Всё сжигаю дотла

      Насколько такое вообще возможно? Около полугода я мог только наблюдать со стороны за самой невероятной девушкой, которую я когда-либо встречал. Около полугода единственное, что мне оставалось — невзначай узнавать у одногруппников, как у неё дела в редакции (приходилось спрашивать и про Кейси, и про Сиерру, чтобы не быть слишком подозрительным, хоть мне и было глубоко плевать на них), приходилось следить за её расписанием, чтобы точно знать, когда я смогу её увидеть, проверять соцсети, в ожидании новых постов. Чёрт, я такой жалкий. Но сейчас она стоит здесь. Прямо передо мной. Бесконечно милая, очевидно стесняясь своего же непривычного образа, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо и готовая провести целый вечер в моей компании. Не только моей, конечно, но о чем-то другом я сейчас думать просто не мог. Бетти с Вероникой неспешно двинулись к нашему столику. Весь интерьер в кафе был буквально пропитан духом нуар, передавая атмосферу пятидесятых годов, и девушки, на удаление, вписывались слишком идеально, словно всё это было каким-то кадром из фильма. — Арчи, познакомься, это Бетти Купер, — остановившись рядом, Лодж подхватила Бетти под руку, выдвигая её чуть вперёд. Бетти, очевидно, хотела чему-то возмутиться Веронике, поворачиваясь к ней, но в итоге решила промолчать, вернувшись к нам. Красивая. — Арчи Эндрюс, очень приятно, — Арчи расплывается в улыбке и смотрит в мою сторону, намекая, чтобы и я представился. Я не сразу сообразил, что от меня требуется, всё ещё не отойдя от столь неожиданного появления Элизабет. Это не сон. Она всё ещё стоит передо мной. Это не грёбанный сон. У меня сейчас сердце из груди вырвется. Это же никто не слышит, да? Опомнился только когда Арчи по-дружески закинул руку мне на плечо, так и не дождавшись от меня нужной реакции. — А это у нас… — Джагхед Джонс, — перебил я его. Нужно взять себя в руки. Не хотелось выглядеть неудачником, который не может даже нормально назвать своё имя. Может ли такое быть, что она помнит меня? Кажется, я даже в этой же своей дурацкой фланелевой рубашке. — Приятно познакомиться, — Бетти мягко улыбнулась, переводя взгляд с Арчи на меня. С меня на Арчи. Пустота. Во взгляде на меня — пустота. Я знал это, я всё понимал, но всё равно глупо позволил себе надеяться. Не помнит. Чёрт, да конечно не помнит, это было очевидно с самого начала. Будто бы я запоминаю каждого с кем однажды сидел в библиотеке. Но чувство лёгкого разочарования все равно незаметно проникло глубоко внутри, что я сразу же пытался подавить. Это уже не важно. Важно то, что у меня может появиться шанс. — Вероника Лодж, — буквально заставляя меня оторваться от Бетти, с уверенным в себе взглядом Вероника протягивает мне свою ладошку. Как-то даже неожиданно. Я почти забыл, что с ней тоже придется контактировать. — Наслышан, — я хмыкнул и пожал руку. Она в ответ довольно усмехнулась. Успокойся, чёрт возьми. Мы все сели на диванчики. — Мы не знаем ваших предпочтений, поэтому не стали рисковать и заказывать что-то заранее, — сказал Эндрюс, открывая меню. Знал бы ты, Арчи, как ты ошибаешься. Я бы мог сказать, что Бетти скорее всего предпочтет ванильный молочный коктейль и что-то вроде клубничного чизкейка. Она довольно часто берёт это на обеденном перерыве в кафе напротив нашего колледжа. Но так или иначе, я просто не мог этого знать. — Всё нормально, вы правильно сделали. Я могу быть довольно привередливой, — Вероника также взяла своё меню, протягивая Бетти второе. — Итак, может расскажете о себе? Единственное, что я знаю, это то, что ты неплохо пишешь песни, Арчи. — Вероника рассказывала мне, но я бы хотела тоже послушать, — воодушевленно подхватила Бетти. Арчи посмеялся, чуть смущённо почесав шею. — У меня всё ещё не так хорошо получается. Песни довольно сыроваты. Скромничает. — Под его песни вешаться хочется, — усмехнувшись, боком глянул на Арчи, — в хорошем смысле. Но они действительно неплохие. — Ну