Королева

День начался обычно, мирно и скучно. С утра Ио подбил финансовые итоги вчерашнего дня – они оказались вдохновляющими. Неделя Научно-исследовательского флота Земли на Молле протекала весьма и весьма прибыльно, невзирая даже на скидки для флотцев, битую посуду и неоднократно поломанную мебель. Ничто так не вдохновляло Ио, как деньги – еще пара лет, еще несколько десятков таких вот разнопланетных флотных недель – и они закроются для этого сброда и станут наконец тем, чем ему мечталось – прекрасным элитным заведением. Переедут в один из центральных районов, куда-нибудь неподалеку от Парка, в красивое здание из белого или голубого псевдомрамора. Статусное здание, статусный район, статусная реклама и соответствующие клиенты. Само собой, среди богатых и знатных тоже хватает всяких людей… не стоит думать, что они будут лучше, чем те, что у них есть сейчас, но одно совершенно точно – они будут богаче. Закончив с подсчетами, Ио спустился на первый этаж, в холл. Из столовой доносилось ленивое клацанье приборов – на поздний завтрак спустились те, кто работал накануне ночью. В репетиционном зале стучали каблуки – те, кому предстояло работать сегодня, репетировали шоу с элементами фламенко. Земляне любят, когда им демонстрируют их культуру. На рецепции сидела Эя. Она вскинула голову, лучезарно улыбаясь Ио. – Почему ты здесь? – удивился он. Эе было шесть лет, и хотя в отношении полукровок никакие законы не работали – а как они могли работать, если у полукровок не было ничего похожего на собственное государство, а следовательно, не было и законов, – и не существовало поэтому как такового возраста согласия, Ио предпочитал не использовать ее в работе. Пусть сначала вырастет и обзаведется собственными желаниями. Чего Ио в его доме точно не надо было, так это работающих из-под палки. – А… – сказала Эя и покраснела. – Меня попросили… Дальше Ио не стал спрашивать. Мелкое нарушение – сегодняшний администратор счел, что пока дом не работает, можно посадить на рецепцию малолетку. Кому-то придется вправить мозги. Ио посмотрел на график дежурства – Тим, ну конечно. Если есть на свете люди более безалаберные, чем земляне, то это сертяне. – Твои дела на сегодня, – строго проговорил Ио, положив перед девочкой листок бумаги. – Продукты строго по списку, чего бы там от тебя ни просили. И постарайся не застрять в налоговой – ты знаешь, к кому идти, если много народу. Эя кивнула и шмыгнула прочь с рецепции, и Ио занял ее место, поставив мысленную галочку оштрафовать Тима. Возможно, сейчас официально нерабочие часы, но мало ли что… мало ли, кому приспичит. И вот они зайдут и увидят шестилетнюю девчонку на рецепции, и что они подумают? Ио внезапно озадачился вопросом, почему он думает об Эе как о девочке, в конце концов, она не более девочка, чем он сам… Наверное, если бы они оба выросли на Воде, они вообще не думали бы такими категориями… но они не выросли на Воде, они выросли на Молле, где в большинстве случаев и жители, и гости были разнополыми. Поневоле начинаешь примерять на себя и окружающих сородичей, если они есть, конечно. Ио было привычно думать о себе как о мужчине, хотя, конечно, со стороны он больше походил на женщину; Эя же говорила о себе как о девочке, и это вполне совпадало с ее обликом. Что ж, может быть, это удобнее. Ио стало скучно на рецепции, а между тем холл пустовал, что и понятно – работники его предпочитали избегать холла в свободное время. Он совсем уже решил звонить, чтобы пришли сменить его – а лучше разыскали раздолбая Тима, – когда входная дверь распахнулась. Снаружи, имитируя солнце, во всю мощь горели дневные лампы, но высоченные фигуры в проходе разом перекрыли весь свет. Это были не земляне – слишком уж отличались эти высокие, тонкие силуэты от коренастых земных. Гостей было человек десять, не меньше, и все они показались Ио на одно лицо – тонкогубые, длинноносые, с узкими раскосыми глазами, прямыми темными волосами, все – в черной вычурной одежде со стоячими воротниками, и у каждого – рукоять меча, выглядывающая из-за плеча. Мечи-то и подсказали разгадку. Только один народ имел право носить оружие на Молле – ильхи. Редкие гости. То-то он сразу не сориентировался. На второй взгляд Ио заметил, что, невзирая на полдень, компания уже навеселе. Что ж, это Молл. Следует быть готовым ко всему, если ты работаешь на самой известной в изученной части Вселенной планете развлечений. Расплывшись в приветственной улыбке, Ио скользнул из-за стойки рецепции гостям навстречу. – Доброго вам дня, – пропел он. – Чем мы можем вам служить? Вы пришли несколько раньше вечернего шоу, но… Он не договорил – один из ильхов, судя по тому, как опасно он шатался, самый нетрезвый, сгреб его за талию, дернул на себя и засосал в жесткий поцелуй. Это было, впрочем, привычно, и Ио знал, как на это реагировать – он расслабился в чужих руках, принимая грубую ласку, не обнимая и не отвечая, только слегка касаясь руками жестких наплечников – что-то вроде слабой попытки отстранить. Такие, он знал, любят сломленное сопротивление. – Привет, шлюшка, – проговорил ильх, отстраняя его от себя и ухмыляясь тонкими, будто неприспособленными для улыбки губами. – Что у вас есть вкусного? – У нас есть все, – самым своим бархатным голосом ответил Ио. – Мальчики, девочки, полукровки, земляне, сертяне, амазонцы… – Даже амазонцы! – восхитился ильх, продолжая тискать задницу Ио. Он, кажется, был в этой шайке главным – остальные, во всяком случае, молчали, кривя жесткие рты. – Мы попали в хорошее место, я смотрю! – Вы попали в самое лучшее место, – ласково проговорил Ио. Более ничего никто из них сказать не успел – дверь снова открылась, и на этот раз в нее шагнул один человек, который, однако, не только перекрыл весь свет, но еще и, кажется, разом вдохнул весь воздух. Руки собеседника Ио тут же упали, улыбки исчезли с лиц его товарищей, словно кто-то их стер, но даже если бы не это, у Ио все равно не было бы ни шанса не понять, что этот – действительно главный. И не то чтобы он был выше или зримо мощнее остальных. Нет, визуально он почти не отличался от них – то же узкое лицо, тонкий нос, губы в полоску, черные волосы длиной по плечи, такая же одежда… Единственное различие заключалось в том, что помимо меча за спиной, этот ильх носил еще два – скрещенные на поясе. Это посеяло в душе Ио смутную тревогу, но он не успел подумать об этом – новоприбывший заговорил: – Где еще можно найти тебя, Макс, как не в борделе… Голос его звучал одновременно ядовито и очень внушительно. Названный Максом – Ио достаточно знал об ильхах, чтобы понять, что это не настоящее имя, – засмеялся, правда, смех его звучал несколько натянуто. – Для тебя же стараюсь. Смотри, какую красоту нашел, – и он мотнул головой в сторону Ио. Новоприбывший тоже посмотрел на Ио. Удивительно, но под этим взглядом сковавшее Ио оцепенение исчезло, и он тут же решил, что ничего, в общем-то, в этом человеке нет особенного. Просто мужчина. Ильх, конечно, что предполагает высокое происхождение по определению, но здесь, на Молле, происхождение особого значения не имело – важнее было, что ты можешь позволить себе за свои деньги. – Господа пришли слишком рано, – проговорил Ио, отстраняясь от Макса настолько, чтобы тот не мог его коснуться, протянув руку, и улыбаясь. – Мы еще не вполне готовы принимать гостей. Впрочем, если вам не терпится… – и он улыбнулся шире. Новоприбывший