Глава 28
11 ноября 2020 г., 10:00
Как только ты начинаешь воображать, что что-то знаешь, это закрывает путь к дальнейшему познанию. Ф. Герберт
Остаток каникул Гарри жил на два дома, иногда оставаясь у Грейнджеров, а иногда подолгу задерживаясь у Сириуса. Крестному все чаще не сиделось на месте, апогеем стало желание всеми правдами и неправдами попасть на финал чемпионата мира по квиддичу, который был назначен на середину августа. Гарри наотрез отказался от опасной затеи, всячески отговаривая неугомонного крестного. В ход шли всевозможные аргументы и просьбы, но Сириуса уже было не остановить. Побывав в Косом переулке, он каким-то неведомым образом смог раздобыть себе билет, к счастью, не именной. Гарри с содроганием думал, что на утро после финала прочитает в газетах о поимке или казни Сириуса, но все обошлось. Он обнаружился на кухне развалившимся в принесенном из гостиной кресле с «Пророком» в руках. — Тебя не поймали, — облегченно выдохнул Гарри. — А у тебя были сомнения? — удивленно посмотрел на него Сириус и с некоторым сожалением сказал: — Все-таки нет в тебе гриффиндорской жажды авантюризма. — Зато в тебе ее на четверых хватит, — едко заметил Гарри и плюхнулся на ближайший стул. — Не понимаю, какой смысл нарушать правила без необходимости. Как все прошло? — Нормально, под конец славно размялись и намяли бока болгарам, на таких мероприятиях это обычное дело, — пожал плечами Сириус и с гордостью добавил: — Вот, посмотри, в «Пророке» даже написали, здесь и обо мне есть. Гарри быстро схватил газету и принялся лихорадочно читать. Половину первой страницы занимала колдография стоящего посреди какого-то поля волшебника с породистым осунувшимся от усталости лицом с резкими чертами, о которые, казалось, можно порезаться. Он грозно озирался вокруг, иногда махая рукой, видимо, раздавая какие-то приказы. Крупный заголовок гласил: «Чемпионат по квиддичу — парад позора и некомпетентности от Барти Крауча». Статья далее была выдержана в подобном же стиле: Вся магическая Британия взволнованно замерла в ожидании финала чемпионата мира по квиддичу, впервые проводимого на островах за последние более чем тридцать лет. Хотя наша сборная и не смогла пробиться, с достоинством уступив соперникам, но мы с радостью собирались болеть за соседей ирландцев. Однако надеждам добрых граждан на идеальную организацию эпохального события так и не суждено было сбыться. Мало того, что удаленное место проведения соревнований было труднодоступно для большинства желающих. Многие были вынуждены всей семьей с маленькими детьми обитать в палатке неделю ради двухчасового матча, не говоря уже о крайне неудобном расписании порталов, разбросанных в самых неожиданных и неудобных местах страны. Так еще и окончание финала ознаменовалось омерзительной дракой разгоряченных алкоголем болельщиков, которых никто и не собирался останавливать! Мать семейства, пережившая несколько часов ужаса за судьбы детей, рассказала нам о произошедшем: — Мы уже собирались сворачивать палатки и отправляться домой, когда стали слышны жуткие крики. Вокруг не было ни одного аврора, нас никто не защитил! Но есть ли ответственный за происходящее или это череда зловещих случайностей? И ответ на этот вопрос может быть только один — Бартимеус Крауч, занимающий должность главы отдела международного магического сотрудничества. Наши источники в Министерстве сообщают, что одиозный чиновник, известный своим радикальным и непоследовательным подходом, настоял на том, чтобы именно его отдел занимался организацией ответственного мероприятия. Фактически он отстранил сотрудников профильного отдела магических игр и спорта от работы, не давая выполнять им их обязанности. Мистер Крауч отказался давать комментарии о том провале, который с болью переживает по его вине вся