За ночью приходит рассвет

Аппарель, на взгляд Баки, открывалась слишком медленно, но он уже видел бригаду реаниматологов на низком старте. Не теряя времени, Баки подхватил Брока на руки, и как только щель была достаточной, он просто пригнулся и прыгнул на взлётку. Подбежали врачи, и Баки сдал им Брока с рук на руки, положив на каталку. Теперь оставалось только ждать, но он довёз. Он смог выполнить обещание и привезти Брока живого. Но легче от этого не было, слишком плох тот был. Гектор у каталки оказался одним из первых, растолкал реанимационную бригаду, рявкнув, чтобы ни в коем случае не подпускали второго Рамлоу, он склонился над Броком, проверяя пульс и реакции зрачков. – В джет его обратно! Старк дал добро! – велел он, кивнул замершему в стороне Лео. – Быстро! Готовимся к взлёту. – Господи... – выдохнул Лео и осел бы прямо на взлётку, если бы его не поддерживали под руки двое бойцов. Рядом тут же нарисовался взволнованный Старк, крича техникам, чтобы поторапливались. Каждая минута была на счету. – Координаты! – рявкнул Баки, потому что умеющих пилотировать джет тут было только двое, а способных – он один. Вот и опять он оставляет Лео в одиночестве, не может ничем ему помочь. Сердце сжалось, и Баки позвал. – Лео, иди сюда, быстро, – он понимал, что это не лучшее решение, но так они хотя бы будут рядом, Баки сможет поддержать, успокоить. Он бы и сам хотел, чтобы его кто-нибудь успокоил, но таких не было. – Не поскользнитесь на крови! – добавил он уже всем, кто собирался лететь. – Покомандуй мне тут, – закатил глаза Старк, отпихнул Баки плечом. – Сам поведу. Лео, сладость моя, определяйся – летишь, нет? Конечно, летел, он бы за и джетом пешком кинулся бы. Схватив Баки за руку, Лео потащил его обратно в джет, стараясь не смотреть на залитый кровью пол. Он не чувствовал, как его колотила нервная дрожь, не слышал тихих молитв, срывающихся с губ. – Хуй с тобой, лети, – буркнул Баки вслед Старку, повинуясь Лео. Как только они оказались в джете, Баки усадил Лео в кресло, сам оказываясь рядом. Не он пилот, можно было обнять, прижать к себе, попытаться успокоить, хоть как-то помочь пережить всё то, что сейчас творилось. – Это был Кент, – зачем-то начал рассказывать Баки, – он всех сдал. Я убил его. – Жаль, – не отрывая взгляда от брата, прошептал Лео. – Хотел бы лично его освежевать. Если бы он только мог, если позволили бы, он сидел бы даже не рядом, а взобрался на каталку бы, лёг сверху, чтобы ухом слышать, как бьётся сердце самого любимого человека. – Тони предложил свою клинику, – вновь заговорил Лео. – Там чудо-доктор. За пару дней обещает на ноги поставить... если довезём. Наплевав на всех, да и собственную репутацию тоже, Лео перебрался на колени к Баки, вжался в него, вцепился неверными руками. Баки обнял Лео и принялся поглаживать его по спине, даже не зная, пытается он успокоить его или себя. Потому что тревога и его колотила будь здоров. А ещё он не понимал Старка. Совершенно не понимал, ибо такой альтруизм по отношению к бывшему любовнику, мужику, который тебя ни во что не ставит... Странно это было, но Баки надеялся на светлое чувство Старка к Броку, потому что иначе он чего-нибудь захочет. И захочет такого, чего никто из них не сможет ему дать. – Довезём, обязательно довезём, – заверил Баки Лео, потому что потерять Брока сейчас, когда они уже в лоне цивилизации, когда есть врачи и аппаратура, когда есть всё, чтобы спасти... Баки не хотел даже думать о том, что ничего может не получиться. Думать ни о чём не хотелось. Лео готов был половину своей жизни, а то и всю разом отдать, лишь бы брат дышал сам, улыбался, жил, а не лежал, облепленный датчиками, едва улавливающими слабый пульс. Всё это казалось страшным сном, неправильным, не про них. Только ведь нашли тех, с кем можно быть цельными, не рваться на части. Кого любишь и кто любит так же... В кармане тихо завибрировал телефон, взглянув на экран, Лео побледнел ещё сильнее. – Бак, это Стив. Я не смогу ему сказать. – А я просто не стану, у него ещё дел