несколько секунд смотрел на Ио очень внимательно, потом тоже улыбнулся – растянул в стороны уголки губ. В глазах улыбка не отразилась. – Ты полукровка? Ио медленно кивнул, не сводя с него вгляда. – И что… у тебя полный набор? – и он неприятно ухмыльнулся, словно этой ухмылкой хотел усилить грубость своих слов. Ио ехидно подумал, что он такие выпады терпел, когда этот ильх еще на свет не появился… хотя, учитывая, сколько они живут… – Мой господин никогда не был с полукровкой? – мягко проворковал он, нарочито избегая грубых слов. – Не доводилось, – в голосе ильха прорезалась сухость. – Ты тут что, дежурный, пока все остальные отдыхают после трудов? Я хочу посмотреть, как ты работаешь. Раздевайся. Кто бы он ни был, подумал Ио, он явно привык командовать. – Все как господин пожелает, – проговорил он. – Хочет ли мой господин смотреть один? Или со своими друзьями? – Мы все вместе посмотрим, – отрезал ильх. – Что ж, тогда почему бы господину и его друзьям не пройти… – Здесь, – был короткий ответ. Ио окинул холл быстрым взглядом. Сюда вели три двери: наружная – вход в жилые и хозяйственные помещения, арка, которая вела в рабочую зону, а также лестница на второй этаж – обиталище Ио. Словом, свидетелей могла образоваться масса. Впрочем, что они такое увидят, чего не видели раньше? Ио мог сколько угодно быть хозяином заведения, но это не значило, что он перестал работать. В конце концов, ему нравилась его работа! Он одним плавным движением развязал узел на поясе, и тот опустился на пол послушной шелковой змеей. Руки мягко взлетели к горлу, расстегнули одну пуговицу, что сдерживала его одеяние, и Ио позволил ласковой ткани скользнуть вниз по рукам. Больше на нем ничего не было. Все это время он, не отрываясь, смотрел на главного, потому лиц остальных не видел – но он услышал единый вздох, когда платье упало на пол. Зрачки ильха расширились, его ноздри задрожали. Ио поднял руку и выдернул ленту из волос. Волосы рассыпались волной, щекоча спину. Ильхи, кажется, даже дышать перестали, а их предводитель прикусил губу, потом шагнул вперед, протянул руку и коснулся груди Ио. Тот не вздрогнул, хотя пальцы ильха оказались холодными. Между тем рука – не столько лаская, сколько изучая – прошлась от груди вниз по животу, по члену, за него. Ио приоткрыл рот в беззвучном выдохе – пальцы ильха погладили между половых губ, а потом скользнули внутрь, и Ио сразу ощутил, что начинает мокнуть. Ильх резко выдернул пальцы и отстранился, словно чего-то испугавшись. Шагнул назад и позвал: – Макс! Ио улыбнулся. Ситуация начала его забавлять. Макс двигался быстрее, чем его босс – или кем он там ему приходился. Одной рукой он сгреб Ио за грудь, пальцы второй сильно и властно сунул внутрь. В этот раз целоваться он не лез – просто трахал пальцами, быстро и грубо, словно и не трахал, а проверял что-то. На предмет зубов, что ли? Ио улыбнулся этой мысли и напряг внутренние мышцы – от изумления Макс охнул и даже замедлился. – Бля, Роби, – проговорил он. – Это… стоит попробовать! Однако его босс – имя «Роби» ему абсолютно не шло, кстати говоря, – отчего-то дергал носом, словно что-то страшно вывело его из себя. Он сказал: – Нет, – повернулся и зашагал к двери. Макс окликнул его: – Слушай, ну дай другим, если сам не хочешь! – Еби на здоровье, – отрезал Роби. – Я тебе запрещаю? И вылетел на улицу. Макс, однако, щедрым предложением не воспользовался. С очевидным разочарованием на лице он отстранился от Ио, потом наклонился, поднял платье и накинул его Ио на плечи. – Чем обижен твой друг? – мягко спросил Ио с выражением самой искренней озабоченности на лице, хотя внутренне он от души потешался. – О, ничем, – легко ответил Макс. – Просто у вас тут для Роби… недостаточно грязно. – О, я понимаю, – отозвался Ио. Что ж, он действительно понимал. Настолько, что когда ильхи вышли за дверь, – Макс перед этим сунул гостевую карточку Молла в считывающий аппарат на рецепции – рассмеялся вполголоса. Высокородный мальчик сбежал из дома и решил развлечься, а самому стыдно, страшно и непонятно, что же делать. Ох уж эти ильхи с их заморочками. Именно этот момент выбрал Тим, чтобы появиться в холле. Физиономия у него была преступно заспанной. – О! – проговорил он, неубедительно изображая радость. – Командир! А я думал… – Что я наверху? – Ио повернулся к нему, запахивая платье и глядя со всей строгостью, которую, однако, не чувствовал – сложно быть строгим, когда у тебя по ногам течет. – Облом, Тим. Почему не на рецепции? – Я на минуточку вышел, – даже не моргая, соврал Тим. – По нужде. – Работаешь три смены. – Командир… – Начиная с этой ночи. Ты меня слышал, Тим! А теперь – за стойку. Рожа у сертянина была крайне недовольной, но ругаться он не стал. Ладно, подумал Ио, эту породу переработка не перенапряжет. В этом сертяне и полукровки были схожи – и те, и другие любили секс, хотя, конечно, у сертиан это не было физически обусловлено. Сложно не нуждаться в сексе, когда у тебя двойной набор органов для него. Ио поднялся на второй этаж, улыбаясь своим мыслям. Он ощущал возбуждение, но решил пока ничего с этим не делать. Во-первых, у него не было привычки самоудовлетворяться. Во-вторых, лучше будет работаться вечером. До вечера все шло прекрасно. К моменту официального открытия – до которого, конечно, к ним успела заглянуть некоторая часть постоянных клиентов, а также группка из трех пьяных флотских, – в холле приглушили свет, отделили зону рецепции занавесом, а сам Ио встретил своего первого клиента – постоянного гостя Молла, богатого землянина. Господин этот приезжал к нему далеко не первый год – они познакомились, когда Ио еще работал на других людей, и когда он решил открыть свой бизнес, клиент этот – как и некоторые другие – ушел с ним. Официально, конечно, проститутки не имели права забирать клиентов заведения, но как это проследишь на практике? Землянин был уже в возрасте и почти ни в чем, кроме, как он сам говорил, хорошей компании, не нуждался. Поэтому Ио уединился с ним в дальней от холла спальне, они пили чай, потом Ио танцевал для своего гостя, потом устроился у него на коленях – но практически в тот самый момент, когда они перешли от поцелуев к более серьезным вещам, в дверь отчаянно затарабанили. – Хозяин! Хозяин! – услышал он отчаянный вопль Эи. – Там… люди! Они… хозяин! Нам нужна помощь! Клиент недовольно стиснул Ио за бедро. – Прости, дорогой, – прошептал Ио, целуя его ладонь. – Я все компенсирую. – Мне больше нравилось, когда ты не был хозяином своего заведения, – проговорил землянин недовольно, но когда Ио поцеловал его со всей пылкостью, какую был способен изобразить, добавил уже мягче: – Ладно, иди. Компенсируешь. Ио накинул пеньюар и стремительно последовал за Эей в холл. – Что случилось? – спросил он у нее на ходу. – Что за люди? – Ильхи, хозяин, – ответила она, трясясь. – Они… с мечами… Ио подавил острое желание выругаться. Он не делал этого уже много лет, в конце концов. В холле творилось ужасное. Чудесные диванчики и кресла были едва ли не все перевернуты, несколько мягких низеньких пуфов вспороты – наполнитель из них летал по всему помещению. Работники Ио обоего пола жались по углам, кроме разве что Тима, который, судя по его оскалу, был готов хоть сейчас в драку, спасибо еще, до сих пор не кинулся. Клиенты – в основном флотские – кто жался по углам вместе с работниками, кто уже валялся на полу, а один – наверное, самый