магическая Британия. Также он не стал опровергать слухи о замеченных во время беспорядков темных волшебниках. Комментарий Министра Магии о событиях финала читайте на странице 2. Подробности о скандальной карьере Бартимеуса Крауча читайте на странице 4. «Я видела Сириуса Блэка!» — сообщает наша постоянная читательница, подробности на странице 10. Гарри быстро пролистал на десятую страницу, но там было только интервью с очередной домохозяйкой. Она довольно истерично утверждала, что Сириус Блэк по какой-то причине пытался на нее напасть в ее же собственной палатке, прикрываясь дракой болельщиков. — Тьфу, кто только читает такую желтизну, — сплюнул Гарри с отвращением бросив «Пророк» на стол. — А нормальной газеты нет? — Это наверняка Рита Скитер постаралась, — рассмеялся Сириус. — Она всегда примерно так и пишет, жалко только, что не я на первой странице. — А кто такой этот Крауч? — окончательно успокоился Гарри и налил себе чая. — Его так сильно не любят? — Та еще порядочная мразь, — выплюнул Сириус. — Он в войну претендовал на пост Министра и ввел особый порядок задержания, из-за которого я и попал в Азкабан. — А что ему помешало стать Министром? — Я читал, что его сынок оказался сторонником Волдеморта, — едко усмехнулся Сириус. — Его, конечно, судили, а не просто бросили гнить в тюрьме, но карьеру папаше он изгадил очень основательно. — То есть Крауч так пытается вернуться на прежние позиции? — Гарри махнул рукой на газету. — Но почему сейчас? Прошло уже много времени. — Кто знает. Он, наверняка, растерял почти все влияние после скандала, а Министерство — это серпентарий похлеще Слизерина. Сириус самодовольно улыбнулся, сладко потянулся и закинул ноги на стол. — Иногда жизнь прекрасна. — Свинья, — Гарри раздраженно сбросил его ноги. — Веди себя прилично, скоро Гермиона придет. — Я говорил тебе, что ты зануда? — усмехнулся Сириус, но сел нормально. — Пожил бы с тетей Петуньей и не так бы запел, — проворчал Гарри. — Кстати, а где твоя ненаглядная? Неужели она не волнуется за меня? — Я ей не говорил о твоих идиотских похождениях, — отрезал Гарри. — Меньше знает — крепче спит. А сейчас она с матерью ходит по магазинам. — А как же ты? — А я приехал повидать своего крестного, с которым хочу проводить больше времени. — Ты просто сбежал! — широко улыбнулся Сириус. — Совершил вынужденное тактическое отступление, — поправил его Гарри. — Или ты мне не рад? — Рад, конечно, но Гермиона должна об этом узнать! — Оставь это, мне по горло хватило и похода в Министерство, — проворчал Гарри. — Пусть пока пообщаются, тем более миссис Грейнджер меня недолюбливает. — Проблемы с будущей тещей? Понимаю, — рассмеялся Сириус, Гарри только состроил недовольное лицо. — А что вы делали в Министерстве? — Пытались прорваться в архив и найти документы по твоему делу. Потратили пять часов, а в итоге три референта отправили нас куда подальше, еще в двух местах над нами просто посмеялись, а потом заставили подписывать якобы необходимую форму у кучи народа. — Ничего удивительного, архив ДМП только для внутреннего пользования и то не для всех сотрудников или по особому разрешению. — А ты откуда знаешь? — Как не знать, мы же с твоим отцом служили аврорами, — пожал плечами Сириус. — Я тебе не рассказывал? — Тогда может что посоветуешь? Это же вроде как и тебя касается! Крестный опять хотел закинуть ногу на стол, но передумал, увидев не обещающий ничего хорошего взгляд Гарри. — Правильнее всего заручиться поддержкой кого-нибудь влиятельного, чтобы он отстаивал нашу позицию. Только это вряд ли получится, а пока закидывайте их письмами — они должны будут хоть как-то отреагировать, если хоть одно попадет куда надо, — Сириус ехидно улыбнулся и спросил: — Ты же вроде хотел направлять энергию Гермионы в правильное русло, не так ли? — В