Глава 31
14 ноября 2020 г., 14:35
Неламинарное, турбулентное и вихревое движение – это одно и то же, но, когда упоминаешь о нем тремя разными способами, это лучше звучит. Р. Фейнман
Гарри прошел к гриффиндорскому столу и приземлился напротив Гермионы, старающейся одновременно читать книгу и быстро прожевать яичницу с беконом, как-то умудряясь не подавиться. — Доброе утро, — уныло поздоровался он. Подруга промычала что-то в ответ, и Гарри решил, что будет лучше оставить ее в покое. Утро было еще очень раннее, и Большой зал был практически пуст. Гарри налил себе чая, от еды его откровенно воротило, и огляделся вокруг. Гости из Шармбатона, прибывшие прошлым вечером, видимо, любили поспать и пока не появились, а дурмстранговцы дисциплинированно заняли свои места за слизеринским столом минуту назад. Гарри пробежал взглядом по сосредоточенным лицам, слегка задержавшись только на Краме. Знаменитый ловец выделялся на фоне своих однокурсников плотным телосложением, довольно низким ростом и густой темной шевелюрой. Если выход на французских школьников уже был — они разместились за столом Рейвенкло, и Тони уже сумел наладить контакт, то вот представители Дурмстранга оставались темной лошадкой в этом забеге. Турнир наполнил Хогвартс новыми лицами, и просто так упускать такие возможности Гарри не собирался. Правда, иностранцы жили не в замке. Шармбатоновцы разместились в огромной летающей карете, которая, несмотря на свои размеры, вряд ли могла вместить в себя столько людей, так что была гораздо больше внутри, чем снаружи. Дурмстранговцы же обитали на огромном корабле, вынырнувшем из глубин Черного озера. Заходить на территорию иностранцев ученикам Хогвартса запрещалось, чтобы не возникало лишних конфликтов, но, зная положение с дисциплиной в замке, это были скорее технические трудности. Гарри улыбнулся, вспомнив с каким искренним восторгом Колин смотрел на эффектное прибытие представителей европейских школ. — Рада, что у тебя сегодня хорошее настроение, — Гермиона оторвалась от книги и выглядела вполне довольной жизнью. — Если бы, — Гарри состроил недовольную мину. — Ты же знаешь, как я люблю Хэллоуин и все, что с ним связано. В этот раз еще и на пир придется идти. Гриффиндорец, как обычно, надеялся провести ежегодное празднование британцами дня гибели его семьи, не показываясь на публике, но славные мечты разбила Макгонагалл. Декан чуть ли не впервые на его памяти зашла в гостиную и объявила, что на праздничном пиру все должны присутствовать в добровольно-принудительном порядке и вести себя прилично, чтобы не опозорить Хогвартс перед гостями. При этом она так выразительно смотрела на Гарри, что стало понятно — увильнуть не получится. — Сегодня же суббота, можем сходить в Хогсмид, — попыталась подбодрить его подруга. — Теперь-то тебя точно отпустят. — Да, наверное, — вяло откликнулся Гарри, с удивлением заметив за преподавательским столом Грюма. После дуэли на уроке, о которой по школе ходили до нелепости абсурдные слухи о том, сколько именно раз был уничтожен и построен заново Хогвартс, они больше не оставались наедине, и бывший аврор не выделял Гарри среди остальных студентов, что не могло не радовать. Сейчас же Грозный глаз пристально следил за директором Дурмстранга Каркаровым, который старательно игнорировал его внимание, но явно был не в своей тарелке. — Ну чего ты такой кислый? Пойдем гулять! — Ладно, почему бы и нет. Но, ты знаешь, я официально первый раз буду в Хогсмиде, так что тебе придется мне все показать. — Ничего страшного, хоть раз в жизни повожу тебя за ручку. Гарри улыбнулся нехитрой шутке, почувствовав, как уходит тяжесть сегодняшнего дня, и непроизвольно вздрогнул от неожиданного шума. Это дурмстранговцы одновременно встали из-за стола и стройной колонной пошли к Кубку огня, который был выставлен в холле, чтобы попытать счастья в выборах чемпиона Турнира от своей школы. — Хочешь посмотреть? — спросил Гарри подругу. — Они же просто бросят бумажки со своими именами в Кубок, — скептически пожала плечами Гермиона. — Думаешь, при этом произойдет что-то эпичное? — Кто-то явно в этом уверен, — Гарри кивнул на возбужденно переговаривавшихся хаффлпаффцев, потянувшихся в холл. Гермиона закатила глаза и потащила друга на улицу. Только что закончился мелкий дождь, который не прекращался всю ночь. Мокрая увядающая трава хлестала по ногам, пока они пробирались по ведущей в деревню тропинке, которую то тут, то там перекрывали полные мутной воды лужи. Хогсмид, несмотря на хмурое небо и раскисшую от дождя главную улицу, на которой четко отпечатались глубокие колеи повозок, выглядел довольно мило. Низенькие домики под покатыми крышами жались друг к другу, разделенные только узенькими кривыми улочками. Из окон, украшенных