полно, – сказал Баки и взял трубку, заговорив бодрым голосом. – Стиви, привет. Как твои дела? Сеанс связи и вся фигня, да? – Я на базе, – ответил Стив. – Только прилетел, что у вас произошло? От меня народ шарахается, и никто толком ничего не говорит. – Блядь... – одними губами сказал Баки, но понимал, что теперь скрыть не получится. Стив должен знать, что происходит. – Брок при смерти, Кент сдал группу, их накрыли, его сильно ранили. Мы летим в клинику Старка. Хотелось бы сказать что-то ободряющее, но у него не было ни единого ободряющего слова. Ни для кого, даже для себя. На том конце наступила полная тишина, минуты три Стив молчал, потом сухо сказал: – Высылай координаты, вылетаю следом. Трудно говорить такие вещи, трудно самому сидеть у постели самого родного человека и молиться всем, кто способен услышать, ещё труднее томиться в неведении, узнавать от других, что ты можешь опоздать даже попрощаться. Стиснув зубы до скрипа, Лео обнял Баки, погладил его по волосам. – Он сильный, Бак, Брок выкарабкается. Баки отправлял координаты, как раз когда джет мягко коснулся посадочной площадки и поехала открываться аппарель. Усилием воли он не подпрыгнул сам, удержав на коленях и Лео. Нужно дать врачам сделать своё дело, а потом уже паниковать. Или искать место, где подождать результатов. Нужно дождаться Стива, который будет через полчаса, не позже. Много всего нужно, но первое – поговорить со Старком, чтобы понять, что к чему. Медики выкатили каталку с Броком, тут же поменяли капельницы и быстро скрылись из виду. – Старк, – позвал Баки. – Спасибо. – Что бы ты там себе не надумал, Зимний, – отозвался с места первого пилота Тони, – у меня не так много друзей, чтобы ими разбрасываться. – Тони, – Лео сам сполз с колен Баки. – Правда, спасибо. Мы... – Валите, вас проводят в комнату ожидания и Капитана Невежественность туда же пришлют. И, Лео, поспи хоть немного, ты не краше брата сейчас. – Пойдём, – Баки обнял Лео за плечи и обернулся к Старку. – А с тобой мне нужно кое-что обсудить, но позже. В комнате отдыха Лео сразу же атаковал кофейный аппарат. Попадая мимо кнопок, он выругался, ударил по цифровой панели и понурился. Страх не отпускал, крутил ситуацию так и эдак в голове, подталкивая к мысли, что он многое мог поменять, не пустить брата, пойти вместе с ним, а не вот всё это. Подойдя к Лео, Баки взял его за плечи, на несколько мгновений фиксируя, не давая дёргаться, а потом сам купил ему кофе. Ему тоже было тяжело, но он старался не показывать этого, потому что Лео было в разы хуже. А ещё должен был прилететь Стив, которому тоже будет плохо, поэтому среди них должен был быть хоть кто-то, не льющий слёзы и не истерящий. – Ты сейчас выпьешь кофе, и мы устроимся на том удобном диване, – сказал Баки. – Ты ляжешь, положишь голову мне на колени и закроешь глаза. Спать не обязательно, я просто хочу, чтобы ты так полежал. Договорились? Привалившись к груди Баки, Лео откинул голову ему на плечо, выдохнул, отпустил сам себя, понимая, что двинуться не сможет. – Давай, твори свою магию, Детка, – криво усмехнулся Лео. – Пойдём, – Баки повёл Лео к дивану, посадил на него и уселся рядом. – Пей свой кофе и ложись, а я пока достану свою волшебную палочку. Давай, Лео, тебе нужно отдохнуть, ты не спишь уже вторые сутки, и можешь считать меня эгоистом, но я хочу тебя себе не бледной тенью. Брок не умрёт, мы его довезли, поэтому всё, спи. Ну же, солнышко. Баки взял Лео за подбородок и нежно коснулся губ в невинном поцелуе, потом коснулся скулы, виска, погладил по спине и потянул на себя, чтобы он откинулся хотя бы, пока пьёт кофе. Кофе больше не бодрил, не прояснял разум, наоборот, от каждого глотка голова делалась всё тяжелее и тяжелее, мысли путались, сбивались с намеченного курса. Прикрыв на мгновение глаза, Лео мгновенно вырубился, выпуская стакан из рук. Поймав стакан и отставив его на журнальный столик, Баки уложил Лео, положив голову к себе на колени и уставился в одну точку, поглаживая его по голове и плечу. Мыслей не было. Он тоже