El Alma

За множество лет, проведенных в борьбе, Риддл научился доверять своей интуиции, которая практически никогда его не подводила. И сейчас какое-то странное чувство беспокойства не оставляло его. Поэтому желание дальше развлекаться с Теодором быстро пропало. Лорд даже не стал тратить время на душ, его можно будет принять и позже, сейчас самым важным казалось понять, в чем причина его странного предчувствия. - Мой Господин, все в порядке? – осторожно осведомился Теодор, отвлекаясь от поисков своей футболки. - Да, - отмахнулся Риддл. Все-таки он не ошибся - у этого юноши было неплохое чутье, по крайней мере, смену настроений и эмоций других людей он улавливал превосходно. И он вряд ли поверил ответу, но переспрашивать все равно не решится, прекрасно понимая, где его место. - Могу я остаться? – тем не менее осмелился спросить молодой человек, хотя даже по голосу было видно, что он сомневается или даже боится. - В другой раз, - немного снисходительно и холодно улыбнулся Лорд и вышел из комнаты. Оглядел коридор и зашагал в ту сторону, куда, как ему на невесомый миг показалось, удалились торопливые шаги. Он прошел до конца коридора, дверь на небольшой балкон была открыта, и Томас только и мог что сжать кулаки и выругаться сквозь стиснутые зубы, когда отчетливо увидел на фоне ночного сине-фиолетового неба худую фигурку юноши с взлохмаченными волосами. - Гарри, - негромко позвал он. – Почему ты не спишь? Ответа не последовало, только сильнее задрожали от рыданий плечи. - Гарри, - повторил Риддл, понемногу начиная злиться. Он не мог взять в толк, что такое опять случилось с этим несносным юношей. Он положил руку на плечо Поттера, желая как-то приободрить или успокоить этим жестом. - Не трогай меня! – парень рванулся в сторону, ударившись при этом о перила балкона. - Стой! Не дергайся! - Лорд одним быстрым и сильным движением снова схватил парня за плечо, нарочно сильно сжимая пальцы, чтобы показать, что он не намерен шутить. – И объясни, что опять не так? - Ты еще спрашиваешь? Как ты мог... после того, что было... – губы парня дрожали, из зеленых глаз текли слезы. Лорду было неприятно смотреть на это, и он по-прежнему не понимал, что настолько выбило парня из колеи, и это злило! Сейчас меньше всего ему хотелось разгадывать загадки: - Да, я спрашиваю! - Мог бы спросить попозже и не отвлекаться от своего гостя! – зло выплюнул гриффиндорец, отворачиваясь от мужчины. - Вот в чем дело! – с облегчением выдохнул Риддл. Теперь он был уверен, что мальчишка видел его с Теодором, видимо, это так и огорчило его, но Томас все еще не до конца понимал, как эта новость могла настолько огорчить Поттера. Не мог же он думать, что, кроме него самого, в постели Лорда никого не бывает? Или…мог? – Тео уже ушел. - Тео, - с невеселой усмешкой передразнил парень и снова рванулся, только что не зубами вцепляясь в держащие его руки Лорда. Этого мужчина уже стерпеть не мог, он привык к подчинению, повиновению и не собирался терпеть явный бунт ни от кого, даже от Поттера. Несмотря на всю его важность, у любых поблажек есть границы. С сильным размахом он влепил юноше пощечину. Спустя несколько секунд он даже несколько пожалел о своей несдержанности: да, парень перестал вырываться и только замер, уставившись своими зелеными глазами из которых теперь уже не переставая текли слезы. - Перестань реветь, - более зло, чем собирался, прошипел Лорд. Он ненавидел слезы с детства, с самых младших лет, проведенных в приюте. Возможно, оттого что в те годы и сам, бывало, плакал, проявлял неподобающую слабость и оттого что бесконечно слышал детский плач других воспитанников. Однако мальчишка перестал всхлипывать, только слезы солеными полосками продолжали бежать по щекам. Он как-то сокрушенно замотал головой и прошептал, впрочем, достаточно громко, чтобы Риддл мог без труда расслышать каждое слово. - И самое страшное, что я даже не могу больше ненавидеть тебя... Не могу... Просто не могу и все…. - О чем ты шепчешь? - Ты так ничего и не понял... – все так же сокрушено и тихо… - Я.. Я же люблю тебя… Понимаешь? Хотя… Ни черта ты не