процессе, — обиженно буркнул Гарри. — Это не так просто, она, знаешь ли, очень умная. — Ничего, у тебя все еще впереди, научишься, — потрепал его по голове крестный и улыбнулся. — Пф, уж точно не у тебя, — язвительно фыркнул Гарри. — Это почему еще? Я раньше был успешен у прекрасной половины человечества и мог бы тебя кое-чему научить. — Тут ключевое слово «был»! Сириус хотел ответить что-то в том же духе, но его прервал Кричер, появившийся с негромким хлопком. — Грязнокровная девчонка, недостойная величия Блэков, стоит у двери и пытается войти. Что прикажете делать? Облить ее кипятком или просто выставить вон? — Гермиона? — уставился на него Гарри. — Впусти ее немедленно! Какого черта, Кричер? Она же уже сотню раз была здесь! — Грязнокровка оскорбляла своим существованием благородный род ровно двадцать три раза. Кричер все помнит, когда-нибудь она обязательно заплатит за свою наглость. Домовик щелкнул пальцами и важно поправил серую от грязи замусоленную тряпку, которую носил на манер тоги. Гарри уже отчаялся заставить его надеть что-нибудь другое. Гермиона полностью поддерживала друга в этом начинании, но делу это не помогало — Кричер слушался ее еще хуже, а Сириус только посмеивался над их бесплодными попытками облагородить старого домовика. — Да чего жы ты такой упертый, Кричер! — в сердцах бросил Гарри. Домовик глянул на него исподлобья и едва слышно забурчал очередное ругательство. — Что на этот раз случилось? — вместо приветствия спросила спустившаяся на кухню Гермиона. — Он не хотел впускать тебя в дом и собирался ошпарить кипятком, — со вздохом протянул Гарри, кивнув на Кричера. — Не надо зря его ругать, — мягко сказала подруга. — Он же не виноват, что жил в такой семье и так отвратительно воспитан. Кричер неприязненно глянул на нее и гордо заявил: — Хороший домовик ведет себя так, как хотелось бы его хозяевам. — Я твой хозяин! — рявкнул Сириус. — И хочу, чтобы ты перестал оскорблять моего крестника и его подругу! Чего ты молчишь, грязная тварь? Кричер только неестественно выпрямился и, выкатив глаза, уставился на него. Гарри положил руку на плечо крестного и успокаивающим тоном сказал: — Мне кажется, Кричер уже все сказал. Глава общины Хогвартса рассказывала, что модель поведения домовиков, угодная хозяевам, является частью их служения. Он долгие годы считал хозяйкой портрет твоей матери и не мог вести себя иначе. Я прав, Кричер? — Недостойный сын, разбивший сердце благородной матери, не может быть хозяином ее дома, — как будто повторил заученные слова Кричер, а затем недоверчиво спросил: — Вы знакомы с Главой? Как его имя? — Ты не доверяешь нам? — понимающе улыбнулась Гермиона. — Глава общины домовиков Хогвартса женского пола и по традиции у нее нет имени. Кричер переводил подозрительный взгляд с Гарри на его подругу и обратно, нервно теребя в руках сальную ткань своего одеяния. Его уши слегка подрагивали, а взгляд потускнел и потерял осмысленность, внутри него шла какая-то борьба. — Мы друзья общины Хогвартса, — мягко пояснил Гарри, присев на корточки, чтобы находиться на одном уровне с домовиком. — Ты можешь нам доверять. — Конечно, все будет хорошо — тоже присела Гермиона и попыталась успокоительно погладить его по сморщенной голове, но Кричер отшатнулся от нее, не дав прикоснуться. — Ты понимаешь, что Вальбурга Блэк умерла? — твердо сказал Гарри, заставив его развернуться к себе. — Портрет всего лишь ее изображение, хоть он может говорить и двигаться, твой хозяин — Сириус. — Гарри, не дави на него! Кричер сгорбился и сжался, его начала бить крупная дрожь, но он ничего не отвечал, опустив глаза в пол. — Повтори, — строго приказал Гарри. — Вальбурга Блэк умерла, мой хозяин — Сириус Блэк, — пропищал домовик необычно высоким пронзительным фальцетом, а затем сказал прежним