Глава 10
25 декабря 2019 г., 09:22
Правда страдает от слишком пристального рассмотрения. Ф. Герберт
Войдя за неделю в ритм занятий, на которых практика получалась все хуже и хуже, Гарри снова начал опасаться событий из книг. Дневник все еще был у Джинни, но хранила она его в своей спальне, куда ему было не пробраться, и доставала только по вечерам, сидя в гостиной. Гарри решил не торопить событий, тем более у него был в этом свой интерес. Однако, наблюдать за младшей Уизли он не перестал. Чтобы совмещать приятное с полезным и не вызывать подозрений, Гарри решил нарисовать Джинни. После занятий она обычно общалась с подружками, но все чаще оставалась одна, строча свои мысли в злополучном дневнике, полностью отрешившись от мира. Повышенное внимание Гарри к девочке не укрылось от Гермионы. — Что делаешь? — спросила она в один из вечеров, присев на диван рядом с Гарри. — Решил что-то нарисовать? Он прикрыл рисунок рукой и улыбнулся. Ему не особо нравилось, когда кто-то разглядывал его неоконченные работы. — Да так, практикуюсь, — уклончиво протянул Гарри. — Делаю разные наброски. — Дай посмотреть. — Я еще не закончил, да и получается не очень… Гермиона перевела взгляд на сидящую в другом конце гостиной Джинни и что-то неразборчиво пробормотала. — Ты всегда так говоришь! Мне просто интересно как ты работаешь, — она мило улыбнулась и положила руку ему на плечо. — Тебе жалко что ли? — Нет, конечно, смотри. Он тяжело вздохнул и нехотя протянул ей блокнот. На последних трех страницах была изображена Джинни — смеющаяся среди подружек, задумчиво покусывающая перо и сидящая в кресле с какой-то книжкой в руках. Гермиона нахмурилась, листая страницы, пока не нашла собственный портрет почти годичной давности. — Здесь еще много работы, — видя замешательство подруги, пояснил Гарри. — Я потом хотел нарисовать в цвете — надо же учиться пользоваться красками. — Очень красиво, только… — Только что? — он нахмурился, внимательно рассматривая прикусившую нижнюю губу подругу. — Только ты ведь обещал нарисовать меня! — выпалила пунцовая Гермиона. — Если обещал — нарисую, — удивленный ее реакцией ответил Гарри. — Сейчас я только учусь рисовать человеческое тело, правильно подбирать цвета. Ты же хочешь, чтобы получилось красиво? — Но… — Кстати, ты мне кое-что напомнила! — хлопнул себя по лбу Гарри, бросив взгляд на часы. — Пойдем-ка со мной! — Подожди, куда это? Уже ведь был отбой, — попыталась остановить его Гермиона, увидев, что Гарри пробирается к выходу из гостиной. — Пойдем, пойдем, хочу тебе кое-что показать, — он поманил ее за собой и, пока на них никто не обращал внимания, набросил на обоих мантию-невидимку. — Кто здесь? Пивз, это ты? — настороженно спросила Полная дама, когда они проходили мимо нее, но, не дождавшись ответа, снова задремала. — Не бойся, никто нас не поймает, — прошептал Гарри на ухо подруге и повел за собой. Гермиона почувствовала, как по спине побежали мурашки, и сильнее сжала руку друга. Предыдущая прогулка по ночному Хогвартсу закончилась для нее встречей с одержимым профессором и жутким страхом за Гарри во время судорожных поисков кабинета Макгонагалл. В этот раз было как-то спокойнее, и она начала замечать, что замок, укутанный ночными тенями, приобретает совершенно другие будоражащие воображения очертания. Она и не задумывалась раньше, что Хогвартс с хорошо выученными «секретными» ходами может быть совершенно другим, не привычным и досконально знакомым, а захватывающим и таинственным. Увлекая за собой подругу, Гарри несколько раз свернул, спустился на три пролета и прошел тайным ходом за потрепанным временем гобеленом, когда-то во всем блеске изображавшем охоту знатного лорда со сворой гончих. Привычные коридоры с широкими окнами и облицованными мрамором стенами постепенно сменялись уходящими вдаль туннелями, освещенными редкими факелами, горящими