понимаешь! Несколько, показавшихся неимоверно долгими, секунд Риддл не мог осознать, что именно он сейчас услышал, а потом, как говорят магглы про такие случаи, у него в душе «зазвучали фанфары». Да, в этот момент он был рад, даже счастлив в каком-то своем особом понимании этого слова, он практически добился своего, хотя сейчас и не мог точно объяснить, как ему это удалось. В какой момент ненависть в душе Поттера сменилась страхом и подчинением, подчинение привязанностью, а привязанность любовью? Только вот если для Лорда это признание было радостным, а новость приятной, то этого никак нельзя было сказать и о юноше. Какое-то время он стоял, словно пораженный собственными словами, а затем рванулся с места, явно собираясь сбежать куда глаза глядят. Только отличная реакция позволила Томасу перехватить беглеца и после короткой, яростной, но заранее предрешенной борьбы прижать к себе. Он еще не решил до конца, как следует себя повести, но был твердо уверен в одном - отпускать Поттера в его состоянии и с его «везением» было нельзя. Какое-то время они так и стояли, молча, слабо вырывающийся Поттер и каменно-холодный с виду Риддл. - Пусти меня… - прошептал Гарри, правда, уже не вырываясь. – Какая тебе разница... Тебе же все равно… - Гарри, - заговорил мужчина, тщательно подбирая слова и борясь с непонятно откуда и почем взявшимся волнением. – Мне не все равно. Я понимаю, что ты хочешь услышать, что мне следовало бы сказать. Но я не хочу и не буду тебе лгать. Гарри усмехнулся совсем невесело и снова рванулся из рук Лорда. Но успехом и эта попытка не увенчалась, Том только крепче прижал его к себе, и, чуть наклонившись, снова зашептал, но уже более уверенно и спокойно: - Нет, послушай меня. Я не скажу то, что ты хочешь услышать, но ты дорог мне и ты мне нужен. И это больше, чем я когда-либо кому-либо говорил и когда-либо кому бы то ни было скажу. И сейчас ты значишь для меня больше, чем кто-либо. - И… и даже больше, чем ОН? – срывающимся голосом. - Больше. - Тогда, пожалуйста... Я больше не хочу его видеть. Пожалуйста, если… - Больше не увидишь. - Не увижу? Или он больше тут не появится? - Не появится, - Риддл едва сдержал улыбку. Да, мальчишка то ли начал умнеть, то ли учится пользоваться своим несколько особенным положением. И если второе верно, то это следовало пресекать, помыкать собой он не позволит никому даже в мелочах. Хоть и успокоившийся, Поттер все равно выглядел подавленным и даже почему-то испуганным. - Пойдем, ты все равно не уснешь, - Том легонько сжал плечо парня и повел его. Шли молча, но обоим безо всяких разговоров было понятно, что все привычные комнаты сейчас будут полны ненужными воспоминаниями. Риддл провел юношу на первый этаж и там из общей залы зашел в неприметную комнатушку, откуда по узкой винтовой лесенке они спустились в большое подвальное помещение. В стене был огромный камин, в котором жарко пылали дрова, чуть дальше просматривались еще несколько небольших, но сейчас потушенных каминов, несколько столов, на которых лежали продукты и кухонная утварь. Странно, хоть парень и обшарил весь особняк, все что мог, он ни разу не задумывался об отсутствии такого важного помещения, как кухня. И тем более странным ему казалось, что Риддл привел его в такое странное место. Навстречу тем временем выскочил заспанный домовой, судорожно теребящий в пальцах край мятой туники. - Хозяин, Вам что-то требуется? Что-то было не в порядке с ужином? Хозяин… - Принеси мне вина, которого обычно. Что-нибудь хочешь? – этот вопрос уже относился к Гарри. - Нет. - Горячего шоколада? – Лорд достаточно похоже изобразил интонации Дамблдора, что юноша не смог сдержать мимолетной улыбки, правда, скорее горькой, чем веселой. Вся эта ситуация была словно насквозь пропитана горькой иронией. - Нет, просто стакан воды. Маг кивнул домовику головой, тот поклонился и исчез, а спустя несколько секунд появился вновь с небольшим подносом, на котором стояли стакан холодной воды и хрустальный бокал с красным вином насыщенного рубинового цвета. - Хозяин желает что-то еще? – так же раболепно кланяясь, торопливо произнес