El Alma

От удара из легких вышибло воздух, какой-то момент парень просто лежал на полу и не мог вдохнуть, мимолётно проскользнула мысль, что если бы на нем были очки, они бы точно разбились как после его самого первого путешествия по каминной сети, неудачно забросившего его в Лютный переулок. Первым звуком, который он услышал, был женский вскрик напуганный и удивленный, и следом за этим не менее удивленные, но уже радостные крики: - Гарри!... Гарри! – топот ног и он оказался в крепких объятьях Рона и Гермионы. - Ты вернулся! Ты жив! О Мерлин! – голос подруги как будто выдернул юношу из некого забытья или прострации, в которой он находился. И реальность обрушилась на него словно водопад, тоннами обжигающе-ледяной воды, сбивая с ног и ошарашивая. Парень только теперь понял, что это реальность, что он сбежал, что удалось. И в тот же миг стало страшно. Юноша кинулся к камину в нелепой надежде, что действие пороха еще не закончилось, что он сможет вернуться. Глупость. Он же даже не знал адреса, сейчас он понял, что его порыв был продиктован обидой и сиюминутной решительностью. И он пожалел, понимая, насколько серьезным был этот проступок, таким серьезным, что перевешивал все остальные вместе взятые. - Гарри! Что с тобой? Что ты хочешь? Гарри! Где ты был, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, - не успокаивались друзья, буквально окружив его. Парень понимал, что нужно что-то сказать, что-то сделать, он был в панике, не зная чего дальше ждать. - Нужно уходить. Срочно, - пересохшими от волнения губами прошептал он, ему казалось, что он уже слышит хлопки трансгрессии Пожирателей. – Сейчас же! – практически прокричал он, видя, что ни Рон, ни Гермиона не предпринимают никаких действий. Первой как всегда среагировала Гермиона. Она метнулась по лестнице и уже спустя пару секунд вернулась со своей неизменной сумочкой, Уизли тем временем кинулся к буфету и стал выкладывать еду. Все это казалось таким долгим, Гарри невидящим взглядом смотрел перед собой, мысли испуганными птицами метались в голове, он не знал, что делать, но оставаться на месте было невозможно. - Хватит! Нужно сейчас же уходить! – он поднялся с пола. - Чтобы трансгрессировать, нам придется пройти какое-то расстояние, пока не кончится действие защитного поля… - Нет! – остановил Гарри друзей, которые стояли уже около двери. – Через камин! - ему не очень-то верилось, что они смогут скрыться от Лорда, но с другой стороны, еще меньше часа назад ему не верилось, что он когда-нибудь покинет замок Риддла и снова увидит своих друзей. А значит и сейчас следовало попытаться, рискнуть, иного все равно не оставалось. Дальнейшее походило на какое-то сумасшествие, они несколько раз воспользовались каминной сетью, переместившись сначала в Гринготс, затем в «Дырявый котел». Там их попытался задержать какой-то подозрительный тип, походивший на егеря, но удалось оторваться ценой потерянного манжета на рубашке Рона. Потом была «Кабанья голова» в Хогсмиде и наконец, подсказанный Гермионой небольшой магический магазинчик на окраине Лондона. Они специально выбирали для перемещения камины, которыми могли воспользоваться все. Гарри никогда особенно не интересовался, как именно работает каминная сеть, и какие заклятья слежения можно на ней использовать. Так он надеялся хоть немного сбить ищеек Вольдеморта со следа, а в том, что его будут искать, он не сомневался ни на секунду. Они бежали, трансгрессировали, снова бежали и снова трансгрессировали и так несколько часов подряд. Остановили их усталость и практически непроглядная темнота ночи. - Гарри! – пробормотал Рон, пытаясь отдышаться. - Объясни хотя бы что-то, куда и зачем мы бежим? Гермиона тем временем обходила их импровизированную стоянку с поднятой волшебной палочкой и накладывала защитные заклинания. - Гермиона, накладывай все что знаешь, просто все…. То, что мы использовали раньше, для Него ничего не значит… - Что ты имеешь в виду? Это одни из самых сильных защитных заклинаний.... Из тех, что я знаю, - добавила девушка, словно смутившись оттого, что она чего-то не знает. Точно так же как она делала это на уроках в школе, Гарри не удержался от легкой мимолетной улыбки. - То, что Он снимает все, все до одного твои защитные купола одним движением руки…. - Но Гарри, - несколько нерешительно вмешался Рон, в дела магической защиты он старался не лезть, предоставляя возможность разбираться в этом более сведущим друзьям. – Нам так долго