Он знал, кому её оставляет.

Тогда Микаса собрала все силы в кулак и боязно поставила одну ногу в ладони Капрала. Она с опаской смотрела прямо ему в глаза, будто ещё раз спрашивая разрешение. — Так, Аккерман, — поймав её неуверенный взгляд на себе, он резко опустил руки и встал, — чего ты боишься? Довериться мне или сесть верхом? — Ни того, ни другого. — Тогда чего? Она молчала. — Как хочешь, но я, например, вижу лишь два исхода этой ночи. Мы либо будем запивать свои мысли поодиночке, либо сделаем её особенной. — Я боюсь замарать ваши руки. Вы ведь не каждому позволяете наступать на вас, — наконец ответила та на его вопрос. — Верно подметила, но я же еще здесь? Кажется, это означает то, что я всё ещё готов помочь, — он посмотрел на неё, Аккерман лишь коротко кивнула, — так что не неси бред и запрыгивай. Ривай принял прошлую позу, приглашая девушку вновь ступить на его ладони. Почувствовав в ней больше уверенности, мужчина решил на всякий случай её проинформировать. — Значит так, твоя задача просто встать одной ногой на меня и перенести на неё точку опоры. Далее делаешь резкий рывок и садишься. Уже без доли сомнений Микаса выполнила всё как сказал Капрал. Это произошло за несколько секунд. В тот момент, когда она сделала рывок, он поднял свои руки, тем самым подталкивая её вверх. Мгновение и Аккерман уже на лошади. Животное особо не отреагировало, за что Леви его тут же похвалил. Первые десять минут, мужчина объяснял Микасе что и зачем, и как управлять этим. Под его присмотром конь учился слушать новоиспеченного всадника, а сам всадник, учился основам заездки диких лошадей. С учётом того, что раньше эта кобыла никогда не держала никого у себя на спине, её поведение можно было считать более чем потрясающим, видимо, их ранний контакт с девушкой не прошёл зря. Изучив аллюры, они перешли к отработке поворотов. Капрал в очередной раз искренне удивился, когда у этой парочки всё получилось чуть ли не с первого раза. Обе схватывали на лету. Работа с ними не приносила неудобств или раздражения. И вот, спустя некоторое время, они уже скачут по всему полю вокруг Ривая галопом, лихо сбавляя и набирая темп. Как заметил мужчина, обоим нравилась быстрая и экстравагантная езда, а не спокойная и размеренная. Это объединяло их. Да и не только это. Они идеально подходили друг другу внутренне. Ведь обе были нелюдимыми и не контактными снаружи, но нравственными и одновременно ранимыми внутри. Да, и внешне тоже подходили. В этом мужчина убедился самостоятельно. Прямо сейчас он наблюдал эту завораживающую картину. Они скакали по полю под белым светом луны, словно были рождены вместе и знакомы всю жизнь. Чёрная, как уголь лошадь с не менее чёрной гривой, что развивалась за ней на ветру и темно-фиолетовым, пышными венком на шее. За него цеплялась тонкая рука девушки, которая ехала верхом без доли страха. Она была бледна и холодна, собственно, как всегда. Её короткие чёрные волосы развивались на ветру, подобно гриве скакуна под ней. Та лишь слегка придерживала пальцами одной кисти средство управления, что висело на шее животного, а вторую руку отставила чуть в сторону, желая насладиться ощущением свободного полёта. Он не знал, что твориться у них в головах. Но точно знал, что доверие установлено. Кому-нибудь могло показаться, что это слишком мрачная картина, но не ему. Ведь «черно-белое» — любимое сочетание обоих. Сочетание грации и холода. И казалось, что этот момент не закончится никогда. Но вдруг луна зашла за пасмурно облако, и всё вокруг погрязло во мраке. Лошадь резко остановилась, из-за чего всадница чуть не упала, но в итоге смогла удержаться, лишь немного съехав в бок. Тут же подул сильный ветер, неся с собой сухие листья, что громко шуршали. Все застыло в глухой тишине. Они пронеслись под ногами коня, но тот никак не отреагировал. Заметив это, Леви удивился. Но на его лице это, конечно же, никак не отразилось. Он был окончательно поражён. Молодая лошадь, которая впервые в своей жизни везёт кого-то на спине, просто так стоит. И ещё не просто кого-то, а человека, с которым в начале они не сдружились, и который не смыслит в лошадях совершенно ничего. А сейчас девушка чувствует себя верхом неуверенней, чем сам конь под ней. Обычно лошади с такой стадией подготовки, то есть практически нулевой, не скачут так послушно по полям и боятся даже хруста веток или шуршания травы. Ещё раз про себя отметив, что Аккерман творит с этим животным что-то невозможное, он нарушил тягостное молчание. — За мной, — холодно сказал тот и пошёл в сторону леса. Микасе потребовалось несколько секунд, чтобы выйти из раздумий и наконец последовать за Риваем, выслав коня вперёд. Зайдя в рощу, они встали на довольно узкую тропинку и двигались по ней вперёд через весь лес. Дорожка была узковата для того, чтобы идти рядом потому Капрал шёл впереди, а за ним спокойным шагом двигалась Аккерман на лошади. — Куда мы? — поинтересовалась та. — Небольшая проверка. Ничего особенного. Идти минут 20, — сухо ответил он. Дальше они шли в молчании. Тропинка стала ссужаться. Движение было медленным, так как Ривай шёл обычным шагом, а коню приходилось останавливаться каждый раз, дабы не врезаться в мужчину. В конце концов Микасе это надоело. — Сэр, мы могли бы дойти намного быстрее, если бы вы сели верхом, — аккуратно начала она. — А тебя куда девать? — чуть заинтересовавшись, тот поддержал разговор. — Никуда, я подвинусь. Вот так. После она продемонстрировала возможное развитие событий. Девушка отсела немного назад, указывая на своё прошлое место, тем самым показывая Капралу куда он может сесть. — Или, если хотите конечно, можете сесть сзади меня. Микаса вернулась на прежнее место, теперь указывая на часть спины лошади за собой. — Я сяду спереди. Подведя коня к небольшому пеньку, что очень удачно расположился прямо у края дорожки, мужчина ловко запрыгнул на него, чему Аккерман очень удивилась. Ведь ей, хоть она и выше ростом чем он, понадобилась помощь. В итоге, теперь Капрал управлял лошадью, сидя впереди, а Микаса просто сидела сзади. Через несколько минут Аккерман ощутила все неудобства такой езды. Во-первых, дорога начала вилять, а так как девушке было не за что держаться, приходилось ловить темп и надеяться только на своё равновесие. Во-вторых, чтобы доехать быстрее, Капралу нужно было менять скорость езды, а из-за того, что она не могла усидеть, приходилось всё так же двигаться шагом. В конце концов он не выдержал. — Так. Это невозможно больше терпеть. Аккерман, держись за меня, — сказал он, слегка раздражённо. Иного выхода из ситуации не было, и оба это понимали. Цепляться за плечи та не могла, тогда Риваю было бы тяжело управлять. Глубоко выдохнув, она аккуратно, будто боясь спугнуть, обвела руки вокруг его торса и сцепила их на груди. Тот никак не отреагировал словесно, но по коже пробежался рой мурашек. Не подав виду, он продолжил движение. В таком положении было неудобно постоянно держать голову, поэтому, когда шея окончательно затекла, девушка уткнулась носом в шею мужчины. Так стало более-менее удобней