Боже милостивый, храни детей своих

— Эй, вы там, целы? — На крыше того же здания показался иной силуэт. Парень, примерно того же возраста, что и девчушка, ловко спешил спуститься с крыши с аптечкой в руках. Преодолев расстояние разделявшее его и четверку выживших, он первым делом подошел к Эллису. — Ты как, брат, цел? — Он снял шлем и отбросил немного в сторону. Эллис рассмотрел его. Долговязая фигура терялась под свободной униформой спецназа, выдавая в ее обладателе новобранца. Или же, какие-либо обстоятельства вынудили парня позаимствовать чужую форму. — Я цел. — коротко отозвался Эллис. Тренер бросил окровавленную биту на землю и направился прямиком к дому, на крыше которого все еще стояла девушка. Она, озираясь по сторонам, чтобы вовремя предупредить всех о незваных гостях, все еще крепко сжимала в своих бледных ручонках дробовик, будто нападение вот-вот должно случится. — Эй, милая, все в порядке, ты можешь уже опустить оружие. — достаточно громко произнес Тренер и девушка опустила на него свой взгляд. — Здравствуй, Джулиет. — он невольно улыбнулся и чуть махнул рукой в знак приветствия. Девушка в изумлении опустила ружье и поспешила спуститься. — Тренер...? — она отошла на два шага назад, чтобы получше рассмотреть стоящего перед ней мужчину. — Не могу поверить! — только сейчас мужчина заметил, что один глаз его знакомой был закрыт повязкой и его взгляд моментально омрачился. — Как вы здесь... как вы тут...? В смысле... — Боже правый, успокойся, девочка. — с толикой отвращения сказал Ник. Он был из тех людей, кому не нравились все эти сопли и остальные это знали. — Да заткнись ты, Ник. — тяжелый взгляд Тренера заставил последнего больше не вмешиваться. — Вы не представляете, как я рада видеть хоть одно знакомое лицо. — тихо продолжила Джулиет, пропустив мимо ушей слова Ника. — Идите за мной. Здесь небезопасно. — без лишних слов, она повела остальных за собой совершенно в другую сторону от убежища, в котором четверка собиралась провести какое-то время. — Эй, но вот же убежище, может, останемся здесь? — неуверенно выдвинул предложение Эллис. — Там ничего нет. — пояснил парень, идущий рядом с ним, — Мародеры побывали здесь и давно обчистили все ближайшие убежища. Припасы, медикаменты, оружие, они не оставили ничего. Я Тимоти, кстати. Тимоти Говард. А тебя как звать? — Эллис. — механик потер болевшее после сильной хватки Курильщика правое плечо. Повисло неловкое молчание. — Джулиет, откуда ты их знаешь? — Тимоти потер нос рукавом спецодежды, который чесался и не давал ему житья. — Не их, только Тренера. — ответила Джулиет, все еще пристально озираясь по сторонам, держа дробовик наготове. — Этот человек был моим инструктором по физической культуре в старшей школе. — пояснила она и остановилась в паре метров от небольшого домика. — Был? — Тренер усмехнулся, уперев руки в бока стоя рядом с девушкой. Та, в свою очередь, лишь выдавила легкую улыбку и скрылась в доме. Через пару минут она вернулась с двумя рюкзаками в руках, один из которых бросила Тимоти. — Спасибо. — кивком поблагодарил ее тот и вытащил из бокового кармана рюкзака пачку сигарет, повертев ее в руке, чтобы убедиться, что она цела. — Джек меня убьет, если я не притащу ему обещанную пачку Лаки Страйк. — он слегка усмехнулся сам себе. — Мы искали припасы и все, что могло бы нам пригодиться в быту, но быстро поняли, что этот район давно обчистили все, кому не лень. Потом, услышали выстрелы и подумали, что здесь еще кто-то орудует, но, к большому счастью, это были вы. И когда мы увидели, что у вас большие проблемы, без сомнений решили вам помочь. — Джулиет вынула из своего рюкзака бутылку воды и отпила немного содержимого. — Уже темнеет, идти в то убежище вам нет смысла, поэтому, я настоятельно рекомендую вам остаться у нас на эту ночь. — И почему это мы должны вам верить? Тренер вздохнул и закатил глаза, когда Ник подал голос. Он в мыслях молился всем богам, лишь бы этот кретин не стал критиковать чужие идеи, и выругался про себя, когда это все же произошло. В тысячный раз убедившись про себя, что Ник - настоящая заноза в заднице, он ответил: — Ну, может быть потому, что если бы они были мародерами, то не