домовик. - Нет. Оставь нас. Сидели молча. Гарри мелкими глотками пил ледяную воду, стараясь успокоиться, Лорд потягивал вино, явно наслаждаясь вкусом. - Почему ты привел меня сюда? – не вытерпел юноша. - Тебе нужно успокоиться, а любая другая комната наводила бы сейчас на ненужные вспоминания, которые сейчас были бы лишними. Ты согласен? - Да, - снова молчание, правда, на этот раз не такое долгое. Гарри решительно закусил губу и осторожно прикоснулся кончиками пальцев к запястью Лорда. – Том, помнишь, как ты говорил о том, что то, что мы делаем, меняет нас и меняет все вокруг? - Помню. - И то, что произошло сегодня, то, что я сказал… Это что-то изменит? Вместо ответа Риддл ободряюще сжал пальцы парня, делая очередной глоток из бокала и едва удерживаясь от какого-нибудь саркастического комментария. Вроде того, что из-за этого он потерял возможность приводить в собственный дом своего же любовника. - Можно спросить? – тихий голос - видимо, парень окончательно успокоился. На секунду Риддл даже удивился, что тот задал этот вопрос. Обычно грифиндорец сначала спрашивал, а потом думал и никогда не был так осмотрителен, впрочем, особого значения этому наблюдению маг не придал. - Спрашивай, о чем хочешь. - Почему он? Уточнений не требовалось, о ком речь, было понятно и так. Томас допил вино и стал вертеть в пальцах пустой бокал, ловя отблески из камина на старинном хрустале. Он не спешил с ответом, тщательно просчитывая, какую долю правды сказать, чтобы не вызвать этим нового града вопросов и чтобы опять не нарушить хрупкое душевное равновесие своего особого пленника. Ну как объяснить парню, что он так привык? Привык получать, что только захочет, привык иметь несколько любовников, любовниц и менять их под стать своему настроению, совершенно не беспокоясь о чьем-то мнении? Что все они были для него только игрушками, которые можно пару раз ударить за непослушание, а можно жестко отыметь на письменном столе или избить плеткой, приковав к изголовью кровати, если того требует душа. И не беспокоиться при этом ни о каких последствиях, потому что ему было плевать, потому что они ничего не значили. Хотя некоторые и запоминались лучше, отчетливей других в этой череде, становились несколько родными, если так можно вообще сказать о таких отношениях, и прочно входили в его жизнь как слуги, так и как партнеры. Как Белла, например, но и то она была одной из многих. А Поттер был особым случаем, он не был прихотью, он был способом, средством достижения цели, он был шансом, шансом который нельзя упустить. - Так получилось, - как можно безразличнее пожал плечами мужчина. – Мне было скучно, а Теодор попался мне на глаза. Он молод и... хм... талантлив. - Скучно... – как зачарованный, повторил парень, а затем, опустив глаза в пол, едва слышно прошептал. – Но я же был рядом, ты же мог… - Мог выбрать тебя? – усмехнулся маг. - И ты предпочел, чтобы я трахал тебя, как и когда мне взбредет в голову, не спрашивая на то твоего согласия? А сосать умеешь? Не продемонстрируешь? Вынужденная грубость с долей истины возымела свой эффект – парень покраснел и перестал спрашивать глупости. Решив немного смягчить сказанное, маг осторожно приобнял юношу за плечи, притягивая к себе так, чтобы тот мог положить голову ему на плечо, и прошептал на ухо. – Потому что к тебе я отношусь иначе, чем к нему. - Но ты мне обещал, что... - Я помню, что обещал. Проснулся Лорд уже около полудня, голова раскалывалась, он чувствовал себя разбитым и усталым. Что, в общем-то, было не удивительным, лечь удалось только перед самым рассветом. Они еще долго сидели у медленно затухающего камина, больше ни разу не заговорив, и, только когда Поттер стал в прямом смысле слов дремать у него на плече, мужчина решительно разбудил парня и проводил до комнаты. Мимоходом выпив флакончик зелья от мигрени, маг оделся и направился по делам, предаваться безделью было решительно некогда. К обеду он планировал вернуться, ожидая некоторых отчетов. Удержавшись от того, чтобы заглянуть перед уходом к Гарри, маг поспешно дошел до дверей особняка и трансгрессировал. Он еще не