Загнанный волк

Стеклянными, безжизненными глазами она смотрела вверх. Санса лежала ни живая, ни мёртвая и, лишь только иногда не сдерживаясь, она тихо-тихо всхлипывала. От бастардова запаха её воротило, но северянка и виду не смела показывать, лишь только сильнее зажмуривалась, представляя, что это всё происходит не сейчас и не с ней. Но с каждой такой несчастной попыткой её боль лишь увеличивалась, а ненависть и злоба разрастались. Рамси вколачивался в неё с особым остервенением и, оставляя на её белоснежнейшей коже очередной укус, довольно осматривал свою жену. Он всегда считал её слабой девчонкой, что привыкла получать от жизни всё, чего только её душа пожелает, а таких людей он никогда не любил и не жалел, от того и с животным остервенением наблюдал за её горькими слезами, что оставляли следы на простынях.  — Помойся и приведи себя в порядок, как и полагается леди, — застёгивая ремень, выдал Рамси, наблюдая за тем как Санса пытается укрыться под пушистыми шкурами, в надежде спрятаться от пронзительных глаз бастарда, который вновь надругался над ней, вновь указав ей, что она здесь никто. Время, когда Север был во власти Волков, пришло к концу. Ныне ободранный человек — властитель и хозяин этих мест.  — Сегодня тебя ожидает сюрприз, любовь моя, — опустившись на господскую кровать, Рамси аккуратно погладил девушку по лицу и, наклонившись, оставил мягкий поцелуй на искусанных губах, — тебе он должен понравится… Его весёлый голосок не внушал ничего хорошего и, едва сдерживаясь, чтобы не закричать, Санса отвернулась и зажмурилась так сильно, что в глазах сияли разноцветные огоньки. Это всё не по-настоящему, это всё нереально… — шептал ей голосок в голове, когда послышался щелчок замочной скважины. Он ушёл. Опять оставил её, опустошённую, с чувством отвращения к себе и к жизни, с чувством животного страха и ненависти, что росли и заполняли её душу, очерняя. Оставил, подарив ей боль и вкус пепла, от ранее сгинувшего счастья и любви, что царила здесь когда-то давным-давно.

***

 — У вас замечательная кожа, миледи, — если бы немолодая женщина, что прислуживала Болтонам ключницей, не была почти слепа, Санса решила бы, что Рамси специально прислал её, чтобы поглумится. Всё тело Старк было усеяно кровавым подтёками-укусами и фиолетово-зелёными синяками, но лишь там, где плотные платья закрывали некогда бархатную алебастровую кожу от посторонних глаз. Болтон никогда не бил её по лицу, он считал её красивой и, наслаждаясь этой красотой, оставлял свои отметины намного ниже: ключицах и плечах, руках и бёдрах… Он брал её силой каждую ночь, помечая её, как свою вещь.  — Моя кожа превратилась в фарфор, в слоновую кость, — голос её был пустым и тихим, отчего казалось, будто она сейчас заплачет, но это было не так, — в сталь… Я Санса Старк, я должна быть сильной, должна, — шёпот сорвался и голова её погрузилась в тёплую воду. Ты больше не Старк. Больше не дочь благородных волков… Она закричала пронзительно громко и, вынырнув, судорожно задышала. Сердце её колотилось как бешенное, а глаза щипало от слёз. Она ощущала себя беспомощной куклой, которой всё так привыкли играть и помыкать. Даже в собственном доме она была леди в башне, в которой она так и просидит всю жизнь до своего последнего часа.