вымотался, не физически, физически он бы пробежал ещё кросс в полной выкладке, да и спать он не хотел, хотя не ложился вместе с Лео. Он просто устал переживать за Брока, он хотел какой-нибудь ясности. Три пулевых, потеря крови, сделанная на коленке плевральная пункция... Броку сейчас было хуже всех, но Баки точно знал, что тот не сдастся. А ещё до сих пор горчил на губах его поцелуй с привкусом крови. Баки прикрыл глаза, просто чтобы перестать смотреть в одну точку. – Всё будет хорошо, – тихо, словно молитву, прошептал он. Распахнув дверь, чуть не вынеся её вместе с коробкой, Стив ворвался в комнату отдыха и замер на пороге, едва сдержав голос, чтобы не рявкнуть. Взглядом тут же нашёл Баки и спящего у него на коленях Лео. – Баки, что случилось? Что с Броком? – зашептал он, косясь на бледного словно смерть Лео. – Стив, сядь, а лучше возьми себе кофе, сядь и я тебе всё расскажу, – тихо, но не шёпотом, сказал Баки. Он был уверен, что Лео спит очень крепко. – И пока ты не сядешь, я слова больше не скажу. Который раз в жизни Стиву было по-настоящему страшно, он уже не считал, только знакомый холод прорывался в сердце, затягивая всё нутро колкой ледяной плёнкой. Он был бы и рад выкричаться, ударить что-нибудь, если хоть ненадолго стало бы проще. Но вряд ли вообще возможно, чтобы его попустило. Он снова не успел, где-то просчитался, не остановил и ещё с десяток этих самых «не», и теперь Брок... Выбрав в автомате себе крепкий чай, Стив сел на соседнее кресло. – Бак, говори, пожалуйста. – Кент оказался шпионом «Гидры», – начал Баки и рассказал всё, что случилось с того момента, как Брок не вышел на связь вовремя. Он рассказывал без особых подробностей, так, скорее давал краткий отчёт. Просто чтобы Стив знал. Лео, спящий на коленях, не давал возможности обнять друга, и Баки просто взял его за руку, чуть сжав. – Знаешь, если бы мы опоздали, нам бы уже сказали. Руки Стива дрогнули, он и не заметил, как смял стакан, заливая ладони горячим чаем. Как они не рассмотрели лазутчика? Почему сам Стив не проверил лично всех бойцов Брока? Хотя они же проверяли, всю базу прошерстили в поисках подслушивающих устройств, каждое личное дело рассмотрели под микроскопом и всё равно не заметили. К горлу подкатила тошнота. Беспомощность убивала. В груди поселилось мерзкое чувство предопределённости. Стиву на мгновение показалось, что это всё его вина, если хотите, карма, все люди, кого он любил, страдали и умирали. Сначала всё это скопом валилось на Баки: Аззано, поезд в итальянских Альпах, «Гидра», кома, когда Зимний попался сопротивлению, а теперь Брок. А ведь он совершенно обычный человек, не изменённый сывороткой, без разогнанного всего, хрупкий. – Мы что-нибудь ещё можем сделать? – понурившись, спросил Стив. – Только раздобыть сыворотку и накачать ею по уши наших мужиков, – пожал плечами Баки. – Сейчас Броку помогают врачи, у них это получится лучше, чем у нас. А мы можем только ждать. Он снова погладил Лео, словно тот мог внезапно исчезнуть. Стива трясло. Он так хотел вернуться на базу, обнять Баки с Лео, сграбастать Брока, закинуть себе на плечо, унести в комнату и не выпускать оттуда несколько дней, гладить, любить, наполняться его теплом, снова становиться человечнее. Только рядом с этими людьми он чувствовал себя живым и настоящим, выбирался из сияющих доспехов Капитана Америки. А Брок едва не погиб. Если бы не Баки... Взгляд сам собой съехал на Лео. – Можно? – спросил Стив, не объясняя, что именно он хочет. – Только не буди, – предупредил Баки, уверенный, что ничего плохого Стив Лео точно не сделает. Улыбнувшись одними губами, Стив сполз на пол на колени, коснулся кончиками пальцев подрагивающих даже во сне ладоней Лео, погладил несмело и прижался щекой к его животу, едва сдерживая рвущийся на волю отчаянный крик боли, страха потерять любимого человека и какой-то невозможной веры. Не просыпаясь, Лео вздохнул, немного поерзал, устраиваясь, и, положив ладонь на затылок Стива и погладив его, засопел ещё громче. – Странно, да? Они такие