скрипучим голосом: — Кричер готов служить хозяину. Не дожидаясь ответа, домовик вырвался из хватки Гарри, щелкнул пальцами и исчез. Сириус озадаченно почесал в затылке и спросил: — Кто-нибудь может мне сейчас объяснить, что только что произошло? — Очевидно, Кричер до конца не осознавал, что твоя мать умерла и продолжал считать своей хозяйкой ее портрет, как бы абсурдно это ни звучало, — пожал плечами Гарри. — Это понятно, но почему он послушал вас? На мои слова он не обращал внимания, хотя я сотню раз говорил, что мама умерла. — Домовики гораздо сложнее, чем думают большинство волшебников, — укоризненно сказала Гермиона, когда все снова разместились за столом. — Я много общалась с ними в Хогвартсе, но не могу сказать, что стала хорошо их понимать. — Да чего там понимать, — легкомысленно отмахнулся Сириус. — Они хотят служить, так пускай служат, незачем ломать порядок вещей. А в Хогвартсе правда много домовиков и у них есть глава общины? — Конечно, как бы иначе они успевали стирать твои подштанники семь лет подряд? Или ты думал, что это делают Феи? — усмехнулся Гарри. — Я думал это просто магия замка. — Ты что никогда не был на кухне Хогвартса? — А вы были? — уважительно посмотрел Сириус на кивающих гриффиндорцев. — Мы с друзьями в свое время облазили весь замок, нашли кучу тайных ходов, но так и не смогли попасть в нее. Нам еще потом сказали, что на кухню Хогвартса человек может войти только по приглашению. Так вот что это значит! С того дня Кричер начал беспрекословно выполнять все приказы и следить за домом, но на глаза никогда не показывался. Сириус от такого положения вещей пришел в полный восторг — домовик был лишним напоминанием о нелюбимой семье. Гарри же был порядком озадачен изменениями в поведении Кричера, и, улучив момент, поделился своими сомнениями с Гермионой, пока они были одни в библиотеке, и подруга окончательно не зарылась с головой в очередной талмуд. — Ты уверена, что эта книга тебе полезна? — Гарри с сомнением посмотрел на том в обложке из пожелтевшей от времени светлой кожи. Он предпочитал не задумываться над тем, чья она была. — Информация не бывает лишней, — оторвалась от чтения Гермиона. — Главное знать, как ее применить. Тебе бы тоже не помешало взять что-нибудь почитать. Гарри со вздохом окинул взглядом стеллажи с книгами и скептически спросил: — Учитывая мои великолепные навыки во владении палочкой, думаешь, я найду здесь хоть что-то, чем смогу воспользоваться? — Теоретические знания тоже важны. Так ты хотя бы будешь знать, с чем столкнулся. Она встала с кресла прошла вдоль полок и протянула ему одну из книг. — Например, вот хорошая. О проклятьях, действующих на психику и восприятие человека. Основная сложность — заметить изменения в себе, а контрзаклятие совсем простенькие. — Даже для этого мне пришлось бы обращаться к тебе или Сириусу, — скривился Гарри, но взял книгу. — Так я же всегда рядом, — подмигнула Гермиона. — Наверное, ты права, спасибо, — вздохнул Гарри и рассеянно покрутил книгу в руках. — Лучше скажи, ты и правда думаешь, что я был слишком жестким с Кричером? — Ты о том, что он остается невидимым? — уточнила подруга. — Ты мог бы быть с ним помягче, но не думаю, что на него повлияло именно это. Гарри вопросительно приподнял бровь, и Гермиона пояснила: — Психология домовиков сильно отличается от человеческой. Они очень отстраненно относятся к внешним проявлениям чувств, словам и даже поступкам, поэтому так легко переносят наказания даже от любимых хозяев. — Мне еще показалось, он странно отреагировал на то, что мы знакомы с домовиками Хогвартса. — Возможно, почему бы не спросить у него? — Если бы все было так просто, — вздохнул Гарри. — Кричер! Ничего не произошло, они оглянулись вокруг, но домовика нигде не было. — Он не приходит, когда я его зову. — Ты