El Alma

- Том? – прошептал Гарри удивленно и испуганно одновременно, приподнявшись на подушке. Он во все глаза смотрел на сидящего у его кровати Темного Лорда и никак не мог понять перед ним все еще сон или уже явь. Слишком странной казалась эта ситуация и абсурдной возможность того, что Риддл мог зайти пожелать ему «спокойных снов». - Тсшшш… – прошептал маг, прижимая палец к губам юноши. – Молчи, - было забавно наблюдать за его реакцией, его недоумением и было обидно видеть помимо удивления еще и испуг, хотя другого ждать не приходилось. - Я не… - снова попытался заговорить парень, но ему вновь не дали такой возможности. - Тихо, просто помолчи… - прошептал Лорд, продолжая медленно водить кончиками пальцев по губам и подбородку юноши. – Тшшш… - меньше всего волшебнику сейчас хотелось, чтобы Гарри начал задавать вопросы и еще меньше - отвечать на них. Плавным движением он достал из кармана палочку: - Somnus. Еще раз провел ладонью по щеке уже снова спящего парня и вышел из комнаты, убеждая себя, что ничего необычного только что не произошло и что его поведение легко можно объяснить. В одном маг был уверен – ему легко удастся убедить Гарри, что произошедшее ночью было лишь сном, ведь доказать обратное юноша все равно не сможет. Проснувшись утром, Гарри долгое время сидел на кровати, закутавшись в одеяло, и пытался привести мысли в порядок. Спал он неспокойно, и после тревожных и непонятных ощущений ему приснился уж совсем странный сон. - Абсурд, абсолютный абсурд, - пробормотал парень и взъерошил волосы. – Скорее я поверю, что в это окно влетит сова из Хогвартса с письмом от Снейпа для меня, чем темный Лорд будет просто так сидеть около моей постели. Это точно был сон! – уверенно проговорил юноша, убеждая самого себя, и направился в ванную. Но ледяные струи воды никак не могли вымыть странные ощущения до конца. Парень словно чувствовал на коже лица невесомые прикосновения прохладных пальцев Вольдеморта. Умывшись, он опять сел за книгу, огляделся, словно за ним мог кто-то наблюдать, и снова раскрыл словарь и взялся за перо. Он с примерно такой же скоростью, как и вчера, переворачивал страницы учебника, аккуратно складывал исписанные листы пергамента в стопку. Единственное, что могло его выдать - это дрожащие руки и то, что вновь исписанные листы он складывал не сверху, а почти в самый низ между другими. И писал он на них естественно уже не древние руны. Гарри даже не думал о том, как, да и сможет ли вообще передать свои записи кому-то из Ордена. Пока это казалось чем-то очень далеким и невыполнимым, и, чтобы не отчаиваться, он не думал об этом. Запретил себе это, и, как ни странно, получилось отвлечься, хотя ему редко удавалось хоть как-то привести в порядок свои мысли. Пока он просто записывал все, что увидел, услышал и запомнил за время своего пребывания в замке Лорда. Он верил, что любая крупица информации может помочь, если он найдет возможность ее передать. Поттер надеялся, что древние руны, изучение которых он выбрал, как прикрытие, покажутся Риддлу слишком скучными, чтобы просматривать его записи. Но все равно он боялся, боялся разоблачения, хоть и старательно изображал, что просто переписывает учебник, каждые несколько секунд возвращаясь взглядам к напечатанным строчкам и через каждые два-три написанных им самим абзаца переворачивая страницу в книге. Ему было страшно даже представить гнев Вольдеморта, и еще страшнее – при мысли, что наказание за его рискованное решение обрушится далеко не только на него одного. И было мерзко, мерзко от самого себя, где-то глубоко в душе он был против того, что делали руки и чего желал разум. В конце концов, Риддл честно исполнял свою часть заключенного между ними договора, чего вообще сложно было ждать от такого человека, как он. А то, что делал сам Гарри, кроме как предательством он даже сам для себя назвать не мог. И хоть он убеждал себя, что в случае хоть сколько-то большей выгоды для себя, Вольдеморт, ни секунды не задумываясь, нарушил бы все на свете договоры, что он враг, убийца, человек, разрушивший тысячи жизней, и не стоит задумываться о чести. Что надо просто делать все, что в твоих силах, для победы, потому что относительно доброе отношение к нему мужчины – не более чем его собственная игра, затеянная непонятно по каким правилам и не известно с какой целью. Все это были доводы, которые Гарри раз за разом повторял про себя, словно мантры, торопливо покрывая пергамент более чем обычно неровными от волнения строчками. Но все эти доводы разума хоть и были справедливы и по большей части верны, но никак не могли убить того странного, необъяснимого и от этого страшного ощущения в душе. До обеда он старательно записывал все, что только мог вспомнить, наскоро перекусил и отправился побродить по коридорам, чтобы размять уставшие от сидения ноги и спину. Мысли о странно-реалистичном сне все так же не давали покоя. И на третий проход по главному коридору второго этажа он все-таки решил постучаться в кабинет Риддла, понимая, что вечно избегать мага все равно не удастся, да и начатое дело требовало добычи новой информации. Перед тем как