Не с первого взгляда в AADA

      По взгляду Октавии и Луны я понимаю, что они считают меня параноиком, но приобнимают меня за плечи и говорят одновременно: — Ты не одна. Мы все с тобой, — Луна обнимает меня крепко и целует в щечку, а внутри меня все сжимается до предела, в ожидании, что вот-вот Гумберт выскочит из кустов. Понимаю, что такое невозможно и вполне вероятно, что это моя больная фантазия теперь играет со мной злую шутку.       Когда сумерки начинают накрывать каньон, я напрягаюсь еще больше. Сейчас для меня темнота перестает быть подругой, как раньше. Игры теней наводят на меня паранойю, поэтому я заползаю на заднее кресло "мини купера" Луны и сжимаюсь в клубочек, пока друзья веселятся возле костра. Прикрываю глаза и отсутствие сна за последние несколько суток отдаются непреодолимой тяжестью век. Проваливаюсь в сон, а просыпаюсь в истошном крике. Меня держит за руку Луна, рядом с ней сидит Октавия. Линкольн, Джон и Беллами не менее встревожены моим состоянием.       Пока я нахожусь в растерянности, до моих ушей доносится диалог Линкольна с Октавией, они пытаются говорить шепотом, но я все прекрасно слышу: — Ей нужен квалифицированный специалист. Без помощи психолога тут не обойтись. Она зашугана как брошенный на улице котенок, — чувствую искреннее сопереживание за мое душевное состояние, но почему-то злюсь и резко выдергиваю руку из пальцев Луны. — Я сама справлюсь. Мне не нужно к мозгоправу! — эмоции зашкаливают, из глаз бегут слезы, но я не обращаю на это внимания. Луна пытается обнять меня, но я отталкиваю ее от себя, с некоторым пренебрежением, что задевает подругу и она бросает свои попытки утешить меня.       Мы едем домой в полном молчании. Я осознаю свою вину перед Луной, но найти в себе силы извиниться не могу. Подруга тормозит перед моим домом и даже не говорит мне ничего не прощание. С остальными ребятами мы хотя бы попрощались. Я оказалась эпицентром расстроенного пикника. Из-за меня у многих упало настроение.       Захожу в свою пустую квартиру и бросаю в дальний угол прихожей рюкзак, обессиленно плетусь к кровати и обрушиваюсь на нее лицом вниз, засыпая прямо в одежде. _________________________________       На удивление, этой ночью я сплю как убитая, но под утро все равно испытываю дикую усталость. Посмотрев на часы, осознаю, что ненамеренно прогуляла лекции, хотя собиралась сегодня пойти на занятия. Телефон не мигает индикатором, а значит Луна не звонила мне пока я спала. Принимаю решение не заявляться сегодня в Академию, дав себе возможность собраться с мыслями. Наверстать упущенное еще успею, а пока необходимо самостоятельно справиться с испытанным шоком, который будет меня еще долгое время преследовать.       Провожу несколько дней кряду за компьютером и телевизором, изредка навещая холодильник, в котором снова не так много провизии. Занимаюсь заеданием своего стресса, зная, что буду корить себя в тренажерном зале. Даже когда по времени должны закончиться лекции, Луна не звонит мне пятый день кряду. Чтобы окончательно не сойти с ума, все же решаюсь на пробежку по парку.       Я обленилась за свою почти неделю отсутствия на лекциях. Бег всегда успокаивал меня, но только не сейчас. Постоянно мерещится, что за мной кто-то увязался, пока я не врезаюсь в какую-то парочку. Бормочу под нос извинения, но когда поднимаю глаза, встречаюсь с голубоглазым, уже знакомым мне взглядом. — Ты точно не от мира сего, Грэйс.., — засмотревшись на Кларк, я даже не обращаю внимания на Рейес, которая гневно хватает меня за плечи и проталкивает меня спиной вперед, вжимая в дерево. — Рэйв, не надо. Она не сделала ничего, — Гриффин вступается, оттягивая свою девушку от меня. — Окти! А вот и Лекса. Вы ее, кажется, теряли и не видели в универе почти неделю, как и все мы, собственно.       