решил, как следует вести себя с Поттером после вчерашних признаний, и, что более важно, не знал, как поведет себя Гарри. А, зная юношу, ожидать можно было всего, и самым разумным казалось дать ему подумать и прийти в себя. Вчера было очевидно, что он сам испугался своих слов. Словно и для него они стали неожиданностью, откровением. Гарри осторожно поправил шаткую стопку книг, которые нес из библиотеки, и прислушался - определенно снизу слышался какой-то шум. Вчера он так и не вспомнил про разрешение на работу в лабораториях, которое хотел выпросить у Риддла, да и не до того было. А когда он робко постучался в спальню Лорда уже в первом часу дня, там никого, кроме блаженно дремлющей Нагини, не было, которая нехотя или просто лениво сообщила, что хозяин прибудет к обеду. Положив книги на пол около двери своей комнаты, грифиндорец спустился по лестнице, все так же настороженно прислушиваясь. Если Риддл был не один, то следовало выждать - он не хотел попадаться на глаза кому-то из Пожирателей. И хоть они ни разу не говорили на эту тему, юноше почему-то абсолютно точно казалось, что и Лорд вряд ли будет доволен, если он начнет «светиться» перед его слугами. Но слышно было плохо, в замке было наложено достаточно много заглушающих и просто приглушающих заклятий на разные его этажи и комнаты, во всей их системе Гарри еще не разобрался. Поэтому, ступив в коридор второго этажа, который вел к кабинету Темного мага, парень вздрогнул от неожиданно обрушившихся на него звуков. - Нет! Пожалуйста, Милорд… Нет, прошу Вас! – этот голос был не знаком, но было ясно, что его обладатель едва ли не бьется в истерике и скулит от страха одновременно. – Милорд! Вы же… - Молчать! Как ты смеешь не подчиняться моим приказам и после этого обвинять в этом же меня!? - Прошу Вас, Милорд… - Круцио! Тишину разорвал пронзительный полный боли крик, голос Лорда, произносящий заклинание, так и звенел от ярости, и Гарри совсем не завидовал Пожирателю. Ему и самому стало немного не по себе, он вжался в стену, словно боялся, что его заметят, хотя и стоял достаточно далеко от приоткрытой двери кабинета, но почему-то не ушел. - Я спрашиваю последний раз! Как ты посмел явиться без бумаг!? - Милорд... Я же принес их Вам… Милорд, прошу Вас… Вспо… - Авада Кедавра! Из приоткрытой двери кабинета на мгновение полыхнула пронзительная зеленая вспышка, глухой удар тяжелого тела об пол, и на несколько секунд стало тихо. Гарри мог поклясться, что слышит частый стук своего сердца. - Берки! – легкий хлопоки ответный писклявый голосок домовика: - Вы звали, Хозяин? - Да! Приберись здесь! – дверь кабинета распахнулась на всю ширину, и Риддл широкими шагами вышел в коридор. – Гарри? – мужчина остановился, чуть вопросительно, чуть удивленно. - Я...я... – парень замялся. Он почему-то никак не мог решить, что ответить, он словно чувствовал себя виноватым за то, что оказался свидетелем этой сцены. И он боялся, хотя сам толком не мог понять, чего именно. Он знал, что Риддл убивал и продолжает убивать людей, он никогда не делал из Лорда святого или пытался «обелить» его образ. И он знал, что маг достаточно суров в обращении со своими слугами, да и погибший Пожиратель был даже ему не знаком, но все же… - Что с тобой? – мужчина подошел почти вплотную и положил руку ему на талию, мягко привлекая чуть ближе к себе. – Все в порядке? – свободной рукой он осторожно приподнял голову юноши за подбородок, вынуждая его смотреть в глаза. - Все хорошо, правда,… Том, за что ты его убил? Маг удивленно приподнял бровь, хотя эмоция явно была немного наигранной, он словно спрашивал: «а разве нужна причина?», но, тем не менее, ответил: - Он не выполнил мой приказ. - А... а если бы я не выполнил твой приказ? То ты… - А я так часто тебе что-то приказываю? - Нет, но что-то мне подсказывает, что ему хватило одного проступка… - Ему хватило наглости или глупости обвинять меня в своем промахе, обвинять меня во лжи. Он мог упасть на колени и признать, что посмел явиться ко мне без вверенных ему отчетов, но он продолжал утверждать, что отдал их мне получасом ранее. Наглость наказуема. И