? — Шестой никогда не делает что-то просто так, — важно продолжает Ино, не видя, как медленно закипает от дикой злости Сакура. — Ты бредишь! — Это кто ещё бредит, — обиженно бурчит она, но Сакура даже не думает извиняться, — не замечаешь совершенно очевидные вещи. У тебя такое под носом творится, а ты фигнёй страдаешь, — Ино специально расставляет акценты, выделяя слова, чтобы Сакура поняла всю серьёзность сказанного, но она даже не пытается. Поудобнее устраивается на чрезмерно мягкой кровати, довольная мягким запахом свежих простыней и улыбается. Слова Ино настолько абсурдны, что мало её заботят. — Глу-пос-ти! — выдыхает Сакура. — Это простая случайность, что он здесь. — Я в случайности не верю и… — Ино хочет сказать что-то ещё, но Сакура слышит в трубке тихий, чужой голос, — Сакура, потом перезвоню, не прощёлкай хорошую возможность, — она сбрасывает, не дав ей сказать ни слова. Телефон безжалостно летит в другую сторону, когда Сакура морщится. Ино по натуре такой человек, что свойство говорить странные вещи у нее в крови. Сакура ничего такого не сказала, лишь то, что они случайно столкнулись с Какаши в лифте, и она была удивлена встрече, а фантазёрка-подруга столько всего напридумывала и гнёт своё, не слушая никакие возражения. Что за глупости? Сакура замужняя женщина, и только подобного рода сплетней ей в жизни недостаёт! Ещё не хватает, чтобы в деревне поползли грязные беспочвенные слухи. — Свинина, тебе конец! — мстительно шепчет она, и намеренно закрывает лицо руками. Кожа под пальцами после процедуры умеренно мягкая, свежая, и уголки губ тянутся вверх. Ладно, стоит решать проблемы по мере их поступления. Сакура потом лично разберётся с Ино. Она в очередной раз откладывает поход в сенто и направляется на прогулку. Вечер наступает плавно, и сложно не заметить его бесподобную красоту: сравнительно тёплый апрельский воздух, приятно и мягко ласкающий порывами оголённые участки кожи, алые языки пламени на некогда белоснежных облаках, окрашенные заходящим солнцем, и давно распустившиеся сакуры — всё это очаровывает и заставляет ощутить красоту природы. Здесь почти всё тесно контактирует с ней. Построенный возле моря отель вдруг хранит в себе все её прелести, и это не только горячие источники под открытым небом или сладкий бриз. Тело кроется мурашками, когда Сакура втягивает весенний аромат. Она любит вот так просто наслаждаться безмолвной красотой природы не торопясь. Аллея из сакур способствует в этом как ничто лучше. Здесь бурлит жизнь, и энергия окутывает её. Сакура довольно останавливается возле деревянной скамейки и расслабленно присаживается. Такой темп жизни ей сильно нравится — неторопливый и достаточно спокойный. В деревне она редко позволяет себе так жить. На ней лежит большая ответственность — работа и дочь. Взгляд скользит по проходящим постояльцам. Здесь все выглядят совершенно счастливыми и довольными жизнью, волей-неволей становишься одним из таких везунчиков. В нескольких метрах от себя она замечает знакомую чёрную макушку той любезной девушки из персонала, но больше её интересует другой человек — Какаши. Он стоит рядом, чему-то кивает, и она может поклясться, что они улыбаются, хотя ей и плохо видно. Сакура хмурит брови и присматривается. — Интересно, что там происходит! —  закидывает ногу на ногу и расслабленно опирается локтем о спинку скамейки, пристально вглядываясь в две фигуры. — Так долго стоят там. Неожиданно Какаши ловит девушку за запястье и держит так несколько секунд, простое любопытство внутри Сакуры сменяется сильным женским желанием узнать, что же там между ними происходит. Вспоминается, как эта самая брюнетка спрашивала о её бывшем сенсее, а ещё то, как он говорил, что ему нужно на ресепшен. Странно это всё. Сакура крестит руки на груди, чувствуя, как внутри приятно холодит от предвкушения: Какаши выглядит расслабленно и безмятежно, стоя рядом с этой девушкой, на нём всё та же одежда, что и в обед, и он выглядит молодо для своего возраста. Они с Наруто так много раз пытались узнать, есть ли у него кто-то, а тут такая возможность. Как бы не прощёлкать! Она ещё пару минут наблюдает за ними, прежде чем миниатюрная на вид девушка склоняется в поклоне и стремительно уходит в противоположную от Сакуры сторону. Провожает её заинтересованным взглядом и совершенно не замечает, как к ней осторожно подходит Какаши, нависая точно громовой тучей. — Какаши! — дёргается Сакура замирая. Он второй раз за день ставит её в неловкое положение. — Позволишь? — серьёзно интересуется он, указывая за скамейку. Сакура слегка заторможено кивает в ответ, и он без замедления садится рядом. В привычной ему манере откидывается на спинку и переводит глаза на Сакуру. — Прости, что не смог нормально поговорить с тобой днём, — Какаши улыбается, и она совершенно точно готова поклясться, что видит, как двигается его челюсть под тканью маски. — Вы ведь были заняты, — двусмысленно напоминает Сакура, но он лишь кивает. — Да были проблемы, но всё в порядке. — Всё благополучно разрешилось? — с беззастенчивым любопытством уточняет Сакура, смотря в ответ. Та особа не покидает её мыслей, и она решает зайти издалека. — Видимо, девушка из персонала вам помогла. Какаши непонимающе хлопает глазами. — А! Ты о Баки? Да, она моя давняя знакомая, — отвечает он, — Теперь всё хорошо. Сакура кивает, и отводит взгляд в сторону. Баки! А она даже имени её не знает. — Какаши, вы часто отдыхаете здесь? — Время от времени, — уклончиво говорит он, и от Сакуры не ускользает этот момент, — После отставки у меня появилось много свободного времени. Он тоже повторяет её движения, но поднимает глаза вверх, рассматривая небо. — Ты впервые здесь? — Да, — Сакура улыбается уголками губ, — тщательно выбирала отель, но не думала, что встречусь здесь с вами. Мы в деревне редко сталкиваемся. — В деревне мы и вправду редко видимся, — согласно кивает он. На улице заметно вечереет, и Сакура, успевает продрогнуть. Между ними повисает на несколько минут тишина— она думает о том, что связывает эту Баки и Шестого, а Какаши о чём-то своём. Сакура сильнее кутается в лёгкую кофту, пытаясь унять дрожь, не решаясь что-то сказать. Раньше она запросто могла поговорить с учителем на разные темы, а сейчас таким умением она не похвастается. Они оба сильно изменились. — Сакура, мне пора, — начинает он первым, видимо, замечая её замешательство, — не хочешь завтра поужинать? Сможем поговорить нормально. — Хорошо, — просто соглашается она. А почему бы и нет? Всё равно есть уйма свободного времени. Как бы она не хотела отдохнуть от общения, тот факт, что здесь Какаши, не мог её не радовать. До сих пор рядом с ним она чувствует себя защищённой тринадцатилетней девочкой, которая в любой момент может положиться на сенсея. Какаши уходит первым, и лишь когда он скрывается из виду, она поднимается следом, направляясь в номер. «Интересно, где сейчас Саске?» — думает она, засыпая, но вопрос так и остаётся без ответа.