удавалось скрываться с помощью заклинаний Гермионы, значит, они не так уж и плохи…. Мы даже егерей ни разу поблизости от палатки не замечали… - Рон. Я лично видел, как Лорд одним взмахом палочки снимал все заклятья. А егерей вы не замечали, но они были три отряда по десять человек…. - Но Гарри! Если это так, то почему нас не схватили сразу, как обнаружили…. - Я не знаю, правда не знаю, может они не были уверены, пока не поймали меня, может простые Пожиратели и вправду не могут справиться с заклинаниями. Я не знаю. - Так или иначе, сейчас я больше ничего не могу сделать, - обескуражено пожала плечами Гермиона и очередным взмахом палочки заставила развернуться палатку. – Можем развести костер, и ты нам все, наконец, расскажешь. - Завтра. Если доживем, сейчас я могу только спать, - опустив голову, проговорил Поттер и торопливо зашел в палатку, он понимал, что друзья волнуются, что им интересно хоть что-то узнать. Но он не знал, что и как им говорить. Хотелось только спать, и на душе почему-то было пусто и тоскливо. Они утомились за день беготни, Рон и Гермиона не смотря на волнение, скоро уснули, а Гарри лежал, смотря в магический потолок палатки, и думал, думал…. Он пытался хотя бы понять, что чувствует сейчас, и никак не мог. Столько всего смешалось разом: он был рад, безумно рад видеть родных людей, он словно вернулся назад во времени. Иногда на несколько секунд ему начинало казаться, что ничего не было, не было плена, всех этих месяцев проведенных в плену у Лорда, и они втроем только считанные недели начали свой поход за крестражами. Только какое-то холодное и тянущее ощущение в душе не давало в это поверить, парень лежал, закусив губу,словно боялся разрыдаться от чувства некой безысходности. Он первый раз за многие месяцы оказался предоставлен самому себе, мог сам распоряжаться своими действиями, мог снова строить планы, мог, наверное, что-то изменить… И он не знал, был ли он этому рад или расстроен. Ему было не по себе, он уже скучал по Тому, и ему было страшно, страшно от мысли, что он больше не увидит Риддла, и от мысли, что может произойти при их встрече. После того, как он второй раз нарушил свое слово, практически предал Лорда…. Гарри даже не понимал, как решился на этот шаг в камин, виной тому был импульс, порыв и гриффиндорец практически точно мог сказать, что будь у него второй шанс, он бы ни за что не поступил так снова. Но сделанного было не вернуть, и теперь приходилось разбираться с тем, что уже произошло. Он бы хотел попросить Рона и Гермиону остаться в Норе, в безопасности, а самому в одиночестве попытаться удариться в бега… или же попытаться вернуться к Риддлу. Но он понимал, что это бесполезно, вспоминая, как уже просил их остаться в стороне и на первом курсе перед полосой препятствий в подземельях, и на пятом перед министерством и как безрезультатно пытался сбежать перед свадьбой Била и Флер. Нет, ни Рон, ни Гермиона не оставят его одного, но он своим присутствием рядом с ними навлекал огромную опасность, и пожалуй, самым важным его долгом теперь становилось уберечь друзей. Мысли начинали путаться, явь мешалась со сном, глаза начинало щипать от усталости, и юноша сам не понял, как заснул. Разбудил его кошмар, ему снова приснился другой он, тот с красными глазами . На этот раз они стояли друг напротив друга и молча смотрели друг на друга, точнее молчал тот другой, молчал и улыбался холодной и безжизненной улыбкой. Сам Гарри во сне пытался что-то спрашивать, что-то кричал, хотел даже подойти, но их во сне словно разделяла невидимая стена. А потом Он взмахнул рукой и Гарри начал куда-то падать во сне, под его ногами разверзлась земля и он падал, падал и падал куда-то в черный колодец с багровым дном…. И проснулся. Парень стер со лба холодный пот, выпил забытый кем-то на столе стакан воды и выбрался из палатки. Гарри поежился и посмотрел на светлеющее на рассвете небо, было самое раннее холодное весеннее утро, где-то пели шумные лесные птицы. Казалось, все вокруг так и дышало спокойствием, но юноша не очень-то верил в это спокойствие. Обойдя несколько кругов вокруг палатки, парень вернулся внутрь и разбудил друзей. Вскоре уже горел, скрытый всеми возможными чарами, костерок, на котором они поджаривали взятый из Норы хлеб и делали бутерброды. - Гарри, может теперь ты хоть что-то расскажешь, - осторожно начала прерванный вчера разговор Гермиона, когда они пили чай из старых потрескавшихся кружек. - Я не знаю, что