отважный – стоял перед Максом, и шея его находилась между двумя тускло-серыми лезвиями. – Давай, повтори это еще раз, – предлагал Макс землянину. – Как ты там нас назвал? Я хочу услышать это еще раз. Роби был здесь же – сидел на одном из уцелевших пуфов и с интересом наблюдал за сценой. Мечей у него на поясе больше не было. – Разве высокородные ильхи передают свою химсу в чужие руки? – мягко проговорил Ио. Его голос был негромок, и все же всхлипывания, ругательства и прочие шумы стихли. – Передают, – ответил Роби, переводя спокойный взгляд холодных изжелта-светлых глаз на Ио. – Родовой меч нельзя. – Я понимаю, – Ио наклонил голову. – Могу я узнать, чем разгневал мой гость благородных ильхов? – Этот представитель второсортной расы был груб, – на этот раз ответил Макс, и в голосе его звучала насмешка. Роби кинул на него один короткий взгляд, и Макс тут же смолк. – Я боюсь предположить, какого сорта расой высокородные ильхи считают бедных полукровок, – Ио не смог удержаться от толики яда в голосе, и Роби, судя по съехавшимся на переносице бровям, это услышал. – Лучше не предполагай, – резко ответил он. – Макс, отпусти его. Тот немедленно отвел химсу от горла несчастного флотского. Тот смотрел со злобой, но ничего не говорил. – Ты говорил, вечером будет шоу, – глядя на Ио, произнес Роби. – Мы пришли его посмотреть. – Боюсь, в этот раз высокородные ильхи опоздали, – без тени сожаления в голосе ответил Ио. – Шоу было раньше. – Тогда покажи нам еще одно, – невозмутимо потребовал Роби. Махнул рукой, и его свита расселась кто куда. – Ты лично. Ио несколько секунд молчал, глядя Роби в упор в глаза. Потом ласково улыбнулся. – Конечно. Как прикажет мой господин, – потом позвал, ни к кому конкретно не обращаясь: – Свет. Музыку. Свет немедленно приглушили, еще пару секунд спустя зазвучала музыка. Несколько тактов Ио стоял неподвижно, прикрыв глаза, потом – начал двигаться. Никто и никогда не учил его танцевать. Его вообще ничему не учили, как он ничему не учил Эю. Это была странная особенность полукровок – их природный эротизм, такой же, как их невероятно чувственная внешность. У землян секс табуирован. У карзефиан секс – естественное физическое отправление и способ воспроизведения. У альфов секс – главное развлечение. У сертиан – веселое времяпрепровождение, нечто вроде совместного спорта. У ильхов, как слышал Ио, вообще нет никакого секса – или так они говорят. У жителей планеты Вода, чьими детьми наполовину и являются полукровки, секс – нечто неизбежное. Почему же именно они, в естественном своем состоянии вообще лишенные пола, производят на свет самых сексуальных и сексапильных существ во Вселенной? Загадка… Ио танцевал под чувственную музыку, не раздеваясь, почти не трогаясь с места, ни на кого не глядя – но ощущая чужие взгляды. Это был его любимый танец – больше всего он походил на секс с невидимым партнером. Здесь нужно было выгибаться, запрокидывать голову, гладить себя, то приспуская пеньюар, то кутаясь в него, содрогаться всем телом, сильнее, сильнее, жаркий выдох, мгновение спокойствия… и все с начала. Он танцевал не для ильхов. Будь здесь только ильхи, он бы уже вызвал охрану Молла. Они перестали ему нравиться. Ио вообще не нравилось, когда мужчины хватались за оружие – что за грубость, право. Но здесь были не только ильхи, здесь были и другие клиенты, и на кону стояла репутация его заведения. Ему нужно было завести всех, при этом максимально сконцентрировав внимание ильхов – вернее, Роби – на себе. Кажется, ему это удавалось. Он закончил одновременно с музыкой, в последние такты ее содрогаясь особенно сильно, и опустился на пол в артистичном бессилии. Свист, аплодисменты взорвали холл, даже ильхи хлопали, а Макс свистел в два пальца, и только Роби стоял бледный и неулыбчивый, словно ему не эротический танец показали, а инсценировку похорон. – Пошли, – проговорил он, грубо вздергивая Ио за руку. – Мы тебя снимаем. На всех. В приватную комнату. Быстро! Ильхов было не менее десяти. Ио заметил, что некоторые из его работников смотрят напряженно – а многие его парни были крепкие, клиенты же разные бывают, не говоря уж о клиентках, которые хоть и редко, но захаживают. Ио окинул взглядом своих работников, словно пригвождая каждого к месту. Что ему нужно было менее всего, это чтобы его люди ввязались в драку с ильхами. Мало того, что они пострадают, так еще и заведение обзаведется дурной славой. Кому нужны драчливые проститутки? – Развлеките наших гостей, – мягко проговорил Ио, – пока я развлекаю высокородных господ ильхов. И он пошел к арке, что вела в приватные комнаты, поманив ильхов за собой. Короткий коридор прошли в молчании. Самая дальняя комната была и самой большой, и именно туда Ио сейчас и направлялся. Он открыл дверь, пропуская ильхов внутрь и улыбаясь; все прошли, и только Роби задержался. – Значит, ты самый главный здесь? – проговорил он с улыбкой. Вернее, Ио охарактеризовал это как улыбку за неимением лучшего термина – хотя так, по его мнению, мог улыбаться человек, который категорически не умеет этого делать. – О нет, мой господин, – ответил Ио, улыбаясь так сладко, как только мог. Ильх чуть нахмурился, глядя на Ио с высоты своего роста, и он продолжил так же вкрадчиво и сладко: – Самые главные в моем доме – мои гости. В следующее мгновение он оказался прижатым к дверному косяку, и ильх держал его за горло. – Не шути со мной, шлюха! – в голосе его прорывался клекот. В этот момент появился Макс – он сказал весело: – Роби, ну что ты творишь? Не обращайте внимания на Роби, – добавил он, обращаясь уже к Ио. – Он у нас как выпьет, сразу начинает дурака валять. Ио мог бы заметить, что довольно трудно не обращать внимания на человека, который пытается тебя удушить, но сказать что-либо сейчас ему было не менее трудно. Еще несколькими секундами спустя Роби разжал пальцы, и Ио скользнул на пол, глубоко дыша. – Используй свой язык для дела, – резко приказал Роби. – Не хочу больше слышать от тебя ни слова. Ио наклонил голову в знак послушания и вошел следом за обоими ильхами в комнату. Здесь было полутемно и приятно пахло благовониями. Эта комната была рассчитана на, что называется, большие компании, поэтому здесь не было кроватей, да и вообще никакой мебели – только толстое мягкое покрытие на полу и огромное количество подушек. Ильхи расположились вдоль стен, все, кроме Макса – когда Ио встал посреди комнаты, именно он стянул с него пеньюар и только потом сел. Некоторое время Ио стоял неподвижно, позволяя разглядывать себя. Ему было интересно, насколько способны ильхи испытывать возбуждение. Он определенно ощущал напряжение в воздухе, но было ли это следствием эротизма ситуации или их напрягало что-то другое? Несколько секунд Ио ждал, не будет ли новых приказов от Роби – их не последовало, и тогда Ио решил начать. Начинать следовало не с Роби – о нет, его нужно было оставить напоследок, если, конечно, он вообще продержится до этого «напоследок» или захочет чего-то большего, чем просто смотреть. Но начинать все же следовало с кого-то важного – так что Ио опустился на колени перед Максом, на губах которого, словно приклеенная, царила насмешливая улыбка, и начал расстегивать ему штаны. Почти все ильхи, заметил он, отвели глаза. Кроме Роби – он смотрел пристально, так, словно следил за ходом эксперимента. Член ильха был такой же, как и сам ильх – длинный и тонкий. Ио один раз