нет. - Что «нет»? - Я ответил на твой вопрос. И зачем ты приходил? Ты ведь шел ко мне, я прав? -Вс-се нормально, Хос-зяин? – Нагини вползла в кабинет и приподняла голову над полом, чтобы видеть поверх стола, за которым сидел маг. - Да, Гини, - мужчина улыбнулся питомице и вернулся к работе. – Все даже лучше, чем я мог… - не договорив фразу, маг отложил только что взятый с края стола справочник по магическим артефактам и уставился на лежащие под ним бумаги. – Какого Мордреда!? Томас вскочил на ноги и выхватил палочку, все еще сжимая в руках те самые отчеты, за отсутствие которых несколько часов назад убил одного из своих слуг. Нет, ему было абсолютно не жаль погибшего, тот был достаточно посредственным магом и приносил соответственную пользу. Но он точно не мог забрать отчеты и забыть об том, а самопроизвольно положить их на стол, не посмел бы, значит, их должен был взять кто-то другой. Кто-то другой, по-видимому, принявший его облик или как-то иначе одурачивший его слугу. Лорд торопливо прошептал несколько заклятий, посылая поисковые импульсы по территории поместья и сада, попытался обнаружить следы накладываемых в поместье заклинаний за последнее несколько часов. Но никакой посторонней магии не обнаружил. - Что за чертовщина! - Я могу помочь… - Нагини переползла ближе к нему и теперь практически терлась головой о колени, успокаивая и обращая на себя внимание одновременно. - Побудь рядом с Поттером, если что-то заметишь, позови меня… Я проверю защиту и усилю ее. - Тебе обязательно ползать за мной? - Гарри остановился и посмотрел через плечо на свою неожиданную спутницу, пытаясь одновременно еще и открыть дверь в лабораторию, что из-за нескольких коробок с ингредиентами для зелий в руках было весьма непросто. - Это прикас-с Хос-зяина, - упрямо прошипела Нагини и проползла в комнату вперед него, при этом умудряясь не мешаться под ногами. - Он беспокоится, чтобы я что-то не натворил? Не взорвал поместье? - Нет. Он бес-спокитс-ся о тебе… Я должна охранять… - Что-то произошло? – парень, наконец, водрузил свою ношу на стол и взволновано взглянул на змею. Весь вчерашний день он молча терпел ее присутствие, но сегодня уже не мог удержаться от вопросов. - Он с-сам рас-скажет тебе, ес-сли сочтет нужным. - Если… - с чуть заметной невеселой улыбкой повторил Гарри и открыл учебник. Откровенно говоря, он не был против ее присутствия, с ней было даже как-то спокойней, так и хотелось погладить блестящую чешую, на взгляд она казалась гладкой и прохладной. Но он не решался, не будучи уверенным до конца, что любимица Вольдеморта не попытается оттяпать ему пол руки. С того пятиминутного разговора в коридоре он, можно сказать, и не видел Лорда. Гарри терялся в догадках: действительно ли у мага такие важные дела, требующие его присутствия, или же он просто его избегает? Избегает, после того как узнал о чувствах. Проскользнула даже мысль, что теперь-то Риддл точно чувствует себя победителем, завладев, как говорится, и душой, и телом. И что теперь он стал Лорду просто-напросто неинтересен и тот не намеревается больше тратить на него свое время. Но юноша усиленно гнал ее от себя, стараясь сосредоточиться на рецепте зелья, весенней болтовне птиц за окном, на чем угодно. Для него, правда, его же собственное признание в любви тоже оказалось неожиданностью, в какой-то степени он и осознал до конца свои чувства в тот самый момент, когда озвучил их. Но, как ни странно, он не жалел об этом, эта короткая фраза из нескольких слов расставила все по местам. Для него расставила. Парень прекрасно понимал, что он все равно вряд ли сможет как-то влиять на Лорда, и он до сих пор не знал, что ждет его завтра или через месяц, но... Но все это никак не могло отменить того странного чувства счастья, которое он испытывал. О прочем он старался не думать, не вспоминать, было тяжело, но пока удавалось. Он как раз отмерил нужное количество сушеных листьев любистока и стал нарезать мелкими кубиками корень лопуха, когда Нагини неожиданно приподняла голову над сложенным телом кольцами и зашипела. Это оказалось столь неожиданно, что Гарри