цветными изразцами, лился приятный теплый свет. Дождь вот-вот грозил начаться вновь, так что Гермиона сразу повела друга в «Три метлы», самый популярный паб в магической деревне. К радости Гарри, мадам Розмерта, хозяйка заведения, подавала не только уже приевшееся сливочное пиво, но и обычный кофе, который окончательно прогнал смутные остатки сонливости. Дождь за окном вновь заморосил, сделав разгорающийся день неотличимым от ранних сумерек. Гарри наконец-то отвлекся от унылых мыслей и за разговором не замечал времени, пока в их по-домашнему уютный мирок в излюбленной бесцеремонной манере не вторглись близнецы Уизли. — Здорово, ребятки, — плюхнулся на диван рядом с Гермионой Фред, отряхивая мокрую от дождя голову. — Как жизнь молодая? Развлекаетесь? — А палочкой тебя пользоваться не учили? — неприязненно спросила гриффиндорка, отряхивая мантию. — И вообще-то мы разговаривали. — О, у вас что, свидание? — широко улыбнулся Джордж, заняв место напротив брата. — С этого места давайте поподробнее. Нам еще подарок вам на свадьбу выбирать! — Зашли в «Три метлы» выпить чего-нибудь горячего, а тут дождь, на этом все, — отрезал Гарри, пока Гермиона старалась не сильно смущаться. — И вы разве не должны пробовать обмануть защиту Дамблдора от несовершеннолетних, чтобы поучаствовать в Турнире? — Ради чего? Тысяча галлеонов? Не смеши мои тапочки, — отмахнулся Джордж. — При желании я могу столько же выжать из Хаффлпаффа за пару месяцев. Гермиона, которая была в курсе распределения финансов, серьезно покивала, а Фред удивленно воззрился на брата. — Правда? Ты мне об это не рассказывал. — Хаффы любят покушать и сладкое, — развел руками Джордж, и продолжил свою мысль: — Турнир потерял свою привлекательность, особенно теперь, когда… — Еще и иностранцы есть, — закончил за брата Фред в своей обычной манере, когда тот осекся под быстрым взглядом Гарри. Скрывать от Гермионы еженедельные азартные игры становилось все сложнее. Гарри резонно предполагал, что подруга будет резко против подобных развлечений, поэтому предпочитал помалкивать. Тем более после первого вечера с помощью домовиков Хогвартса удалось найти более подходящее место. Выручай-комната оказалась не только безопаснее, попасть в нее не зная точно, что она из себя сейчас представляет, было невозможно, но и, гораздо удобнее — она изменялась, следуя воображению пользователей. Гарри пару раз посетил мероприятие в качестве игрока, проиграв сдружившейся компании несколько галлеонов. Это породило новую волну слухов и вызвало дополнительный интерес среди студентов. Ставки уже перестали быть чисто символическими, Гарри полагал, что вскоре можно будет неплохо на них зарабатывать. — Что вы вообще думаете о наших гостях? — Гарри поторопился увести разговор в сторону от опасной темы. — Из Дурмстранга приехали странные типы, — хмыкнул Фред. — Мрачные, сидят со слизеринцами, но, я слышал, там учатся аристократы со всей Европы. — А вот Шармбаттон совсем другое дело, — на лице Джорджа появилось мечтательное выражение. — Девчонки у них классные, да и их мантии куда лучше хогвартских. Как бы я хотел… — Хэй! — воскликнула Гермиона. — Я вообще-то тоже тебя слышу! — Я хотел сказать: «Пригласить кого-нибудь из них полюбоваться красотами Хогвартса, чтобы насладиться высокоинтеллектуальным общением и глубже понять различие наших культур», — пафосно проговорил Джордж, состроив обиженное лицо. — Да, особенно одну, с большим ммм… потенциалом, — поддержал его Фред. — У нее, похоже, в родне вейлы, некоторые парни пускают слюни в прямом смысле при виде ее. Джордж характерным жестом очертил округлости в районе груди, Фред кивнул, прикрыв глаза. — Вам кто-нибудь говорил, что вы мерзкие? — возмутилась Гермиона. — Эта блондинка что ли? — безразличным тоном уточнил Гарри. — Она не показалась мне какой-то особенной. Гермиона сдулась от этих слов и попыталась спрятать улыбку, Фред незаметно показал ему большой палец. — Ты просто еще слишком молод и не способен еще оценить, — напыщенно начал Джордж, но поперхнулся под взглядом гриффиндорки. — Глубину ее личности и размах истинных чувств, — пришел на помощь брату Фред. — То-то же, — удовлетворенно кивнула Гермиона, вызвав приступ общего смеха. В замок они вернулись вместе, Гарри только забежал на почту, чтобы отправить анонимную сову с посланием для Сириуса. За два месяца он успел сильно соскучиться по крестному, но часто писать ему было не очень разумно. Вечером освещенный тысячей парящих в воздухе магических свечей Большой зал был как никогда полон. Кубок огня, который вскоре должен был определить имена участников Турнира, стоял на преподавательском столе перед директорским креслом и горел искрящимся голубоватым пламенем. Дамблдор сидел сразу за ним, с добродушной