Что имеем, не храним, а потерявши... пытаемся вернуть.

Вот знаете, та ситуация, когда видишь своего школьного учителя где-то вне школы и начинаешь понимать, что он такой же человек, как и ты. Так вот, примерно так же в выходные на меня смотрели пятнадцатилетние девчонки из моей группы. Мы встретились в одном торговом центре, и они думали, что я их не замечаю. Я уже думал повернуться и напугать их, но они куда-то убежали. Смешные подростки. В этот же день мне позвонила Женя. Я не знал, выходной у нее или отгул. Попросилась в гости. Я отказать не смог. Пока она залезла в мой шкаф с настольными играми, я поставил жариться курицу и вариться рис. — Как на счет сегодня поиграть в UNO? Я с универа не играла. Я не знаю, как это работает. Она просто уже второй раз приходит ко мне и садится играть в настольные игры. Как призрак какой-то, с установкой в каждое новолуние присутствовать в моей квартире под любым предлогом. — Почему ты приходишь именно ко мне, а? — Потому что ты не спрашиваешь, почему я такая грустная, потому что парни такого обычно не замечают. — А ты грустная? — Ну вот, о чем и речь. Да, я грустная. И ты по этому поводу мог бы не допытываться. Ты же нам так и не сказал, что с тобой. Мне стало немного неуютно. — Ну, чего тупишь? Ходи, давай, UNO. — Максим Альбертович? Это было на занятии и нынешних пятиклашек. У них был пятиминутный перерыв между разминкой и остальным. Катя Сорьева, пока что подающая большие надежды, хотела что-то спросить. — Максим Альбертович, а когда мы поедем куда-нибудь выступать? — Начнем со следующего года. Я вам танец придумаю, поставлю, следующей весной, может, и выберемся куда. Народ начал обсуждать внезапно вброшенную новость, а я усмехнулся про себя. Со старшей группой мы договорились в этом году уже ничего не делать такого серьезного, у них девятый класс, экзамены. С восьмыми классами был уговор на упорные занятия летом и выступление где-нибудь в конце осени. Потом им тоже к экзаменам готовиться надо будет. Седьмой класс сам никуда не захотел. Как-то я даже испугался их дружного «нет!», на мое предложение выбраться куда-то. С нынешним шестым мы летом ездили в Сочи, сейчас они на отдыхе, назовем это так. Вот, теперь пятый класс доматывается. Чувствую, следующий год будет веселым, раз в этом такая лафа выдалась. Насколько мне известно, девочки их тоже куда-то таскают. Так, по мелочи. А от меня, видимо, ждут туров по России. Да-да, мужик в женском коллективе. Хотя, я бы предпочел называться юношей. Не такой уж я крепкий на вид, чтобы называться мужиком. — С наступающими, Максимыч, — мимо меня проскакала Лиза. — Что? С какими наступающими? — девушка затормозила и повернулась ко мне лицом. — Ты точно не заболел? Счет времени теряешь. Сходи, проверься, а? Я серьезно, мне за тебя уже страшно… надеюсь, это не из-за меня… — она потупилась. — Да нет, конечно. Ты вообще тут не при чем, с чего ты в голову взяла… а что за наступающие в итоге-то? — С тридцатым апреля, Максимыч, — на лице у Лизы были выражены плохо скрываемый смех и сочувствие. — Сходи, на праздниках проверься. Может тебе солнца не хватает или еще чего, а то вон бледный какой. Отпуск возьми, в конце концов. С прошлого июля в отпуске не был. Переутомился, бедный. Ладно, лечись на праздниках, друг мой. До шестого, — девушка махнула мне рукой и вышла из здания. Я посмотрел число в телефоне. Тридцатое апреля. Когда успело? — Ждешь кого-то? — это была Юля. — А? Да нет, никого. А ты? — Нет, никого не жду… Ладно, пойду я. Я кивнул ей и сел на диван в холле. Черт, а ведь уже практически светло в девять. Ну уж это можно было заметить. Ладно, пальто у меня одно на все времена года, но