Сломанные крылья

Кирилл, не совсем ожидавший от мальчика такого поведения, молчит, не зная, что ответить. Его удивляет легкость, с которой Валька присел с ним рядом, словно это не он еще день назад боялся подойти к нему, Кире, слишком близко. Валька чересчур сложен для него, и его поведение для Кирилла иногда так и остается за гранью понимания. — Чем займе-е-емся? — задумавшись, тянет Алиска. Кирилл сидит, сложив руки вместе, и терпеливо ждет, пока она решит что-нибудь сказать: сам он не хочет ничего предлагать и решает надеяться на ее фантазию. Боковым зрением Кирилл ловит взгляд Вальки, направленный почему-то на него, а не на его сестру. Парень на секунду даже теряется, не совсем понимая причину такого пристального внимания, а потом до него доходит, что мальчишка боится. Как и он сам, Валя не подозревает, какой будет реакция Кирилла после всего случившегося, и, вероятно, он просто думает, что Киря может захотеть уйти. Парню весьма льстит эта мысль, но он сразу же выбрасывает ее из головы: ну просто не может такого быть! — Ладно, давайте сыграем во что-нибудь… Только чур не компьютер! — поднимает Алиса указательный палец вверх, с улыбкой смотря на Вальку. Тот нарочито разочарованно вздыхает, — Может в «Правду или действие»? Видя лица Кири и Вальки, она не выдерживает и начинает смеяться: так потешно выглядят эти двое, явно не слишком желающие как делиться своими секретами, так и выполнять дурацкие пожелания друг друга. Видя заливающуюся смехом девушку, парни улыбаются, не сумев сохранить серьезное выражение лица. А Киря опять подмечает, что, вроде бы улыбаясь сестре, Валя все равно смотрит на него. Будто пытается прочитать на лице его настрой, понять, хочет он согласиться или же отказаться. Киря поворачивает голову и практически в упор смотрит в лицо мальчишке. Уголки губ того слегка приподняты, и он рассматривает его лицо теперь уже абсолютно открыто. Голубые глаза изучают будто бы каждую черточку, и, в конце концов, Валя поднимает взгляд и смотрит прямо ему в глаза. Киря внезапно осознает, что до этого мальчишка избегал пересекаться с ним взглядом. — Валь, что думаешь? — спрашивает Кирилл, желая наладить контакт. Светлые брови слегка приподнимаются, может быть, он просто не ожидал этого вопроса. Паренек смотрит на сестру и произносит: — Почему бы не попробовать? Они смеются, развлекаясь и задавая друг другу веселые вопросы и задания. Алиса загадывает, чтобы Кирилл изобразил иностранный акцент, и теперь парень виртуозно отвечает на все вопросы так, будто он родился в Германии, а в Россию так, погостить приехал. Такая карикатура на немецкий язык приводит Алиску в полный восторг, и, каждый раз слыша Кирилла, она тихо смеется, отворачиваясь и прикрывая рот рукой. Валька тоже улыбается, смотря куда-то в пол. Иногда у Кири создается такое впечатление, будто мысли его сейчас очень далеки от игры. Мальчишка, кстати, сидит в нежно-розовом свитере Алиски — ее королевское величество пожелало, чтобы брат надел какую-нибудь из ее вещей. Ему не особо понравилось, но выполнить пришлось — а куда ж было деваться? Вопросы они задают исключительно на общие темы, такие, которые не предполагают серьезного ответа и глубокого копания в своем внутреннем мире, и, надо признать, и Валька, и Кирилл этому очень рады. Все проходит очень гладко, пока Алисе не взбредает в голову совершенно идиотская мысль. — Правда или действие, Кирь? — потирая руки с кровожадной ухмылкой, задает вопрос она. — Ну… Давай правду, — решает Кирилл. Он уже сообразил, что выбрать правду все-таки легче, чем действие, ведь если с личными вопросами ни тот ни другая не лезут — чувство такта хоть немного, но сдерживает — то вот на действиях могут и отыграться. Однако, в этот раз, Киря не угадывает с выбором. Выстрел. — Как вы расстались с твоей бывшей девушкой? — с