провел языком по выступающей вене, а потом взял рот и сразу же – глубоко в горло. Чем бы там ни был секс для ильхов на самом деле, реагировали они на такие вещи как почти все самцы, любой расы. Макс охнул, дернулся, рука его сгребла волосы у Ио на затылке. Ио не столько услышал, сколько ощутил коллективный вздох – теперь они наверняка не отводили глаз, наверняка смотрели с жадностью, и каждый думал одно – каково это ощущать? Подождите, мысленно пообещал им Ио, вы узнаете. Оказалось, правда, что ильх – задача сложная. Понадобилось не меньше десяти минут – при всем искусстве Ио, – чтобы Макс кончил, откинувшись на подушки и глубоко дыша. Ио остался стоять на коленях, облизываясь и обводя остальных взглядом. Мгновение никто ничего не говорил и не двигался. Потом разом встали двое – они переглянулись с таким видом, словно сейчас схватятся за свои мечи, но, видимо, тут же взглядами договорились и подошли к Ио одновременно. Он не пошевелился – они сгребли его и оттащили в сторону, на подушки, где поставили на четвереньки, и тот, что оказался впереди, нетерпеливо потянул Ио за волосы. – Давай, соси, – приказал он со странной нервозностью в голосе. Второй, тот, что пристроился сзади, дернул Ио на себя и с той же нервозностью спросил: – Ты безопасная? Ио кивнул и открыл рот, принимая чужой член. В тот же момент второй член въехал ему во влагалище. Они были грубые и странно дерганые, словно боялись чего-то, но Ио умел получать удовольствие от любого секса и давать удовольствие любым клиентам. Эти двое сменились еще двумя, которые предпочли оставить рот Ио в покое и вставить ему один – во влагалище, а второй – в задницу. Это было отличное ощущение, одно из самых любимых, и Ио дал себе волю – он извивался в их руках, стонал в голос, гладил свою грудь, когда они переставали это делать – и смотрел на Роби. Это было забавно, смотреть на Роби – у того на лице, на его холодном ильхийском лице было написано, что он хочет сделать с Ио все то же самое, что сейчас творят его друзья, и даже больше, но почему-то – почему-то не делает. Стоны Ио окончательно завели всех остальных, и началась оргия. Теперь они брали Ио по трое, по четверо – в рот, в обе дырки, между грудей, в волосы… Он гнулся под ними, извивался, он ощущал руки, члены, губы по всему телу; вскоре его тело начало ныть внутри и снаружи, саднили губы, болела задница, но выше всего этого было чистое, животное удовольствие – и еще удовлетворение от секса, от себя, от знания, что он завел всех этих людей и получил от них больше, чем они были намерены ему дать. – Хватит! Громовой рев сбросил Ио с небес на землю. Все разом прекратилось, даже те, кто двигался внутри Ио, остановились и вышли. Он остался лежать на подушках голый, вздрагивая от не до конца удовлетворенного желания. Роби стоял над ним, трясясь от злости. В следующее мгновение он наклонился, сгреб Ио за шею и вздернул в воздух. – Грязная… шлюха… – выдавил он – каждое слово давалось ему с трудом. – Отвратительная… развратная… тварь! Он швырнул Ио на пол с такой силой, что если бы не покрытие, тот бы непременно себе что-нибудь сломал. Это было уже чересчур. Может быть, следовало забыть о профессиональной гордости и все же вызывать охрану Молла? Однако окончательно принять решение Ио не успел – Роби стремительно вылетел из комнаты, а за ним, поспешно одеваясь и застегиваясь, потянулись все остальные. Макс задержался. – Роби грубоват, не сердись на него, – проговорил он примирительно, ласково поглядывая на Ио. – Что я могу для тебя сделать? – Отметить карточку, – мягко ответил Ио. Макс рассмеялся, потом вдруг шагнул к нему, сгреб за талию, как делал это в первый раз, и притянул к себе в жесткий поцелуй. – Ты заводная, – жарко выдохнул он Ио в лицо. – Я к тебе еще загляну. И ушел. Больше в этот день Ио клиентов не принимал – он ушел к себе на второй этаж, предоставив работать остальным. Не маленькие, справятся. Следующий день прошел тихо. Ближе к вечеру Ио проверил кассу в тайной надежде, но оказалось, что счет ильхи еще не оплатили, что означало, что они до сих пор на Молле. Ио вздохнул. Он надеялся, он очень надеялся, что бурная компашка с их вздорным главарем больше к ним не заявится, но он по собственному опыту слишком хорошо знал, что вероятность этого невелика. И он оказался, конечно же, прав. Не этим вечером, но следующим, в разгар рабочего вечера появился Макс. В одиночестве. У Ио на тот момент клиентов не было, потому он находился в холле, лично приветствуя гостей. Поэтому он встал и пошел Максу навстречу, хотя и чувствовал смутную тревогу из-за его присутствия. – Высокородный господин снова почтил нас своим присутствием, – пропел он. – Ждать ли нам друзей высокородного господина? – Вряд ли, – небрежно обронил Макс, разглядывая Ио – на том было длинное одеяние, наглухо закрытое, но при этом полупрозрачное и сладко облегающее очертания фигуры при малейшем движении. Взгляд Макса был плотоядным до оскорбительного – Ио подумалось, что так на него не смотрели с тех пор, как он перестал работать в космопорту. – Ты занята? – спросил он, вдоволь насмотревшись. – Для моего господина – нет, – проворковал Ио. Его не удивляло, что Макс предпочитает считать его женщиной – так делали многие представители разнополых рас. Но отвечать ему в том же духе без прямого требования Ио был не намерен. – Тогда обслужи меня, – не менее сладко приказал Макс. Ио подумал, что Макс с его дружелюбными манерами и при этом грубыми речами, пожалуй, гораздо более неприятен, чем его – Ио не мог подобрать лучшего слова – хозяин. Во всяком случае, тот, в отличие от Макса, явно не был двуличен. Впрочем, Ио подозревал, что ильхи, погрязшие в своих дворцовых интригах, были двуличными все без исключения. Макс был ему неприятен настолько, что Ио едва не отказался. Но тут же урезонил себя – шлюхи не отказываются от клиентов. Это непрофессионально. Он с улыбкой поманил Макса за собой. Едва они оказались в приватной комнате – не той, где Ио обслуживал всю их компашку, другой, маленькой, и с невысокой кроватью, – как Макс шагнул к нему, грубо сгреб в охапку и швырнул лицом вниз на кровать. Неожиданный удар выбил воздух из легких, но Ио не успел толком перевести дыхание – на него навалились сзади, задирая подол, и в следующее мгновение член Макса въехал ему в задницу – безо всякого намека на подготовку. Усилием воли Ио расслабил инстинктивно напрягшееся тело. Макс двигался быстро, резко, неритмично, шипя и ругаясь, его пальцы грубо тискали половые губы Ио, потом он вставил сразу три во влагалище. Это не было ни мгновения похоже на удовольствие даже для Ио – он подозревал, впрочем, что Макс не просто хочет лишить его удовольствия – он хочет унизить. Второй рукой ильх сгреб его за волосы, потянул на себя, потом вцепился зубами в плечо, отпустил, выдохнул в ухо: – Мне нужна третья рука для такой грязной шлюхи, как ты. Ты же грязная шлюха? Скажи, что ты грязная шлюха! – Я грязная шлюха, – послушно выдохнул Ио. Макс коротко рыкнул, выдернул пальцы, вышел и вошел снова – на этот раз во влагалище. Одной рукой вцепившись Ио в бедра, второй он сгреб его грудь. – Сладкая шлюха… – бормотал он. – Так бы и ебал тебя… не останавливался… сучка… моя сучка… В это мгновение Ио ощутил присутствие третьего. В этой комнате не было двери, только занавеска, перекрывающая вход, так что нечему было скрипнуть или издать какой-то другой разборчивый