улыбкой оглядывая зал. По правую руку от него восседал Каркаров с надменным выражением лица, а слева — директор Шармбаттона мадам Максим. Даже сидя одетая в элегантную темно-вишневую мантию женщина возвышалась над остальными, сравниться ростом с ней мог лишь Хагрид, который кидал на нее заинтересованные взгляды с другого конца стола. Чуть дальше сидел волшебник в строгой мантии, в котором Гарри признал Крауча, и полноватый маг в нелепом желто-черном похожем на осу одеянии, сияющий широкой улыбкой. — Много новых лиц, — протянул Гарри. — Большое испытание для Грозного глаза, смотри как напрягся. Грюм действительно выглядел готовым к немедленной битве, его стеклянный глаз вращался с потрясающей скоростью. — Он правда думает, что на нас сейчас кто-то может напасть? — спросила Гермиона. — Или это, или кто-то дал ему очень неудобный стул, — пошутил Гарри. — В любом случае выглядит угрожающе. Дамблдор легко поднялся, придерживая длинную бороду, которая по случаю праздника была заплетена в косички, все разговоры в зале стихли. — Кубок огня вскоре примет решение, кто из предложивших свою кандидатуру наиболее достоин участвовать в Турнире. Избранных чемпионов прошу пройти в комнату, примыкающую к залу. Там они получат инструкции к первому туру. Напряжение нарастало, все взгляды скрестились на Кубке. Пламя из голубоватого стало алым, со снопом искр Кубок выплюнул обгоревшую бумажку которую Дамблдор ловко поймал на лету. — Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам. Раздались оглушительные аплодисменты. Стараясь ни с кем не встретиться взглядом, Крам поднялся с места и прошел в почти незаметную дверь за преподавательским столом. Постепенно шум стих, пламя Кубка снова стало алым, из него вылетела еще одна бумажка. — Чемпион Шармбаттона — Флер Делакур. Блондинка, которую обсуждали близнецы, поднялась из-за стола Рейвенкло, откинув назад волну длинных волос, и ослепительно улыбнулась, явно наслаждаясь всеобщим вниманием. Фред и Джордж хлопали активнее всех, стараясь перекричать поднявшийся шум. Делакур выверенным шагом ушла в ту же комнату, и зал напряженно затих — осталось определить только чемпиона Хогвартса. В вихре разноцветных искр очередная бумажка взвилась в воздух, Дамблдор схватил ее и с некоторой задержкой объявил: — Чемпион Хогвартса — Гарри Поттер. Раздались неуверенные хлопки, которые все же переросли в аплодисменты, больше всего поддержанные за гриффиндорским столом. Гарри тяжело вздохнул и бросил Гермионе говорящий взгляд, еле удержавшись от того, чтобы сказать: «Я же говорил». Делать было нечего, так что он прошел мимо взявшего себя в руки Дамблдора и прошел в небольшую комнату. — Что такое? Нам надо выйти? — обернувшись к нему, картаво спросила Делакур. — Где третий чемпион? Гарри скривил губы и смерил ее взглядом. Дверь за ним снова открылась, в комнату вошли директора трех школ, деканы факультетов, Крауч и волшебник в черно-желтом одеянии, продолжающий весело улыбаться, которым оказался Людо Бэгмен. Он наткнулся на изучающий колючий взгляд Гарри, его улыбка на секунду увяла, а затем расцвела вновь. Иностранцы стали возмущаться явным нарушением правил проведения Турнира, Макгонагалл отстаивала невиновность Хогвартса, а Снейп вставлял едкие комментарии. Дамблдор и Крауч пытались всех успокоить и навести хоть какой-то порядок, но вносили только еще больше сумятицы. Дверь громко хлопнула, в комнате появился Грюм. Перекрыв общий гомон, он в очередной раз продемонстрировал достоинства луженой глотки: — ТИХО! Кто-нибудь может мне объяснить какого дьявола здесь происходит? — Огваг’тс нарушил п’авила Ту’нира и должен понести наказание, — властно произнесла Максим. — Правильно, Дамблдор уверял нас, что обеспечит их соблюдение, — поддакнул Каркаров, стараясь быть подальше от Грюма. — Каркаров, Дамблдор не виноват, это все мальчишка Поттер, — вкрадчиво сказал Снейп. — Он как-то умудрился обойти защиту и бросить свое имя в Кубок. — Благодарю, Северус, — спокойно сказал Дамблдор. — Гарри, ты бросал в Кубок свое имя? Или может ты попросил кого-то из старших? — Конечно, нет, — Гарри впервые за вечер по-настоящему удивился. — То есть это действительно сработало бы? Кто угодно старше семнадцати лет мог просто кинуть в Кубок бумажку с моим именем и все? — Не просто, Кубок еще должны были заколдовать, чтобы он выбрал именно тебя, — проскрипел Грюм, тяжело посмотрев на Дамблдора. — Но парень прав. Ты опять в своем стиле, Альбус, не предусмотрел самый очевидный вариант. — Значит, не предусмотрел, — покорно согласился Дамблдор. — Профессор Дамблдор не виноват, уверена он сделал все, что мог, — вступилась за него Макгонагалл. — Я уверен, что Поттер… — хотел вставить свою реплику Снейп, но замолчал, когда Грюм перевел взгляд на