Гриффин переводит нашу встречу на нейтральную почву, когда к нам присоединяется Октавия, Линкольн, Шарлотта и Луна. "Постойте-постойте. А что здесь забыла Шарлотта Валентайн? Она ведь даже не студентка"— тут же задаюсь вопросом.       Разглядываю синеглазую блондинку, которая держится ближе к Майер и меня начинают посещать догадки и подозрения на то, что Шарлотта не случайно вышла на прогулку и столкнулась с ребятами.       Неловкое молчание между мной и остальными вводит меня в прострацию и я уже собираюсь покинуть компанию по-английски, когда Шарлотта выталкивает Луну вперед, в мою сторону и шикает на нее. Я вопросительно приподнимаю брови и не понимаю, почему все смотрят сейчас на нас с Майер, не решаясь и слова вставить. — Прости.., — начинаю говорить одновременно с Луной, когда та пытается сказать мне что-то в укор, но я просто пропускаю это мимо своих ушей. Шарлотта тычет пальцем в лопатку Луны и толкает ее на шаг ближе ко мне, снова что-то шикнув.       Какое-то время смотрим друг на друга, не зная дальнейшей реакции друг друга. От молчания подруги на мое извинение, хочется сейчас же продолжить свою пробежку в одиночестве, но когда брюнетка делает уже самостоятельный шаг мне навстречу, я застываю на месте. Луна берет меня в охапку и душит в своих объятиях: — Черт, Грэйс! Какой же ты бываешь дурой! А ну успокойся и не спеши снова сбежать. Может хватит уже прятаться от меня и от остальных? Ты чего, совсем решила забить на занятия? Любимица преподавателей разочаровывает их.., — Луна строит из себя строгую мамочку, отчитывая меня на глазах друзей, но больше всего я испытываю неловкость, когда встречаюсь со взглядом Кларк, которая очень серьезна в данный момент.       Блондинка осматривает меня с особо пристальным вниманием, словно ищет что-то во мне компрометирующее. Гриффин быстро что-то говорит Октавии и Линкольну, незаметно для Рейес, и ребята идут в супермаркет, утягивая шатенку за собой. Луна хватает за руку Шарлотту, которая витает где-то в облаках и девушки присоединяются к компании, ушедшей за покупками. Я остаюсь наедине с Кларк, понимая, что все спланировано и блондинка попросила обеспечить этот шанс, чтобы поговорить со мной. — До меня тут кое-что дошло... Что-то вроде сплетен, слухов. Рада, что Гумберта наконец поймали.., — как бы между дел переходит к основному Гриффин, не отрывая от меня своего взгляда. — Да, это радует.., — отвечаю более нейтральным голосом, стараясь не выдавать своего волнения. — Он тебя чуть не убил неделю назад. Это просто ужасно. Честно, я лишь вчера на вечеринке об этом узнала. Просто хотела сказать тебе, что в случае какой-то проблемы, обращайся. Я помогу всегда, чем смогу... — С чего бы это такая вдруг доброжелательность? — прищуриваюсь, пытаясь выискать подвох, но в голубых глазах не могу прочитать намека на фальшь. — Вы же меня с Рейес не перевариваете. — Я никогда не говорила тебе такого... — Но очень старательно мне это демонстрировала. — Да. Возможно, ты права... — Ты ведь договорилась с Октавией увести остальных в маркет не из-за того, чтобы предложить мне свою помощь? — Моя мама по совместительству психолог и она...       