Without You I'm Nothing

      В какой-то момент его тело отказывается слушаться и повиноваться — Ви замирает, до побелевших костяшек сжимая в руке спасительную трость. Он готов упасть на колени и закашлять кровью, заплакать или рассыпаться на кусочки, лишь бы больше никогда не чувствовать пожирающее его изнутри чувство. Когда Неро тащит его по грязной земле, Ви едва успевает волочить за ним ноги, закованные в летние сандалии ступни спотыкаются — ему тяжело. Охотник старается идти помедленнее, лишь бы не напрягать чужое измученное тело еще сильнее, чем уже есть. Настаивать на отдыхе теперь бесполезно. Ви не слушает совершенно и все твердит, что им уже давно пора идти. Глядя на то, как от его лица отслаиваются и падают на землю чешуйки, Неро становится не по себе. Он видел, как умирают люди — и это достаточно неприятно. Сейчас же все по-другому. Ви перед ним — все такой же скрытый, но уже успевший запасть где-то в глубине сердца, осесть под ребрами теми же чешуйками, словно Неро неосознанно вдыхает частички каждый раз, как находится слишком близко. А близко ему находиться хочется постоянно. И тут даже Ви не в силах сдержать нрава и желаний самого охотника, робко предлагающего свою помощь и заботу — пока еще робко.       — Мы должны идти, Неро… Е-еще немного. — Тихо просит его не останавливаться Ви. У Неро не остается иного выхода, кроме как действительно тащиться вместе вперед. Данте там, должно быть, уже победил Уризена. Так думает Неро. Ви же точно знает — нет, еще жив, и совсем рядом, тянет к себе невидимыми щупальцами и ждет. Ждет или только кажется? Вот этого он не знает наверняка, надеясь на собственную интуицию. Подводит редко, но все же. Видимо, это исключение. — Я иду, Ви. Не говори сейчас, тебе и так тяжело. — На лице у охотника одна из таких улыбок, когда ты не хочешь это делать, но все равно тянешь губы в подобии виноватой и грустной усмешки, чтобы хоть как-то сделать вид, что происходящее тебя не касается. Неро чувства скрывает плохо, кажется, даже Нико уже видела и знает, какими взглядами он смотрит на Ви, отрицая то, что отрицать в его время, собственно, не стоит.       Знал ли сам Неро о том, что несет Ви на верную гибель и исчезновение? Догадывался, но не подозревал о том, каким именно образом он собирается стереть себя с лица земли. Оттого все тяжелее и тяжелее давался самому охотнику каждый его шаг. Неро слегка замедлился, чтобы отдышаться, и в это же время трость выпала из рук Ви. С тем же звуком внутри у Неро оборвалось что-то и упало вниз. Он опешил всего на несколько мгновений, после чего развернул к себе мужчину и взглянул в его измученное, бледное лицо. Ви еще дышал, но, кажется, после того, как они сделали передышку, ему успело стать только хуже. Неро старался не винить себя в этом — он же не знал, что все будет именно так! Губы у Ви расползлись в виноватой усмешке, словно он презирал самого себя за то, что такой тяжелой ношей лег на плечи Неро, чуть-ли не принудил нести себя, пусть на самом деле все было иначе. Неро бы никогда не сделал того, чего не хотел он сам. — Все в порядке. — запоздало выдал темноволосый, пряча свое смущение. О, Ви чувствовал себя виноватым, но вместе с тем не мог перестать использовать Неро в своих коварных целях. И из-за этого чувство неправильности не покидало его. Ви понимал, что запутался окончательно и теперь не мог следовать по своему изначальному пути — к Уризену. У него не осталось сил, чтобы идти дальше. И Ви был готов это признать. Как и то, что он все еще чувствует исходящую от Неро энергию, отчего-то родную, но… стоит ли ему пытаться сейчас? Это может быть ужасно грубо по отношению к самому охотнику, что уж говорить о том, что это может и не сработать, но что делать им, если сейчас не остается другого выхода? Кажется, каждая такая мысль сейчас отражалась на лице Ви, и Неро ловил эти изменения, копируя его выражение лица, как маленький неразумный ребенок. Долю секунды они молча смотрели друг на друга. Оба были растеряны. И было недостаточно слов, чтобы рассказать то, что происходило вокруг. Тихий, замерший мир и наполняющее изнутри одиночество и безнадежность — у Ви. Неро мог думать лишь о том, что у него снова недостаточно сил, чтобы спасти успевшего стать близким человека. Он не может допустить этого в очередной раз. Лента Мебиуса должна быть разорвана. — Что с тобой, черт возьми, такое? — вопрос, что должен был быть озвучен еще при первой встрече. Неро наконец-то нашел силы на то, чтобы признать это вслух. Ви странный. Пугающий и отталкивающий, но в то же время такой близкий сейчас, такой, такой… Вместо ответа — объятия. Неро льнет и жмется, стараясь не сделать больно — протезом особенно. Они стоят в тишине — снова — и Неро слушает, как тихонько бьется сердце Ви под полупрозрачной, хрупкой тканью кожи. Его собственное, кажется, готово выскочить из груди. Неро хочет помочь ему, но не знает, как. Он почти уверен, что ответ где-то на поверхности и им просто нужно поговорить. Неро хочет стать ближе, но старается не думать об этом, потому что это — последнее, о чем надо думать, глядя на такого слабого сейчас Ви. Неро совсем не хочет, чтобы Ви умер — и это желание, такое сильное, как ничто другое выражено во всех его действиях. Молчаливых, тактильных. Неро хочет сказать то, за что его могла бы застебать Нико. А потом — предложить помощь. Уже словами, чтобы обоим было проще. — Ви, я-…       Последнее, что чувствует Неро, так это то, что его грудь пробивает трость Ви и его сознание постепенно угасает.