него. — Мы обязательно найдем всех виновных, кто бы это ни был, — процедил Грозный глаз. — Необходимо понять, чего они добивались. А пока выберем другого чемпиона, если никто не против. — Боюсь, все не так просто, — авторитетно сказал Крауч. — Невозможно снова зажечь Кубок, правила не предусматривают замены участников. К тому же мы не знаем, что случится, если Поттер не будет участвовать в Турнире. Может и ничего не произойти, а может он потеряет магию или даже жизнь. В комнате наступила звенящая тишина. Нарушил ее Гарри, который не чувствовал ничего, кроме гнетущей безысходности. Вздохнув, он спросил: — Если мне придется участвовать в Турнире, то могу я хотя бы увидеть эти ваши правила? Он не обращался ни к кому конкретному, но ответил ему Крауч, как один из организаторов: — Законное требование, молодой человек. Людо, выдай, пожалуйста, всем правила Турнира. Бэгмен засуетился, достал откуда-то увесистую пачку пергамента, разделил ее на три части и сунул каждому из чемпионов по одной. — Это все пустая писанина, но вы сами понимаете, — извиняющее сказал он. — Людо! Официальные правила — это очень серьезно, — чуть повысил голос Крауч. — Вы ни в коем случае не должны их нарушать, иначе неприятных последствий избежать не получится. А теперь пришло время рассказать нашим чемпионам о первом туре. Максим и Каркаров выглядели недовольными, но, кажется, не собирались больше возражать. Возможно, нашли положительные моменты в том, что один из соперников сильно младше их участников. — Конечно, Барти, — притихший было Бэгмен снова вышел вперед и азартно потер руки. — Первый тур пройдет двадцать четвертого ноября, но вы пока не узнаете, что именно вам предстоит. Это будет проверка вашей смекалки и хитрости в неизвестных обстоятельствах, с собой на испытание разрешается взять только волшебную палочку — самое грозное оружие мага. Гарри недовольно посмотрел на него, его палочку едва ли можно было так назвать. — Вам строго воспрещается принимать любую помощь от учителей по ходу Турнира, — сухо добавил Крауч. — Учитывая затраты сил и времени, чемпионы освобождаются от экзаменов в этом году. Вроде все, Альбус? — Да, на этом все, — Дамблдор улыбнулся в бороду. — Уверен, нашим чемпионам хочется хорошенько отдохнуть. Давайте отпустим их и пройдем в мой кабинет, если у кого-то остались вопросы. Аластор, тоже задержись, пожалуйста. Грюм что-то проворчал, но Гарри не расслышал его, выходя за дверь. Большой зал уже опустел, свечи погасили, столы стояли пустые в полумраке сверкающих на потолке звезд. Махнув на прощание соперникам по Турниру рукой, Гарри поплелся в башню Гриффиндора. Ему просто хотелось, чтобы этот день уже закончился и не прибавил головной боли. — А вот и наш чемпион лучшего из факультетов Хогвартса! Гриффиндора! Гарри Поттер! — громогласно возвестил Фред под одобрительный рев. Не найдя глазами Гермионы, Гарри растянул губы в улыбке, надеясь, что она не выглядит совсем уж фальшивой, и поднял руку в победном жесте, чем вызвал новую волну возбуждения и веселья. Кое-как продержавшись десяток минут под постоянными похлопываниями по плечу и однотипными назойливыми вопросами, он смог прорваться к лестнице в спальню. Его тактический маневр, кажется, никого не смутил — веселье продолжалось во все нарастающем темпе и без него. Гарри упал на кровать и с наслаждением потянулся, скидывая ботинки. Будто из-под земли рядом возник Рон, который заявил обиженным тоном: — Почему ты не рассказал нам, что собираешься попробовать? Мы бы тоже бросили свои имена! Гарри приподнялся и во все глаза уставился на рыжего. Около двери мялись Дин и Симус, чувствуя себя явно не в своей тарелке. — Это же мне не хватает славы, чтобы рисковать ради нее жизнью, — процедил Гарри, снова откинувшись на кровать и заложив руки за голову. Его голос сочился сарказмом, но Рона никогда не трогали подобные тонкости. — И поэтому ты ничего не сказал! Ты просто хотел забрать себе всю славу! — обвинительно ткнул в него пальцем сосед по комнате. — Как ты вообще смог обойти защиту Дамблдора? — Рон, отстань и хоть раз в жизни сам подумай головой, это не так сложно, — раздраженно бросил Гарри и задернул полог. Конечно, не стоило бездумно бросаться подобными фразами. В свое оправдание в дальнейшем Гарри оставалось только говорить, что он был очень уставшим, морально вымотанным и совершенно не представлял, насколько далеко может зайти воображение Рона. Воскресное утро в противовес предыдущему дню выдалось солнечным и ясным. Неожиданно для себя Гарри спал довольно долго, пропустив даже подъем Рона, способный разбудить и великана, и проснулся в совершенно пустой спальне, чем был искренне обрадован. Разговор с соседями по комнате было не тем, с чего ему хотелось бы начать свой день. В