спасибо, друг, — смеётся Эндрюс. Мы часто расходимся во мнениях, я во многом не понимаю его действий или решений, но он мой друг. Точнее, он мой единственный друг и с его поддержкой я понемногу начал расслабляться. — Интересно, — Вероника явно чувствовала себя комфортнее всех нас, — я слышала лишь небольшой отрывок, так что, я заинтересована. В любом случае, ты должен спеть нам с Бетти пару своих песен. Они переглянулись, улыбаясь чему-то своему. — Как скажете, — он даже спорить не стал. Арчи был доволен. Он слишком восхищенно смотрел на Веронику Лодж. Вероника Лодж обратила на него своё дорогостоящее внимание. А Бетти Купер сидит прямо напротив меня. К нам подошёл официант и принял заказ. Каждый назвал что-то своё, Элизабет заказала именно то, что я и думал изначально. Забавно. Не буду отрицать проскользнувшие нотки самодовольства. Пока Арчи с Вероникой продолжали обсуждать тему его музыкальных способностей, я собрался силами. — Бетти, — так приятно даже просто обращаться к ней, — ты ведь работаешь в нашей газете, да? Читал пару твоих статей. Сложил руки на столе перед собой, очень стараясь говорить и выглядеть непринуждённо. Вроде неплохо получается. — Правда? — она удивилась, но было видно, что ей приятно. — Ты знаешь меня? Я улыбнулся уголками губ. Ты даже не представляешь насколько. — Можно сказать и так. У нас в группе много людей из редакции, я примерно знаю, что там у вас творится. Но твои работы довольно талантливы. — Согласна, — вклинилась Вероника, подслушав наш разговор, — я в этом деле не особо разбираюсь. Но то, что я успела прочитать было достаточно.. экспрессивно. — Так неожиданно, — она счастливо улыбнулась, переводя взгляд с Лодж на меня. — Спасибо большое. Бетти на секунду глянула на Арчи, но тот явно не знал, чего добавить. Спорт и музыка, вот что действительно его привлекало. В остальном он плохо разбирался. Но это было определённо хорошее начало долгого вечера. В целом всё прошло немного лучше, чем я сам себя настраивал. Всё изменилось после того, как узнал, что «подругой Вероники Лодж» окажется Бетти. Я до сих пор не представляю, что может быть общего у «идеальной девочки-соседки» и стервозной дамочки из высшего общества. Но, как я понял, по большей части инициатором является Лодж. — Вероника, ты ведь всего пару дней в нашем колледже? Не поймите неправильно, но как вы успели подружиться за такой короткий промежуток времени? — прожевав, спросил Арчи. Я был благодарен за вопрос, ибо самому интересен этот момент, но спросить не решался. — На самом деле, я переехала в общежитие уже около недели назад. И теперь мы соседки, — Вероника, улыбнулась, глянув на Бетти и сделала глоток своего американо. — Мою предыдущую соседку недавно исключили за неуспеваемость. И место было свободным, — добавила Бетти, собирая сливки трубочкой с коктейля. — Мне очень повезло, не думаете? Разве Купер не очаровашка? По опустевшему помещению разлился тихий смех под приглушённые завывания Скотта Маккензи на фоне. Не думал, что такое скажу, но теперь я совсем и не против, что Вероника Лодж появилась в нашей жизни. Кто знает, сколько бы я ещё решался нормально познакомиться с Бетти. Мы много говорили. Больше всех, конечно, было слышно Арчи и Веронику, тот сиял весь вечер, а Вероника в принципе является довольно яркой и подавляющей личностью, но меня всё устраивало. Откровенно, мне было плевать, ведь всё моё внимание было исключительно на Элизабет. На её все тех же робких улыбках в начале и более открытых под конец, на её звонком смехе, на блеске в глазах. Мы много говорили о музыке и кино. Я был приятно удивлён той же заинтересованностью в фильмах Дэвида Финчера. И то, как она по достоинству оценивает творчество Оззи Осборна и Курта Кобейна. В действительности, Бетти смотрела на Арчи намного чаще и порой дольше положенного, но тогда я был слишком счастлив, чтобы это заметить. Я улыбнулся, глядя на новое «Бетти Купер» в контактах и заблокировал телефон.