же помнишь, домовики в Хогвартсе не могут не исполнять приказов, но могут их не получать, используя небольшие хитрости, — улыбнулась Гермиона. — Кричер, сделай так, чтобы мы тебя видели. Домовой эльф вышел из-за кресла и склонился в глубоком поклоне. Он выглядел гораздо лучше, кожа почти полностью разгладилась и приняла более здоровый для его вида сероватый оттенок, в глазах заиграл живой огонек, заменив угнетающе подавленное выражение. Старую тряпку заменило одеяние причудливой формы, сшитое, кажется, из хорошо выстиранной и отглаженной наволочки. Хоть каждый сказал бы, что домовик уже далеко не молод, но он не напоминал умирающего и был полон сил. — Кричер, ответь, пожалуйста, честно, — мягко начала Гермиона. — Что тебя связывает с Главой общины домовиков Хогвартса? Ты когда-то был там? Кричер посмотрел на нее со странным выражением на лице и сказал: — Каждый домовой эльф когда-то был в Вечном замке. Только там может родиться домовик, это известно всем. — Подожди, то есть все эльфы принадлежат к общине Хогвартса? — удивился Гарри. — Как так получилось? Кричер молчал несколько секунд, видимо, размышляя, что можно говорить, а что не стоит. Приняв какое-то решение, он заговорил: — Об этом не говорят, хоть это и не тайна. Такие истории матери рассказывают совсем маленьким эльфам, когда они еще не могут работать и приносить пользу. — Ты можешь рассказать нам? — аккуратно попросила Гермиона. — Добропорядочному эльфу не пристало говорить о таком, — Кричер посмотрел на нее укоризненно. — Хозяевам ни к чему забивать голову историями недостойных. Гарри с Гермионой переглянулись и с одинаковым просящим выражением посмотрели на старого домовика. Кричер тяжело вздохнул и начал: — Никто уже не помнит, когда и откуда появились эльфы, но они всегда были связаны с Вечным замком, который люди называют Хогвартсом, — тембр его голоса неуловимо изменился и стал более глубоким, словно он читал древнее сказание или балладу. — Наши судьбы крепко связаны, мы всегда были его частью, появившись в мире вместе с ним и стойко храня его тайны. Эльфы получили великую силу, недоступную волшебникам, истинную магию. Никто не мог проникнуть в замок без их ведома и разрешения. Но за это эльфы должны были всю свою суть посвятить служению и Величайшей цели. Так говорят. Кричер умолк, хотя звуки его голоса еще, казалось, вибрировали в воздухе, насыщая атмосферу силой и тайными смыслами. Гарри прочистил пересохшее горло: — Что это за Великая цель? И почему ты зовешь Хогвартс Вечным замком? — Так принято говорить, — ответил домовик своим обычным голосом, снова глубоко поклонившись. — Кричер не знает почему, недостойный просит простить его. — Ничего страшного, — успокаивающе улыбнулась Гермиона. Больше от домовика ничего вразумительного добиться не удалось. Спустя полчаса они отпустили эльфа, и Гарри вопросительно посмотрел на подругу. — Что ты об этом думаешь? — Мне кажется, маги очень не правы, когда воспринимают домовиков, как должное, — покачала головой Гермиона, сложив руки на груди. Гарри оставалось только согласиться с ней. Каникулы закончились как всегда внезапно, пришло время возвращаться в школу. Неожиданно для себя Гарри почувствовал, что будет скучать по непутевому и до глупости безрассудному, но в одночасье ставшему очень близким Сириусу. Покидать может и не самый приветливый, но свой дом на Гриммо пришлось с тяжелым сердцем. — Держи нос по ветру и все будет путем, — с грустной улыбкой сказал на прощанье Сириус, почувствовав настроение крестника. — Ты тоже не пропадай тут, а то совсем одичаешь без меня. Гарри пожал руку крестному и, подхватив сундук, поплелся к ближайшей станции метро. К счастью, Сириуса все же удалось отговорить от безумной идеи проводить его до платформы, где его смог бы узнать любой человек. На