гостиной его громко поприветствовали редкие гриффиндорцы, отошедшие от ночной гулянки и не соблазнившиеся хорошей погодой, а на выходе он столкнулся нос к носу с Гермионой. — Я сходила на кухню и взяла тебе сэндвичей, — деловито заявила подруга, показав небольшой сверток. — Пойдем гулять. — С удовольствием, — Гарри почувствовал, растекающуюся в груди теплую волну радости, схватил Гермиону за руку и на крейсерской скорости помчался к выходу из замка. Доедая последний сэндвич, Гарри закончил рассказ о событиях прошлого вечера. От переполнявшей энергии, он не мог просто так сидеть на одном месте, поэтому они сделали почти полный круг вокруг далеко не маленького Черного озера и как раз проходили недалеко от корабля из Дурмстранга. Многопалубный фрегат с искусно сотканными парусами, на которых был выткан герб школы, стилизованный двуглавый орел, смотрел в ответ жерлами нескольких десяток пушек. — Вчера мне было действительно тяжело, я не знал, что плохого может случиться, не представлял, к чему нужно готовиться. Ты знаешь, я не просто так не люблю Хэллоуин. Но теперь все стало понятно! Я точно знаю, что кто-то, видимо, хочет меня убить весьма экстравагантным способом. Теперь надо только разгрести то дерьмо, что на меня свалилось. — И тебя это не пугает? Испытания Турнира могут быть очень опасными. — Не сомневаюсь, но проблемы надо решать по мере их поступления. К тому же мы на шаг впереди наших врагов, мы ведь знаем, что будет на первом испытании, а это уже очень много. — Драконы, — ахнула Гермиона, прикрыв рот рукой. — Вряд ли мы будем сражаться с ними, — продолжил рассуждать Гарри. — Все же это редкие животные, и они должны остаться целыми. Нужно только найти, как можно отвлечь или запутать дракона. — Тогда в библиотеку! — гораздо бодрее, чем выглядела, провозгласила Гермиона. — Не спеши, книги никуда от нас не убегут. Он сел прямо на землю, прикрыв глаза и подставив лицо под теплые солнечные лучи. Секунду подумав, Гермиона аккуратно села рядом на подогнутые ноги, и, обняв, положила голову ему на плечо. Как Гарри и предполагал, большинство учеников школы всячески старались выразить ему свою поддержку, делая это в крайне назойливой и неуместной манере, порой до крайней степени затрудняя перемещение по замку. Никто и не сомневался, что он сам бросил свое имя в Кубок и достоин участвовать в Турнире, если не считать слизеринцев. Среди них даже начали распространяться значки с обидными надписями, которые вызывали взрыв хохота каждый раз, когда он проходил рядом. Гарри не сомневался, что их распространением занимается Малфой, но блондин был не так глуп, чтобы самому их носить или кидаться заклинаниями в коридорах. Чаще всего он наблюдал издалека, кидая ехидные улыбочки. Преподаватели старались не выделять его среди остальных учеников, старательно делая вид, что все как обычно, но он часто ловил заинтересованные, а иногда и обеспокоенно-сочувствующие взгляды взрослых. И только Снейп был в своем репертуаре, возобновив свои нападки и стараясь подловить Гарри на малейшей неточности. Гриффиндорец воспринял это как очередной вызов и старался максимально педантично выполнять все инструкции зельевара, что получалось с переменным успехом. Небольшой, но приятной местью было лицо Снейпа, когда он не смог поставить очередного «Тролля» за то, что Гарри успел проверить чистоту раствора два, а не три раза перед добавлением очередного ингридиента. Помешал зельевару ворвавшийся в класс Колин, который без какого-либо пиетета объявил на весь кабинет: — Простите, сэр, но Гарри Поттера вызывают наверх. Его ждут мистер Бэгмен и мистер Крауч, как участника Турнира. — Это еще зачем? — сузив глаза, прошипел Снейп. — Все Чемпионы должны быть там, — не растерялся Колин. — Какая-то церемония и еще их вроде должны фотографировать. Гарри бросил быстрый взгляд на перекосившегося Малфоя и послал ему самодовольную улыбку. Перед тем как покинуть кабинет он сполна насладился моментом, пока зельевар злобно не процедил: — Выметайтесь отсюда, и чтобы сегодня я вас больше не видел. В коридоре Гарри хлопнул Колина по спине и похвалил его: — Молодец, растешь над собой. И кажется ты спас меня от очередного «Тролля». — Я думал, ты неплохо разбираешься в зельях. Ты же даже близнецам помогал в прошлом году! — Не бери в голову, это личное. Я у Снейпа на особом счету, как любимый объект нападок. — Может это можно как-то исправить? — Зачем? — пожал плечами Гарри. — Я не мальчик для битья, к тому же это позволяет держать себя в тонусе. Нас, правда, будут фотографировать? — Да, для «Пророка» вроде, — рассеянно ответил Колин и, оглядевшись, сказал: — Гарри, мне нужно тебе кое-что рассказать, но я не знаю… — Я тебя слушаю, — прервал мямлящего гриффиндорца Гарри, остановившись