одинаковые внешне и совершенно разные внутри, – задумчиво сказал Баки. – Не кинулись на одного из нас, а каждый выбрал себе своего. Брок меня поцеловал. Он был уверен, что умрёт. А ещё Лео с Броком хотят дом на Гавайях. Белый, светлый и большой. Стив, мы же уложимся в одну ночь, чтобы покончить с этой войной, которая только и делает, что отбирает дорогих нам людей? Открыв один глаз, Стив глянул на Баки. – Проснувшись в этом мире, первым, кого я увидел, был Брок, первый, с кем я заговорил. Он же мне и рассказал о новой реальности, с которой я не хотел иметь ничего общего, потому что в ней нет тебя. – Протянув руку, Стив погладил колено Баки. – Меня напугала Судная ночь, люди, готовые принимать в ней участие, согласное с таким зверством правительство. Но потом появился Зимний, не Баки, а именно Зимний, с отчаянно живыми глазами. В какой-то момент я готов был возблагодарить «Гидру» за то, что она вернула мне тебя. Потом я увидел его, Брока, разглядел и снова испугался твоих слов о поцелуе с ним. Бак, они наши, оба наши, такие, как есть. Мы же тоже странные. – О да, страннее не придумаешь, – хмыкнул Баки, чуть улыбаясь Стиву. – И они наши, в этом ты прав. А мы – их. Почему ты тогда даже не стал со Старком разговаривать? – Потому что побоялся его придушить, если он рот раскроет в сторону братьев. Он касался Брока, словно привык касаться, словно ему можно. – Они были любовниками, Стив, – решил рассказать Баки, потому что скрывать это сейчас было бы даже опасно. Для Старка, которого Стив мог попросту убить. – Давно. Но не поэтому для Брока такие блага, я так думаю. Ведь зачем-то Старк поддерживает сопротивление. Я хочу с ним поговорить, он единственный, кто сможет повлиять на изменение контингента в правительстве, когда мы уберём всех, кого надо. Баки не боялся говорить здесь о подобном, потому что в первую очередь это была клиника Старка, а раз он их сюда притащил, значит, не боялся, что кто-то его сдаст за общение с лидерами сопротивления. Значит, и говорить можно было открыто. – Подожди. – Стив аж голову приподнял с живота Лео, но уложил обратно, стоило тому шевельнуть ладонью. – А почему для поддержки сопротивления Старку нужна причина? Или он не против того ужаса, что творится на улицах? Что-то происходящее плохо укладывалось в голове Стива. Он и так мог сейчас думать только о Броке, с трудом удерживать себя на месте, чтобы не бежать, не узнавать, в какой он палате. А уж Старк совершенно не вписывался в круг его интересов, хотя новость об их с Броком совместном прошлом немного выбивала из колеи и почему-то жутко раздражала. – Я в душу Старку не лез, в голову, кстати, тоже, – Баки погладил Лео по голове, мягко улыбнувшись, но снова посерьёзнел. – У него была жена, она погибла десять лет назад вместе с женой Лео. Вот они и воюют теперь, как могут. Стив, со Старком я сам пообщаюсь, ладно? А то вдруг ты его прибьёшь за что-нибудь. – Так будет и правда лучше, – согласился с ним Стив. – Выясни, что мы за всё это ему должны, не хочу, чтобы он потом с Брока спрашивал. Рядом с Лео и Баки Стиву делалось немного легче, словно они разделяли одну боль на троих и она не так сильно отравляла душу, и верилось, что всё и правда выправится. Он знал, что Брок сильный, видел множество побледневших шрамов на загорелой коже, знал истории почти обо всех и мог только молиться, чтобы и эти шрамы остались только историей, пусть и не самой приятной. – Поработай подушкой, – предложил Баки, – а я пока схожу. Только не вскакивай сразу, как придет врач, чтобы не уронить Лео. Баки аккуратно приподнял любовника и передал его Стиву, предлагая занять своё место. Медленно переложив ладонь Лео ему же на живот, Стив поднялся с пола, отряхнул колени и занял место Баки, стараясь не побеспокоить спящего Лео, погладил его по растрёпанным волосам. – Иди, – одними губами прошептал он. Баки склонился, невесомо поцеловал Лео и, ни секунды не размышляя над тем, что делает, коснулся губами губ Стива в целомудренном поцелуе и ушёл, оставляя его обдумать случившееся.