***

Старая служанка сильно затягивала атласные ленты корсета, тем временем как Санса молча стояла, смотрясь в зеркало. Она ненавидела и презирала то, что видела в его отражении. Красные распухшие от слёз глаза цвета неба, которые смотрели на всё вокруг с подозрением, в ожидании худшего. Она смотрела на искусанные губы и вспоминала как Рамси Болтон брал её силой прошлой ночью и сегодняшним утром, думала как будет он брать её и этой. Тошнота сама подкатывала к горлу при воспоминании об этом бастарде, который забрал у неё всё, что она имела. Он явился в её жизнь непрошенным гостем и, заявив на неё свои права, забрал у неё достоинство, честь и гордость в обмен на унижение, боль и позорный титул своей леди.  — Леди Болтон, Вас ожидают… Худая служанка вела её по мрачным коридорам замка, неуверенно смотря на ту, что когда-то звали Сансой Старк. С трудом можно было сказать, что это бедное создание, которое еле-еле волочило за собой ноги, было старшей дочерью Эддарда и Кейтелин Старк. Она шла, ожидая, худшего, и что-то ей подсказывало, что Рамси Болтон подойдёт к своему наказанию со всей изощрённостью.Ведь, зная больного ублюдка Руссе, на ум приходили все возможные и наихудшие картинки того, что он с ней сотворит. И так, проходя коридор за коридором, Санса Старк приближалась к тому на чьих руках лежала кровь Старков, кому было предначертано истребить весь её род.  — Любовь моя, я уж было начал скучать по тебе, — он вцепился в её тонкие руки, словно коршун и, жадно осматривая её с ног до головы, становился всё ближе и ближе, — по нам, — его голос противно отдавался в её голове гулким эхом и, пытаясь сдерживать себя, смотрела в сторону лишь бы не на него, куда угодно, только не на него, — по нашим ночам… Её сердце колотилось с бешенной скоростью, дышала она через раз и, когда Болтонский бастард поцеловал её в краешек губ, что были разбиты, Санса не смогла сдержать слёз. Она боялась этого человека до безумия, чувствовала его могильную гниль, из которой он состоял, нутром, но всё, что оставалось волчице — сидеть смирно, поджав свой хвост и тихо-тихо скулить, в надежде, что о ней когда-нибудь забудут. Но Рамси Болтон был не из тех, кто просто так оставлял свои игрушки, не наигравшись ими вдоволь.  — Ну чего же ты плачешь, — выпучив свои глаза, спросил Рамси, вытирая тёплые дорожки большими пальцами, — не уж то ты боишься меня?! Не надо, не плачь, ты же помнишь, что у меня для тебя подарок? Болтон был через чур галантен и нежен, что пугало Старк больше прежнего и, пересилив себя, волчица на ватных ногах поплелась следом за мужчиной, что проводил её ко столу, что был накрыт на двоих. Мясо аппетитно пахло, из-за чего желудок девушки начал издавать жуткие звуки, но прикасаться к еде Санса не смела, уж слишком Рамси был подозрителен. Он смотрел на неё из-под лобья и, осушая бокал, широко улыбался. В глазах его не было ничего кроме безумия, которое захватило его разум целиком и полностью.  — Ешь, милая Санса, ешь, — приговаривал Болтон, — тебе ещё будут нужны силы, — она еле сглотнула ком, вставший поперёк горла, и начала судорожно осматривать солярий, которым постепенно овладевал мрак. Беглый взгляд остановился на дальнем углу комнаты и, присмотревшись, Санса увидела человеческую фигуру с мешком на голове. Пленник был тих и смирен, кажется, знал, что за ужасную участь приготовил ему Хранитель Севера, лишь молча сидел и всё сильнее вжимался в, казалось бы, спасительный угол.  — Вижу, ты заметила часть моего подарка, — Рамси подорвался с места и, схватив с собой любимый кинжал, растянулся в омерзительной улыбке, напоминающей Старк звериный оскал. — Опять ты всё испортил, Вонючка! — не без раздражения заметил мужчина и, направившись к нему, разрезал толстую верёвку, что была обвязана вокруг шеи узника, и печально выдохнув направился к Сансе.  — Видишь, что бывает с теми, кто пытается отнять у меня то, что по праву принадлежит мне? — шёпот его раздавался у правого уха и, тяжело дыша, Санса побоялась глянуть на Теона, который громко сипел и кашлял, вбирая в лёгкие воздух. — Смотри на него! — крикнул Болтон, — Смотри и любуйся тем, что ты с ним сотворила! Он схватил её за рыжую копну волос и, намотав на кулак, бросил её на пол. Он громко-громко кричал и, приподняв её голову, заставлял смотреть на жалкого и побитого Грейджоя, который пугливо жался в угол и плакал.  — Ты принадлежишь мне, — говорил Болтонский бастард, задирая длинные подолы платья Сансы, когда та пыталась оттолкнуть грозную фигуру, нависшую над ней.  — Нет, нет… — кричала волчица, кусаясь и царапаясь, словно дикий зверь, но Рамси превосходил девушку по силе и, с силой ударив её по щеке, Болтон вошёл в неё.  — Ты принадлежишь мне, я сделал тебя своей…