звук, так что это было именно ощущение. Ио скосил глаза на вход – и увидел Роби, застывшего в дверном проеме. Застывшим Роби пребывал сотую долю секунды. Затем он двинулся так стремительно, что Ио этого почти не увидел – к ним. Сгреб Макса и отшвырнул его прочь. Ио откатился в сторону на кровати, абсолютно убежденный, что сейчас его будут бить, но Роби даже не взглянул на него – он кинулся к Максу, вздернул его на ноги за грудки и ударил кулаком в лицо. Еще раз. И еще раз. Потом повалил его на пол и начал бить ногами. Похолодев от ужаса, Ио увидел, что изо рта Макса потекла кровь. Он подорвался с кровати и метнулся между ними двумя. Он едва не получил пинок ногой, но, видимо, рефлексы у Роби были хорошие – он остановился на половине движения, и Ио толкнул его обеими руками в грудь с неожиданной силой, отбрасывая от Макса. – Не сметь! – закричал он. – У меня в доме не будет убийства! Роби опешил настолько, что замер на месте, и в это мгновение произошло то, чего Ио никак не ждал. Его сгребли сзади за локти и швырнули прочь с такой силой, что Ио налетел на стену и сполз на пол, проехавшись по ней щекой. Его тут же сгребли и снова швырнули в стену, а потом ударили кулаком в лицо – у Ио зазвенело в голове, он услышал, как что-то хрустнуло, и успел подумать – только бы ничего не сломал, только бы не уродство… Почти потерявший сознание от боли, он услышал голос Макса: – Не смей прикасаться к нему, дрянная сучка, шлюха!.. В следующее мгновение Роби появился у него за спиной, сгреб Макса за плечи, развернул и нанес ему страшный удар тылом ладони. Сверкнул камень на пальце. Макс повалился на бок – из разорванной щеки полилась кровь. – Убирайся, – голос Роби звучал хрипло и грозно. Ио подумал, что Макс вряд ли будет в состоянии выполнить приказ, такой кучей он валялся на полу, но тот все же поднялся на ноги, не глядя на Роби, лишь кривя окровавленные губы в непонятной усмешке, и вышел. Несколько секунд царило молчание. Ио сидел на полу возле стены, ощупывая лицо, а Роби смотрел на него. Потом, словно опомнившись, ильх подошел, поднял Ио на руки и отнес на кровать. Его холодные длинные пальцы перехватили руку Ио и сами прошлись по начинавшему припухать месту, куда пришелся кулак Макса. – Тебе нужен врач, – проговорил он наконец. – Нужно убедиться, что ничего не сломано. – Я распоряжусь, – проговорил Ио. Высокородный ильх сидел на краю его кровати с видом растерянного мальчишки. Это позабавило бы, если бы Ио не было сейчас так больно. – Ты восхитительное создание, – проговорил вдруг Роби. От неожиданности Ио вздрогнул и не сразу нашел, что сказать. – Благодарю, – произнес он наконец, от растерянности забыв использовать свой сладкий рабочий голос. – Почему ты… – он махнул рукой, словно вдруг ему перестало хватать слов, огляделся вокруг и закончил наконец: – здесь? Внезапно Ио ощутил сильную – и очень непрофессиональную – злость. Возможно, виновата была боль. Он даже попытался сесть, но быстро передумал. – Потому что много и усердно работал, а еще считал деньги, – проговорил он жестко. – Иначе до сих пор был бы в порту или на улице. Он тут же пожалел о своей вспышке. Человеку его профессии не полагается гневаться. Впрочем, кажется, Роби его высказывание не рассердило. Он смотрел на Ио, прищурившись. – Тебе нравится твоя работа? – Иначе бы меня здесь не было, – проговорил Ио, сумев наконец овладеть своим голосом и даже улыбнуться. Правда, улыбка явно вышла кривой. – Даже такое? – Роби прошелся по нему взглядом вверх и вниз. – Это не следствие моей работы, – проговорил Ио и добавил – прозвучало вновь жестко: – Это следствие вашего вмешательства. Роби прищурился. – Он и до моего прихода не был мягок. Ио вздохнул. – Люди хотят разного, – мягко проговорил он. – Кто-то хочет такого. Так пусть он сделает это с профессионалом, готовым ко всему, чем с кем-то, кому может навредить физически и душевно. – На Ильхе нет проституции, – жестко проговорил Роби. – Как нет и изнасилований. Ио едва глаза не закатил. Вряд ли стоило говорить гостю Молла, что Ильха – не единственный мир, где насилие за закрытыми дверями таковым не считается. В конце концов, Ио не так много знал об этой планете, чтобы быть уверенным в своих словах. Мало ли, кто их знает, может, они настолько холодны, благородны по отношению к своим женщинам, зациклены на своей чести, нужное подчеркнуть, что это действительно так. Он лишь сказал: – Твой друг тоже ильх. Несколько секунд Роби молчал. Потом проговорил: – Туше. Повисла еще одна пауза. Вдруг Роби стянул с пальца свой перстень – тот самый, которым он рассек кожу на щеке Макса, – взял Ио за руку и вложил ему в ладонь этот перстень. Ио посмотрел на него с удивлением. Перстень был тяжелым, камень в нем – прозрачно-белым, искристым. Настоящее золото, настоящий земной бриллиант. – У меня нет наличности, – проговорил Роби, словно извиняясь. – Это тебе… за беспокойство. И он поднялся с кровати и вышел из комнаты так стремительно, словно за ним гнались. Ио полагал, что после такого прощания он больше не увидит ильхов в своем заведении – но он ошибся. Они вернулись всей компанией на следующий же вечер, даже Макс был с ними – он вел себя тихо, по сторонам, а особенно на Ио, не смотрел, а лицо его, покрытое синяками, казалось неподвижным из-за тонкой пленки регенгеля. Ио тоже принял ударную дозу этого прекрасного вещества – полдня лежал в регенгелевой маске, так что теперь от страшного синяка, которым наградил его Макс, осталось лишь несколько малозаметных пятен, которые Ио замаскировал цветным узором. К счастью, кости оказались целы. Интересно, может ли сказать о себе то же самое Макс? Этот вечер по совпадению был последним в неделе Научно-исследовательского флота Земли, и заведение Ио было полно флотскими. Они слегка притихли, когда вошли ильхи, но те вели себя не вызывающе – настолько, насколько невызывающими могут быть высоченные ильхи в своих жестких черных одеяниях, со своими птичьими носами, в компании простых земных космолетчиков. Веселье возобновилось, тем более что у Ио наготове было шоу. Шоу было, естественно, сделано под землян – эротические танцы с раздеванием, которые у них называются «стриптиз». Танцевали девушки – Ио давно заметил, что предпочитающих женщин среди землян значительно больше; парадоксальным ему казалось при этом то, что еще большее число землян заводится от представителей его вида, а ведь они не были женщинами в полном смысле этого слова. Впрочем, других полукровок, кроме самого Ио и Эи, в его заведении не было, так что проверить сейчас не получилось бы – он в шоу участия не принимал. Пока девушки танцевали, парни разносили напитки. Ио увидел, как один из флотских дернул Тима себе на колени со словами: – Я бы предпочел, чтобы танцевал ты… На что Тим склонился к его уху и что-то зашептал, что крайне развеселило землянина. Ио чуть улыбнулся. Вечеринка шла как надо. Даже ильхи, кажется, заинтересовались шоу, хотя рук ни к кому не тянули – наверное, отмашки не было. Ио прошелся среди гостей, наклоняясь время от времени к сидящим и интересуясь, всем ли они довольны. Периодически его тоже пытались затащить на колени, он получил пару шлепков по заднице, один флотский с наглой рожей провел ладонью по внутренней стороне ноги Ио от колена вверх – сегодня на Ио был короткий топ, который, если смотреть снизу, предоставлял шикарный вид на грудь, и длинная цветная юбка с разрезами