быть настолько невнимательным. О чем ты думаешь, Максим? Сосредоточься на мире снаружи, а не внутри, иначе на тебя повалятся проблемы. Я накинул пальто и с тяжелым вздохом вышел на улицу. Там стояла Юля и, видимо, ждала такси. Она повернулась на шорохи. — Максим! — это было громко, и я даже вздрогнул. Я оторвался от телефона и посмотрел на девушку. Она опустила взгляд в пол и ковыряла носком ботинка дорожку. — Да? Что-то случилось? — Да, — твердо произнесла та и подняла голову. — Я хочу кое-что тебе сказать. — Ну, говори, — мне стало немного страшновато, но интересно. Что может сказать мне Юля, с которой я ни разу даже не общался толком? — Я хочу тебе сказать, что… — девушка как будто сжималась все сильнее с каждым словом. Потом резко распрямилась во весь крохотный рост и выпалила на всю улицу, — Ты мне нравишься! — и затихла, смотря мне в глаза. Я поперхнулся воздухом, пытаясь понять, что сейчас произошло. Сердце билось как бешенное. Да уж, не каждый день тебе вот так вот признаются. Мне так вообще в первый раз. Мы стояли, оба красные, и мне надо было что-то сказать. — Юль, — я решил начать издалека, — это довольно неожиданно. — Я знаю, — тихо ответила та. — Я как-то даже не думал, что такое мне скажешь ты. Мы же не так и хорошо знакомы с тобой, чтобы… — я замялся. — Просто скажи мне «да» или «нет»? — Что «да или нет?»? — Ты будешь со мной встречаться?! — она снова сорвалась на крик и снова затихла. — Юль, ну… мы же не так хорошо знаем друг друга и… — подъехало Юлино такси. — Да, я поняла, хорошо, извини, — в ее глазах блеснули слезы, голос сломался и она пулей залетела на заднее сиденье. — Юль, стой! Юль! Но она уже уехала. Я остался стоять на дорожке, ведущей к студии и смотреть ей вслед. Боже, ну за что мне это все, а?! Дома меня ждали кот и… да, наверное, пора. Я достал с верхней полки бутылку вина, которую купил на новогодних праздниках на случай, если захочется выпить с Андреем. Ну что ж, теперь я буду пить с котом с таким же именем. Он, кстати, на него уже отзывается. Нет, ну Юля. Юля! Я бы понял, если бы Женя или Ира. Мы с ними хорошо общаемся, Ира даже ночевала у меня пару раз. Но Юля. Я же ее не знаю. Какая у нее фамилия хоть? По каким дням у нее выходные? Что у нее в жизни творится? Ничего же не знаю. Да и она обо мне знает мало что, и вот, влюбилась, дурашка. Я же не могу вот так вот наобум взять и согласиться. Я вообще считаю, что все отношения начинаются с дружбы. Мы же и с Лизой дружили, теперь, правда, меньше общаемся, но я надеюсь, что к осени наше общение опять наладится. А теперь же с Юлей и не подружишься. Она дружить не захочет… как же это все сложно. Вот та же Марина. У них в группе же все просто. Мой, твой, ничей, вот и разобрались. А тут, блин, лабиринт чувств и эмоций. Я сам не знаю, что творится у меня на душе. Лиза вообще сказала, что я болею. И чем же я, по ее мнению болею? Недосыпом? Скорее всего это было просто абстрактное высказывание с ее стороны, мол, плохо выгляжу. По-моему, в каком бы состоянии не были наши девочки, они выглядят прекрасно, хоть у нас и запрещено пользоваться косметикой. Хотя, Женя же сказала, что я ничего не замечаю. Вот и Юлю не заметил… сколько еще простых вещей и намеков неподвластны моему разуму? Люди, пожалуйста, говорите мне прямо, я же так не понимаю. Я налил вино в кружку, за неимением бокалов. Кощунство, но за бокалами я сейчас в магазин не побегу. После первой кружки захотелось позвонить Ире или Жене, после второй Оле, после третьей Юле и все ей нормально объяснить, а после четвертой…захотелось позвонить Андрею. Захотелось услышать этот голос, тяжелые вздохи всякий раз, когда что-то идет не по