хитрой ухмылкой говорит Алиса. Попадание. Как расстались? «Кирилл, ты мой единственный друг», — звенит в памяти тонкий голос, обычно громкий, но теперь говорящий вполголоса. Кирилл молчит, пытаясь придумать, как безболезненно уйти от этой темы, отшутиться, чтобы не отвечать на вопрос. Дело все в том, что девушки как таковой у него никогда и не было. Была лишь Аня, но история с ней — явно не та, что стоит рассказывать, а после ее смерти он ни с кем никогда не встречался: возможно, в глубине души, просто боялся повторения того, что испытал после ее смерти. В то время как все его ровесники знакомились, начинали с кем-то встречаться, Кирилл ходил на курсы, кружки, искал хобби, которым сможет занять себя полностью, чтобы не оставалось даже минуты вспомнить о том, что было раньше. А потом он вырос. И смог наконец принять случившееся. Это было тяжело, и до сих пор, даже через много лет, Киря ощутил тупую боль, подобие которой он испытывал когда-то. Глаза Вальки бегают по лицу парня, будто он изо всех пытается понять, что же происходит. Мальчишка буквально на уровне интуиции чувствует, что что-то не так, но не может сообразить, что именно. Рука Кирилла, загребая воздух, сжимается в кулак и снова разжимается: Валька подмечает этот непроизвольный жест и наконец решается спросить: — Эй, Кирь, что с тобой? Алиса непонимающе переводит взгляд с Вальки на Кирю. Ну конечно, она даже ничего не заметила. Валя очень часто в последнее время думает, что его сестре не хватает такта. Она никогда не видела границы, которую ни в коем случае нельзя переходить, в отличие от того же Вальки, который всегда ощущал эту грань почти физически, будто бы ее можно коснуться кончиками пальцев. Вот здесь ты можешь говорить все, что угодно, и все будет хорошо, а тут — не смей, иначе человек закроется, не пустит тебя дальше, просто потому что дальше — оголенный участок души, к которому порой бывает очень больно прикасаться даже ему самому. Алиса собирается что-то сказать, но мальчишка чувствует, что сейчас это будет совсем лишним. — Алис, не надо, — негромко говорит Валька. Сестра слушается и молчит, доверяя, полагаясь на его чутье. Парень поворачивается, обращаясь к Кире, — Ты можешь не отвечать, если не хочешь. Направленный куда-то в пустоту взгляд Кирилла будто оживает, и парень внезапно смотрит ему прямо в глаза; такой контакт длится всего доли секунды, но этого хватает, чтобы мальчишка почувствовал себя неуютно. Вальке кажется, будто эти карие внимательные глаза проникают в самую его душу, видят его насквозь, и это ощущение пугает его. Киря медленно кивает, и на его губах медленно снова возникает улыбка, которая исчезла оттуда как только был задан тот самый роковой вопрос. — Если можно. — А… Ну… Ладно, — пожимает плечами Алиса. Видимо, в этот раз до нее все-таки дошло, что лучше остановиться. Валька вздыхает. Да, его сестра, наверно, никогда не поймет, что молчание — золото. Сам он предпочитал этот принцип всем другим и считал, что лучше промолчать больше, чем нужно, чем наговорить лишнего. Была наверно какая-то золотая середина во всем этом, но найти ее он пока не сумел. После этого случая игра быстро сворачивается. Пока Алиса кокетливо мнется и отвечает на вопрос, который ей задал Валька, когда она, по собственной глупости, выбрала «правду», Валя искоса наблюдает за Кириллом. Руки парня будто живут своей собственной жизнью: сначала он перебирает в руках телефон, а затем хватается за край одежды. Будто отчаянно пытается занять себя чем-нибудь, невольно отмечает Валя. Киря неожиданно вскакивает на ноги. — Схожу попить, — поясняет он в ответ на недоумевающие взгляды Алисы и ее брата и легко улыбается, — можете пока играть без меня. Валя провожает взглядом до дверей его удаляющуюся фигуру, а в голове отчаянно стучит мысль, что он сделал недостаточно.