сказать, Гермиона. Я был в плену, и каким-то чудом бежал и не знаю, что теперь делать, - задумчиво проговорил парень, дуя на чай. – Хотя нет, знаю. Скажи, есть ли способ отследить или перехватить послание, отправленное с патронусом? - Не уверена, не совсем… - забормотала Грейнджер, сцепив пальцы в замок. – Я изучала этот вопрос, в книгах нет точной информации по нему. Единственное, что я нашла, эта возможность на миг заморозить посланника и увидеть его форму, но не больше. Но это были достаточно старые книги, написанные лет 15-20 назад, если за это время кто-нибудь стал всерьез заниматься этим вопросом, то возможно и появились способы. - Остаётся только надеяться, что на их поиск у Него не было времени… Герми, оправь в Хогвартс патронус с предупреждением, пусть готовятся к возможному нападению. Если еще не поздно. Мой слишком заметен и известен, - парень был очень благодарен, что подруга не стала больше задавать вопросов, просто сделала, о чем он ее попросил. - Гарри, - заговорил Рон, когда серебристая выдра улетела куда-то вдаль молнией и скрылась из поля зрения. – Может быть, ты не знаешь, но на Хогвартс уже было одно нападение. Джинни писала мне, что они уже попрощались с жизнями, настолько огромной была армия Лорда, но когда защита замка уже почти пала, нападающие просто отступили, трансгрессировали или же воспользовались порталами, все произошло настолько быстро. - Я знаю. Я читал статью в газете, и я видел эту армию… - Наверное, это было ужасно, столько времени провести в плену…. - Да…. Не так уж и ужасно на самом деле, я думал, будет хуже… - слабо улыбнулся парень. – Я вначале даже пытался что-то сделать, собрать информацию и передать Ордену… Но… - Ох! Гарри, это было так рискованно! Он же мог тебя убить! – не удержалась от восклицания Гермиона. - Да, я сильно пожалел … - Поттер аж вздрогнул от воспоминаний о том дне. – Да и вам пришлось не сладко при встрече с Ним... - О! Ты и об этом знаешь! Я не знала, как тебе сказать, но это было так внезапно, мы ничего не могли поделать. Он забрал твою мантию и снитч, оставленный Дамблдором… Я.. Мне так жаль, Гарри… - Не надо Гермиона, вы действительно не могли ничего сделать. - А письмо, которое мы получили? Его действительно написал ты? - Да, я. - Гарри, мы с Роном еще долго пытались продолжить твое дело, даже после визита Риддла, но не смогли найти никаких следов остальных крестражей… - Тогда мы решили, что ты забыл рассказать нам что-то, что сказал тебе директор по этому поводу, и мы решили, что в Норе было более безопасно. Пожиратели ее уже проверяли, и можно было хоть какое-то время переждать в человеческих условиях, а там может, что и прояснилось бы…. - Дамблдор ничего мне не рассказал, в том-то и дело…. Если бы были четкие инструкции, хотя, что в них толку? А что насчет крестражей: Нагини как всегда около Риддла, а чаше я ничего не знаю. Кстати, он только недавно узнал, что Дамблдор уничтожил кольцо. - А медальон? Сам-знаешь-Кто забрал его? - Можно сказать, нет, - усмехнулся Гарри и достал из-под свитера цепочку. - Это же хорошо! Значит мы можем попытаться его уничтожить, если нам повезет… Кажется, я вычитала несколько более-менее подходящих способов… - сбиваясь затараторила Гермиона и полезла в свою необъятную сумочку. - Я даже не могу снять его с шеи. Да думаю, это вообще вряд ли кто сможет. Девушка, конечно, не поверила и попробовала несколько заклятий, успеха они не принесли, только Гарри получил здоровый синяк на шее. И было страшно даже признаться себе, но он был этому рад. Не синяку, конечно, а тому, что у подруги ничего не вышло. Ему стало не по себе от мысли, что медальон могут уничтожить, уничтожить часть души человека, которого он любил. И он как-то сроднился с артефактом, если раньше присутствие крестража выводило из себя, заставляло злиться на всех вокруг, путало мысли, то теперь он словно приносил некое спокойствие и слабое-слабое, но такое приятное чувство защищенности, чувство, что он не совсем одинок. - Я не знаю, что делать, Гарри, - обескуражено опустила палочку Грейнджер. – Я действительно не знаю нужного заклинания, может быть в библиотеке Хогвартса и найдется что-то подходящее. Или мы придумаем способ, как уничтожить его, не снимая. - И желательно при этом, чтобы Гарри не лишился головы, - не удержался от комментария Уизли, за что получил свирепый взгляд в ответ. - Это бесполезно. Это все равно бесполезно, - Гарри поднялся и заходил из стороны