***

Обещанный концерт был устроен в ближайшее время. Дамы, простучав на маленьких каблучках по нашим скрипучим половицам, заняли свои места на продавленных и насквозь прокуренных матрасах. Выглядели совершенно не к месту. Слишком выделялись своими нежно-розовым свитером и броским жемчугом на фоне тёмных к потолку обшарпанных стен и в принципе скудной обстановки с небольшим творческим беспорядком, чего ещё ждать от мужского корпуса общежития. Арчи, подхватив свою гитару, сел напротив, принявшись настраивать её. Я, не зная куда себя деть, шутливо навёл настольную лампу на его лицо, изображая прожектеры, мою идею не оценили, в итоге спокойно сел на стул, оставаясь на нейтральной стороне. — Арч, мог бы и заранее подготовить всё, — я, зачем-то поправив и так хорошо завязанные шнурки на своих стареньких кедах, разбавил неловкую тишину, пока Бетти и Вероника терпеливо ждали, тихо перешёптываясь между собой. — Да тут быстро, — продолжает настраивать, подкручивая эти винтики на грифе (никогда не интересовался, как они называются), не поднимая на меня головы. Я начал крутить кольца на пальцах от давящей неловкости. Да, я волнуюсь. Обычно я ухожу, когда Арчи приводит своих баб «послушать музыку» к нам в комнату, про себя надеясь, что хотя бы моя кровать остаётся чистой во всех смыслах. Но сейчас совершенно иная ситуация для меня, да и для Арчи, думаю, и я понятия не имею, как нужно себя вести. — Всё хорошо, мы же не торопимся, — Бетти убрала сумку с коленей на пол, очевидно, тоже чувствуя немного скованно, но закусанная губа и едва сдерживаемая улыбка выдавало в ней непонятное для меня радостное предвкушение. Будто в бренчании на гитаре было что-то особенное. Откуда такая заинтересованность? — Верно, мы же сюда развлекаться пришли, — Вероника откинулась на подушки у стены, закидывая ногу на ногу. Вот кто всегда остаётся спокойным, я почти завидую. Эндрюс благодарно улыбнулся и, убрав тюнер обратно в ящик стола, собравшись, наконец запел, прикрывая глаза. Я всегда считал, что у него слишком попсовый голос, но, тем не менее, звучит приятно. Одна из его первых песен, в большей степени про школьную влюбленность в учительницу музыки. Как же её звали? Мисс Мартин или мисс Гартни, уже не помню. Сомнительное было дельце. Но, благодаря той истории, появилась песня, что была одной из его самых слезливых. Интересный выбор, конечно, он редко её играет, уж слишком личная песня была. Я чуть ли дословно знаю весь репертуар, вынужденный постоянно его слушать со времен старшей школы и должного эффекта его песни на меня уже не производят. И не знаю, как Вероника, но Бетти, кажется, слушала с замиранием сердца. Сжав ладони в кулачки на коленях и чуть нахмурив брови, ловила каждое пропетое слово, уверен, проживая всю историю вместе с ним. Арчи умел производить впечатление на девушек, тут уж ничего не скажешь, но от того, насколько внимательна она была, какой у неё был взгляд, в сердце едва заметно кольнуло. Чёртовы слезливые песенки. Оттянув последнюю струну, заканчивая петь, Арчи, немного волнуясь, открыл глаза в ожидании реакции. Лодж сразу же начала активно аплодировать, спустя мгновение, словно очнувшись, подхватила и Бетти. Ей действительно такое нравится? Первой заговорила Вероника: — Арчи, это великолепно! Теперь я могу понять слова про «вешаться хочется», — она мельком глянула в мою сторону, — но это совсем не так. Это было очень чувственно! — Абсолютно поддерживаю. Невероятно, Арчи. Чудесная песня, — Бетти совершенно искренне улыбнулась, смущенно натягивая рукава. Она под впечатлением, я вижу это. — То, что ты сам пишешь такие песни, на самом деле очень круто. — Да, ты хорошо постарался, — мой абсолютно равнодушный тон резко выделялся на фоне восторженных