взяться за ручку, юноша минуты три стоял, плотно зажмурив глаза, и старался ни о чем не думать, очищая свой разум, как когда-то, теперь уже невообразимо давно, на пятом курсе на уроках оккклюменции. Результаты от попытки, как всегда, были не самыми лучшими, да и предпринято это было скорее для очистки собственной совести, все равно он по сути ничего не мог противопоставить такому сильному легилименту, как Темный Лорд. Оставалось только надеяться, что маг исполняет свои обещания и не станет копаться у него в голове, где сейчас было очень и очень много мыслей, которых ему знать совсем не полагалось. - Кто? – раздалось в ответ на его стук из-за двери. - Я… Можно? - Проходи. - Я войду? - Гарри неуверенно приоткрыл дверь и просунул в образовавшуюся щель голову. Томас сидел за столом и внимательно читал какие-то записи на длинном свитке пергамента, таком длинном, что один его конец лежал у мага на коленях, а другой стелился по ковру на противоположной стороне стола. - Я уже ответил. Проходи, - оторвался Вольдеморт от чтения и на секунду взглянул на парня. Невозможность полностью действовать в открытую в Министерстве Магии безумно раздражала Лорда. Вот и сейчас он поспешно изучал интереснейший документ – перечень с краткими описаниями и комментариями всего того, что хранилось в секретных кладовых Отдела Тайн. Но документ этот непременно надо было успеть отослать обратно до закрытия Отдела, иначе поднявшаяся суматоха в Министерстве могла сильно испортить его планы и подпортить репутацию нескольким его подставным людям на важных постах. Так что можно было сказать, что Поттер пришел не вовремя, очень не вовремя, но он пришел сам, и это, зная характер и состояние парня в последние дни, многого стоило и о многом говорило. Следовало уделить ему внимание, следовало продолжить добиваться своих целей, но и бросить остальное Том вот так сразу не мог. - Что-то случилось? – спросил он как можно более дружелюбным тоном, но получилось скорее отстраненно, потому что именно в этот момент он дошел до записи о предмете, который давно безуспешно искал. - Нет… Я просто… - смутился и растерялся парень, видя, что Лорд серьезно увлечен своим делом, а сам он пришел действительно скорее просто так, не имея ни малейшего плана относительно того, что делать после стука в дверь. – Я, наверное, мешаю... Я пойду. - Ты не мешаешь, - снова поднял маг глаза от документа. – Останься, если хочешь, – он ожидал, почти был уверен, что парень сейчас развернется и выйдет за дверь, но вместо этого тот аккуратно присел на край дивана. Ему явно было не по себе, он теребил край футболки, словно собираясь с духом на какой-то шаг, но пока молчал. Гарри не знал, почему остался, возможно, просто больше нечего было делать. А в бездействии ему становилось пребывать все труднее день ото дня. В бездействии и в одиночестве. Он боялся разозлить Лорда, поэтому просто сидел и оглядывался вокруг. Конечно, он уже не раз бывал в кабинете Риддла, но вот такой возможности спокойно все осмотреть раньше не представлялось. Поражал некий минимализм, который присутствовал в обстановке помещения, но вместе с тем чувствовался и уют. Отчего-то Гарри сразу подумалось, что именно здесь, а не в своих комнатах, маг проводит большую часть своего времени. От этой мысли стало как-то чуть грустно, хотя Гарри и стал задумываться, отчего именно. Воспользовавшись тем, что Лорд увлечен чтением документа, юноша стал внимательно оглядывать комнату. Больше всего его заинтересовал книжный шкаф. Книг там было совсем немного, штук десять, все старые и потрепанные, видно было, что их часто брали в руки. Большую же часть полок занимали исписанные кипы пергаментов, свитки, потрепанные клочки, возвышавшиеся шаткими стопками, аккуратные листы, сколотые или просто сложенные вместе. Парень многое бы отдал, чтобы порыться там хотя бы пару часов в отсутствии хозяина кабинета, но это было невозможно, по крайней мере, пока и сейчас. На самой нижней полке с документами парадоксально соседствовали две сложенные чистые рубашки. От созерцания окружающей обстановки Гарри отвлек резкий стук в дверь, он вздрогнул и перевел взгляд на Риддла, тот приподнял голову: - Кто!? - Милорд… Отчет, Вы просили... Я могу занести? – донесся чуть дрожащий и явно немного испуганный голос из-за двери. Поттер испуганно продолжал смотреть на Вольдеморта, ему было очень не по себе. А что, если мужчина ответит «Да» и этот Пожиратель войдет и увидит его здесь? И вроде бы ничего страшного в этом не было, но отчего-то очень не хотелось, чтобы кто-то видел его сейчас. На какую-то секунду он встретился взглядом с магом, тот едва заметно кивнул, чуть усмехнулся и ответил: - Нет. Оставь около двери. - Да, Милорд, - послышался едва различимый шорох мантии и торопливые удаляющиеся шаги. Судя по скорости, неизвестный был весьма рад, что ему не пришлось беседовать со своим Повелителем лично. - Я принесу? – Гарри приподнялся с дивана. На какую-то секунду на лице Риддла промелькнуло удивление, но он молча кивнул и вернулся к чтению, с помощью заклинания расширенного бокового зрения, однако, продолжая наблюдать за