Что имеем, не храним, а потерявши... пытаемся вернуть.

— Ты бы хоть намекнул бы тогда, что я тебе нравлюсь. — Ооооо, я намекал, просто ты этого в упор не замечал. Это было вечером в воскресенье. Мы с Андреем сидели на кухне, а Инна играла в комнате. Я проспал всю субботу и проснулся только сегодня утром. Наверное, это стресс. — Ну извините. Очевидно, такие вещи мне неподвластны. Ну, а даже если бы я заметил, то я бы тебе ничего не сказал, потому что тогда еще не знал, что ты мне нравишься. Мог ли я представить себе в сентябре, что через девять месяцев буду сидеть вот так с Андреем и обсуждать подобные вещи? Я тогда еще и вовсе по Лизе сокрушался, а сейчас уже вон оно как. Влюблен, любим и все сопутствующее. Я прислонился к плечу Андрея, который сидел на соседнем стуле. Теперь нам будет еще сложней, ведь мы друг к другу привязаны, и мне уехать через неделю будет очень сложно, потому что не смогу же каждые выходные ездить сюда? Пока приедешь, уже обратно будет пора. А видеться хочется. Ладно, существует скайп и остальные мессенджеры. Как-нибудь разберемся. А пока у меня есть еще целая неделя. Пускай Андрей в будни до вечера будет на работе, но я уверен, что нам будет хватать и вечера. А Инна ходить в школу больше не будет — каникулы. — Ну что ты такой грустный? — спросил Андрей, приобнимая меня за талию. — Нет. Все хорошо. Просто нервы еще до конца не успокоились. Как же с тобой сложно, — усмехнулся я. — Полностью солидарен, как же с тобой сложно, — ответил мне Андрей. — Ой, да иди ты. Следующее воскресенье, раннее утро, мы стоим в аэропорту втроем. Я, Андрей, Инна. Малая держит Андрея за руку и, кажется, вот-вот уснет. — Прилетишь — напиши, — напутствует Андрей, пытаясь привести дочку в чувства. — И когда только сядешь в самолет — тоже напиши. — Хорошо, везде отпишусь. Инн, пока. — М? Пока… — ребенок спит в одном ботинке и вряд ли понимает, что происходит. — Мы приедем через две недели и… — Стоп, приедете? Куда приедете? — К тебе приедем. Я завис. Они возвращаются. Но как? Куда? Где они будут жить, и почему я снова узнаю об этом в самую последнюю очередь? — Вечно ты говоришь мне все в самый последний момент, — возмутился я. А потом осмотрелся кругом, и пока никто не видит, чмокнул Андрея в губы. — Увидимся. — Иди уже, опоздаешь, скоро посадка начнется, — улыбнулся Андрей. — Да-да, уже бегу. До встречи. — Лиз, когда можно будет кота забрать? — А? Кота? Да хоть щас забирай этого паршивца, видеть его больше не могу. Я приехал домой. Знаете, теперь тут казалось совсем не так одиноко, как раньше. Даже без кота тут намного уютней, чем было, когда я уезжал. Тут теперь просто спокойно и тихо. И пыли накопилось. Решил позвонить Лизе и забрать жирную морду. — А что так? — Алена любит его больше, чем меня, — обиженно пробубнила та и повесила трубку. Я заржал в голос. Несчастная, обиженная судьбой девушка, никто ее не любит, ужас какой. Алена отдавать кота не хотела. Лиза сказала ей, что они могут завести такого же, если ей так приспичило, и девушка успокоилась. Лиза помогла мне затолкать кота в переноску и отдала остатки корма и игрушки. — Ну как съездил? — поинтересовалась та, провожая меня у двери. — Прекрасно. Но повторять не хочу. — Все плохо? — кажется, она сама расстроилась. Все-таки девушка она такая, за других волнуется, есть такое. — Нет, все слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Точно? — Ты меня больше не интересуешь, не волнуйся, — Лиза закатила глаза и выставила меня из квартиры. Я только посмеялся. Орущее недоразумение было выпущено на волю, как только мы с ним дошли до дома. Он тут же забился под диван. Будем приучать его к дому по второму кругу. Сейчас надо прибраться, побросать грязные вещи в стирку, убрать документы и на этом бурную деятельность можно заканчивать. А уже ближе к ночи я лег спать и почувствовал, что в постели как-то слишком пусто и холодно. Последнюю неделю мы с Андреем спали на одной кровати, и мне стало привычно просыпаться каждое утро под звук его будильника, а