холодным магическим пламенем. — Подожди, куда мы идем? — прошептала Гермиона, когда окончательно потеряла ориентиры, и ей начало казаться, что они ходят по кругу. — А мы уже пришли, — в полный голос заявил Гарри, пряча мантию за пазуху и разводя руками, предлагая осмотреться. — Тише ты, нас могут поймать, — зашипела подруга. — Не волнуйся, здесь никто не бывает, — он с какой-то необычайной нежностью провел рукой по стене из неровно обтесанных каменных блоков. — Это старый Хогвартс. По крайней мере, я его так называю. — О чем ты? Никогда о таком не слышала, обычный заброшенный коридор, — Гермиона озадаченно осмотрелась. В длинный переход, утопающий в глубоких черных тенях, выходило несколько почерневших от времени дверей, но ничего удивительного в этом не было. — Его очень легко отличить от привычного нам замка. Видишь окна? — Гарри кивнул на небольшое узкое окошко на уровне груди взрослого человека. — Их специально делали такими, чтобы не выпускать лишнее тепло и было легче обороняться, стреляя из лука или арбалета. Гермиона подошла и внимательно осмотрела прорубленную в камне бойницу со скошенными под острым углом откосами. Поежившись от порыва холодного ветра она выглянула наружу. — Отсюда видно внутренний дворик. Зачем оборонять его? — Он, очевидно, был построен гораздо позже, как и та часть замка, в которой мы обитаем. Здесь, например, нет канализации, в стенах не проложены трубы отопления, а факелы только магические, способные в отличие от обычных гореть по несколько месяцев. — Подожди, — Гермиона обернулась к подошедшему к ней Гарри, оглядывающему залитый лунным светом дворик с множеством скамеек, летом скрытых от глаз густой растительностью. — Ты хочешь сказать, что Хогвартс построен не основателями? — Когда они жили? — иронично улыбнулся Гарри. — Данные разнятся, но большинство источников сходятся на том, что они жили в одиннадцатом-двенадцатом веке. — Правильно, тогда замки строились исключительно, как военные крепости. Тем более такие большие, как Хогвартс, который явно было почти невозможно возвести без помощи магии. Очень удивлюсь, если бы в те времена Ровене Рейвенкло пришло в голову потратить столько сил, чтобы зачаровать потолок. Тогда больше приветствовался прагматичный подход, чтобы просто выжить, а это больше похоже на влияние эпохи Возрождения. Взяв подругу под локоток, Гарри медленно пошел вперед. Задумавшись, Гермиона переводила взгляд с одного факела на другой. — И куда ведет этот коридор? — Я не знаю. Гарри задорно ухмыльнулся и пояснил: — Эта часть Хогвартса как-то скрыта. В основном я бывал здесь ночью. Днем мне удалось сюда попасть лишь однажды, когда я… В общем мне нужно было побыть одному. Коридор кажется бесконечным, он заворачивает, разветвляется, соединяется, но не заканчивается. В нем есть двери, но я смог открыть только несколько из них, но там были самые обычные пустые комнаты. Они молча шли дальше, голые без портретов и гобеленов стены безучастно провожали их. Гарри задумчиво произнес: — Казалось бы, здесь легко заплутать, но я всегда почти сразу нахожу выход, когда хочу этого. Не знаю как это работает, но здесь мне никогда не встречался ни один человек. Именно сюда я прихожу, когда хочу подумать или успокоиться. Гермиона мягко улыбнулась и взяла его за руку в немом знаке поддержки. — А что там? — она резко остановилась, указывая на появившиеся из тьмы широкие двери из крепкого дерева, перекрывающие коридор. — Их здесь раньше не было, пойдем проверим, — просто сказал Гарри. — Может, не надо? — сильнее сжав руку друга, нервно спросила Гермиона. — Не бойся, здесь нет опасности, — отстраненным голосом сказал он и толкнул двери. Они легко отворились, и перед ними открылся узкий длинный зал с высоким подкопченным потолком. Он был примерно в половину меньше Большого и более вытянутым. Вдоль стен стояли полуразрушенные