своим пленником. Гарри быстрыми шагами пересек кабинет, чуть задержался у самой двери, уже взявшись за ручку, затем осторожно повернул ее и выглянул в коридор. Как и можно было ожидать, там никого не было, только у самой двери лежали два листа пергамента, скрепленные между собой. Естественно, парень не удержался и пробежал глазами текст документа, пока нес его к столу Томаса. Тот же ничего не заметил или просто ничего не сказал по этому поводу. Да и к слову сказать, ничего особенно интересного в бумагах не содержалось. Видимо, это был отчет одной из бригады егерей, где сообщалось о проделанных за последние десять дней перемещениях и об отсутствии скольких-либо важных происшествий на вверенном участке. - Положи на край стола, - проговорил Риддл за секунду до того, как юноша открыл рот, чтобы спросить, куда деть принесенные документы. На секунду Гарри испугался, что волшебник все-таки, вопреки своим обещаниям, проникает в его разум, но ему удалось не поддаться панике и попробовать опровергнуть свое же предположение логикой. Ведь если бы Лорд действительно прочел его мысли, он бы не смог оставаться таким же спокойным и сосредоточенным только на своем свитке. Он бы разгневался, что стало бы заметно. Это раньше Гарри думал, что мимика этого человека может не выражать абсолютно никаких эмоций, однако, прожив с ним несколько месяцев в одном доме, он понял, что это не так. Парень не задумывался, стал ли он лучше понимать Лорда или же тот стал более открытым с ним. Вот сейчас Риддл явно был сосредоточен на чтении, чем-то немного раздосадован, о чем свидетельствовала чуть закушенная губа и как он время от времени барабанил пальцами по столу, но гнева или сильного недовольства Гарри не замечал и очень надеялся, что его догадки верны. Положив папку, он осторожно отступил чуть вбок и скосил глаза на документ, который читал мужчина, тот, однако, каким-то неведомым образом почувствовал эту манипуляцию и поднял голову, отвлекаясь от чтения: - Можешь посмотреть, если интересно, - маг не видел ничего опасного в том, чтобы дать парню ознакомиться с этим документом, вряд ли он вообще сможет понять, насколько ценен этот список и насколько значимы и даже легендарны некоторые из упоминающихся там артефактов. А если и догадается, то что с того? Это все равно ничего не изменит. Гарри стал внимательно читать написанное, стоя за плечом у Лорда. Благо, улучшенное зельем зрение это позволяло. Но первое, что бросилось ему в глаза – было не содержание, а бесконечность свитка. Он и так казался очень и очень длинным, но это был явно не предел, и хотя сам пергамент больше не разворачивался, текст по нему словно полз, постоянно перемещаясь вверх, открывая все новые и новые строчки. Происходило это, видимо, по мысли Лорда, так как строчки двигались с разной скоростью, иногда быстро, иногда замирая. Читать, правда, оказалось не столь интересно, значений некоторых терминов юноша и вовсе не понимал, а многое казалось лишь набором слов без особенного смысла, но, тем не менее, парень старательно пробегал все глазами и пытался запомнить как можно точнее. Скоро стала болеть спина, все-таки стоять, чуть наклонившись и вытянув шею вперед было неудобно, и как назло именно сейчас он наткнулся на действительно интересную запись о, предположительно, осколке кристалла из посоха самого Мерлина. Поколебавшись с минуту, юноша плюнул на все и просто уселся на пол около ног Риддла, получив, таким образом, возможность читать ту часть свитка, которая лежала на коленях у мужчины. Сколько так прошло времени, Гарри не знал, однако читать непонятные вещи он вскоре устал, ведь ему было даже не понять, к чему вообще относится этот список, какую важность имеет. Но он продолжал сидеть, прислонившись плечом к коленям Вольдеморта ни о чем, в общем-то, не думая. Было просто спокойно, чуть-чуть хотелось спать, и внутренний разлад в мыслях и эмоциях куда-то делся. Спокойствие, однако, было нарушено неприятным пищащим звуком. Резко вытянувшись, Гарри заметил на столе небольшой кристалл, который тревожно мерцал алым светом, мужчина тоже вздрогнул, поспешно хлопнул рукой по кристаллу, от чего противный звук тут же оборвался, а камень снова стал блекло-зеленого цвета. Это приспособление до ужаса напомнило Гарри простой будильник, но он не решился произносить этого вслух, опасаясь, что столь маггловская аналогия разозлит волшебника. Томас тем временем скатал свиток, обвязал шелковой крученой веревочкой и взмахом палочки заставил исчезнуть. Отведенное ему обстоятельствами на изучение этого документа время истекло, но сейчас он даже не сильно сожалел об этом, большинство из того, что его интересовало, он успел-таки найти, а теперь он остался наедине с Поттером, который так трогательно сидел около его ног. - Что это был за свиток? – нарушил тишину парень, чувствуя себя уже не так спокойно и расслабленно, когда понял, что теперь все внимание Риддла направлено на него. - Список артефактов, - решил не вдаваться маг в подробности, он боялся разрушить то хрупкое равновесие, что установилось сейчас в их отношениях, снова напугать парня, оттолкнуть еще дальше от себя. Он совершил уже достаточно ошибок там, где их и вовсе не следовало совершать, слишком многое для него было поставлено на карту, и слишком многое зависело не только от него. - А что значила около некоторых названий пометка «Р?»