с обеих сторон. Сегодня он намеревался работать. Тем не менее, всерьез его никто не лапал, и Ио наконец понял, в чем дело – когда понял, что за странное чувство преследует его уже некоторое время. На него смотрели. Все время, пока он передвигался по залу, беседуя с гостями или отдавая короткие распоряжения своим работникам, Роби не сводил с него тяжелого взгляда. Видели ли это земляне, или же они ощущали тяжесть этого взгляда, как ощущал ее Ио – он точно сказать не мог, но этот взгляд словно выстраивал плотную стену вокруг него. Поняв это, Ио даже слегка рассердился – в конце концов, почему этот человек ведет себя так, словно Ио принадлежит ему? Мешает работать! Остановившись, он обернулся и посмотрел на Роби в упор. Тот не отвел взгляд. Некоторое время они играли в гляделки, потом Роби поманил Ио к себе, и когда тот подошел, молча взял за запястье и повел в арку. Некоторые приватные комнатки были заняты, но у Ио была отдельная, куда мог приводить клиентов только он, сюда-то он и отвел Роби. У этой комнаты была дверь. И даже окно, правда, закрытое плотными шторами. Также здесь была широкая софа, столик, невысокие кресла – все для приятного времяпрепровождения. Ио молча указал Роби на кресло, и когда тот сел, поставив свой длинный меч прислоненным к подлокотнику, позвонил в медный колокольчик, что стоял на столе. Через три минуты в комнату вошла Эя – она несла поднос с чайником, чашками, сладостями. Ио расставил все это на столике, зажег свечу в аромалампе, что стояла на подоконнике. Она подсветила штору с той стороны. – Ты умеешь отдыхать, – проговорил Роби – в голосе его звучало нечто, похожее на удивление. – А ты нет, – сказал в ответ Ио. Роби чуть наклонил голову, явно в знак согласия, и Ио, улыбнувшись, спросил: – Этого тоже нет в культуре Ильхи? – Нет, – Роби скупо улыбнулся. – В культуре Ильхи нет ничего интересного. Ио сел на софу, подобрав под себя ноги и поглядывая на Роби кокетливо. Картина становилась все яснее и яснее. Роби хотел не развлечений, которые ему пытался предоставить Макс. Вернее, Роби хотел других развлечений. Например, приятного общения с человеком, не имеющим отношения к Ильхе. Ио смутно догадывался, что, похоже, у себя на родине Роби занимает достаточно высокое положение. Хотя, наверное, все ильхи так или иначе занимают высокое положение. А если еще они и не умеют отдыхать… – Чаю? – наконец предложил он, чуть склонив голову на бок. – Да, – Роби кивнул. Он сидел в кресле ровно, не касаясь спинки. – Да, пожалуйста. Улыбаясь, Ио поднялся на ноги, обошел кресло, в котором сидел Роби, остановился возле подлокотника, взял чайник, налил в чашку немного чаю, вылил обратно, повторил, чуть-чуть покачал чайник в руках и наконец налил Роби полную чашку, сначала подняв чайник высоко над столом, а потом опустив почти к самой кромке чашки. Волосы его, перекинутые через плечо, слегка касались руки Роби. Он взял чашку под донышко – она жглась, но Ио мог и потерпеть такое – и подал Роби. – Осторожно. Горячо. – Мы не любим горячее, – проговорил Роби, глядя на Ио снизу вверх. – Особенности обмена. Ты когда-нибудь… ты знаешь ксенобиологию? – Только на практике, – ответил Ио, отметив про себя, что Роби избегает использовать родовые окончания. Он взял салфетку со стола, обернул чашку и снова подал ее ильху. – Вот так будет лучше. Я мало знаю об ильхах, – добавил он тут же. – У меня вас не было еще. – Вот так? – поднял брови Роби. Он не пил, но осторожно вдыхал пар, будто и им боялся обжечься. Ио сел у его ног на подушку. – Почему же? – Представители вашего народа редко заходят в публичные дома, – улыбнулся Ио. – И еще реже прибегают к услугам полукровок. Насколько я понимаю ваш народ, вы мало кого считаете разумной расой вообще, а уж такое странное явление, как плод связи водянина и землянина, вообще считается вами неким недостойным существом. Роби поморщился. – Наше высокомерие – единственное, что у нас есть, если говорить правду, – он все-таки протянул руку и коснулся волос Ио. – Давай не будем говорить об Ильхе. – Как скажет высокородный господин, – склонил голову Ио. Он не переставал улыбаться, но не своей привычной, предназначенной для большинства клиентов сладкой улыбкой – нет, в этой было больше… дерзости. Он догадывался, что Роби это понравится. И Роби понравилось. С волос его пальцы перекочевали на лицо, нежно, почти неощутимо погладили висок и щеку, коснулись уголка губ… – Как тебя называть? – спросил он. – Мое имя Ио. Роби снова улыбнулся – улыбкой человека, который не очень хорошо представляет, как это делается. – Я имею в виду, ты мужчина или женщина? Ио чуть склонил голову, рассматривая Роби с новым интересом. Это случилось впервые – ни один клиент раньше не задавал Ио этого вопроса. Словно Роби… и клиентом-то не был. Ио дал себе мысленную оплеуху. Это опасная дорога. – Как правило, я то, чем меня хотят считать, – проговорил он. Роби нахмурился и покачал головой. – Мне интересно, кем себя считаешь ты. – Почему? – спросил Ио прямо. Роби поднял брови. – Потому что я хочу, чтобы тебе тоже было приятно. Несколько секунд Ио смотрел на него, не отводя глаз. Это тоже была опасная дорога. Очень. Ему вдруг стало неуютно. Впрочем, тут же мелькнула спасительная мысль, что, может быть, это такая утонченная игра. Делать приятно, залезть под кожу, потом ударить с близкого расстояния, чтобы было больнее. Да. Пусть это будет игра. К играм, во всяком случае, он готов. Хотя думать о Роби в таком ключе было неожиданно неприятно. Ай, какой плохой признак… – Я предпочитаю думать о себе как о мужчине, – наконец проговорил Ио. – Хотя на Воде нет таких понятий. – Ты родился на Воде? Ио снова выдержал паузу. Говорить о себе ему не хотелось. Вернее, как… это была не самая подходящая тема для светской беседы, по его мнению. Наконец он проговорил с улыбкой: – Вряд ли высокородному господину интересна такая банальная история, как моя. – А ты можешь звать меня по имени? – голос Роби прозвучал резковато. Ио стало смешно. – А дозволено ли? – Ио… – с легкой угрозой в голосе проговорил Роби. – Что, Роби? – насмешливо отозвался Ио, поднимая брови. – Ты играешь со мной, – это было утверждение. Ио приопустил веки, потом резко взмахнул ресницами, в упор уставившись на Роби. – Разве что чуть-чуть… Он поднялся на ноги, обошел кресло Роби, встал у него за спиной, положил руки ему на плечи и потянул к себе. Роби был как деревянный, даже откинувшись на спинку кресла, и Ио решил, что самое время его немного расслабить. Он принялся расстегивать на Роби одежду. Тот вскинулся: – Что ты делаешь?! – Ничего, что бы тебе не понравилось, – успокоил его Ио. – Хочу, чтобы ты чувствовал себя свободнее. А это сложно сделать, когда застегнут на все пуговицы. Под верхней одеждой, длинным не то плащом, не то платьем из жесткой плотной ткани, которую Ио сначала долго расстегивал, а потом не менее долго снимал, у Роби обнаружилась белая тонкая рубашка. На ней застежек не было – Ио стянул ее с Роби через голову. Потом присел у его ног, чтобы снять длинные, выше колена, сапоги. Теперь Роби сидел перед ним в одних штанах – верхняя часть их, что поднималась выше сапог и прикрывала бедра и живот, была из такой же плотной ткани, что и платье-плащ, а нижняя, скрывающаяся под сапогами – из тонкой, плотно прилегающей. Когда Ио потянулся к ремню, Роби остановил его руки. – Оставь. Ио послушался. Позвонив в колокольчик, он вызвал