скамьи, казалось, что тут может спокойно разместиться не меньше сотни человек. Как и коридор, зал вопреки ожиданиям был идеально чистым, хотя в нем и витал чуть затхлый дух давно неиспользуемого помещения. Гарри прошел вдоль стен, завороженно осматриваясь и прислушиваясь к своим ощущениям. Он остановился около углубления в полу в центре зала, будто наблюдая за давным-давно пировавшими здесь людьми, грубо перешучивающимися на незнакомом языке и резко смеющимися. — Здесь раньше был обеденный зал, — уверенно сказал Гарри, откуда-то он точно знал это, и указал на углубление в полу. — А здесь находился очаг, на котором готовили пищу, им же и грелись. Гермиона, судорожно вздохнув, едва слышно прошептала: — Давай уйдем отсюда, мне здесь не нравится. — Конечно, пойдем, — Гарри мягко улыбнулся. — Извини, я только хотел поделиться с тобой своей тайной. Есть еще одно место, куда нам нужно обязательно сходить. Они быстро вышли из зала, пару раз свернули и оказались в уже знакомых коридорах, но совсем в другом относительно начала прогулки месте. Гарри не дал подруге сильно задуматься и на крейсерской скорости повел к ему одному известной цели, обеспокоенно посматривая на наручные часы. Они прошли по хитрому проходу, скрытому за ростовым зеркалом, затем поднялись на пятый этаж и по узкой винтовой лестнице прошли в небольшую башню. Пара факелов, заливающие помещение теплым неярким светом, создавали интимную атмосферу. Несмотря на то, что снаружи начал моросить мелкий противный дождь, оставляющий лениво стекающие капли на дающих почти круговой обзор широких окнах, внутри было тепло и уютно. — Когда ты это все только успеваешь найти, — удивилась запыхавшаяся Гермиона. — Ты что, гуляешь по ночам? Гарри только ухмыльнулся и встал у забранного толстым стеклом окна, наблюдая, как почти абсолютную тьму разрезают частые молнии, высвечивающие сизые тучи и густой непроглядный лес. — Красиво, — негромко сказала Гермиона, боясь развеять атмосферу потусторонней торжественности. — Красиво, — также тихо ответил Гарри, обернувшись к подруге, чей силуэт был едва виден в темноте башни. — Гарри, зачем мы сюда пришли? — Гермиона отвела взгляд от завораживающей картины набирающей мощь стихии и посмотрела на друга. Он хитро подмигнул, предостерегающе поднял палец и полностью сосредоточил внимание на часах. Спустя несколько секунд, он широко улыбнулся и весело сказал: — Полночь, теперь можно! С днем рождения, Гермиона! Под удивленным взглядом подруги он достал припрятанные уже знакомый термос и контейнер с несколькими пирожными. Расставив все это богатство на подоконнике, Гарри протянул ей увесистый сверток. — Как говорится, чем богаты, — добродушно проговорил гриффиндорец, наливая чай в крышку термоса. — Пирожные будешь? — Спасибо, — наконец отмерла Гермиона. — Но как ты узнал? Я же тебе не говорила, когда… — Секретную дату твоего рождения было крайне сложно узнать у твоих родителей, — закатил глаза Гарри и, отхлебнув прямо из термоса, скривился. — Тьфу, совсем остыл. — А мне нравится, — Гермиона пожала плечами и откусила пирожное. — И вид отсюда классный. Так ты для этого так долго водил меня по замку? — Зато поздравил самый первый! — гордо выпятил грудь Гарри под смешки подруги. — И я правда хотел показать тебе то место. Гермиона серьезно кивнула и вскрыла подарок, оказавшийся справочником по трансфигурации, которого ей давно не доставало. — Книга — лучший подарок, — улыбнулась она, с некоторым сожалением понимая, что ожидала чего-то другого. Гарри не успел ответить — на лестнице послышались чьи-то шаги. Спустя несколько секунд на небольшую площадку вышел задумчивый Драко Малфой, удивившись не меньше гриффиндорцев. — Вы что здесь делаете? — грубо спросил он. — Не твое дело, Малфой. Сам-то чего пришел? — в тон ему ответил Гарри, выйдя немного вперед и закрыв собой Гермиону, отчего та