? - «Реальность не определена», - магу был не очень понятен интерес парня к документу, хотя тот всегда был любопытен… Поэтому он терпеливо отвечал, все равно это было лучше, чем напряженное молчание. - Реальность? А она что, не одна? - Не доказано, - пожал плечами мужчина, - есть предположения о существовании параллельных временных, но не более. Впрочем, ты и сам пользовался Маховиком времени, так что должен представлять, что под этим понимается. Но не будем об этом – я не так много знаю, чтобы рассказать что-то связное и интересное. Гарри кивнул, как бы соглашаясь, хотя понятно, что его согласие на что-либо здесь редко и мало кого интересовало. Но было приятно хоть с кем-то поговорить после нескольких дней молчания, бесед с самим собой, к тому же Риддл был приятным собеседником. И видя довольно-таки хорошее настроение Лорда, парень решился задать еще один вопрос: - Знаешь…. Мне прошлой ночью приснился очень странный сон…. – он немного замялся, подбирая слова, и не обратил внимания, как насторожился маг от его последних слов. – Мне приснилось, что ты сидел около моей кровати. И молча гладил меня по волосам. - Действительно странно. - Скажи…. Это действительно был сон или… - А что еще это могло быть? – как можно более холодным и равнодушным голосом проронил маг, приподнимая в притворном удивлении бровь. - Да нет… – смутился под взглядом мужчины Гарри: - Просто… Просто он был очень реалистичным, да и... И я не представляю, с чего такое вообще могло присниться. - Я не верю в вещие сны, а вот магглы, наверное, насочиняли бы сотни объяснений. - Я тоже не верю, наверное... – тихо закончил Гарри. Он не знал, что ожидал услышать в ответ. Радовало, что Лорд не стал насмехаться, но все равно отчего-то стало грустно, он все еще помнил осторожные прикосновения чужих пальцев к своей коже и внимательный взгляд алых глаз, которые в полумраке комнаты казались почти черными. Пожалуй, он хотел, чтобы этот сон оказался реальностью… Понимая, что говорить больше не о чем, а сидеть молча было уже не так спокойно, юноша поднялся и нерешительно зашагал к двери. - Гарри, - негромко позвал его волшебник, когда он уже сжимал в руке дверную ручку. - Да… - Приходи, когда захочешь. Ты не помешаешь. Не найдя, что ответить, юноша просто кивнул и вышел из кабинета. Все следующее утро он опять записывал, записывал все то, что увидел в кабинете Риддла, прочитал в бумагах и даже в том странном свитке. При этом его практически в физическом плане трясло от отвращения к самому себе, к тому, что он делает. Несколько раз он был готов скомкать, изорвать, сжечь все свои записи, бросить начатое дело, но каждый раз он останавливался, понимая, что уже через несколько минут пожалеет о содеянном, что это та вещь, которую он должен сделать, что ему нужно делать это, чтобы остаться собой, чтобы поступать правильно. Но в голове все чаще и настойчивее всплывали картинки прошлого вечера, проведенного наедине с Лордом, как тихо и спокойно было, и вроде бы ничего не надо было решать, и все казалось правильным. Но стоило ему вспомнить друзей: Джинни, миссис Уизли с ее потрясающей стряпней, Орден, Грюма, который погиб, защищая его, всех других десятках и сотнях людей, которые погибли из-за войны, развязанной Темным Лордом Вольдемортом, и он с новым ожесточением и решительностью принимался строчить на пергаменте, напрягать память, вспоминая мельчайшие подробности. И хоть и ненадолго, но появлялась твердая уверенность, что так и надо, что он поступает абсолютно правильно и по-другому просто нельзя. Ведь иначе кем он станет? Пленником, сдавшимся, обманувшим надежды всех, кто в него верил, на него надеялся, отчаявшимся, потерявшим все и просто боящимся и ненавидящим своего похитителя. На самом деле, ненависти к Риддлу Гарри уже давно не чувствовал, но старался лишний раз не вспоминать об этом, не задумываться, не анализировать. Да. Оставался страх, оставалось непонимание и какое-то странное чувство, которому юноша никак не мог подобрать названия. Ближе к вечеру он снова постучался в кабинет к Риддлу, получив разрешение, вошел внутрь. На сей раз при его появлении Томас сразу же отложил в сторону бумаги, которые до этого читал. - Проходи. - Да… Не отвлекайся, я не хотел тебе мешать… Ты работал… - Ты меня не отвлекаешь, - четко проговорил Томас, решительно отодвигая стопку бумаг в сторону. – Тебе что-то нужно? - он старался, чтобы его голос звучал как можно более заинтересованно. - Нет, - Гарри подошел к дивану и присел на краешек. – Я просто... Я просто пришел. Работай, пожалуйста – я просто посижу, если можно. - Можно, - откликнулся Риддл, внимательно разглядывая юношу, стараясь понять, что же все-таки привело его сюда, не нарушая, однако, данного обещания – вмешиваться в его мысли с помощью легилименции. – И все же? – он в несколько шагов преодолел разделяющее их расстояние и опустился на диван