и пристально посмотрев ему в лицо. — Ты же знаешь, первокурсники часто обмениваются вещами. И Деннис, у него много друзей с других факультетов, и вот, — он протянул небольшой журнал в цветастой обложке. Гарри пролистал его, это был комикс про супергероя, популярного в большом мире. — Это ему дал кто-то с Рейвенкло, — пояснил Колин. — И не только, Деннис говорит, что у них есть фигурки персонажей комиксов и тоже хочет себе такую. Я подумал, что тебе нужно это знать. — Правильно подумал, — Гарри вернул комикс и закусил губу. — Если хочет купить — пусть покупает. Колин облегченно выдохнул, и они продолжили путь в молчании. Спустя пару минут, Гарри шелковым голосом проговорил: — Рейвенкло значит? Что ж, пусть пока будет так. Колин, об этом пока никому ни слова, я сам во всем разберусь. Криви серьезно кивнул, и Гарри, пока отбросив лишние мысли вошел в кабинет, где уже были другие чемпионы. В углу сидел фотограф, копающийся в своей камере, и незнакомая ведьма со сложенными в сложную прическу светлыми волосами. Увидев Гарри, она впилась в него голодным взглядом и устремилась навстречу, но путь ей перекрыл Бэгмен, одетый как всегда в нелепую желто-черную мантию, которая была формой его бывшей команды по квиддичу. Он широко улыбнулся и воскликнул: — А вот и чемпион Хогвартса! Входи, Гарри, располагайся и чувствуй себя как дома. Скоро начнется церемония проверки палочек. Перед началом испытаний надо проверить, в каком они состоянии. Члены судейской бригады и наш эксперт скоро подойдут. Волшебница за его спиной громко откашлялась и протолкалась вперед, ткнув Бэгмена острым локотком в живот. — Позволь представить, Рита Скитер, — как заведенный продолжал улыбаться Бэгмен. — Она делает небольшой репортаж для «Пророка» о предстоящем Турнире. — Не такой уж и небольшой, Людо, — сладким голосом почти пропела Скитер. — Нельзя ли мне взять интервью у Гарри перед началом церемонии? — Разумеется! Гарри, ты же не против? — Не думаю, что смогу сказать что-нибудь ценное, мисс Скитер, — попытался отвертеться Гарри. — Ну что ты! Самый юный чемпион, да еще и Гарри Поттер! — выкрашенные красным лаком когти впились в его плечо, а в блестящих азартом глазах не было и тени того восторга, который она старалась показать. — Уверена, ты будешь очень интересен нашим читателям! Гарри не знал, как отвязаться от докучливой журналистки, когда почувствовал на плече чью-то руку, холодный голос над ним сказал: — Мисс Скитер, прошу оставить чемпиона в покое. Церемония сейчас начнется. — Барти, очень приятно тебя видеть, — расплылась в фальшивой улыбке Скитер. — Может, дашь комментарий о событиях на Чемпионате мира или расскажешь о предстоящем Турнире? Гарри повернул голову и увидел, как Крауч побледнел и скрипнул зубами. Не предвещающим ничего хорошего тоном он процедил: — Сядьте на место, мисс Скитер, и не заставляйте меня повторять еще раз. Поняв, что ловить здесь больше нечего, Скитер напоследок сверкнув глазами и, эффектно развернувшись, удалилась. — Спасибо, мистер Крауч, — искренне поблагодарил Гарри. — Не знал, как от нее отделаться. — Боюсь, так просто она от тебя не отстанет, так что будь осторожен. Нам же не нужен очередной скандал? — на лице Крауча не промелькнуло ни единой эмоции. — Ладно, иди к остальным, мы начинаем. Гарри неловко улыбнулся и сел рядом с Делакур, которая бросила на него презрительный взгляд. Крам сидел по другую сторону от нее, ссутулившись и ни на кого не обращая внимания, полностью погруженный в свой внутренний мир. Через пару минут в кабинет вошли Дамблдор, Каркаров и Максим в сопровождении Олливандера, который и оказался экспертом, который будет проверять волшебные палочки. Прочитав небольшую лекцию об их устройстве, он перешел непосредственно к проверке, на глаз угадывая производные волшебных инструментов иностранцев и сотворяя с их помощью простенькие заклинания. Слегка запнулся мастер лишь на палочке Гарри и бросил быстрый взгляд на бесстрастного Дамблдора, очевидно, поняв, что она почти не используется. Выпустив из нее сноп искр, он объявил, что все в порядке, все палочки в рабочем состоянии. Гарри уже хотел под шумок свалить подальше отсюда, но Скитер, до этого строчившая что-то в своем блокноте, мгновенно оказалась рядом, снова впившись в него взглядом. — А как же фотографии! Сначала всех вместе, а потом чемпионов и судей по отдельности! Действо заняло милосердные полчаса, за что стоило благодарить профессионализм фотографа. Затем Гарри смог сбежать от Скитер, притворившись, что ему надо срочно поговорить с только что вышедшим Дамблдором. К счастью, в спальне, куда Гарри завалился с целью переодеться, никого не было. Представлять, куда на этот раз может завести Рона его альтернативная логика и богатое воображение