нахмурилась. — Вам не понять Тайны Магии, — надменно бросил слизеринец. — Идите обжиматься на Астрономическую башню, как все нормальные люди. — Ты там хоть раз ночью бывал? — Гарри махнул рукой в сторону окна. — Ветер, холод, дождь, а внизу еще и Филч поджидает. — А палочка тебе на что, идиот! — Мальчики, давайте не будем ссориться, — попробовала погасить конфликт Гермиона. — Тебя никто не спрашивал, грязнокровка, — раздраженно выплюнул Малфой. Глаза Гарри налились кровью, в ушах застучало, и, громко скрипнув зубами, он неумело ударил вдруг потяжелевшим кулаком не ожидавшего подобного слизеринца. Драко упал на пол, его лицо тут же опухло, быстро приобретая сине-фиолетовые оттенки, из неестественно свернутого набок носа обильно пошла кровь, заливая мантию. Бережно ощупывая лицо, он уставился на собственную палочку, каким-то неведомым образом оказавшуюся в руке ненавистного гриффиндорца. — Смотри-ка, а у тебя самого кровь какая чистая, — презрительно бросил Гарри и только сейчас заметил, что Гермиона пытается его удержать, почти повиснув на нем. Успокоившись, Гарри улыбнулся подруге и мягко оттеснил ее в сторону, а затем повернулся к Малфою. — Теперь говори, что ты тут делаешь? Следишь за нами, как на первом курсе? — Вам не понять, — огрызнулся в ответ Малфой, с трудом поднявшись на ноги. — Сегодня ночь Подготовки! — Подготовки к чему? — наседал Гарри, но слизеринец только угрюмо смотрел на него. — Малфой, будет лучше, если ты сам все расскажешь, — не выдержала Гермиона. — Пока ты случайно стукнулся о дверь, но можешь также случайно упасть с лестницы, — угрожающе предостерег Гарри, увидев перекошено лицо Малфоя. — Или может мне стоит лишить тебя твоего главного достоинства? Он повертел в руках палочку, и взял ее, готовый переломить пополам. — Стой! — выкрикнул Малфой и нехотя проговорил, стараясь не смотреть Гарри в глаза. — В конце октября должен пройти Обряд Почитания Предков. Несколько ночей в течении двух месяцев до него я должен проводить Подготовку. — И что значит вся эта белиберда? — Гарри с силой сжал виски. — Я не вижу в твоих словах никакого смысла. — Ничего удивительного, Поттер. Ты даже Правил не знаешь! — Да к чертям твои правила! — Не мои, а наши, — мстительно ухмыльнулся Малфой. — Ты их нещадно нарушаешь, и рано или поздно тебе предстоит ответить перед самой Магией! Видя, что друг закипает еще сильнее, Гермиона потянула его за руку и твердо сказала: — Пойдем отсюда, пускай делает, что хочет. Гарри резкими движениями побросал в сумку расставленные вещи, швырнул слизеринцу палочку и последовал за подругой, оставив его наедине с собой. Укрывшись мантией, они молча добрались до опустевшей гостиной, и тут уже Гермиону прорвало. — Зачем ты ударил его? Теперь он может пожаловаться, и тебя накажут! — Он этого не сделает, — спокойно ответил Гарри. — Ведь тогда ему придется признать, что он гулял после отбоя и, что еще страшнее, проиграл какому-то Поттеру. А даже если и так, то не велика беда. — Можно же было обойтись без драки! — Гермиона сложила руки на груди и бескомпромиссно тряхнула головой. — То есть хочешь сказать, мне следовало оставить без внимания то, что он назвал тебя недочеловеком? — Нет, но… — Малфой сказал то, что сказал, и получил на это адекватный ответ, — твердо сказал Гарри, посмотрев ей в глаза, и, не слушая возражений, отправился в спальню. Весь следующий день подруга дулась и не разговаривала с ним, но Гарри и не думал подходить к ней первый, уверенный в своем решении. Малфой не появлялся на занятиях, вероятно, отходя от ночных приключений, но на обед пришел с чуть более бледным лицом, чем обычно и выправленным носом. К вечеру Гермиона оттаяла и, уже не сдерживая любопытства, подсела к Гарри, чтобы обсудить ночное происшествие. Гостиная, как и всегда после занятий, была наполнена веселым гомоном неугомонных гриффиндорцев