рядом с парнем. На какое-то время повисла тишина, Риддл терпеливо ждал, а Гарри подбирал слова, думая как бы не сказать лишнего, и пытаясь понять, что же действительно он делал здесь. - Мне так спокойно. И мне не так одиноко. - Одиноко? - Да, с тех пор как я пошел в школу, мне всегда было с кем поговорить, - Томас промолчал, ему было сложно понять это, сам он не нуждался ни в компании, ни в собеседниках, ему спокойнее было одному, интереснее наедине со своими мыслями. Ему было сложно представить, насколько важным может быть общение для других. Что ж, придется научиться понимать и это, потому что он очень хотел научиться понимать этого несносного мальчишку, который, нахохлившись, как мокрый воробей, сидел рядом с ним. Осторожно он опустил руку на плечо юноши и притянул его к себе в объятья, подсознательно ожидая, что тот вырвется, отстранится – но нет. Гарри только вздрогнул, но позволил обнять себя и замер, уткнувшись лбом Лорду в плечо. - Почему мне так спокойно? – едва слышно прошептал он, поняв, что все утренние сомнения растаяли, как дым, мыслей в голове словно вообще не осталось, остались только тихое тиканье часов, мягкие волосы Риддла, касающиеся его щеки, запах полыни и, кажется, аромат кофе, исходящий от рубашки Лорда и едва-едва заметный сквозняк по ногам из-за плохо закрытой входной двери. – По полу дует… - зачем-то прошептал он. - Да… - маг каждый раз едва сдерживался, чтобы не прижать юношу к себе еще сильнее, каждый раз, когда его теплое дыхание щекотало его шею. Убеждая себя, что ему куда важнее душевное тепло, чем физическая похоть, и решительно убрав руку, он встал с дивана, захлопнул поплотнее дверь и вернулся к столу с бумагами, снова придвинул к себе пергамент с недописанной сводкой по отчетам. - Может быть, тебе спокойно, потому что ты понял, что тебе не следует меня бояться? - Возможно, не стоит… Так сильно… - немного ошарашено прошептал юноша, наблюдая, как Томас достает из ящика стола новое перо и снова принимается за письмо. Гарри какое-то время молча наблюдал за работой Риддла, затем поднялся с дивана и подошел к столу, и на этот раз его внимание привлек справочник по артефактам. - Можно? – прошептал он, уже протянув руку и отдергивая ее назад, вместо ответа Лорд поднял книгу и протянул ее гриффиндорцу. – Смотри, что тебе интересно, если что-то не так, то я сам скажу… - Но… - И я не рассержусь. - Спасибо… - прошептал Поттер и раскрыл справочник, но он оказался не особенно завлекательным, разве что удивительно точные и красочные иллюстрации, выполненные потрясающими яркими и многоцветными красками. Пролистав около сотни страниц и поразглядывав картинки, юноша вернул справочник на место и все еще нерешительно взял один из документов и начал читать, правда, косясь на Риддла после каждой прочитанной строчки, но тот продолжал спокойно заполнять какие-то бланки, периодически сверяясь с каким-то длинным списком. На Гарри маг даже не смотрел. Последующие дни Гарри не смог бы назвать никак иначе, кроме как самыми стабильными из всех, проведенных в плену у Вольдеморта. Каждое утро он просыпался, завтракал и до самого обеда сидел за своими бумагами, чередуя «шпионские записи» и изучение древних рун. Он старался делать это как можно качественнее, словно его будут экзаменовать. На самом деле он не исключал возможности, что Лорд однажды просто ради интереса решит его проверить. По утрам он действительно чувствовал себя едва ли не Избранным для победы над Темным Лордом, но уже к обеду он начинал чувствовать внутренний разлад - он ждал предстоящего вечера. Едва пообедав, точнее наскоро заглотив обед, он шел в кабинет к Тому. Первые дни он просто читал, смотрел, как работает Томас, а затем стал ему даже помогать: носил нужные книги из библиотеки, относил письма в совятню, скреплял исписанные листки, расчерчивал по образцу таблицы. Они стали достаточно часто беседовать, Лорд снова стал подбирать интересные статьи, иногда откладывал в сторону перо и рассказывал о чем-то, вспомнил даже о нескольких своих давних экспериментах. Юноша до этого даже и не предполагал, что у мага может быть так много бумажной работы, но, пожалуй, был даже рад этому. Ведь именно эта бумажная волокита позволяла ему просто вот так, бездумно что-то делая, побыть в кабинете, перекинуться парой ничего не значащих фраз. Потому что стоило ему переступить порог, как он забывал об Ордене, о своих записях, о своем долге… Это было странное чувство покоя, так необходимое его изнервничавшемуся сознанию, но вместе с тем такое живое… Он словно начинал снова жить, не гадая, что принесет завтрашний день, не мечтая, чтобы сегодняшний закончился поскорее. Только несколько моментов запомнились особенно четко, выбиваясь из общей картины внешнего спокойствия и размеренности. В окна летели хлопья белого льдистого снега, выл холодный ветер, и по темному вечернему небу летели тяжелые облака, в оконные щели пролетали холодные струи воздуха, от которых парень периодически вздрагивал. - Наверное, это последняя метель перед весной, - проговорил Лорд, с помощью заклинания увеличивая силу пламени в камине. - Последняя? - Ну