плану, тихий шепот, когда Инна засыпает в машине по пути домой, возгласы возмущения, каждый раз, когда я отказываюсь брать деньги за свою «работу»… зачем ты уехал, паскуда ты эдакая? Я же тут без тебя сопьюсь. Я бы позвонил ему, если бы нашел телефон. Я бы сказал ему, чтобы он возвращался, если бы отыскал номер в телефонной книжке. Я бы сказал ему, что он полный идиот, раз продал квартиру, если бы нажал на нужную кнопку. Я бы сказал ему, что… если бы не нажал на красный значок в последний момент. Потому что я не знаю, что я хочу ему сказать. Хочу же что-то, но не знаю, что. Точнее знаю, но как это сформулировать? Так, давай попробуем. Сядь ровно, спину выпрями, закрой глаза и просто попробуй сказать это, обращаясь к Андрею. — Я… — так, уже неплохо, местоимение. Дальше будет сложнее, но ты не сдавайся, — …тебя…- так, ну и что же может быть связано со словом «тебя»? Это, вроде бы, тоже местоимение. Ненавижу, жду, презираю… или… нет. Другая форма. Там должно быть «по тебе», а потом скучаю. Да, определенно, но звучит это по-женски. Надо выспаться и завтра сформулировать это так, чтобы звучало прилично. Спокойной ночи. Шестого числа Юля пронеслась мимо меня с бешеной скоростью и чуть не сбила с ног. Я еле успел отскочить. — Таки она призналась? — за моей спиной стояла Оля. Она всегда умудряется появляться незаметно, даже с ее ростом. — Ну да, ты же всегда в курсе подобных ситуаций, как я мог забыть? — я вздохнул и повернулся к Оле лицом. — И что мне теперь с этим делать, может, подскажешь? — Скажи ей правду. — Какую? — Что ты любишь другого человека и просто не можешь… — Так, стоп, что? — я завис. Какого другого человека я люблю? — Ну, — Оля усмехнулась, — ты хоть сам себя не обманывай. Видно же по тебе все, — она внезапно взяла меня за щеки, как в последний раз делала моя тетя, когда мне было восемь. Я отшатнулся, не ожидая такого прилива эмоций. — От того и болеешь, — продолжила Оля обычным тоном, — бледнеешь, наверняка, ешь плохо, не спишь. Это же все биология. — Во-первых не бледнею, во-вторых ем нормально, в-третьих сплю тоже нормально, в-четвертых никого я не обманываю, в-пятых, что мне делать с Юлей, ты мне скажешь или нет? — Я сказала. Дальше уже твое дело. Но ты действительно плохо выглядишь еще с марта, возьми отпуск. Праздников тебе не хватит. Оля ушла, а я мысленно послал всех их к черту. Я сам решу, влюблен ли я, нужен ли мне отпуск и много что другое. Помогите с тем конкретным, о чем я вас прошу. Тьфу, блин. Ну и в кого же я влюблен? В Лизу? Женю? Олю? Иру? По ходу вообще в Андрея, ага. Очень смешно. — Если ты не возьмешь себе отпуск, то я возьму его себе, чтобы ты тут помер! — Да пожалуйста! — Ну спасибо, удружил! Лиза подвезла меня на своем железном коне до подъезда. А сейчас мы стоим и сремся, потому что я, видите ли, скоро копыта отброшу, если в мае не посижу дома после праздников. Мое дело, сдохну или нет! Имею полное право решать сам! — Правильно Оля говорит, у влюбленных мозг отказывает! — и уехала. Я что было сил, крикнул ей вслед: «Да не влюбленный я!». Очевидно, это было так громко, что бабушки у соседнего дома подскочили на лавочках. Я был бы абсолютно здоров, если бы каждый из моего окружения не пытался меня довести до белого каления. Боже, мне стоит брать отпуск чисто за тем, чтобы они все от меня отстали. Влюбился, плохо выглядишь, чего нервный такой. Я так устал от этого. За последние пару недель они умудрились меня по-настоящему достать, чего раньше не случалось от слова «совсем». Очевидно, именно этим они пытаются выкурить меня на отдых. Что, ж, у них получилось. Лиза от смеха помрет, когда узнает, что я все-таки согласен на отпуск.