всех возрастов, и можно было не опасаться быть подслушанными. — О, мы снова разговариваем, и ты перестала обижаться по пустякам? — иронично спросил Гарри. — Я не обиделась, а скорее злилась. И это не пустяки! Ты ударил человека! — Малфоя, — поправил ее гриффиндорец. — Он ответил за свои слова, это было правильно. — Пообещай, что ты больше так не будешь, — строго сказала она. Гарри долго разглядывал ее упрямое лицо, а затем неохотно сказал: — Хорошо, если он не начнет первым. Удовлетворенная таким ответом, Гермиона перешла к более интересным вещам: — Что ты думаешь о том, что он говорил? — О всех этих правилах и обрядах? — уточнил Гарри и пожал плечами. — Дамблдор в прошлом году говорил, что это такая своеобразная религия. Маги верят в некую высшую сущность. — Думаешь, это может быть правдой? — возбужденно спросила подруга. — В смысле, если мы можем колдовать, то почему бы магии не быть разумной? — Может, потому что божественное существо вряд ли будет устанавливать правила, по которому ему следует поклоняться? Я не знаю, надо спросить у кого-нибудь знающего. — У кого? — Например, у тех же Фреда и Джорджа, — задумчиво протянул Гарри. — Они выросли среди волшебников, может что-то знают. — Или у Невилла? — Или у него, — согласился Гарри и мягко напомнил. — Спросим завтра, сегодня все-таки твой день рождения. Следующим вечером они поймали вечно где-то пропадающих братьев Уизли только после отбоя, когда уставшие за день сонные гриффиндорцы расползались по комнатам. — Что вы знаете о так называемых правилах магии, — в лоб спросил Гарри. Близнецы переглянулись и, к удивлению ребят, потупили взгляды и замешкались, растеряв весь свой азарт. — Понимаешь, это больная тема для нашей семьи, — помявшись сказал Фред. — Если не хотите — можете не отвечать, — мягко сказала Гермиона. — Это вроде как и так все знают, — вздохнул Джордж. — Никакой тайны здесь нет, но… — Об этом неприятно говорить, — закончил за него Гарри. — Точно, — криво улыбнулся Фред. — Короче, дело в том, что лет сто пятьдесят назад наш предок нарушил Правила. Наш род никогда не был истово верующим, как те же Малфои или Блэки, но и Правила открыто никто не нарушал. — Да, за это древние рода называют нас «предателями крови» и стараются не иметь с нами дел, — скривился Джордж. — Это одна из причин, почему мы такие, ну, бедные. Было видно, что близнецам тяжело об этом говорить. Так что Гарри положил руку на плечо Гермионы, готовой разразиться сотней новых вопросов. — Есть еще один вопрос, который нужно обсудить. Как у вас продвигается тема с конфетами? Фред с Джорджем заметно приободрились и принялись, рисуясь и кривляясь, расписывать то, как же сложно продавать конфеты в Хогвартсе. Гермиона посмеивалась, прикрывая рот ладошкой, а Гарри только криво ухмылялся. — А если серьезно, то в чем дело? — прервал излияния Фреда он. — Кроме того, что таких красивых вас никто не любит. — Мне кажется, цены слишком высоки, — перешел на деловой лад Джордж. — Совиной почтой можно заказать все тоже самое, что и у нас, но дешевле. — Да, это серьезно, — признал Гарри. — Но у нас есть преимущество — удобство. Не нужно ждать целый день, чтобы заказ доставили. — Поэтому мы и продали хоть что-то, — развел руками Фред. — Если дело пойдет так же, то мы не отобьем даже вложенных денег, — быстро что-то подсчитав, сказала Гермиона. — Такими темпами мы сможем распродать весь запас только месяцев за пять, к этому времени те же шоколадные лягушки испортятся. Гарри переводил задумчивый взгляд с одного незадачливого компаньона на другого, стараясь понять, о чем они думают. Настроение в целом было удручающее. — Так, хватит киснуть, — он хлопнул в ладоши и бодро улыбнулся. — Все не так плохо, как кажется! У нас проблемы, но это было ожидаемо. Главное — найти решение! И оно у меня есть! — И какое? — воспряли духом близнецы, а Гермиона