в сторону. – Нам не победить… - Но Гарри, ты не должен так думать, Профессор Дамблдор верил, что ты... – начала было успокаивать или воодушевлять его Гермиона. Но юноша прервал ее на полуслове: - Он ошибся. Я дрался с Ним. На дуэли, на настоящей, честной дуэли. - Ох! Гарри! – не удержалась от очередного выкрика Гермиона. - Я не выстоял и пяти минут. Пяти минут – вот чего стоят мои знания, силы, способности. - Но друг, как же тебе тогда удалось выжить? Не подумай, я этому очень рад, но… - Не знаю, видимо он решил оставить меня в качестве развлечения… - в горле словно возник ком, стало трудно говорить и дышать, накатили ненужные сейчас воспоминания. Гарри глубоко вдохнул, чтобы успокоиться и постарался как можно скорее перевести тему. – И извини, я не хочу сейчас об этом вспоминать.… И, нам нужно уходить здесь может быть небезопасно… Гермиона, ты сможешь сварить зелья для улучшения зрения, мои очки канули в лету… Я не знаю, как оно называлось, но оно было холодным и со вкусом полыни. - Да, конечно, я знаю это зелье. Я хотела тебе его предложить, но у него очень кратковременный эффект, поэтому в условиях войны оно было бы не очень удобным… - Но сейчас без него уже не обойтись. Его долго готовить? - Не очень по меркам зельеварения пару дней, но не волнуйся, у меня кажется было несколько флакончиков готового, я сварила его еще на летних каникулах, так про запас, на первое время должно хватить, а потом… - Отлично, - прервал юноша монолог подруги. Тогда нужно немедленно уходить отсюда, у меня не хорошее предчувствие. Лагерь они свернули в рекордные сроки, никто не решался с ним спорить или снова заговаривать о том, что он пережил в плену. И Гарри был благодарен им за это, хотя и понимал, что на самом деле они все равно вернутся к этому разговору и это только вопрос времени. И решил, насколько возможно откладывать этот разговор, потому что не представлял даже отдаленно как сможет что-либо им объяснить, он очень боялся вопросов, и еще больше боялся их разочаровать, потому что понимал, что они не примут его чувств к Риддлу, не примут того, что между ними было. А отменить произошедшего он не мог, как и отрицать, да и самое главное не хотел. Даже сейчас в изменившихся обстоятельствах он все равно с каким-то странным теплом в душе вспоминал проведенное с Риддлом время. Пока они сворачивали лагерь, юноша расспрашивал Гермиону о возможностях магического обнаружения, но девушка знала об этом не так уж и много, все исследования на эту тему были засекречены министерством. Единственное, о чем она слышала – это поиск по магическому импульсу, который заключался в том, что благодаря сложной связки ритуальных действий и заклинаний можно было отследить используемую на определенной территории магию. Но более подробно Грейнджер не могла рассказать. Они снова несколько раз трансгрессировали, а потом пешком шли несколько километров до автовокзала. К счастью, у Гермионы осталось еще немного маггловских денег, которых хватило на три билета, чтобы доехать до пригорода. Гарри рассчитывал, что если он не будет применять магию, их будет куда сложнее найти Пожирателям, и надеялся, что на маггловском транспорте и точно не будут искать. Они надеялись доехать до лесного массива и встать лагерем, с минимальным использованием магии. Поскольку снег уже сошел и среди магглов начался туристических сезон, они надеялись затеряться среди других туристов и хотя бы на какое-то время отдохнуть и собраться с мыслями. По счастью автобус был почти пустой, не считая шумной компании молодежи, которая занимала передние шесть мест в автобусе. Они же втроем сели в самый конец и всю дорогу проговорили. К сожалению, это не был один из тех легких и приятных разговоров, которые они бывало вели по дороге в Хогвартс-экспрессе. Друзья рассказывали ему о том, что они узнали, пока жили в Норе. Для Гарри было неприятной новостью, что директором в школе стал Снейп, и всем там стали заправлять Пожиратели, но это было не худшим. Во много раз хуже и неприятнее было слышать знакомые имена авроров, родственников сокурсников, погибших в противостоянии Вольдеморту. И самым тяжелым было узнать, что в сражении с Лордом погиб Грозный Глаз Грюм. И горько было, что Томас сам не сказал ему об этом, парень сам не мог объяснить, почему он собственно ждал подобного от мужчины, просто такой поступок казался ему правильным. Он мало что мог добавить к разговору, только отрывисто кивал, и оправдывался тем, что у