вокзале Гарри встретился с Грейнджерами. Гермиона в предвкушении поездки на «Хогвартс-экспрессе» и начала учебного года пылала энтузиазмом. Мистер Грейнджер обнимал за плечи жену и давал дочери последние наставления. Тактично отвернувшись, Гарри украдкой наблюдал за трогательной сценой семейного прощания. Казалось бы, она повторялась из года в год и давно уже стоило бы привыкнуть, но проще от этого не становилось. Тепло простившись со старшими Грейнджерами, Гарри взял подругу за руку, и они прошли сквозь барьер, скрывающий магическую платформу. Вокруг было полно народа, шумные компании и беспокоящиеся за своих чад родители создавали непрекращающийся гул голосов. Ухали, кричали, мяукали и издавали сотню других звуков испуганные свистом паровоза домашние любимцы школьников. — Все в порядке? — заметила Гермиона меланхоличное состояние друга. — Да так, просто подумал, какие же классные у тебя родители, — вздохнул Гарри, заметив, что несколько весело галдящих группок старшекурсников, мимо которых они прошли, погрузились в неловкую тишину и начали разбредаться, чтобы в последний раз попрощаться с отцами и матерями. — Ты же знаешь, мы тебе всегда рады. К тому же теперь у тебя есть Сириус, — подбодрила его подруга, погладив по плечу и слегка взъерошив волосы. — Вот увидишь, мы его оправдаем, и он тоже сможет проводить тебя. Гарри натянуто улыбнулся, расстраивать подругу совершенно не хотелось. Они заняли свободное купе в середине поезда, поджидая друзей. Уизли опаздывали, было удивительно, как им с таким безалаберным отношением вообще удавалось успевать хоть куда-то. Тони обычно проводил первую половину пути со своими приятелями с Рейвенкло. А вот Колина, который шел рядом с щуплым мальчиком с такого же мышиного цвета волосами, как у него, Гарри заметил на платформе. Высунувшись в окно, он громко окликнул их. Его голос почти потонул в шуме толпы, но Колин заметил его, и через минуту они уже были в купе. — Привет! Это мой брат Денис, — представил он мальчугана, который во все глаза смотрел на Гарри, высматривая прикрытый челкой шрам. — Привет, меня зовут Гермиона Грейнджер, — подруга тепло улыбнулась, сместив фокус внимания на себя. — Гарри Поттера ты похоже знаешь, и даже не думай смущаться этого оболтуса. — Давай сюда лапу, — Гарри тоже улыбнулся и пожал робко протянутую руку. — Брат много про тебя рассказывал, — пискнул Денис. — Надеюсь, только хорошее, — подмигнул ему Гарри и сделал большие глаза. — Я очень страшный человек! — Конечно только хорошее, — воскликнул Колин. — Я никогда не забуду, как ты выручил меня с зельем. Ты все еще не хочешь сказать, сколько оно стоило? — Не бери в голову, — Гарри кивнул на свободные сиденья. — Лучше расскажите, что делали летом. Через несколько минут поезд тронулся, издав протяжный свист, и начал постепенно набирать ход. Деннис, смущенно извинившись, выбежал в коридор к другим первокурсникам. — Хороший паренек, надеюсь, он попадет на Гриффиндор, — улыбнулась Гермиона. — Да без разницы, Джордж присмотрит за ним, — Гарри обернулся к Колину. — Познакомишь их завтра, если конечно все Уизли не забили на школу окончательно. — А их еще нет? — забеспокоился Колин. В ответ на его вопрос распахнулась дверь и в купе ввалились запыхавшиеся Фред с Джорджем. — А вот и мы, знаю вы нас любите и ждете, — сделал широкий жест рукой один из близнецов. — По крайней мере меня, — усмехнулся второй. — Я ведь красивее моего уродливого братца. — Идиот, мы выглядим одинаково, — влез первый. — Теперь всем очевидно, что я точно умнее. Но приперлись мы все равно оба, так что ничего уже не поделать. Они упали на свободные места. Гарри пришлось потесниться, сев поближе к Гермионе, он обнял ее за талию. Гриффиндорка гордо выпрямилась, но возражать не стала. Фред украдкой подмигнул и