едва не попал себе ножом по пальцу. - Что случилось? - Хос-зяин. - Он должен вернуться завтра ближе к вечеру, - задумчиво ответил Гарри, возвращаясь к своим ингредиентам. – Он сам мне так сказал, – было немного странно вспоминать их прощание. Наверное, Томас так и ушел бы, не сказав ни слова, если бы Гарри не перехватил его уже около выхода из поместья. Он практически вцепился в рукав мага и заставил его остановиться, он не знал, что и зачем говорить, просто приподнялся на носки и поцеловал Лорда. На секунду ему показалось, что тот удивился, но на поцелуй ответил, правда, не забыв потом, как всегда, усмехнуться. Но эта ухмылка уже стала такой знакомой, привычной, не раздражающей - видимо, Риддл не мог по-другому. - Он с-сдес-сь, - рептилия развернула кольца и достаточно быстро поползла к выходу. Гарри пришлось подойти к двери, чтобы открыть ее, и, сам не зная зачем, он последовал за ней, начиная почему-то беспокоиться. Гини он, конечно же, обогнал, и в некотором удивлении замер на пороге гостиной. Томас действительно был уже дома, он стоял, как-то странно облокотившись на камин, низко опустив голову так, что волосы падали на лицо, и прижимал руку к правому боку. - Том! Ты так рано вернулся, я… Том? – неожиданная радость сменилась беспокойством. Вольдеморт не отвечал, только как-то тяжело и хрипло дышал, и около ботинок по каплям собиралась вязкая красная жидкость. – Том! – парень практически подбежал к мужчине, дрожащими пальцами отвел с лица мага прядь волос и заглянул в лицо. Он выглядел бледным, но спокойным, только закушенная губа свидетельствовала о боли. - Все хорошо, - получилось не очень убедительно, особенно из-за того, что в этот момент Томас оперся на плечи парня и пошатнулся. Дорогу до спальни Лорда Гарри вспоминал, как кошмар: на каждом шагу он боялся, что Риддл просто упадет. Он знал, что Лорд лично участвует во многих военных операциях, не доверяя все Пожирателям, но почему-то ему никогда не приходила в голову мысль, что его могут ранить. И было страшно. Томас с легким полурычанием-полустоном стащил мантию, вся правая сторона некогда белой рубашки пропиталась кровью, правда, дальше пятно не распространялось - очевидно, маг наложил кровоостанавливающее заклятье. - Я... я могу чем-то тебе помочь? - Да, принеси мне сквозное зеркало из кабинета. В ящике стола. То, что с синей пометкой на обороте. Принесешь? Парень обернулся, уже стоя на пороге комнаты: - Ты подумал, что я мог ответить что-то другое? Ты думаешь... - Я знаю, что если бы я сдох от потери крови, то у твоего Ордена появились бы все шансы на победу. Гарри не ответил, он торопливо сбежал вниз, распахнул дверь кабинета и вытащил требуемый артефакт. На долю секунды он замер, проскользнула мысль: «А что если… если действительно?». Но нет, он понял, что не сможет даже ради всеобщего блага, даже ради победы Ордена, даже ради... Ради чего бы то ни было, он уже сейчас знал, что не раз и не два пожалеет о выборе, но и без этого мужчины рядом он не сможет. Он уже не знал, кто он есть без Лорда. - Тебе нужны зелья… - Гарри передал принесенное зеркальце. – Скажи… - Иди, дальше я сам. - Но… - Иди. Уже выйдя в коридор, Гарри вернулся на пару шагов и в щелочку приоткрытой двери увидел Риддла, склонившегося над осколком зеркала: «Белла, ты нужна мне. Сейчас». Стоило ли говорить, что Гарри так и не уснул в эту ночь, он то ходил по комнате, то бездумно пялился в окно, то выходил в коридор и прислушивался около соседней двери. Но не мог уловить ни звука – заглушающее заклятье работало без перебоев. Уже под утро раздался резкий стук в дверь, парень вздрогнул и торопливо поднялся с кровати. Риддл никогда не стучал. Приоткрыв дверь, он увидел Беллатрикс, выглядела она устало и даже «разбито». «Зачем она пришла?» - молнией пронеслась в голове неожиданная мысль, тревога охватила Гарри за считанные секунды. А вдруг что-то случилось с ним? - Он в порядке, - словно прочитала его мысли ведьма. Она устало отвела со лба прядь волос. – Но он слаб, постарайся, чтобы он не напрягался сегодня. - Ты думаешь, он меня послушает!? - Я знаю, что он не