него не было доступа к важной информации во время плена. И вроде он и не врал друзьям, но с каждым мигом он все отвратительней чувствовал себя, за то, что жил практически в райских условиях, что позволил себе влюбляться, пока шла война, пока другие воевали и гибли из-за него. Другой вопрос: а что он мог сделать? Ответить на него юноша не мог, но точно знал что-то да мог. Пару раз у него даже промелькнула мысль сбежать от друзей, просто тихо уйти пока они спят ночью, найти первый же отряд егерей и сдаться им. Он надеялся, что тогда Риддл оставит их в покое, не будет преследовать…. Но когда на небе стали появляться первые звезды и усталые подростки разожгли обычный маггловский костер перед палаткой Гарри понял, что не сможет. Не сможет их снова бросить, потому что это будет предательством, и хоть он все равно не представлял, как он сможет драться с человеком, которого любит, но и отступить не мог. Он ненавидел себя за то, что испытывал к Лорду, за то, что скучал по нему, но и поделать с этим ничего не мог. Противоречивые чувства и эмоции практически раздирали его на части, сославшись на головную боль, юноша ушел спать. Рон лишь сочувственно покивал, думая, что у друга опять болит шрам и согласился подежурить первым, а Гермиона проводила его каким-то странным взглядом. - Гарри? – девушка осторожно подсела к нему на край кровати и положила руку на плечо. – Что с тобой? - Все нормально, просто голова болит, я же сказал… - Ты мог бы не обманывать нас… - Гермиона… Я… - гриффиндорец не знал, что и как ей говорить, с одной стороны хотелось выговориться, поделиться с кем-то той бурей эмоций, которая кипела у него внутри. Но он боялся, не верил, что друзья смогут его простить или даже более того понять. Он и сам себя толком не понимал, просто чувствовал себя словно не целым вдали от Тома, словно какой-то кусок его все еще оставался в том таинственном и холодном замке, где он провел последние месяцы. - Я не могу тебе этого объяснить…. - Гарри, я хочу, чтобы ты знал, что бы с тобой ни произошло за эти месяцы, я, то есть мы с Роном, всегда останемся твоими друзьями, мы всегда тебя поддержим. И все, что было уже позади, - девушка улыбнулась и осторожно взяла его за руку: - Знаешь, был момент, когда я думала, что все потеряно, что мы больше никогда не увидимся, но потом ты прислал письмо, и тогда я поняла, что все еще вернется на свои места, что ты выберешься, ты это всегда умел. - Как и влипать, куда не нужно, - не сдержал легкой улыбки парень. - Да, - улыбнулась Гермиона в ответ. – Знаешь, жаль, что мы не могли остаться в Норе дольше. Миссис Уизли была бы тебе безумно рада, как и все остальные. Если бы можно было дождаться Пасхальных каникул, ты смог бы увидеться с Джинни… Несомненно Грейнджер хотела его поддержать как могла, но получилось только хуже. При звуках этого имени захотелось просто завыть в голос, словно над осколками разбитой мечты. Гермиона, конечно, заметила перемену в его лице, но истолковала это по-своему. - Но ничего, когда война закончиться, все будет по-другому: не надо будет прятаться, вы сможете… - Нет, Гермиона. Не сможем, - парень проглотил снова вставший в горле ком и заговорил срывающимся голосом. – Нам не выиграть эту войну. И я не могу больше драться, я не могу драться с Ним… - Но Гарри, ты… - Гермиона, просто дай мне поспать. Я не тот наивный Гарри, каким был, я не тот Гарри, который верил в то, что добро победит просто потому, что так должно быть. В жизни так не бывает. И поверь, я бы хотел тебе все объяснить, все рассказать, но я не могу! Просто не могу! Поэтому, пожалуйста, давай просто оставим этот разговор! - Хорошо, - порывисто кивнула девушка, быстро вставая. – Тебе нужно прийти в себя. Отдыхай. Глупо было навязываться сейчас к тебе со своими разговорами, ты столько пережил… - она молча ушла, но Гарри показалось, что ее глаза блестели от слез. - Плюс один к моей вине, - прошептал парень, поворачиваясь лицом к стене. Уснуть до утра так толком и не удалось, в те жалкие пол часа, на которые он провалился в дрему ему приснился очередной кошмар. Они спокойно прожили несколько дней, Гарри отмалчивался, не зная, что отвечать на вопросы друзей. - Гарри! Объясни наконец, что мы вообще здесь делаем? Потому что мне кажется, что мы ровным счетом ничего не делаем! – не выдержал на второй вечер Уизли. - Рон, мы просто пытаемся выжить. Или ты думаешь, что Вол… - Молчи! – одновременно закричали Рон и Гермиона. - Да вы