стали бы нам помогать? Предлагать ночлег и вытаскивать задницу Эллиса из лап Курильщика? Ник лишь недовольно поджал губы, но ответить на железные аргументы Тренера ему было нечего. — Слушай, друг, если ты так хочешь - иди в то убежище. Без оружия, еды и медикаментов, уверен, ты долго протянешь. — Тимоти похлопал его по плечу и поравнялся с напарницей. Ник хотел что-то сказать, но быстро осекся, когда остальные бросили ему неодобрительные взгляды. — Клянусь, парень, еще хоть слово, и ты точно останешься один. — Тренер чуть толкнул его локтем. Нику осталось лишь пожать плечами и когда все последовали дальше, он смирился и поплелся сзади за остальными, ведь даже он понимал, что быть в таком мире одному — настоящее самоубийство. Пробираясь через автомобильную пробку, растянувшуюся на много миль, Ник-таки снова не выдержал и решил поинтересоваться: — Так куда мы, черт побери, идем? — Он оглядывался по сторонам, попутно заглядывая и в машины, пытаясь найти там хоть что-то полезное. — В церковь Святого Джона, — Пояснила Джулиет. — Там безопасно и есть другие выжившие. — Другие выжившие? Сколько же вас там? — Тренер был крайне удивлен узнать, что в Саванне еще остались выжившие, ведь с самого отеля он и его товарищи не встретили ни души, и потому, он не сдерживал своего удивления. — Шестеро, включая нас с Тимоти. — ответила девушка, — Нас спас отец Йеми. Похоже, на тот момент он один понимал, что происходит. Он защитил нас и предоставил убежище в своей церкви, хотя мог просто бросить и спасаться один. — Какой же он отец, если не помогает своим ближним? — иронично подметил Тренер и размял болевшую шею. — Даже в такой ситуации не потерять самообладание и суметь помочь другим… не каждый может. Уважаю. — он одобрительно кивнул сам себе. Церковь Святого Джона уже виднелась из-за небольшого холма, до которого оставалась пара миль. Джулиет остановилась и, присев на корточки, открыла свой рюкзак, тяжело скинув его со своих хрупких плеч. — Что ты делаешь? — Рошель присела рядом с ней. Джулиет пропустила слова девушки мимо ушей и принялась рыться в рюкзаке. В кармане на молнии обнаружилась пачка таблеток, видимо, когда-то вывалившаяся из аптечки и затерявшаяся среди прочего хлама – грязных бинтов, каких-то непонятных лоскутов материи и патронов для дробовика. Наткнувшись пальцами на что-то круглое, холодное и гладкое, девчушка вытаскивает предмет на свет. Зеркальце. Небольшое, мутное и слегка побитое, оно выглядит немного старым, хотя девушка и нашла его совсем недавно, в детской комнате одного из домов. Застегнув карманы сумки, она залезла на одну из машин и развернулась так, чтобы солнечный свет попадал на поверхность зеркальца. — Это наш условный знак. — пояснил Тимоти. — Мы договорились общаться таким образом. Если отец Йеми подаст такой же знак, значит у них все хорошо, и мы можем идти. — А если нет? — Рошель перевела на него взгляд. — Если нет, значит, место для ночлега нам придется искать в другом месте. — мальчишка пожал плечами. Из одного из окон с верхних этажей церкви показался солнечный зайчик, то и дело дрыгаясь из стороны в сторону. Через какое-то время он исчез. — Чисто, можем идти. — заключила Джулиет, и все вновь двинулись по направлению к церкви. Тренер смотрел в спину идущей впереди своей бывшей ученицы и диву давался, как быстро ей пришлось повзрослеть. В ней изменилось все: начиная со взгляда, который, как ему было известно, должен был светиться подростковым задором, заканчивая тем, как быстро она освоила, что такое дробовик и с чем его едят. В голове он прокручивал множество вариантов того, как все началось в ее случае, но по большому счету, он не был уверен, действительно ли хочет это знать. По его спине пробежали мурашки. Он взял на себя негласную роль лидера в своей группе. А в качества настоящего лидера входит не только командование над группой людей, будь то подростки на уроке физкультуры или команда по футболу, но и умение слушать других. И в нужный момент посочувствовать. Поэтому, он был из тех, кто придерживался мнения, что, в конце концов, каждый здесь имеет право выговориться. Многим теперь это было просто необходимо. Ведь все же, все мы люди как люди.