да, все-таки уже конец февраля,- Риддл с удовольствием потянулся, откидываясь на стуле и с огромным удовольствием отбрасывая перо. Ему изрядно поднадоела эта бумажная канитель – за последние несколько дней он привел в порядок документы за весь прошедший год, заполнил десяток сводных таблиц и составил список всех убитых или плененных авроров, чего никогда не делал. Разговоры с парнем пробудили в нем старую тягу к практическим экспериментам, но он не был уверен, что Гарри так же станет приходить к нему в лабораторию или же согласится просто проговорить о чем-то несколько часов подряд. Он боялся спугнуть то хрупкое равновесие и спокойствие, что установилось между ними. Магу казалось, что он все еще замечает испуг парня, когда он приближается или случайно дотрагивается до него. И не хотелось торопиться, хотя он видел, что отношение Гарри к нему все же меняется в нужную сторону, и лучшим доказательством служил тот факт, что парень по своему желанию каждый вечер приходит к нему. Маг понимал, что нельзя слишком сильно форсировать события, но вынужденное бездействие сводило с ума не хуже крестражей. - Конец февраля, – задумчиво повторил Поттер, подходя к окну. – Знаешь... так странно, Рождество прошло, а я и не заметил… - Надеюсь, ты не ожидал подарков или поздравлений? – не удержался от усмешки Лорд. – Я не праздную Рождество и прочие праздники – это глупость. - Да нет, - улыбнулся Гарри своему отражению в оконном стекле, улыбка, правда, вышла совсем не веселая. Настолько абсурдной была сама мысль о том, что Темный Лорд мог Рождественским утром прийти к нему с перевязанной бантиком коробкой. В мутном и нечетком от налипшего на стекло снега отражении он видел, что Томас встал из-за стола и теперь стоял прямо за его спиной. – Но знаешь, если бы оно было завтра, то я обязательно бы тебя поздравил. Снова негромкая усмешка, сильные руки обнимают его за плечи, Гарри едва сдерживал улыбку и вместе с тем старался проглотить ком, который ни с того ни с сего встал в горле, а на глаза наворачивались слезы. Волосы Риддла чуть щекотали шею, наклонившись, мужчина поцеловал его в макушку, но ничего не ответил. Чему Гарри был рад, ведь тогда пришлось бы отвечать, а он не был уверен, что не разрыдается, хотя сам не понимал от чего. Было около полудня, когда Гарри в очередной раз отложил перо и оглядел свои записи, перебрав несколько последних исписанных листов. Казалось, здесь было абсолютно все – вплоть до распорядка дня Риддла, нарисованных планов поместья и списка наиболее часто используемых книг в библиотеке. Только вот все эти бесценные для Светлой стороны сведения продолжали мертвым грузом лежать вперемешку с переписанным рунным словарем на обшарпанном подоконнике. И это давило на совесть парня сильнее, чем что-либо. Какой, в самом деле, толк во всей этой идее со шпионажем? Ради чего он рискует каждый день? Ради чего он каждый день заставляет себя снова и снова заносить на пергамент все услышанное и прочитанное накануне вечером в кабинете Томаса? Если все это остается только исписанными листками. К тому же их скопилось уже весьма и весьма много, маскировать их под изучение рун становилось опаснее с каждым днем. Грифиндорец безумно боялся, что однажды Вольдеморт все же заинтересуется его неожиданным хобби, и тогда все пропало. Пора было приступать ко второй части плана – придумать, как переправить эти сведения в Орден Феникса. Но озарения, на которое он так надеялся, все не приходило, и Поттер решился на довольно отчаянную попытку, так как ждать и дальше лучшего случая, который мог и не представиться, у него просто не было сил. В совятню он отправился утром, еще до завтрака, многие совы еще не вернулись с охоты, а некоторые дремали, засунув голову под крыло. Выбрав самую неприметную сивуху, он осторожно подозвал ее. Птица послушно спустилась к нему в руки, позволила привязать сложенный листок пергамента к лапе и вылетела в окно. В конце концов, из поместья ежедневно вылетали в разные стороны несколько десятков сов, не меньше возвращалось. Теперь Гарри точно знал, что часть отчетной документации Риддла ежедневно отсылается и пребывает с совиной почтой. Отправив письмо, он провожал глазами птицу до тех пор, пока она не превратилась в маленькую, едва различимую точку на горизонте. Тогда Гарри еще раз постоял со скрещенными на удачу пальцами, глупо веря, что эта детская уловка поможет. Ему, как никогда, нужна была удача. До самого вечера он не мог найти себе места, все волновался, что если его письмо перехватят, прочитают. - Привет, Гарри, - абсолютно неожиданно окрикнул его Лорд, когда юноша в очередной раз бесцельно брел по коридору второго этажа. - Привет, - парень вздрогнул от неожиданности и обернулся, моментально занервничав. - Что-то случилось? – поинтересовался он как можно более беззаботно. - Да. Позволь узнать, что это такое? – мужчина поднял руку и продемонстрировал ему до боли знакомый сложенный пергаментный листок. - Письмо… - с замирающим сердцем прошептал грифиндорец одними губами, от недавней решительности и храбрости не осталось и следа. Он только мог порадоваться, что ему