воскликов, но, кажется, этого никто и не заметил. Я же почувствовал себя здесь лишним. Хотя Арчи действительно сегодня хорошо постарался. Даже слишком, ведь это для него обычное дело. Очевидно, все его усилия для Вероники. Не понимаю, чего он так ради неё выделывается. Арчи в принципе довольно любвеобильный парень и надолго один никогда не оставался. Но чаще всего это на него прямо-таки лезли, а тут он сам вдруг что-то делает. Сам пригласил, взял номер телефона, настоял на второй встрече, да и в принципе вёл себя с ней обходительно. Непривычно. В общем-то, все, кроме меня, были в приподнятом настроении и Арчи попросили сыграть ещё. Тот только и рад. Песни пошли поэнергичней, девчонки, не бездействуя, быстро заучивали незамысловатые припевы и начали подпевать, щёлкая пальцами. Я, в попытках всё-таки принять хоть какое-то участие во всеобщем веселье, предложил пива, надеясь хоть таким образом расслабиться. Эту идею поддержали. Мне внезапно закрался корыстный интерес — увидеть подвыпившую Бетти. Как она себя будет вести, может станет более разговорчивой или даже откровенной. Жуткое любопытство пробирало. Я быстро достал с подоконника за шторкой каждому по баночке светлого. С пивом пошло ещё веселее, они глупо шутили и много смеялись. Я же никак не мог насладиться обществом Бетти. Казалось, что вокруг больше ничего не имеет значения, весь мир сократился до этой одной маленькой комнатки и единственное, что важно — её улыбка и небольшие складочки от неё в уголках серо-зелёных глаз. Я откровенно любовался. В какой-то момент Вероника захотела сама попробовать поиграть на гитаре. Она пересела к Арчи, с просьбой научить её, заверяя, что с лёгкостью справится. Я открыл форточку, от того, что в комнате стало слишком душно. Пересев на свою кровать рядом с Бетти, мы стали наблюдать за потугами Лодж, не сдерживая смех от её ругани на совсем неудачных попытках, периодически изображая из себя спортивных комментаторов: «Вы только посмотрите на то, как она зажимает эти струны, это просто невероятно! О нет! Кажется, с непривычки она не может дотянуться мизинцем до нужного лада, что же нам делать в такой непростой ситуации?». В груди разу стало так тепло, когда Бетти поддержала эту глупую затею, включаясь в мою игру:«У нашей команды есть ещё все шансы на победу, если немного поднажать! Что думаете, коллега?» Думаю, что невозможно влюбиться ещё больше, но, кажется, это чувство продолжает возрастать с каждой проведенной вместе секундой. Со временем от свежего воздуха алкоголь немного выветривался из сознания, но я словно всё ещё чувствовал опьянение от общения с Бетти, от наших дурацких шуток, от румянца на её щеках, от того, что она сидит так рядом, буквально протяни руку и коснёшься. Правда всю атмосферу, которую я непроизвольно создал внутри себя, портили отвратительные звуки всего в метре от нас. — Нет же, Ронни, ты не правильно зажимаешь аккорд. Смотри, — Арчи, удивительнейшим образом сохраняя терпение, мягко перехватил гриф, прерывая мои мучения от этой ужасно фальшивой мелодии. Даже для моего непрофессионального слуха фальшивой. Даже не уверен, что это можно назвать мелодией. Однозначно полный провал. Вероника, устало вздохнув, отдала гитару обратно её хозяину. Целый час бесталантного и чуть пьяного бренчания, уверен, не только у меня уже болит голова от этого. — Ладно, я сдаюсь. Признаю, Вероника Лодж хороша не во всём, — смахнула мешающиеся волосы с лица, на удивление спокойно принимая поражение. — Ви, я уверена, немного больше практики и у тебя всё получится, — Бетти, чуть посмеиваясь, пересела на кровать Арчи рядом с Вероникой, утешающе кладя ладонь ей на плечо. Я едва подавил разочарованный выдох. Ушла. Ушла и некая идиллия вдруг пропала. В