послушает меня, - она улыбнулась своей чуть безумной улыбкой и ушла. Парень проводил ее взглядом и, не теряя ни секунды, направился в соседнюю комнату. Он не стучался, просто тихонько приоткрыл дверь и вошел. Он ожидал застать Риддла спящим и не хотел будить, но Лорд уже не спал. Он сидел на краю кровати и как раз с помощью заклинания левитировал свежую рубашку из шкафа. На боку виднелась аккуратная повязка, закрывающая рану. - Привет, - отстраненно ответил Томас, но, видимо, все-таки отвлекся, так как рубашка не долетела и упала на ковер. - Куда ты собрался!? – наконец вышел из некого оцепенения юноша. Он торопливо пересек комнату и остановился рядом с кроватью. Он сказал это слишком громко, эмоции захлестывали с головой, тревога, беспокойство, радость и любовь смешивались воедино. – Ты еще слишком слаб! - Не смей поднимать на меня голос. Я в порядке, и у меня есть дела. - Пожалуйста, тебе надо отдыхать, - Гарри положил руку Риддлу на плечо, словно надеясь, что это удержит его. – Я беспокоюсь за тебя… - добавил он уже более тихо. - Напрасно, - как обычно, усмехнувшись, маг хотел подняться, чтобы взять с пола проклятую рубашку, но стоило ему подняться на ноги, как он понял, что они его не держат. Судорожно пошатнулся, оперся рукой на тумбочку, свалив оттуда несколько пустых флакончиков из-под зелий, но все-таки устоял. - Ты никуда не пойдешь! – Гарри обхватил Риддла за талию, пытаясь усадить обратно. - Гарри! – мужчина попытался спихнуть его руки, но не удалось, с рычанием он опустился на кровать и откинулся на подушки. – Еще никто не смел так себя вести со мной! – но по тону было непонятно, как он относится к сказанному, то ли рад, то ли раздосадован и зол. - Я могу извиниться, - Гарри скинул кроссовки и улегся рядом с Лордом. - Как ты? - Я веду эту войну около 50 лет. Неужели ты думаешь, что это мое первое ранение? – мужчина усмехнулся. - Это было твое первое ранение, которое я видел. Как так получилось? Мужчина ответил не сразу, задумавшись. Он и сам не мог объяснить, как так глупо подставился. Несмотря на участие в битвах, порой казавшихся безнадежными, он умудрялся оставаться невредимым и даже выходить победителем. Что же случилось в этот раз? Да, несколько его людей пали вначале битвы, немного переменив соотношение сил, но все равно это было не столь значимо. Их не разбили, не окружили, а он... Он стоял на пригорке и смотрел за схваткой Пожирателей с несколькими аврорами и подключившимися жителями деревни, смотрел за еще несколькими подбегающим на подмогу, отстранено думая, что в недалеком леске ожидает своего вступления в битву еще один его отряд. Как вдруг кто-то из подбегающих метнул в него режущее заклятье, одно из самых сильных в этой группе, но произнес-то его какой-то рядовой волшебник, даже не аврор, не боец… И время словно замерло, он стоял и смотрел, как к нему приближается разветвленная молния, переливающаяся стальными и серебряными отблесками. Он мог успеть блокировать или поставить щит, или даже отразить это заклятье обратно в нападающего, или просто отойти, но он смотрел, словно был околдован или обездвижен. Очнулся он только в тот момент, когда острая боль резанула по боку и на землю полетели тяжелые капли крови, а на рубашке начало быстро расползаться мокрое алое пятно. А потом? Он мог, как в десятках других случаев таких ранений, остановить кровь, наложить анестезирующее заклятье, добавить бодрящее и кроветворное, чтобы избежать проблем на случай затянувшейся битвы. Все это отняло бы меньше полминуты, настолько было отработано до автоматизма. Ну, или чуть больше, если сначала послать смертельное проклятье в посмевшего напасть на него мага. А он запаниковал, отбился простым щитом и вместо заклинаний попытался зажать рану рукой и трансгрессировал. - Пустяки, - наконец проговорил он, прокрутив всю эту ситуацию в голове. – Просто попал под заклятье. - Ты не успел блокировать? - Я его отвел. Иначе было бы раз в пять хуже, - соврал маг. Он ничего не отклонял, он стоял и смотрел на приближающуюся вспышку, и только в самый последний миг инстинкт самосохранения заставил