хватило сообразительности, не отправлять сразу же свои записи. – Я отправил письмо друзьям…. Я скучаю по ним… Я подумал… - Жаль, что ты не подумал, что следовало спросить у меня разрешения, прежде чем делать это, - жестко отрезал Томас, разворачивая пергамент и принимаясь его читать вслух: - «Рон и Гермиона, я очень надеюсь, что это письмо дойдет до вас, хоть и не уверен в этом. Мне бы хотелось…. Я не знаю, сможете ли вы придумать какой-то способ, чтобы ответить мне…. Там, где я нахожусь сейчас, совсем не безопасно…». И так далее. - Я… - Гарри пытался придумать хоть какое-то оправдание, которое было бы достаточным для Риддла, но в голову ничего не шло. И это было плохо, так как парень прекрасно понимал, что то, что он рискнул сделать – нарушение их договора. О стопках, исписанных секретными сведениями, он старался и не вспоминать сейчас, кто знает, не сочтет ли Вольдеморт его проступок правом отбросить все свои обещания. – Я подумал, что в этом нет ничего страшного…Я же не написал ничего такого… Я просто хотел, чтобы они знали, что я жив, они же мои друзья… - Гарри замолчал на полуслове, спохватившись, что Темному Лорду вряд ли знакомо такое чувство, как искренняя дружба, в которую он до сих пор верил. - Да, в этом письме ничего такого. Может быть, поэтому тебе и не следовало скрывать его от меня? Все письма, отправляемые из этого особняка, должны быть подписаны моей рукой, только тогда птица с письмом может вылететь за ограждающий барьер. - Я не знал… - Теперь знаешь. И если для тебя это важно, то я отправлю это письмо. - Важно, - не веря до конца в свое везение, кивнул юноша, все еще нервно теребя край футболки. И пусть этот вариант для передачи информации отпадал, он хотя бы подаст весточку друзьям, да и, кажется, его безрассудство в который раз не повлечет за собой страшных последствий. А это действительно была удача. - И запомни, - практически прошептал маг ему на ухо, подойдя вплотную, – пока ты не делаешь глупостей, для тебя здесь абсолютно безопасно. В другой из вечеров Гарри немного засиделся за рунами после обеда и отправился к Томасу позже, чем обычно. В кабинете никого не оказалось. И, казалось бы, в этом не было ничего особенного, ведь действительно не обязан же Риддл был сидеть весь день в ожидании его визита. Он мог заниматься чем угодно, где угодно. Но парню все равно было не по себе, он словно чувствовал, что его такой уютный и только-только сформировавшийся мирок с таким продуманным распорядком дня пошатнулся. Делать все равно было нечего, и он отправился бродить по поместью, пытаясь не признаваться даже самому себе, что надеялся встретить Лорда. Но и библиотека, и личная спальня Томаса, куда он решился заглянуть, были пусты. Но проходя по коридору первого этажа, он вдруг заметил дверь, которой до этого точно не было на этом месте. Оглядевшись вокруг, он нерешительно потянул за ручку. За дверью был еще один коридор, который словно уходил под уклон вниз, наверное, под землю, как подумал Гарри, потому что дверь и так находилась около внешней западной стены поместья. Коридор был широким, стены были выложены серыми неровными камнями, через каждые несколько метров были сделаны небольшие окна с широкими подоконниками. Скорее всего, это были магические окна, как в министерстве магии, больно странный для такой местности был за ними пейзаж. Более того, коридор не шел плавно, а заворачивал, и было видно, что он уводит далеко. Поминутно оглядываясь, юноша зашагал вперед, вскоре он заслышал еще и чужие шаги, из-за поворота вышел Риддл и остановился, поравнявшись с ним. - Привет, - нерешительно улыбнулся грифиндорец, пытаясь припомнить, входил ли этот коридор в запретные для него территории. – Я заходил, но тебя не было в кабинете.... - И ты меня искал? – легкая усмешка и чуть приподнятая бровь, Вольдеморт сегодня явно был в удивительно хорошем настроении. - А если «да»? – ответил Гарри, решительно глядя в глаза мужчине. Какую-то секунду, которая показалась невероятно долгой, Томас смотрел в ответ ему в глаза. Затем резко шагнул вперед и притянул юношу к себе. Стремительный и страстный поцелуй, сильные руки на его шее и талии. Далее Лорд чуть отстранился и снова взглянул ему в глаза, пристально, испытывающе, словно ища там что-то. Снова усмешка, но уже едва заметная, мягкая, и снова поцелуй. В первый момент Гарри замер, словно окаменев, и стоял, не шевелясь, но страха не было, только удивление. Но и удивление быстро прошло, и его словно обожгло изнутри огнем, он встал на цыпочки и обвил руками шею Томаса. И ему было плевать, плевать на все на свете, в данный момент ему нужны были только эти сильные объятья и требовательные губы мужчины, что рядом с ним. Не хотелось задумываться, не хотелось разбираться, откуда взялась эта страсть и к чему она приведет. Под напором мага он попятился на несколько шагов и уперся спиной в край подоконника. Еще пару минут ему хватило сил, чтобы не обращать на это внимания, но потом камень стал совсем невыносимо впиваться в спину. - Том… спина…подоконник… - прошептал он одними губами, на секунду отстраняясь, снова усмехнувшись, правда, это парень скорее почувствовал губами. Риддл одним сильным движением приподнял его и усадил на подоконник. Казалось, обнимать крепче уже невозможно, Гарри дрожащими руками водил по шее Лорда, пропускал пряди его волос между пальцами, сминал в кулаках край воротника и все с большей страстью отвечал на поцелуи. Ужасно стали мешать собственные коленки, которые не давали еще больше сократить расстояние между ним и Томом. Он понимал, что это провокация, но, тем не менее, попытался закинуть ноги на талию мужчине. Но именно в этот момент мужчина словно отскочил от него, разрывая объятья, Гарри же так и замер в нелепой позе, словно продолжая обнимать воздух. - Том...