хотелось меньше всего. Когда он скинул мантию, в окно с глухим уханьем влетела серая некрупная сова и протянула ему лапу с привязанным небольшим кусочком пергамента. Гарри с любопытством отвязал его и быстро пробежал глазами. Знаю о Турнире, нужно встретиться. Напиши дату похода в деревню. С. Сириус или сильно спешил или был крайне возбужден, когда писал эту короткую записку, его и так неидеальный почерк стал почти нечитаемым. Гарри быстро начеркал на чистом листе «21 ноября» и отправил с той же совой. Можно было, конечно, попытаться запретить крестному в очередной раз проявлять безрассудство, но по опыту Чемпионата, Гарри точно знал, что, если Сириус вбил что-то себе в голову, остановить его невозможно. Спустившись в гостиную, он первым делом бросил скомканную записку в камин, где она тут же вспыхнула пламенем. Гермиона, сидевшая в любимом кресле, удивленно подняла брови. — Сириус хочет встретиться в Хогсмиде, — коротко проговорил Гарри, стараясь не сильно двигать губами. Следующие несколько недель превратились для Гарри в бесконечное заседание в библиотеке, поскольку строгая мадам Пинс запретила выносить большинство специальной литературы про драконов. Обеспокоенный необходимостью выжить при встрече с опасным существом, гриффиндорец даже пропускал некоторые занятия, за что получал нагоняи от подруги, но не такие сильные, как обычно. Большинство текущих дел он сбросил на Колина и с удовольствием наблюдал, что старший из братьев Криви неплохо осваивается. Марафон чтения закончился незадолго до назначенной даты первого тура, когда даже Гермиона готова была признать, что они выжали всю возможную информацию по теме из необъятной библиотеки Хогвартса. У Гарри уже было два плана в зависимости от обстоятельств, так что на выходных можно было спокойно погулять и встретиться с Сириусом. В этот раз Хогсмид был гораздо приветливее. Первый легкий снежок покрыл невесомой пеленой деревенские дома, делая их похожими на сказочные избушки. Яркие солнечные лучи освещали каждый уголок деревни, даря праздничное настроение ученикам Хогвартса, получившим долгожданную свободу. Школьники наполнили Хогсмид веселыми улыбками и задорным ребяческим смехом, заставляя и местных жителей наслаждаться живым и красочным миром. — И где нам его искать? — поинтересовалась Гермиона, хотя было заметно, что ее не очень-то волновал этот вопрос — она просто наслаждалась прогулкой. — Не знаю, — пожал плечами Гарри. — Он написал просто о встрече, наверное, сам нас найдет. — Тогда, может, не стоит шляться по главной улице? Пойдем к Визжащей хижине — там мы останемся наедине. Гарри поймал мимолетную хитрую улыбку подруги, немного удивленный тем, как она сформулировала последнюю фразу, и просто кивнул. Взявшись за руки, они прошли через деревню и свернули на узкую улочку, уходящую к Запретному лесу, на опушке которого в отдалении от остальных домов стояла одинокая потрепанная лачуга. — Сюда не часто заходят люди, — заметил Гарри, осматривая нетронутую снежную полянку перед медленно разрушающимся домом. — Местные не любят сюда ходить, говорят, что тут живут привидения. — Удивительно. У них под боком целый замок с ними, а они боятся старой халупы. — Все равно, здесь жутко. Порыв ветра заставил хижину покачнуться и издать пронзительный скрип, похожий на возглас какого-то животного. Гермиона вздрогнула и чуть сильнее сжала его руку. Гарри слегка улыбнулся уголками губ, обнял ее, притянув к себе. Их глаза встретились, сердце Гермионы забилось чаще, а дыхание чуть сбилось. Сзади из ниоткуда возник взлохмаченный пес и радостно тявкнул, возвещая о своем появлении. Гермиона как ошпаренная отпрыгнула от Гарри и уставилась на собаку со смесью возмущения, раздражения и разочарования. — Думаю, нам надо пойти за ним, — со вздохом сказал гриффиндорец, кивнув на удовлетворенно виляющего хвостом пса. — Я ведь прав? Пес утвердительно зарычал и потрусил по неприметной тропинке в сторону от деревни, ребята переглянулись и направились за ним. Спустя почти полчаса они добрались до предгорий, полных незаметных расщелин и трещин в нависающих над долиной скалах. Пес юркнул за массивной камень и исчез. За ним оказалась довольно просторная и вполне обжитая пещера, которую было почти невозможно заметить, если не знать, что она существует. Около кострища, в котором еще тлели раскаленные докрасна угли, распространяющие приятное тепло, стоял поправившийся и порозовевший Сириус с недельной щетиной. Гарри первым делом обнял крестного, а потом негодующе воскликнул: — Ты зачем вообще приехал! Это слишком опасно! Вдруг тебя кто-то увидел! — В письме всего не скажешь. Или ты не рад меня видеть? А может я чему-то помешал? — Сириус развязно подмигнул порозовевшей Гермионе. — Конечно же я рад тебя