потом снова засыпать, когда он шептал нам с Инной «спите», и, не знаю как Инна, а я засыпал. А теперь снова на работу. Не хочу. Хотя, там дети. Большинство наверняка скучает, да и мне, на самом деле, хочется снова заняться любимым делом. Кот пришел ко мне, когда я уже засыпал. Ну, хоть какое-то тепло под боком, что сказать? — О, доброе утро. Ну как у нас с выздоровлением? На лицо как минимум все шикарно. — Спасибо, Оль, подбодрила. Ты чего так рано? — Я тоже на неделю в отпуск уходила, пришла разгребаться. А теперь расскажи мне что-нибудь интересное. Как погодка в Новосибирске? — О боже, ты следишь за мной, откуда ты знаешь город? — У тебя на холодильнике висела бумажка. Ты на нее периодически смотрел. Имею право предположить, что это бумажка с тем самым адресом. Ну, а если серьезно, то как? — Я теперь человек в отношениях, Оля, у меня нет времени на эту ерунду, — занудным голосом произнес я, и Оля рассмеялась. — Ну, и, слава богу. Совет да любовь, как говорится. А теперь я пойду к начальству, советую сходить со мной, потому что нас обоих не было дольше, чем один день, а это чревато. Дети, как я и ожидал, мне очень обрадовались, а некоторые даже стали жаловаться на Лизу, что она такая вредная и кричит на них. Разбалованные они у меня, это их еще линейками не били. И вот обеденный перерыв. Все собрались в холле, попить чаю и просто поболтать, как-никак меня и Оли давно не было. Лиза с Женей ныли, как им тяжело было работать одним. Пришлось напомнить первой, что именно она заставляла меня взять отпуск. И пока Ира с Олей продолжали выслушивать Женю, а Лизе кто-то позвонил, Юля тихонечко присела на один из диванчиков и уставилась в одну точку. Я присел с ней рядом, захотелось поговорить. — Юль? — Да? — девушка сжалась. Мне стало ее по-настоящему жалко. — Ты прости меня, что я тогда тебе все нормально не объяснил. У меня просто есть уже любимый человек, понимаешь? — Да знаю я, — отмахнулась та, — мне Оля уже сказала. — А Оля имен не называла? — как-то мне стало страшновато. Она ведь и проболтаться могла, и тогда пиши пропало. — Нет, а что? — удивилась Юля. — Это важно? — Да нет, не важно. Просто интересуюсь. Потреплю я с вами еще нервы, девочки, ой, потреплю. Что не день, то случай. С каждой по отдельности. Но, хотя бы весело. Не соскучишься. — Максим, как насчет в воскресенье во что-нибудь сыграть? — мимо нас с Юлей прошла Женя и села на соседний диван. — Да, можно, хорошо… — мне в голову пришла мысль. Андрей же возвращается с Инной. С ребенком. Ребенку как минимум нужна кровать. — О боже. — Что-то случилось? — рядом с Женей села Оля и внимательно посмотрела на меня. — А ну говори, не держи в себе. — Мне за две недели надо сделать детскую комнату, такой ответ тебя устроит? — и я умчался в кабинет, чтобы просмотреть весь сайт икеи за сегодня-завтра. Вслед мне понеслось лишь Лизино удивленное «Детскую?! Какую еще детскую?!», но было не до этого. Вечером по скайпу позвонила малая. Она сидела на кухне и говорила очень тихо. Очевидно, Андрей уже спал. Ну да. Все-таки звонит она мне пол десятого, а у них там и вовсе пол второго. Я немножко поболтал с ней и погнал спать. Пускай и каникулы, но детям ночью надо спать. — Да, все, давай. Скоро увидимся. Иди спать, чудовище. Инна отключилась, и я, улыбаясь, продолжил ехать в такси. — Дочка? — спросил меня водитель. Я, честно, не знаю, зачем и почему, но именно в тот момент мне очень захотелось ответить простое человеческое «да». — Ооо, перестройки. Это хорошо. Я так понимаю, что танцевальной комнаты можно не ждать? — спросила Женя, в воскресенье заходя в мою скромную обитель. Она оглядела коридор, заставленный коробками, и проскользнула в третью комнату, где уже стоял письменный стол, и в полусобранном виде была кровать. Затраты немаленькие, но для ребенка чего только не сделаешь. Для нее не жалко. Ничего не жалко. — Ну, так уж получилось. Во что играть будем? — Давай просто поговорим? — Поговорим о том, о чем раньше ты говорить не хотела? — усмехнулся я, провожая Женю в