***

Глоток. Еще один. Ледяная вода на секунду обжигает горло, но помогает привести мысли в порядок. Кирилл со звоном опускает стакан на стол, опираясь на гладкую поверхность рукой. Почему это все началось снова? Зачем Алиса спросила именно про это? Сейчас, когда прошло уже столько лет, когда ему начало казаться, что он отпустил эти воспоминания и сможет быть обычным. Стать нормальным парнем, таким же, как и его сверстники, гуляющие со своими девушками до половины ночи. Почему он не может так же? Чего боится? Кирилл внезапно ощутил кристальную ясность в сознании. Боится потерять снова. Что его опять оставят одного наедине с разрывающим его горем. Нет. Это был лишь несчастный случай. Такого больше не повторится. Уголки губ невольно приподнимаются в улыбке. Да, он сможет. Он уже справился с этим однажды, и сделает все, чтобы такого больше никогда не случилось. — Кирь? — Она появляется сзади неслышно, как кошка. — Все хорошо? Кирилл улыбается, радуясь, что она не может увидеть эту вымученную улыбку человека, который только что будто бы вернулся из мертвых. Хорошо ли все…? — Да. И он даже не чувствует будто врет. — Я волновалась. После того вопроса ты практически убежал из комнаты, и уже пять минут здесь. Послушай, — Алиса кладет руку ему на плечо и мягко, но настойчиво разворачивает его к себе лицом. — Прости, если я сказала что-то, что тебя задело. Я не подумала… Киря улыбается, видя растерянное лицо девушки, взгляд которой блуждает по его лицу, пытаясь понять, что с ним. Волновалась за него… Даже извиниться пришла. Его будто затапливает тихой нежностью по отношению к этой девушке, стоящей перед ним сейчас с этим плещущимся в зрачках испугом за него. Прежде чем он успевает подумать, Алиса оказывается в его объятиях. Кирилл делает это чисто инстинктивно, как маленький ребенок, желающий чтобы его утешили. Пушистые волосы, разметавшиеся по ее плечам, слегка щекочут щеку, но это все становится совсем неважно. Впервые за столько лет он чувствует ощущение тепла, поддержки, чувствует, что кто-то волнуется за него. Руки Алисы неуверенно обхватывают его за спину, и девушка кладет голову ему на плечо. Они стоят так несколько очень длинных мгновений, а затем идиллию нарушает Валя, появившийся в дверях кухни. Взгляд Кирилла на секунду встречается со светлыми Валькиными глазами, а затем мальчишка отворачивается и исчезает в темноте коридора. Киря чувствует минутное, непонятно откуда взявшееся горькое сожаление. Алиса отстраняется от Кирилла и улыбается ему, снова озаряя полутемную кухню своим внутренним светом. В голове проносится осознание — она не заметила. Иначе не была бы сейчас такой спокойной, побежала бы объяснять, что все не так, как выглядит, что они просто друзья. Слушая Алисины слова о том, что все будет хорошо, да и вообще, не стоит грустить по пустякам, Киря решает не говорить ей про брата. Парень не хочет волновать ее такими мелочами сейчас, да и чего греха таить: в том что их увидел Валька, виноват Кирилл и только он. Киря решает позже все уладить, исправить это маленькое недоразумение, которое он допустил. Конечно, когда рядом с ними не будет Алисы. Они возвращаются в комнату как ни в чем не бывало. Валька поворачивается на звук открывшейся двери. Все так же прижимает к себе своего медведя, сидя все в той же позе, в которой они его оставили. Алиса жизнерадостно предлагает посмотреть какой-нибудь фильм. Валька принимает живое участие в выборе того зрелища, под которое они будут хрустеть попкорном в течение следующих двух часов, и Кирилл почти забывает о произошедшем. Но спокойного просмотра не получается. Через минут сорок Алисе звонят и голос в трубке что-то довольно долго и сбивчиво объясняет. Девушка вскакивает с места и, сообщив, что она должна срочно бежать, хватает телефон и сумку и направляется к выходу из комнаты. — Досмотрите без меня и пообщайтесь, надеюсь, весело будет! — доносится ее жизнерадостный голос из прихожей. Валька даже не меняет своего положения, все так же сидит на самом краю дивана, прижав колени к груди, и наблюдает за происходящим на экране. Кирилл переводит взгляд, наблюдая за персонажем на экране, откидывается на спинку дивана и тянет руку за попкорном. — А говорил, что не парень моей сестры, — звучит слегка обиженный голос Вальки. Рука Кирилла замирает на полпути к чашке. — Не парень твоей сестры, да, — подтверждает он. — Я видел, как вы обнимались. Не верю тебе, — резюмирует мальчишка, отводя взгляд в сторону. — Она просто поддержала меня. Твоя сестра… очень хороший человек. Она очень добрая, — медленно говорит Кирилл, будто бы думая вслух. Он и правда так считает, наверно, поэтому ему так сложно это сказать. — Да, только иногда говорит то, что не следует. Я видел, что тебе не хочется отвечать на этот вопрос. Ты выглядел грустным. — Просто не очень хорошее прошлое, — улыбается Киря. Валька считает, что он выглядел грустным? Киря в очередной раз удивляется, насколько легко этот мальчишка, почти не видевший людей, понимает чужие чувства. — Может, как-нибудь потом я тебе расскажу. Пойдем, сделаем бутербродов? Валька смотрит на него долгим тяжелым взглядом светлых, голубых глаз, а потом кивает и поднимается, взяв своего медведя за лапу.

***

На кухне вскоре разворачивается бурная деятельность. Валька достает из холодильника продукты, а Кирилл, орудуя ножом как профессиональный повар, нарезает колбасу, огурцы, помидоры, хлеб, составляя разные комбинации бутербродов. — Ты так быстро режешь. Где научился? — удивленно спрашивает Валька. — Жизнь научила, — философски откликается Кирилл, — практика, практика и еще раз практика! Он смеется, подняв к потолку палец в каком-то учительском жесте, и продолжает резать. Ободренный комплиментом, Киря начинает шинковать колбасу еще быстрее и в результате сразу же получает по заслугам. Лезвие ножа задевает палец, оставляя сбоку на нем длинную кровавую полосу. Кирилл прикусывает губу и хватается здоровой рукой за палец. — Что случилось? — спрашивает Валька. Он замечает, как дрогнула спина Кирилла на секунду, и как тот откладывает нож в сторону. Кирилл поворачивается к Вальке, сжимая палец свободной рукой, и улыбается, показывая, что у него все хорошо. По кисти стекает тонкая струйка крови, прокладывая путь на предплечье. — Просто порезался, ничего такого. Плюшевый медведь почти бесшумно падает на пол из обмякших пальцев Вальки. Кирилл видит дикий, животный ужас, отражающийся в глазах паренька, и до него доходит, что что-то идет не так. — Валь, все хорошо?