сел еще немного шире, чтобы у них было меньше места. — Как жизнь? Какие новости? — спросил Гарри. — Папа смог достать билеты на чемпионат, — похвастался Джордж. — В министерскую ложу! Джинни и Рон были в полном восторге, ведь Крам был всего в паре метров от нас! — Чемпионат мира по квиддичу? — уточнила Гермиона. — А кто такой Крам? — Ловец болгар, очень известный игрок, говорят, он еще учится в школе, — пояснил Фред. — Но Ирландия их красиво сделала, мы даже поднялись немного на ставках. — Но сволочь Бэгмен зажал деньги. Гарри нахмурился, закусив губу, а Колин спросил: — А кто такой этот Бэгмен? — Один папин знакомый из Министерства, кажется, главный по спорту и всему такому, — ответил Джордж, вытянув ноги и заложив руки за голову. — Министерский чиновник тоже делал ставки? — удивилась Гермиона. — Это же наверняка незаконно. — Он их принимал! — усмехнулся Фред наивности подруги. — Раньше Бэгмен был известным загонщиком, в целом веселый мужик. Но, говорят, его хорошенько прижали гоблины за какие-от долги, и он стал уже не таким приятным — с этими ребятами лучше не шутить. — Это случайно не глава отдела магического спорта, которого Крауч отстранил от организации чемпионата? — припомнил Гарри. — Тоже читал ту статейку? — понимающе спросил Фред. — Отец говорил, что Бэгмен и сам был рад, что его так отстранили. Во время беспорядков он как раз напивался с ирландскими фанатами, его только под утро нашли. Бэгмен, как говорится, не хило стукнутый бладжером по голове. Колин с Гермионой прыснули от смеха, а Джордж уже серьезно продолжил: — А вот статья та раздула сильный скандал. Папа с Перси сбились с ног, пока все не утихло. — А причем здесь Перси? — удивилась Гермиона. — Вы же не знаете, — протянул Фред. — Наш честолюбивый брат пошел работать в Министерство секретарем самого Крауча. Он в полном экстазе от своего начальника, так что при Перси лучше о нем ни слова не говорить. — Интересненько получается, — в задумчивости протянул Гарри. — Ты о чем? — Смотри, что мы имеем. Большой министерский чиновник, потерявший все свое влияние в прошлую войну, берет себе в секретари совершенно неопытного, но преданного лично ему, вчерашнего школьника. При этом он пытается взять реванш и организует важное мероприятие, но крупно обделывается, по крайней мере, все шишки сыплются именно на него. Вопрос, кому и зачем это нужно? — А еще отец и Перси говорили, что Крауч организует еще что-то важное в Хогвартсе в этом году, — добавил Фред. — Но так и не признались, что именно! — возмутился Джордж. — Говорят, сегодня вечером мы и сами все узнаем. Гарри бросил ребятам многозначительный взгляд и надолго задумался. Все в ожидании смотрели на него, первым не выдержал Колин: — Так кому и зачем это надо? — Мне-то откуда знать, — флегматично пожал плечами гриффиндорец. — Это не у меня отец и брат работают в Министерстве. Пока Фред и Джордж беззвучно открывали рты и хлопали глазами, Гарри заметил мелькнувшую в коридоре белобрысую голову и выскочил за дверь, бросив ребятам: — Я быстро. Усмехнувшись, он громко окликнул: — Малфой! Даже не зайдешь нас проведать? Мы по тебе, конечно, не скучали, но все же… Слизеринец обернулся, кинув на него убийственный взгляд. Крэбб и Гойл, сопровождающие его, нерешительно топтались на месте. — Чего тебе, Поттер? Мне плевать на тебя, твои дела и то сборище грязнокровок, которых ты зовешь своими друзьями. — Правда что ли? — насмешливо спросил Гарри. — Еще в прошлом году ты нам проходу не давал. Все задавал какие-то странные вопросы, мы даже подумали, что ты в кого-то из нас влюбился. Малфой скрипнул зубами, окинув быстрым взглядом вагон. Привлеченные шумом студенты высовывали головы из дверей купе и оглядывались в поисках очередного скандала, о котором можно будет посудачить за ужином. Плотно сжав