гостиную. — Да, примерно об этом. У всех дела сердечные, а у меня дружеские. Выслушаешь? — я кивнул. — Раньше я думала, что это люди не хотят дружить со мной, а потом я поняла, что это я не хочу дружить ни с кем. И вот спустя годы размышлений я пытаюсь наладить контакты со всеми вами. Я имею в виду тебя и девочек, но вас слишком много. Поэтому хочу спросить, с кем мне дружить, а с кем общаться? — Дружи с Олей, это самый надежный вариант. — Я думала, ты скажешь дружить с тобой, но ладно. Спасибо, товарищ. Как думаешь, мы сможем нормально поиграть в Монополию вдвоем?.. Чудные, странные и такие неожиданные девушки. Если Инна вырастет такой же — я повешусь. Мы с Андреем повесимся. Умрем в один день, как говорится. Я поставил в комнате девочки все самое необходимое. Кровать, стол, шкафы, комод. Пока этого хватит. Потом разберемся. — Когда вы там уже? — мне захотелось позвонить им в следующую субботу. Они обещали через две недели, может, чуть позже. — Завтра с утра выезжаем, в среду будем, — ответил Андрей, пока Инна за его спиной махала мне обеими руками. — И где же вы собираетесь жить, когда приедете? Ты же, придурок, квартиру продал, — попенял я. — А разве не у тебя? — удивилась Инна. — Конечно, у меня, куда вы денетесь? Это был риторический вопрос. Я тебе уже, малая, и комнату сделал. — Комнату? Отдельную? — ребенок был в восторге. — Отдельную комнату? И сколько я тебе за это должен? — засуетился Андрей. — Ой, что-то связь плохо ловит. Совсем ничего не слышу, до среды. Последним, что я услышал было тихое «засранец». Надеюсь, он об этом не вспомнит, когда приедет, но, хотя, это же Андрей. Ему, очевидно, деньги девать некуда. В среду в семь ко мне в кабинет постучались. Это была Оля. Она улыбалась, как сумасшедшая. Мне даже стало страшно. — Там ребенок по твою душу, — сказала она и ушла. В коридоре на диванчике сидела Инна и разговаривала с ребятами из своей старой группы, которые пришли на народные. — А ты не пойдешь заниматься? — спросила у нее подружка. — Нет, у меня формы с собой нет, — радостно ответила Инна, а детишки убежали. Их позвала Оля. Девчушка заметила меня. — Максим! Папа сейчас отъехал, но сказал, что в девять за нами заедет. — Прекрасно, а сейчас пошли со мной, посидишь в зале в уголке, у меня занятия. Лиза, сидевшая все это время в дальнем конце коридора, смотрела на нас во все глаза и выпустила из рук стаканчик с чаем. Слава богу, уже остывшим. Мои четырнадцатилетние ребята удивились маленькой девочке без формы, играющей в мой телефон в углу, но поинтересоваться подошли только после занятия. — А ты дочка Максима Альбертовича? Инна задумалась. Думала секунд тридцать и испуганно ответила: — Я не знаю… Я усмехнулся. Забавные дети. — Максим? — спросила меня Инна, когда мы с ней выходили из зала. — Максим, а я тебе дочка? — Дочка-дочка, не волнуйся. — А ты как мама? — обрадовалась малая. — Скорее, как второй папа, — прыснул я. Кто-кто, а Инна своей непосредственностью вгонит в краску любого. — Значит… у меня два папы, — малая начала считать на пальцах, а потом воззрилась на меня, — а разве так бывает? — Иногда бывает, пошли, Андрей звонит. Мы ехали в машине и о чем-то переговаривались. Я не помню, о чем. Инна щебетала о том, как с друзьями встретилась, я спрашивал у Андрея, как доехали. И вот мы поднимаемся на восьмой этаж и заходим в квартиру. Инна разувается и бежит смотреть свою новую комнату. Оттуда тут же вылетает кот. — Ты его хоть как-нибудь назвал, в конце концов? — А? Кота? Даааа… Тишка. — Очень оригинально, — протянул Андрей и начал затаскивать сумки с лестничной клетки в коридор. Кот посмотрел на меня, как на больного, а я одним взглядом дал понять, что придется привыкать к новому имени. — И все-таки по поводу комнаты, — не унимался Андрей, разглядывая так называемый интерьер. — Успокойся. Поскольку у нас теперь будет общий бюджет, то я еще не раз стырю у тебя деньги, поверь, — я чмокнул Андрея в губы и повез один из чемоданов в теперь уже нашу комнату.

Добро пожаловать домой.

The end