что с ума по сходили! – не выдержал Поттер, который аж поперхнулся чаем от их внезапного крика. - Нет, Гарри, мы просто не успели тебе сказать. - О чем? - На его имени «табу» - какое-то заклинание, если его произнести, то обязуется что-то вроде магического маяка. Так нас и нашли тогда, в кафе, - объяснила подруга. - Ага, - кивнул Гарри, отстраненно подумав, что это совсем даже не его имя, а так придумка... Но называть его при друзьях Томом он не мог, пришлось бы слишком многое объяснять, а он не был готов. – Ладно, я понял. Неужели вы думаете, что Сами-знаете-Кто просто так позволит мне сбежать... То есть просто так оставит это? Я не удивлюсь, если меня уже сейчас разыскивает более двух сотен Пожирателей…. - Но мы не делаем ничего, чтобы как-то изменить ситуацию! Мы не боремся! - Рон! О какой борьбе ты говоришь? Что мы можем сделать? Мы трое подростков не закончивших обучение! Все о чем я сейчас могу думать – это как сделать, чтобы вы не погибли из-за моей глупости! Логичней всего мне было-бы вообще пытаться скрыться в одиночестве, но… - Но даже не думай об этом, Гарри Джеймс Поттер! – резко прервала его Гермиона, - она не сказала ему ни слова за прошедшие с их ночного разговора два дня, но юноше иногда казалось, что он замечал, как девушка вытирает тайком слезы и не решается смотреть ему в глаза. Временами он боялся, что сказал что-то лишнее, и она обо всем догадается, додумается до правды, до причин его странного поведения. – Мы переждем! Что-то изменится, в конце-концов почувствовав победу, Сам-Знаешь-Кто ослабит внимание, и мы сможем подобраться для удара. К этому времени ты придешь в себя, и мы что-нибудь придумаем! Я расшифровала значок, который Дамблдор оставил в книге – это была подсказка о Дарах Смерти, если они действительно существуют и мы… - Они существуют, и они у Него, - на несколько минут снова воцарилось молчание, но Гермиона вновь заговорила, правда на этот раз не так горячо и уверенно. – Все равно мы что-нибудь придумаем! Все не может так кончиться… - Так все и не кончится.… Это было бы слишком просто и слишком спокойно, - разговор замер сам собой. Гарри с горечью понимал, что им почти не о чем стало говорить с друзьями, он сам не был готов пускаться в откровения, все новости уже были обсуждены, и что делать дальше никто не знал. Время словно замерло в поразительном спокойствии, чтобы на следующее утро взорваться вспышками заклинаний и криками окружающих их палатку Пожирателей. Собрание закончилось позже, чем он рассчитывал, Риддл был зол на Пожирателей за то, что приходилось все разъяснять, и с сожалением подумал, что сочетание силы и ума в одном человеке встречается совсем не часто. Хотелось засесть в кабинете или в библиотеке у камина с бокалом вина, последний раз пересмотреть планы сражений и атак, но вместо этого отправился к Поттеру. Маг почти не удивился не застав никого в комнате, по лицу непроизвольно проскользнула улыбка, все-таки Поттер видимо физически не умел поступать так, как ему говорили. Однако обойдя библиотеку, лаборатории и даже заглянув в сад, он забеспокоился, не найдя парня нигде из указанных мест. Поисковое заклятье показало, что в особняке кроме него самого, Нагини и домовиков нет ни души. Маг повторил посыл поискового импульса, но результат остался таким же. Несколько часов маг просто сидел в кабинете, бессмысленно переставляя кристаллы, сил не было, казалось, что он просто ошибся, заклинания дали сбой. Ну не мог сбежать Гарри, просто не мог, это было не возможно, это было предательством, и это просто не укладывалось в голове, после всех тех сказанных им слов. Но и по прошествии пары часов ничего не изменилось. Произведя сложное заклинание совмещенное с ритуалом мужчина смог воссоздать временный фантом юноши, чтобы отследить его перемещения за день по дому, которых и оказалось не так уж много. Поттер просто прошел до камина и воспользовался сетью, вот так просто. Это было предательство, полное и безоговорочное, которому он сейчас не мог найти оправдание, да и не хотел. Внезапно стало как-то пусто внутри, да и сделать он ничего не мог. Конечно, были способы отследить перемещения по каминной сети, но делать это нужно было непосредственно после использования камина, или хотя бы пока этим им больше не пользовались. В прошлый раз Поттера удалось отловить действительно благодаря большой удаче и безалаберности самого гриффиндорца. И только уже после этого продолжать слежку за его друзьями, найти