губы, слизеринец подошел к нему почти вплотную и почти беззвучно прошипел: — Не знаю, почему Магия тебя еще не покарала, но рано или поздно ты доиграешься, Поттер, как и твои родители когда-то. Я об этом позабочусь, можешь быть уверен. — Наш малыш Драко совсем вырос, — сюсюкающим тоном проговорил Гарри. — Теперь тебе уже не нужен твой папочка, чтобы угрожать мне? Мне кажется, ты еще не готов играть с большими мальчиками, но в случае чего ты всегда сможешь спрятаться за маминой юбкой, не так ли? Бледное лицо Малфоя пошло красными пятнами, на виске вздулась синяя вена, но в коридор выглядывало все больше народа. — Болтай, что хочешь, но тебе никогда не стать таким, каким любой Малфой является с рождения. Гордо развернувшись на каблуках, он махнул Крэббу и Гойлу и под многочисленными колючими взглядами удалился вместе с ними в другой вагон. Гарри ухмыльнулся и вернулся в купе, где его встретил гневный взгляд Гермионы. — Зачем было его так провоцировать? Мы же уже обсуждали это в прошлом году! Теперь он наверняка выкинет какую-нибудь подлость. — Даже не сомневаюсь, но он и так бы ее сделал, — Гарри прикрыл дверь, отсекая шепотки в коридоре. — А так он сам выроет себе могилу. Если ты не заметила, авторитет Малфоя держится на его якобы совершенстве и идеальности. Он не сможет просто проигнорировать мои слова, иначе потеряет лицо, потому что всем очевидно, что я прав. А если он и сможет что-нибудь провернуть, то только покажет, что мои слова задели его за живое. Найдется немало доброжелателей, которые запомнят это. — Но ты ведь можешь пострадать от какой-нибудь слизеринской гадости. — Да что он может, а нам пора становиться лидерами мнений. К тому же на что тогда вы? Колин серьезно кивнул, а Фред веско добавил: — Гарри прав, поведение Малфоя надо давить в зародыше, пока оно не стало настоящей проблемой. А то его отец чувствует свою безнаказанность и делает, что хочет. У него нашли целый склад незаконных темных артефактов, а он просто откупился чуть ли не у самого Министра. Пол Министерства пляшет под его дудку. — Ага, а вторая половина им подмахивает, — хохотнул Джордж. — Грозного глаза на них не хватает, чтобы порядок навести. — Грозного глаза? — не понял Колин. — Грозный глаз Грюм, отставной аврор, не так давно ушел на пенсию. Половину Азкабана за решетку он посадил лично. — И от общения с темными магами немного двинулся головой, — осклабился Джордж. — Расставил вокруг своего дома кучу магических ловушек, а недавно ему показалось, что кто-то в одну из них попал. Так Грозный глаз, не разбираясь, запустил туда пяток заклинаний покрепче. — И что? Кто это был? — во все глаза смотрел на него Колин. — Никого не нашли, — таинственно продолжил Фред. — И ничего удивительного, после такого то, что осталось от человека, можно собрать в газетку и припрятать. А Грюм просто сказал, что ошибся, но кто знает, как оно было на самом деле. Колин даже икнул от напряжения, а Гермиона осадила близнецов: — Не говорите глупостей! Никто не позволит убивать людей направо и налево. Наверняка все сами придумали только что. — Сама ты придумала, — буркнул Джордж. — Нам отец рассказывал, как ездил к нему на вызов успокаивать магглов. — Про это даже в «Пророке» писали! — добавил Фред. — С каких пор эта газетенка у нас надежный источник информации? — саркастично заметил Гарри. — Все что там написано надо делить минимум на два, а лучше сразу на десять, — хмыкнула Гермиона, все еще не отошедшая от возмущения о том, как в «Пророке» обходятся с достоверностью информации. Поезд тем временем все также размеренно отмерял километры, стуча колесами и выпуская клубы плотного белого дыма. Ничего не могло заставить его перестать неуклонно приближаться к своей цели — древнему волшебному замку, веками сокрытому среди гор и лесов Шотландии.