Эю и велел ей принести набор для омовения ног. Эя притащила, пыхтя от усилий: каменную чашу с приятно шершавым дном, достаточно большую для того, чтобы поставить пару крупных мужских ног, и кувшин, который выглядел как наследие глубокой древности, а на самом деле имел встроенный механизм подогрева. Ио выставил на всякий случай температуру пониже. Он положил в чашу кусок пенящейся соли. Вода зашипела, когда полилась на каменное дно; Ио придвинул чашу к ногам Роби, потом осторожно поместил его ноги одну за другой в чашу. – Не горячо? Ответом ему был вздох. Подняв голову, Ио увидел, что Роби наконец нормально откинулся на спинку кресла, позволяя себе расслабиться. У него было очень красивое тело. Таких Ио не видел ни у землян, которые чаще всего были его клиентами, ни у других рас. Разве что сертяне, но они были мельче и как-то хрупче, что ли. Длинный торс, длинные ноги, красивые мышцы, натянутые, словно канаты, изящество и легкая грация в горделивом развороте плеч. Роби был очень бледен, сквозь белую кожу просвечивали кровеносные сосуды, темно-темно синие, почти черные. На груди у него не было сосков, и это смотрелось странно, но неожиданно красиво. Ио поймал себя на желании провести рукой по этой гладкой белой груди, посмотреть, как будет смотреться на ее фоне его собственная оливково-смуглая рука. – Расскажи мне, – проговорил Роби. – Мне интересна твоя история. Ио чуть слышно вздохнул. – Я родился на Воде, – проговорил он наконец. Проговорив это, он вдруг отчетливо вспомнил дом – бесконечную гладь уходящей во все стороны воды. Ни волн, ни ряби, если только не плеснет у поверхности красно-сине-желтый ий. – У родителя был дом, – продолжил он, справившись с дыханием. – Я не очень хорошо помню. Только воду и ийев… это вид рыбы, они как домашние животные. У нас было три. Они поедают органический мусор и присматривают за детьми. Он чувствовал на себе взгляд Роби. Ио не хотелось рассказывать эту историю, но у него не было другой. Он не любил врать клиентам. – Того, кто зачал меня – отца по-вашему – я не видел. Во всяком случае, не помню. Наверное, он был летчиком или еще что-то в этом роде. Родитель ждал его дома, пока… я так понимаю, отец не сказал, что больше не вернется. Водяне, – он улыбнулся краем рта, горькой улыбкой, не глядя на Роби, – видишь ли, не умеют переставать любить. А земляне могут. Наши… водяне не знали об этом, отсюда столько бед. Он не смог жить даже ради ребенка. Мой родитель. Он умер. После этого меня отправили в специальный приют… есть такой на Воде, но нас там недолго держат. Они не знают, что с нами делать. Мы для них… – Ио задумался, подбирая слово. – Неприличны. Они чаще всего не могут даже смотреть на нас без отвращения. Даже те, что родили нас. И они нас… продают. Роби чуть шевельнулся, и Ио поднял голову. Ильх смотрел на него темными глазами. – Продают своих детей? Ио улыбнулся. – Я не слышал, чтобы родители продавали своих детей. Но если дети остаются одни, то их продают, да. Это сложно понять. Мне кажется, водяне не воспринимают нас как живых существ вообще. – Я видел водян, – в голосе Роби звучал плохо сдерживаемый гнев. – Ты похож на них. Только ростом выше. – Похож? – переспросил Ио. Поднялся на ноги, сделал шаг назад. Одним движением распустил шнуровку на груди и скинул топ с плеч, вторым – развязал пояс юбки, и она упала к ногам. – Похож? – повторил он. – Я не видел водян без одежды, – голос Роби звучал хрипло. Его взгляд скользил вверх и вниз по телу Ио, время от времени мучительным усилием – это было видно – возвращаясь к лицу. – У них нет ничего из этого, – Ио мягко огладил себя по груди, скользнул руками по животу, ниже… – Только раз примерно в сорок пять дней что-то появляется. Тогда они теряют голову и на некоторое время превращаются из замкнутых, холодных, собранных, четких самих себя в нечто несдержанное и страстное. Но лучше делать это за закрытыми дверями или в специально отведенных местах. Они не могут понять, как это – когда желание сжигает тебя все время, что это такое – жаждать прикосновений, ласк, поцелуев, всегда, неизменно, возбуждаться от легкого намека на желание, от взгляда, от мысли… С каждым словом он на шаг приближался к Роби, и когда закончил, стоял уже вплотную, ноги Роби – между его собственных. Ио мягко опустился ему на колени, скользнул промежностью по жесткой ткани и тихонько застонал. Он не притворялся ни на секунду. Еще минут двадцать назад он не хотел спешить, он бы продолжил развлекать Роби разговорами, соблазняя его мягко и ненавязчиво, но вот сейчас он понимал, что возбужден невыносимо, что хочет трахнуться с этим холодным, прекрасным ильхом, который, наверное, так же, как и водяне, не понимает, что такое желание полукровки. Этого никто не понимает. Руки Роби легли ему на поясницу, скользнули на ягодицы, слегка стиснули, когда он крепко прижал Ио к себе. От Роби пахло холодом. Ио жадно втянул его запах, ткнувшись носом в шею, и полез расстегивать ремень на штанах. Руки Роби тем временем шарили по его спине, по ягодицам, по груди… Вопль, не очень громкий, но жалобный, захлебывающийся болью, вырвал Ио из сладкого забытья. Он дернулся, и одновременно с ним дернулся и застыл Роби. – Что… – начал ильх, и в этот момент вопль раздался снова, крик, смешанный со слезами, как будто кого-то пытали. Ио поспешно слез с его колен и кинулся одеваться. Кричали в его доме. Кто-то мучает его работника, и мучает всерьез. В коридор, когда Ио выскочил туда, уже высунулось несколько любопытных полураздетых морд. – Работаем! – резко приказал Ио, пытаясь сообразить, откуда кричали. Где-то совсем рядом… Крик повторился в третий раз, и Ио наконец сообразил, откуда он доносится – из той самой комнаты с занавесью вместо двери, где он накануне обслуживал Макса. Ни секунды не колеблясь, он отдернул занавеску. Он примерно представлял, что увидит, вернее, кого, но к реальному зрелищу оказался не готов. В комнате стоял сильный сладковатый аромат опиума; Ио успел приметить кальян, прежде чем увидел Макса. Тот стоял у кровати, на которой лежал навзничь, наполовину – на нижнюю половину – свесившись с края, один из амазонцев Ио. Макс страшно скалился и держал рукоять меча, острие которого упиралось юноше в промежность. Мгновением спустя Ио, цепенея от ужаса, сообразил, что клинок не упирается – лезвие частично вошло. Вот Макс еще надавил на рукоять, лезвие вошло еще чуть-чуть, и юноша вновь издал этот плачущий крик. – Не дергайся, сучка, или это и правда будет больно, – просвистел Макс. В этот момент за спиной Ио раздался звук, более всего похожий на клекот, его отодвинули с дороги, как занавеску, и Роби вошел в комнату. Он что-то говорил Максу, наверное, по-ильхийски, и голос его грозно клекотал. Макс распрямился, медленно потянул рукоятку, и лезвие вышло. За этим последовал плачущий стон – юноша лежал на кровати, не смея шевельнуться, но его трясло. – А что? – нагло проговорил Макс, явно отвечая на слова Роби. – Это бордель! Здесь шлюхи делают то, что хотят клиенты. Я захотел сунуть этой шлюшке свой клинок в задницу. Я бы сунул другой, и не в задницу, – и он нагло прошелся взглядом по Ио, – но ведь ты ее забрал… – Лучше помолчи, Макс, – в тихом голосе Роби звучал все тот же грозный клекот. Но, кажется, обкуренному Максу уже море было по колено. – А давай спросим у главной шлюшки, – развязно предложил он. – Слышь, полукровочка, – он снова обратил