же снова скрывающихся подростков было не просто. Необходимо было прочесывать местность, волнами рассылая поисковые импульсы, при этом достаточно сильные, чтобы пробить защитные чары маггловской подружки Поттера. Для этого нужны были люди, причем лучшие люди, доверить такое дело кому попало мужчина просто не мог. А все люди были заняты в предстоящих операциях по окончательному захвату министерства, конечно, атаку можно было перенести на пару дней, высвободить людей, открыв кое-какие наименее опасные участки, но от одной мысли о том, что так хорошо спланированную операцию придется менять словно кончались силы. Томас и сам не понимал, что с ним происходит, раньше он никогда не отступал, трудности только раззадоривали, а за простые задачи он даже и не брался, считал недостойным себя. А вот теперь опускались руки, он просто сидел за столом, в прямом смысле опустив голову на сложенные на столе руки, и не хотел ничего делать, просто сидеть и ничего не делать. На минуту даже проскользнула мысль оставить все как есть, пусть все идет по разработанному плану, а Поттер… пусть себе в бегах, в конце-концов это его решение, рано или поздно он все равно попадется…. Хотелось просто отпустить, перестать трепать себе нервы, просто поверить, что все наладиться. И не было сил перебороть свою апатию, перебороть себя. Маг просто пересел со стула на диван и только скинул мантию на пол и провалился в тяжёлый сон, правда, проснулся он уже через несколько часов в холодном поту от очередного кошмара. Он долго лежал, глядя в потолок и пытаясь унять нервную дрожь, пошатываясь все-таки дошел до спальни, и грохнулся ничком на кровать. Было страшно засыпать, но усталость и эмоциональное перенапряжение брали свое и уже сквозь дрему он почувствовал ободряющее прикосновение холодной чешуи к коже. Нагини всегда чувствовала его состояние и знала что делать. Вопреки внутренним надеждам следующий день тоже ничего не прояснил, ясности в мыслях не было, приходилось в прямом смысле слов заставлять себя хоть ненадолго сосредоточится на чем-либо. Он все-таки отозвал несколько отрядов, которые и прочесывали местность в поисках беглецов, так как то, что с Поттером снова скрываются Грейнджер и Уизли уже удалось установить наверняка. Правда, Риддл, не особенно верил в успех этого мероприятия – за сутки, которые он провел в бездействие, подростки могли оказаться где угодно, даже теоретически за пределами Англии. Но думать об этом магу даже не хотелось, и в первую очередь потому, что в таком случае на какое-то время Гарри стал бы для него просто недосягаем, на другие страны его власть пока не распространялась. Правда, благодаря этим рейдам удалось выловить несколько скрывающихся авроров и одного беглого новобранца, который струсил при первой же операции, но этот улов Томаса сейчас не интересовал. Он ходил из стороны в сторону по кабинету, вертя в пальцах волшебную палочку. Казалось, что решение где-то совсем-совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, только не удавалось понять где. Вот чего-то Лорд был точно уверен, что Поттер еще в стране и вряд ли вообще собирается ее покидать, и мужчина даже не знал, чем точно объяснить свою уверенность. Может, он слишком был уверен в своих силах и мощи своей армии, а еще вероятнее просто привык, что Поттер теперь всегда рядом, надоедливый, выводящий из себя, неуправляемый и дерзкий, но доступный, всегда рядом. И даже если его план и трещал по швам, то парень все равно оставался в его полной власти. Сейчас было не так, и это выводило из себя, и он злился, что снова ошибся: мужчина почему-то был абсолютно уверен, что Поттер слишком простодушен, чтобы врать, что его слова искренни и им можно верить, что данные клятвы что-то значили для гриффиндорца. Оказалось, он слишком хорошо думал о парне и это снова злило. К вечеру атаку на министерство он все же отменил, наслав пыточные проклятья на всех, кто хотя бы пытался узнать о причинах. Однако поиски по прежнему не приносили успехов, Риддл же не находил себе места, на тумбочки скопилась изрядная коллекция флакончиков от зелья против кошмаров, которые все равно не помогали, но и убирать флаконы домовикам он не позволял. На третий день у него начали дрожать руки, и тогда маг едва ли не впервые в жизни готов был признать свою вину перед самим собой. Он совершил ошибку, прекрасно зная, что крестражи вызывают эмоциональное привыкание, так, достав из тайника чашу, он уже ни за что