***

Ночная тьма Волчьего леса всегда пугала и, наводя, ужас на всех северян отпугивала всех путников от этого леса. Лошади, глубоко вбирая холодный воздух, выдыхали белоснежные клубы пара и, продолжая путь, издавали громкое ржание, когда лорд Болтон отдал приказ об остановке. Красными от слёз глазами Санса оглядела место, куда её привезли и, учащённо дыша, едва сдерживала себя, чтобы не закричать от ужаса. Она знала, что рано или поздно этот больной выродок решит убить её, но не думала, что он решит избавить её от ужасов этой бренной жизни так скоро.  — Неужели моя жёнушка заскучала? — выпучив свои блеклые глаза, Болтон склонил голову на бок и своим звериным взглядом впился в прекрасное личико своей жены. Пусть глаза Сансы и были красными от слёз, а одна щека припухла от сильного удара Санса Болтон всё ещё оставалась самой красивой женщиной в сознании Рамси. Она была его самой любимой игрушкой.  — Главное, тебе не приходится скучать, — сиплым голосом выдала она. — Не уж то ты решил поохотится, лорд Болтон?! — сглатывая ком, спросила Санса, боязливо поглядывая на стаю любимых девочек лорда. Но он промолчал. Широко улыбнулся присущим ему звериным оскалом, помог ей слезть с чёрного жеребца и поцеловал. Жадно, с напором, впиваясь в её губы так, словно они были живительной водой, были всем. что только нужно для того, чтобы жить.  — Я решил, что держать тебя взаперти было не самой лучшей идеей, любовь моя. Думаю, мне стоит извиниться, ведь так поступают любящие мужья?! — он отводил её всё дальше и дальше от места их привала. Они шли около пяти минут, пробираясь сквозь тысячелетние деревья и сумрак, когда пришли к небольшой поляне, где их уже ждали. Болтонские парни держали гончих, которые, словно обезумив, заливались громким лаем, клацая своими огромными острыми клыками.  — Тише, девочки! — крикнул Рамси и, радостно виляя хвостами, огромные твари подчинились ему. " Надо же, хоть кто-то любит его» — подумалось Сансе.  — Если ты выбежишь из лесу раньше, чем я и мои люди успеем тебя догнать, обещаю, ты будешь свободна. Я отпущу тебя, — говорил он правду или нет Старк не знала, но лишь только одна мысль о свободе дарила ей силы и веру в то, что она, наконец-то, избавится он ублюдка-мужа. — Но, если я поймаю тебя, ты вернёшься обратно в Винтерфелл, в нашу спальню, — Рамси довольно улыбнулся и, облизав свой клык, продолжил, — правда, возможно, уже без возможности сбежать, — грубые мужланы громко и заливисто смеялись, после чего бросили к её ногам Теона.  — Ты отпустишь меня?! — негромко спросила Санса, смотря ему в глаза с такой надеждой и верой, что Болтон усмехнулся.  — И тебя, и вонючку, если вы выбежите, конечно… Старк обернулась и, осматриваясь кругом, пыталась вглядеться во тьму густого леса.  — Всё честно, ты знаешь этот лес, как никто иной, знать, куда ты направилась я не буду. Если хочешь, я даже дам тебе фору, — Болтон заботливо улыбнулся, оголив белоснежные зубы. — Беги, любовь моя, беги! — крикнул Болтон, и Санса ринулась глубоко в лес. Они были на Западе, а значит если она хотела выбежать из этого проклятого места, то она должна была бежать на юг.  — Чего вы встали?! — недоумевая бросил Болтон, — За ними! Позади слышался звук рожка и лай собак, которых Рамси уже спустил и, оглядываясь назад в глазах Сансы виднелись яркие огонёчки факелов. Волчица бежала по огромному чёрному лесу, тьма которого пожирала всё вокруг, а позади лаяли гончие и кричали люди, что преследовали последнюю Старк, но разобрать их слов Санса не могла, единственное, что она слышала — бешенный стук своего сердца, которое вот-вот вырвется из груди. Она остановилась у высокого железноствольника, чтобы отдышаться, когда стрела с серо-белым оперением со свистом не врезалась в ствол. Один из преследователей начал громко-громко трубеть и Санса поняла, что нужно бежать. Нужно как можно скорее бежать отсюда. Её гнали, как дикого зверя и, не понимая куда ей дальше, Санса начала паниковать. Гончие Болтона были всё ближе и ближе, когда Санса начала думать, что это конец. Она бросилась дальше и, оцарапав щеку, застыла. Чёрная сука, громко рыча, надвигалась на неё. Собака уже собиралась набросится на девушку, когда её оттолкнул в сторону вышедший из тьмы Теон, который прикрыл её собой. Но, не удержав равновесия, Санса кубарем покатилась с небольшой возвышенности в овраг. Она сильно ударилась головой и, ушибив спину, еле дышала. Холод медленно захватывал её в свои объятия и, ей казалось, что она умирает. Дыхание Старк становилось всё слабее и слабее, а сознание медленно покидало её, когда вдруг ей не стало так спокойно и легко и волчица не потеряла сознание.