его практически упасть на землю и, вместо того чтобы располосовать ему грудь и живот, заклинание лишь пропороло бок, оставив глубокий кровоточащий, но не столь опасный порез. Какое-то время они молчали, но вскоре Гарри, которого мучили десятки вопросов, заговорил вновь: - Если ты так уверен, что это был пустяк, то почему тебе понадобилась помощь? Ты же наверняка умеешь сам лечить раны? Мужчина усмехнулся: - Так проще, быстрее. Или тебя больше интересует, почему я позвал Беллу, а не обратился к тебе? Гарри промолчал, но это было куда красноречивей, чем слова: - А ты сам умеешь врачевать раны? Ты знаешь, где лежат зелья? Как и в каком порядке их использовать? Думаешь, мне было бы проще объяснять все это тебе, медленно истекая кровью? И не ищи скрытые причины там, где их нет. Гарри улыбнулся, спрятав улыбку в подушку, придвинулся ближе, уткнулся лбом в плечо мужчины и взял его за руку. Очень хотелось обнять его, лечь головой на грудь, но он боялся, причем не зная, чего именно - что он причинит боль, потревожив рану, или что Риддл оттолкнет его. Ближе к вечеру они выбрались гулять в сад, было еще прохладно, кое-где проглядывалась сырая земля, а местами еще лежали почерневшие и осунувшиеся сугробы. Томас выглядел еще бледновато, но шел вполне уверенно, даже как-то целенаправленно, словно ему было куда спешить. Грязь противно хлюпала под ногами, где-то надрывно каркала ворона, Гарри шагал чуть позади, буквально буравя взглядом спину идущего впереди мага. Несколько раз он делал несколько поспешных шагов, собираясь догнать и заговорить, но таки не решался. Он не знал, о чем говорить. Он знал, что Риддл собирался завтра же вновь отправляться по своим таинственным делам. О делах они не разговаривали, и Гарри был уверен, что если бы он спросил, то все равно не получил бы ответа. Он был уверен, что Томас ему не доверяет. И главное, он не мог даже сам себе ответить, а чем он, собственно говоря, должен был заслужить это доверие? И из головы все никак не шли слова Вольдеморта о том, что если бы он умер, то у Ордена еще были шансы на победу. Он раз за разом прокручивал эту жестокую фразу в голове и никак не мог понять, а что для него было страшнее. То, что иных шансов на победу у Ордена уже нет и магический мир, который он знал и любил, уже никогда не будет таким, как до войны, или хотя бы мысль о том, что Том мог погибнуть? И больше этого невероятного мужчины не будет в его жизни, об этом было даже страшно думать, и страшно было оставаться в настоящей неизвестности. Гарри хотел попросить Тома никуда не уходить, подождать хотя бы полного выздоровления, хотел попросить прекратить эту войну, хотел попросить хотя бы просто поговорить, но понимал, что все это было бы пустой тратой слов и времени - Риддла не интересовало ничье мнение кроме своего. Он старался гнать эти мысли от себя, потому что от них становилось совсем невыносимо, и он одновременно чувствовал себя и предателем, и почему-то отвергнутым одновременно. Решив не тратиться на слова, он догнал-таки мужчину и молча взял его за руку. Несколько шагов они так и шли, затем Томас перевел взгляд на их сплетенные пальцы, высвободил свою руку и остановился, развернувшись лицом к юноше, взял парня за подбородок, заставляя смотреть в глаза: - Гарри, кто я? - Том Риддл… – не очень понимая, что от него хотят, ответил парень. - Еще раз: кто я? - Лорд Вольдеморт? - Да, два раза да. И запоминай – я не девчонка с параллельного факультета, с которой можно гулять за ручку. И я не буду носить тебя на руках, сидеть в клетчатых пледах и разговаривать «о чувствах» и не выведу на общественный прием. И если ты меня любишь, то тебе придется к этому привыкнуть и не переходить границу. Следующим утром Томас ушел, обещая вернуться не раньше, чем через сутки. Гарри чувствовал себя каким-то разбитым, он шатался по особняку, сам не зная, куда и зачем идет, и подскочил от неожиданности, когда во время очередного пересечения гостиной его неожиданно окликнули: - Гарри. Юноша резко развернулся и вздрогнул: напротив него, прислонившись к стенке и скрестив руки на груди, стоял Теодор.