тот же миг стало казаться, что кровать какая-то слишком большая для меня одного. Каких усилий мне стоило не подавать виду, что я чем-то расстроен. Я прекрасно понимаю, это совершенно ни к чему. — Бетти, ты слишком добра, — поймал её весёлый взгляд и не мог не ответить лёгкой улыбкой, готовый простить ей всё на свете. — Очевидно же, случай безнадёжен, — Арчи хотел возразить, но был прерван Вероникой. — Как бы не хотелось этого признавать, но Джагхед прав, — недовольно цокнула. — Хватит с меня. Би, это просто невозможно и у меня очень болят кончики пальцев. Вам ещё повезло, мальчики, что я не испортила свой маникюр, — она медленно обвела нас своим наманикюренным пальчиком, наигранно угрожающе прищурившись. Я в ответ фыркнул, разваливаясь на своей кровати, на которой до этого мы сидели с Бетти. А Арчи снова в центре женского внимания. Меня всегда более, чем устраивала роль странного друга в старых потёртых джинсах на фоне атлетичного красавчика-музыканта (в школе он был ещё и капитаном футбольной команды, просто сборник клише идеального американского подростка), но сейчас я почувствовал лёгкое раздражение от его идиотского образа хорошего парня. Эндрюс, естественно, не замечая моих изменений в настроении, продолжил наигрывать незатейливую мелодию, пока громко не прозвучали несколько уведомлений подряд в чьем-то телефоне. Вероника, извинившись, достала свой с кармана, заметно меняясь в лице. Но быстро взяв себя в руки, натягивая улыбку, встала с кровати. Вот только от прежнего запала не осталось и следа. — На самом деле, думаю, нам уже пора, — расправляет складки на юбке, выжидающе смотря на Бетти. Бетти выглядела расстроенной, так, словно не хотела уходить. Я обратно сел на кровати, мысленно подбирая слова. Я тоже не хотел, чтобы она уходила. — Верно, — поджав губы, Бетти таки встала следом, потянувшись к сумке, — мне все равно ещё нужно доделать задание на завтра. — Меня тоже ждут кое-какие дела. И я бы хотела заглянуть к матери, если получится, — Вероника выглядела странно без уже привычной уверенности в голосе. Даже интересно стало, что же (и кто) ей написали. — Мы с Джагом можем проводить вас, — Арчи также поднялся, откладывая гитару в сторону. — Вы же в свой корпус пойдете, да? Тут недалеко, конечно, но уже довольно темно. Я медленно поднялся, отбрасывая непонятную обиду на Арчи и внутренне благодаря его за смекалку. Чего это я сам не догадался? — Именно. Ну так, вы согласны? — Было бы здорово, — Бетти вопросительно смотрит на Веронику, перекидывая сумку через плечо. Та быстро просмотрела новое сообщение от неизвестного и удовлетворительно кивнула.

***

Проводив девушек до входа, мы махнули рукой на прощание, договорившись как-нибудь посидеть вместе ещё, и неспешно побрели обратно. Я думал о том, что прощание получилось каким-то скомканным, будто никто не знал, как будет правильнее сейчас себя повести. Пожать руку слишком тупо, а для объятий или даже поцелуев слишком рано. Слишком. Слишком много слишком. В итоге каждый просто пошёл в свою сторону. Хотя, может я был единственным, кого это волнует. Арчи выглядит спокойно довольным. На улице и правда уже прилично темно, на дорогах горят фонари, освещая улицы, но мы решили идти дворами, чтобы сократить путь. И в отличии от тихо насвистывающего Арчи, я себя спокойно почувствовать отчего-то не мог. Дело даже не во времени суток, мы частенько выбираемся ночью погулять. Было стойкое ощущение, будто за тобой кто-то наблюдает. Не выдерживая, я оборачивался периодически, но не видел даже ни одного прохожего. Я убеждал самого себя, что лишь глупая паранойя и во всю ругал себя же, что с триллерами и ужастиками, возможно, нужно на время завязать. И настойчивое самовнушение немного помогало..