наглый, затуманенный взор на Ио. – Скажи, я же могу делать с твоими шлюхами все, что пожелаю? За спиной Ио толпились, явно жаждая заглянуть в комнату, любопытные. Не оглядываясь, Ио приказал: – Воды, врача и охрану Молла. И работаем. Толпа за спиной начала рассасываться. Ио прошел внутрь, направляясь к кровати. На ильхов он намеренно не смотрел. – Роби, – протянул Макс. – Ты слышал, шлюха хочет сдать меня охране. Роби ничего не ответил. От него фонило злобой и растерянностью. Ио, признаться, тоже не знал толком, что дальше. Макс мог заявить, что он не делал ничего, что было бы в списке ограничений заведения Ио. Это было легко – у Ио, как и у многих других хозяев, не было списка ограничений. Это было рискованно, но привлекало больше клиентов. Гости Молла не любят, когда им на входе выдают длинный список ограничений или начинают беседу со слов «Мы не делаем того-то, того-то и того-то…» Чтобы дать себе время на раздумья, Ио не ответил, склонившись над своим мальчиком. Тот судорожно трясся и всхлипывал в покрывало, по ногам его текла кровь. Одна из девушек, не работающих сегодня, притащила миску с водой и губку и, присев рядом с кроватью, начала осторожно смывать кровь. Задница мальчика представляла собой плачевное зрелище, хотя все было не так страшно, как Ио ждал. С новой волной гнева он подумал, что Макс намеренно выбрал для своего развлечения именно амазонца – существ, более покорных, чем мужчины этой расы, во Вселенной не существовало. Их любили в борделях. Макс тихо клекотал что-то на своем языке, обращаясь к Роби, но тот хранил ледяное молчание, отвернувшись от друга и не сводя глаз с Ио. Тот отметил, что в этот раз Роби своего приятеля не бил. Интересно, почему? Вошла Эя, ведущая врача и охранников. В этой части Молла в охране служили в основном земляне, поэтому Ио крайне удивился, увидев двух огромных – они были выше ильхов – карзефиан. Лицо Роби заледенело. – Что случилось, господин Ио? – вежливо спросил охранник. – Этот высокородный господин, – Ио показал на Макса, – применил оружие к моему сотруднику. Оружие – это было единственное, к чему он мог апеллировать. Никому на Молле не дозволялось никакое оружие, кроме церемониального – для определенных рас. Макс воспользовался не церемониальным оружием. Врач тем временем уже осматривал мальчишку. Он быстро спросил Ио: – Гель используем? Ио кивнул. – Какой меч? – спросил охранник. Ио указал на клинок, лежавший на полу. Охранник поднял его, но тут же положил обратно. – Это одно из лезвий химсы, – проговорил он слегка удивленно. – Это ваша химса? – он повернулся к Максу. – Это моя, – тяжело обронил Роби. Карзефианин поднял голову и уставился на Роби так, словно видел перед собой неизвестно какое чудо. Второй охранник, явно спасая положение, поспешно проговорил: – Я боюсь, мы вынуждены будем задержать этого господина, – он указал на Макса, – за использование холодного оружия на территории Молла. И они оба уставились на Роби, словно ждали от него чего-то. Ио тоже посмотрел на Роби. За спиной стихли всхлипывания мальчика – видимо, врач дал ему обезболивающее. Роби вздохнул. И заговорил по-карзефиански. Он говорил недолго, потом охранники что-то спросили у него, потом один из них повернулся к Ио: – К сожалению, господин Ио, по некоторым ильхийским законам мы не можем задержать этого господина, так как его… – он запнулся, подыскивая слово, потом сказал: – сюзерен берет его под свое правосудие. Однако мы можем предоставить охрану вашему заведению, чтобы… – Я понял, – перебил Ио, в упор глядя на Роби. – Не надо. Извините за беспокойство. Сильно смущенные, оба карзефианина вышли. Роби что-то сказал Максу на своем языке, тот слегка кивнул и тоже вышел, и Ио услышал, как он в коридоре окликает кого-то – видимо, созывает своих. Врач закончил, поднялся и подошел к Ио. – Он сейчас спит. Ему нужно не менее трех дней покоя, – проговорил он. Ио кивнул. – Спасибо, доктор. – Я пришлю счет. Ио кивнул, машинально подумав, что эта фраза – я пришлю счет – типичный ответ жителей Молла на благодарность… Потом ему пришло в голову, что он думает о жителях Молла как о представителях отдельной расы. Потом все эти мысли покинули его – Роби смотрел на него в упор, словно ждал чего-то. Ио встретил его взгляд. – А если твои друзья сейчас все достанут свои мечи и порубят нас, ты тоже возьмешь их под свое правосудие? – Они этого не сделают, – ответил Роби. – Это родовые мечи, их нельзя обнажать для простого убийства. Макс воспользовался моей химсой. Лицо его, когда он говорил это, было совершенно каменное. – А твоей химсой, значит, можно творить такие вещи? – спросил Ио, чувствуя, что в нем поднимается горячая волна гнева – теперь уже на Роби, не на Макса. – Гипотетически, – тяжело ответил Роби. – Химса… это просто оружие. Единственное, оба клинка должны использоваться одновременно… Макс нарушил это… хотя это не строгое правило… – То есть, он два клинка должен был засунуть? – у Ио было такое ощущение, будто в нем что-то кипит. Только годами тренированная выдержка позволяла ему не начать орать на Роби. Тот явно понял это – взгляд его стал страдальческим и почти умоляющим. – Он будет наказан, Ио, обещаю тебе… Ио резко выдохнул, выпрямился во весь рост – его нимало не смущал тот факт, что он не достает Роби макушкой даже до плеча – и проговорил официальным тоном: – Я прошу высокородного господина покинуть мое заведение и более никогда не заходить в него. То же самое относится и к благородным друзьям высокородного господина. – Ио… – начал Роби, но Ио перебил: – Если высокородный господин или его благородные друзья появятся в моем заведении еще раз, мне придется оформить этот запрет официально. У Роби задрожали ноздри. С минуту, не меньше, он зримо боролся с собой, не сводя глаз с Ио, а тот смотрел на него в ответ. Роби отвел глаза первым. – Хорошо, – проговорил он, наклоняясь и поднимая с пола клинок. Пошарил взглядом по комнате, что-то проклекотал себе под нос, и вышел из комнаты, не глянув больше на Ио. Когда он вышел, Ио резко выдохнул, прошел до кровати и опустился на нее. Все это вымотало его чрезвычайно. На мягком ковровом покрытии возле кровати он увидел пятна крови. Ототрутся ли? Если нет – менять покрытие… надо будет записать это на счет проклятых ильхов! И белье на кровати надо перестелить, и покрывало… Бедный мальчик… а еще говорят, амазонские юноши терпеливее некуда… насколько же ему было больно… В комнату ворвался Тим. – Карзы! – заорал он с порога. – У нас тут были карзы! – Это охрана Молла, – бесцветным голосом отозвался Ио. – Охрана?! – Тим едва ли не плевался от бешенства. – Откуда здесь в охране карзы?! На этом уровне?! Да я специально именно тут работаю… – Можно подумать, тебя на более высокие кто-то возьмет, – резко проговорил Ио, поднимаясь на ноги. – Я не знаю, почему на нашем уровне карзы, Тим. Может, они что-то меняют в системе охраны. Я устал. Иди, работай! Почему никто не работает?! Отодвинув Тима, он направился в холл. Похоже, выходка Макса и правда вызвала разброд и шатание в его заведении – работники толпились кучками в холле, клиенты-флотские сидели растерянные и забытые. Пришлось наводить порядок. К тому моменту, как все успокоились, и рабочая ночь вошла в свое привычное русло, Ио был так измочален, что ему хотелось только забраться в ванную, помокнуть там как следует, а потом отправиться в постель. Но надо было доработать ночь.