удивленно подняла брови. — У нас есть два пути. Первый — расширение рынков. Не ошибусь, если вы предлагали купить в основном ребятам из Гриффиндора. — В другие гостиные у нас нет доступа, — кивнул Джордж. — Надо охватить еще один факультет, — задумчиво протянул Фред. — Начнем с Рейвенкло, мы знаем пару ребят оттуда, можно поспрашивать. — Главное — не трогать Хаффлпафф, — содрогнулся Джордж. — Да, ребятки, никогда не трогайте Хаффлпафф! Гермиона вопросительно посмотрела на близнецов. — Мы однажды не очень удачно подшутили над ними, — Фред с Джорджем переглянулись, болезненно поморщившись. — Просто запомните это! — Хорошо, Рейвенкло уже неплохо, — сказал Гарри, подумав, что Хаффлпафф может оказаться крепким орешком. — Было бы неплохо найти надежного человека оттуда. — И второй наш путь — уникальный товар. Например, то же сливочное пиво. Как я понимаю, его нет в стандартном каталоге. — Оно выдыхается при переноске совами, — кивнул Фред. — В Хогсмиде его производят несколько семей, — припомнил Джордж. — Интересно, было бы неплохо выйти на них и поговорить. — Ученикам нельзя ходить в Хогсмид не на установленных выходных, — тут же прервала их Гермиона. — Тем более второкурсникам! — Гермиона, это же для дела, — попробовал убедить ее Гарри. — Тем более это ненадолго, а Фред с Джорджем всегда будут рядом. Близнецы активно закивали, и она смягчилась: — Хорошо, но только один раз. — Гермиона, ты лучшая! — Гарри обнял смутившуюся подругу. — Так, поделите между собой свою долю с уже проданного и спать. Завтра будет новый день! Прибыли оказалось всего ничего — чуть больше трех сиклей на человека, но ребята, как заметил Гарри, разошлись по спальням довольными. Сам же он пошел не к себе, а поднялся на этаж выше. — Фред, Джордж, вы тут? — негромко спросил он, открыв дверь. — Смотри, Дред, наш предводитель не такой подкаблучник, как могло бы показаться, — усмехнулся один из близнецов. — Есть вещи, которые Гермионе знать не обязательно. — Вот как! Наш мальчик стал совсем взрослым, Фордж, — притворно прослезился другой. — Можно потише? Тут люди спят, — послышалось из-за полога одной из кроватей. — Спи дальше, Ли, это свои, — махнул рукой Фред и поманил ребят в коридор. — Ну так что? — возбужденно хором спросили братья, прикрыв дверь. — А вот что. Знаете основной принцип продаж? Близнецы помотали головами, Гарри только ухмыльнулся и встал в пафосную позу. — Тогда слушайте внимательно, сейчас я оброню частицу великой мудрости. — Это он про себя что ли? — И этот человек еще будет учить нас жизни, братец! — Мда, до чего иногда может довести собственная дурость. — И тем не менее, — снова стал серьезным Гарри. — Если на товар нет спроса, значит, его надо создать. — И как же это сделать? — Элементарно — сделать товар дефицитным, — видя непонимание в глазах близнецов, он пояснил. — Самое слабое и одновременно сильное место Хогвартса — его изолированность. Значит, чуть менее, чем полностью он зависит от внешних поставок. А слабое место поставок — это… — Совы, — закончил мысль Джордж. — Гениально! — Небольшая диверсия — и весь рынок наш, — кивнул Гарри. — Нужно только серьезно подготовиться и немного выждать. — Зачем? — Во-первых, так о нас уже будет знать достаточно людей. А во-вторых, Гермиона ничего не заподозрит. Думаю, перед Хэллоуином будет самое оно, на праздниках всем хочется сладкого. Близнецы переглянулись, но в чужие отношения лезть не стали. — Хорошенько все обмозгуйте, — закончил Гарри, — а я, пожалуй, все-таки пойду спать. Спустившись к себе, он был точно уверен, что поступает правильно, скрывая некоторые вещи от Гермионы. И пусть он ей доверял, но так было значительно меньше шансов, что подруга попадет в неприятности. В случае чего, она просто будет все отрицать, и даже врать не придется. С этой мыслью гриффиндорец погрузился в уютную темноту глубокого здорового сна.
