Will not lead to anything.

— Минерва, могу я задать вопрос? — спросил Дамблдор, моля всех богов, чтобы он оказался прав. — Конечно, Альбус. — ответила ничего не подозревающая Минерва. — Почему… почему Гарри Поттер оказался в приюте Вула? Рот Минервы приоткрылся, но женщина поспешно закрыла его, сжав губы в тонкую линию, а глаза ее расширились. — Может… Его т-туда сдали родственники? — голос женщины предательски дрогнул, но такое поведение от нее можно было бы расценивать по-разному, да вот только Дамблдор был не из глупых. Директор знал, что это ложь. Недавно старик уже задумывался над этим, однако сразу опроверг идею о том, что именно семейка магглов сдала мальчишку в приют: «Дурсли давно находились под Империо, как они могли ослушаться? При этом, когда я посылал туда своих людей из Ордена на следующий день после передачи Гарри, все они говорили, что мальчишки нигде нет. Надо было сразу насторожиться и отнестись к этой новости со всей серьезностью, но я надеялся, что фениксовцы просто не заметили ребенка. Чертов Поттер. Уже сейчас из-за него все может пойти коту под хвост. Ладно, значит, его кто-то забрал сразу после моего ухода. На улице не было людей, а значит… МакГонагалл. Да, точно.» — Нет, это были не они. Гарри исчез в тот же день, как мы его им отдали. Могу ли я… предположить, что это ты отдала его в это ужасное место? — Даже если бы я и отдала Гарри в приют, то только не в этот! Ты слишком плохого мнения обо мне, Альбус! — в сердцах воскликнула Минерва, уже не сдерживая своих эмоций. Она могла отправить Гарри в любой приют, но только не в этот! — Больше некому. Я не виню тебя — такую ошибку мог сделать каждый, Минерва, — обманчиво-ласково, с нотками грусти, проговорил маг. Минерва тяжело вздохнула. Все таки всплыла ее ложь. — Ладно. Это была я, Альбус, и я искренне сожалею, — женщина прикрыла глаза, глубоко вдохнув. Как же она виновата перед мальчиком. Директор печально посмотрел на профессора. Однако за напускным печальным взглядом скрывалось бешенство. Планы рушились на глазах! — Но, как я понимаю, ты все же навестил Гарри? — спустя некоторое время задала вопрос она. — Как мальчик отнесся к тому, что он волшебник? — совершенно искренне заволновалась МакГонагалл. — Нет, я не навестил его, — сказал Дамблдор, вспоминая, как леденеет стекло, покрываясь трещинами. — Думаю, ты сможешь сама пойти за ним. Наш мальчик может быть не готов к тому, чтобы увидеть меня. Анимаг задумалась. Если она согласится, то станет первой, кто расскажет Гарри Поттеру о волшебном мире, станет его проводником в Магический Мир, в Хогвартс, на факультет Гриффиндор, она… Сможет ли она искупить свою вину таким образом? Возможно. А возможно, даже больше. Сможет ли она сделать из Гарри настоящего победителя Волдеморта? Даже если нет, она будет стараться. — Прекрасно. Я пойду за ним. Не подскажете время, Альбус? — Без пятнадцати три. Пойдешь прямо сейчас? — Завтра. Я хочу немного подготовиться. Иду исправлять свои ошибки, — ответила женщина, уже выходя за дверь. Она уже поклялась себе сделать из Мальчика-Который-Выжил истинного героя-гриффиндорца. Дамблдор дождался, пока профессор выйдет за дверь. На губах мага заиграла маниакальная улыбка. Возможно, все не так плохо, как он думал. Возможно, даже лучше. Голубые глаза хитро блеснули. Остается только задать направление, и эта наивная идиотка сделает все за него!

***

— Поттер-с-с. Выглядиш-ш-шь странно-с-с… — Ш-ш-ш-с-с-с… Ты с-с-сама видела того с-с-транного с-с-старика… Т-с-с-сеперь я понимаю, поч-ш-ш-шему никому нельз-с-с-ся доверят-с-с-сь… — Он был с-с-с-десь ради тебя-с-с. Я оглянулся на Скаль и непонимающе вскинул бровь. Я сидел на кровати, облокотившись спиной на стену, и, сам того не понимая, поглаживал «Любовь гика». Змея привычно легла на подушку и ее язык лениво выглядывал изо рта, пробуя воздух. Чешуйчатая в ответ перевела на меня взгляд. — Хот-с-с-с-ел забрат-с-с-сь… Мож-ш-шет в тот с-с-самый… Хогвартс-с-с? Ее хвост медленно покачивался из стороны в сторону, чешуйки блестели и переливались на свету, отражая свет заходящего солнца, и я невольно загляделся на это прекрасное зрелище. — Вс-с-се воз-с-с-можно… Вертикальные зрачки словно заглядывали в мою черную душу. Я в ответ смотрел на ее яркие, нечеловеческие радужки глаз. Интересно, долго ли мы так сидели? Все же моя хладнокровная подруга не выдержала и отвела взгляд, словно хотела что-то сказать, но боялась. Чего? — Ты ис-с-спугал его… Повисла тишина. Странная. Напряженная. Обычно, в наших разговорах такой никогда не было. — Я много кого-с-с-с пугаю… — Поттер-с-с… Помниш-шь, как я говорила-с-с-с о Томе? Как такое забудешь? Редко меня сравнивают с другими. — Да-с-с-с. — Том-с-с… Он родилс-с-ся давно… Оч-ш-ш-шень… Но уж-же тогда этот с-с-с-старик был… И снова тишина. — Кем? –Величайш-ш-шим волш-ш-ебником. Это Альбус-с-с Дамблдор. Манипулятор-с-с… Умеет читат-с-с-сь мыс-с-с-сли… Он прикрываетс-с-ся добром-с-с… Ему ч-ш-што-то от тебя надо-с-с-с… Я смутился. — Ч-ш-што? Змея неопределенно дернула головой. — С-с-смерть. Твоя-с-с-с. Я застыл, не в силах вымолвить хоть слово. — Я долго была-с-с-с в мире волш-шебников. Они говорили много-с-с-с. Они говорили о мальч-ш-шике с-с-со шрамом на лбу-с-с, который убьет т-с-с-семного мага-с-с… Волдеморта. Но я не думаю-с-с-с, что т-с-себе нужно унич-ш-штожить нас-с-стоящего Волдеморта. Я отмер. — Нас-с-стоящего? — Я уверена-с-с, это обман-с-с. Я сжал книгу в руках. Мне не нравилось то, что говорила Скаль, как не нравилась и вся эта ситуация. Кто этот Волдеморт? И почему от него ждут, что он убьет его? — Поч-ш-ш-шему? Змея посмотрела на меня с толикой грусти прошлого в глазах. — Потому-ч-ш-што… Потому-ч-ш-што Волдеморт — это Том-с-с.