не смог бы снова убрать ее от себя, как не мог уже представить и дня существования без верной Нагини рядом. Так не удивительно, что после исчезновения Поттера, да еще и с медальоном Салазара, Темный Маг практически на физическом уровне чувствовал, как сходит с ума. Мальчишка был нужен ему, нужен просто рядом на расстоянии вытянутой руки, и плевать на все остальное, лишь бы выиграть время, а решение он найдет, но мужчине все чаще начинало казаться, что времени у него не осталось. Лишь чистая случайность натолкнула его на решение, из-за своей нервозности, вскрывая по привычке конверт ритуальным ножом, маг порезал себе руку. Несколько минут он молча смотрел на алые струйки, сбегающие на бледной коже, его всегда немного пугал вид собственной крови. В отличии от Дамблдора он всегда предавал большое значение физической силе волшебника, а не только магическим умениям, ведь какими бы виртуальными заклятьями не владел боец, если он свалится после первого же ранения не выдержав физического напряжения, то толку от него все равно будет очень мало. Но теперь даже не было сил взмахнуть палочкой и остановить кровь, тяжелые красные капли срывались с запястья и падали на пол, оставляя на пушистом ковре причудливый веер мелких пятен. Но одинокий мальчишка из приюта никогда не стал бы самым страшным волшебником современности, если бы не умел владеть собой и еще через несколько минут он снова пришел в норму, и более того, нашел решение своей главной на этот момент проблемы. Кровь. Он проводил магический анализ крови Поттера, и в его собственных жилах текла эта же кровь, и благодаря этому он мог найти Поттера. Все ритуалы, завязанные на крови, требовали достаточно длинной подготовки и были весьма трудоемки в исполнении, но через несколько часов уже был результат. И точно наведенный по картам отряд из сильных бойцов трансгрессировал на задание. Лорд старательно отбирал Пожирателей для этого задания, стараясь отправлять тех бойцов, которые точно не подведут. Всем был отдан категорический приказ беглецов брать живыми, Поттера по возможности невредимым, если он не станет оказывать сопротивления. А маг почему-то был уверен, что не окажет. Гарри выскочил из палатки и увидел Пожирателей, которые уже сомкнули кольцо вокруг их небольшого лагеря и теперь наступали, смыкая ряды. Парень по привычке потянулся за палочкой и только потом вспомнил, что палочки у него уже давно нет. Он хотел что-то крикнуть друзьям, хоть вступить в рукопашную, но было уже поздно. Пожиратели действовали действительно слажено и быстро, ответные заклятья Рона и Гермионы просто задавили щитами, Уизли обезоружили почти сразу, Гермиона держалась лучше, но против нее билось сразу трое противников, и понятно было, что девушка долго не продержится. Сам не зная почему, Гарри бросился бежать, ему стало страшно от мысли, что вот сейчас его схватят и спустя еще несколько минут или десятков минут он будет стоять перед Лордом. Вот так неожиданно, даже не решив, что и как ему скажет, даже не приготовившись. Конечно, его догнали, но погоня увела их на какое-то расстояние от места первоначальной битвы, и теперь крики Пожирателей и голоса друзей слышались издалека, и его от них отделяла довольно густая заросль кустарника, еще по-весеннему лысого, но густого. Попался он снова до глупого просто – споткнулся на выступающем корне, первыми к нему подбежала парочка Пожирателей, так как не все носили маски Гарри легко смог разглядеть их лица. Они были похожи, скорее всего, родственники, только один был старше другого как минимум вдвое. Тот который моложе сразу навалился на него всем весом мешая встать и заламывая руки за спину, второй же остановился и замахал рукой остальным преследователям: - Мы его взяли! Все нормально, мы справимся! - Уверен? - Да! Это всего лишь безоружный мальчишка, - в ответ еще что-то крикнули, но Гарри не разобрал что именно, будучи занятым безнадежной борьбой, но видимо, остальным не очень-то улыбалось продираться сквозь колючий кустарник. Сопротивлялся Гарри больше по привычке, да и все равно сделать он ничего не мог, мужчина, хоть и молодой, оказался намного крупнее и сильнее его. - А вот теперь мы поговорим, Поттер! – старший удостоверился, что больше никто за ними не бежит и подошел к юноше. Надо сказать, Гарри очень не понравился тон, которым были произнесены эти слова, и еще меньше понравилось, что при этих словах его пребольно схватили за волосы, заставляя поднять голову.