- немного вопросительно, немного просящее, грифиндорец с удивлением разглядывал мужчину, стоящего перед собой, и никак не мог поверить, что это тот самый вечно холодный и чуть отстраненный Темный Лорд. Всегда безупречно лежащие черные волосы были растрепаны, рубашка измята, грудь вздымалась от неровного частого дыхания, и на шее виднелись чуть заметные красноватые царапины. Наверное, и сам он выглядел точно так же, но его это мало волновало в данный момент. – Том! - снова позвал он, все еще нерешительно, но уже более настойчиво. Маг в который раз за вечер усмехнулся и, развернувшись на каблуках, быстро зашагал по коридору. Гарри не знал, сколько еще он просидел на жестком каменном подоконнике, прижавшись щекой к прохладному стеклу, ему даже стало не интересно, куда ведет этот коридор, а маг так и не вернулся... А на следующий день вел себя так, словно ничего особенного и не произошло. Поттер пытался убедить и себя, что это действительно так, но удавалось плохо…. На несколько дней он даже забросил свою шпионскую деятельность, просто сидел на кушетке и смотрел на пролетающие за окном облака, без конца прокручивая в памяти будоражащие обрывки воспоминаний. А потом все снова вошло в привычное русло, правда, уже ненадолго. В тот вечер Гарри расположился в библиотеке – собственная комната невыносимо ему надоела, а за последние несколько дней он узнал весьма и весьма много. Оказалось, что тот самый каменный коридор вел в лабораторию. Он уже несколько раз бывал там вместе с Лордом, Томас рассказывал ему о своих экспериментах, часть из которых имела чисто научное значение, и вряд ли их результаты могли использоваться в войне. Маг учил его пользоваться разными приборами и объяснял множество разных магических закономерностей. И теперь парень записывал все, что услышал там касательно изысканий Вольдеморта, он задержался дольше обычного, солнце уже клонилось к горизонту, когда он дописал последний абзац и убрал лист, как всегда,в середину стопки. Он еще раз выровнял всю стопку и стал укладывать справочники, которые, как всегда, лежали раскрытыми. - Древние руны, - неожиданно раздалось сзади, юноша вздрогнул и обернулся. Том стоял у него за спиной и с интересом смотрел на книги. – Я изучал в школе, на мой взгляд, довольно скучный предмет, но если тебе нужна помощь, то обращайся. - Спасибо, не надо, мне интересно самому разобраться… - отгоняя нахлынувший страх. – Занять время, - он попытался улыбнуться, но вышло, видимо, немного натянуто. - И все равно не лучший выбор, - пожал плечами Томас, - но дело твое. Мужчина наклонился и взял верхний листок, пробежал глазами и заметил: – У «Othal»немного недотягиваешь нижнюю линию, да и вообще точность написания оставляет желать лучшего. - Я только учусь, - проговорил Гарри, внутренне молясь, чтобы интерес Лорда на этом и ограничился, но маг потянулся за следующим листком, продолжая комментировать ошибки. Пожалуй, если бы он действительно только изучал руны, он был бы рад такой помощи и проверке. Теперь же он сидел и судорожно считал, сколько листков еще нужно поднять Риддлу, чтобы увидеть на очередном не руническую вязь, а схему собственного особняка. Три…Гарри почувствовал, что у него вспотели ладони, нужно было что-то срочно придумать, как-то отвлечь: - Том… - начал было он, но так и не продолжить – в голову ничего не шло, остался только страх. - Да, я слушаю, - откликнулся мужчина, не прерывая чтения. Два… ну нет, все не может так глупо закончиться... сейчас, вот сейчас ему надоест… Один…. - Том…Я… - юноша встал и в нерешительности топтался на месте, не в силах ни на что решиться… Последний лист оказался у мага в руках, на столе на верху стопки лежал тщательно прочерченный план особняка с подписями всех помещений и прочими пометками, пока еще мужчина этого не видел, он еще читал руны, глаза его неторопливо бегали по строчкам, оставалось еще несколько секунд в запасе. Несколько секунд…. Повинуясь порыву он рванулся вперед, буквально сбивая Лорда с ног и отталкивая назад от стола, практически повис на его шее, впиваясь поцелуем в губы. Злополучный лист выскользнул из рук Риддла, потому что тому мало того что пришлось отступить назад под неистовым напором, но еще и поддержать парня за талию, чтобы тот не грохнулся. Стопку записей Гарри удалось столкнуть ногой, от чего бумаги рассыпались по ковру причудливым веером. - Я хочу тебя… - прошептал он, надеясь, что мужчина примет дрожь страха за страсть.