видеть, — возмутился Гарри. — Но я далеко не обрадуюсь, если тебя поймают и снова отправят за решетку. — Не переживай об этом, меня уже почти и не ищут, — легкомысленно откликнулся крестный. — Лучше поговорим о твоей проблеме. Как ты умудрился вляпаться в Турнир? Гриффиндорец развел руками, а Гермиона пояснила: — Профессор Грюм считает, что Гарри кто-то подставил, заколдовав Кубок огня. — Хорошо, что этот старый пень в школе, — пожевав губы, произнес Сириус. — Как бы то ни было он свое дело знает. Но я хотел вас предупредить — Каркаров бывший Пожиратель смерти, не доверяйте ему. — А почему он тогда директор Дурмстранга? — ахнула Гермиона. — Эта скользкая сволочь сумела отмазаться, сдав своих, и сбежать из страны, — прорычал Сириус. — Он неплохо знает темные искусства, вот и смог найти себе теплое местечко. Его репутация не могла не вызвать вопросов, но, как видишь, он как-то смог просочиться. — Думаешь, Грюм в Хогвартсе из-за него? — задумчиво спросил Гарри. — Каркаров опасен? — Любой бывший Пожиратель опасен, туда не брали за красивые глазки, — отрезал Сириус. — Снейп вон уже давно работает в школе и ничего, — пожал плечами Гарри. — Дамблдор, видимо, считает, что у него все под контролем. — Профессор Снейп поддерживает Сами-знаете-кого? — неверяще спросила Гермиона. — Он, конечно, не самый приятный человек, но все же. — У этого сальноволосого ублюдка полно скелетов в шкафу, хотя об этом я не знал — наверное, его поймали уже после меня, — скривился Сириус. — Дело не только в этом, нутром чую, тут идет какая-то более сложная игра, и Гарри влип в нее по самые уши. На кой черт им вообще понадобилось возрождать этот чертов Турнир? — А что в этом такого? Возобновляются старые традиции, международное сотрудничество и все такое, — удивленно поднял одну бровь Гарри. — Раньше победившие чемпионы, имели особый статус, если, конечно, выживали после испытаний. Их считали избранниками самой Магии, которые смогли своим умением это подтвердить, всегда находились идиоты, которые старались им подражать. Но с течением времени эта традиция умерла, и лучше бы так и оставалось. — Но почему? — спросила Гермиона. — Что в этом плохого? Сириус вздохнул, по-собачьи потряс головой и принялся объяснять: — Какими бы жестокими и фанатичными ни казались мои предки, Блэки никогда не были дураками, и эта традиция никогда ими не поддерживалась. Официальная позиция была в том, что Кубок огня — неизвестный магический артефакт. Чтобы удостовериться в истинности воли Магии, необходимо его проверить, но никто в здравом уме не отдал бы Кубок Блэкам. На самом же деле, чемпионы имели слишком большое влияние на свое поколение, ведь их знали все. Одно неаккуратное слово могло спровоцировать неприятности. Почему по-твоему Турнир вообще отменили? — Потому что на нем начало погибать слишком много участников, — содрогнулась Гермиона. — Я читала об этом, как-то раз не выжил никто. — Официально да, но это был не первый такой случай, испытания всегда сопряжены с риском для жизни. Но в этот же год один из прошлых победителей развязал очередное кровавое восстание гоблинов из-за какой-то дури в голове. Последним неудачным Турниром воспользовались как поводом, чтобы остановить это безобразие. Гарри задумчиво покачал головой, чувствуя, что в этом пазле не хватает какой-то детали. Он упускал что-то очень важное. — Ладно, вы уже знаете, что будет на первом туре? — прервал мысли Сириус. — Официально нет, но это будут драконы, возможно, надо будет пройти мимо одного из них, — тяжело произнесла Гермиона и пояснила: — Нам Хагрид сказал еще до начала, а вообще это запрещено. — Ага, а меня оправдали на суде и извинились, — закатил глаза Сириус. — Выигравший Турнир станет лидером поколения, так что для победы все средства хороши, не удивлюсь, если другие чемпионы тоже знают условия задания, хорошо если только первого. — Но это же нечестно! — воскликнула Гермиона. Сириус пожал плечами и перешел к разговору по существу: — Пройти мимо дракона сложно, но не невозможно для школьника. Насколько я помню их слабое место — глаза. Надо только ослепить его, но нужно делать это очень аккуратно, чтобы не разозлить. — А то я не знал, — с сарказмом ответил Гарри. — Мы с Гермионой по-моему прочитали все существующие книги про этих ящериц. Если хочешь, могу тебе рассказать о формировании нервной системы у плода до вылупления или изменениях пищеварительного тракта в период полового созревания у детенышей. — Хэй, спасибо, но я как-то жил без этой информации до сих пор и дальше обойдусь, — поднял руки в примирительном жесте Сириус. — В любом случае, это только план «Б». — А что же тогда за план «А»? — Если все сложится удачно, я воспользуюсь куда более сильным оружием, — ухмыльнулся в ответ Гарри.