Тут на меня накатывает пелена ярости и Кларк сразу же улавливает в моем взгляде недобрые намерения. Окатившая меня волной злость, что за моей спиной обсуждается лишь мое психическое состояние, захватывает меня полностью и мои пальцы бесконтрольно вцепляются в плечо Гриффин, что губы девушки искривляются в гримасе боли. — Прости.., — откидываю свою руку и присаживаюсь возле дерева на скамейку. Кларк нерешительно присоединяется ко мне и ее ладонь ложится на мою руку. Мне знакомо это прикосновение. Прокручиваю в памяти и вспоминаю вечер, когда меня напичкал галлюциногенами Гумберт, тайно проникнув в мою квартиру. Когда меня жутко колбасило от кошмаров и я не могла заснуть, постоянно поднимаясь в холодном поту. Когда эта рука легла в тот день на мою руку, я смогла уснуть и мне было тогда впервые спокойно, словно эта ладонь была моим оберегом.        Гриффин замечает мое смятение и я очень долго смотрю в ее глаза. — Это ты тогда держала меня за руку, когда меня отравили? Я помню это прикосновение... твою ладонь.., — читаю непонимание во взгляде Кларк, словно я сбежала из психушки. — Это точно была ты. Благодаря тому, что ты тогда приглядывала за мной, я смогла в ту ночь заснуть, — вижу, что Кларк понимает о чем я говорю, но решительно отрицает сказанное мной качанием головы. — Ты была в бреду и тебе просто показалось, — изображая наигранное сожаление, Гриффин пожимает плечами и покидает скамейку, спеша уже к нашим друзьям. Неприятный холод внизу живота, словно меня предал близкий человек. И с чего я вообще завела об этом разговор? Потому что хотела услышать от Кларк, что ей не плевать на меня, что я ей небезразлична, как и она для меня? Глаза становятся влажными и я, чувствуя что вот-вот могу заплакать, спешу продолжить свою пробежку, которую прервало мое столкновение с Кларк и Рэйвен. — Лекса! — Луна кричит мне вдогонку, голос ее не отдаляется. Слышу бег за спиной, поэтому ускоряю свой ритм, но меня все же ловят за запястье и мне приходится остановиться. — Может объяснишь мне, что с тобой происходит? Кларк какая-то не такая, ты убегаешь. Что между вами случилось? Она ведь специально захотела остаться с тобой наедине. Мне-то ты можешь сказать? — Да, блять! Чтобы проявить ко мне жалость и предложить свою мать-психолога мне в помощь. Ей на меня плевать абсолютно! Ей плевать! Но она даже не подозревает, что я.., — чувствую, как мой язык бежит дальше моего желания скрыть правду. — Чего она не подозревает? — Ничего... — Пожалуйста, скажи. Может и я о чем-то не подозреваю? — Я хочу быть с ней. Узнать получше... Но мои руки связаны и я просто не знаю, как быть, Лу. Меня тянет к ней, но Рэйвен запретила мне приближаться к ней даже на расстояние пушечного выстрела. Я не могу вмешиваться. — Ну... вообще-то, между девчонками не все так гладко, как многим может показаться. Рэйвен слишком ревнива, хотя Кларк и повода ей не дает. Такую верную девушку как Гриффин, оказывается, еще надо поискать. А Рейес все только портит, что вот-вот наша блондиночка не выдержит и уйдет. — Неважно. Просто никому ни слова, Лу, окей? — беру подругу за руку и вытягиваю из нее клятву о неразглашении моих прорвавшихся эмоций. — А что насчет тебя? Ты с Шарлоттой что ли закрутила роман? — Это так очевидно? — Майер краснеет и я искренне радуюсь за подругу. — Хоть кто-то из нас наконец счастлив, — обнимаю Луну, а у самой кошки скребут на душе от невыносимости происходящего. Я нашла в себе силы признаться, что действительно влюблена в Кларк Гриффин, только от этого не становится легче, а лишь только хуже.       Луна не уговаривает вернуться меня в компанию и мы просто прощаемся. Продолжаю пробежку, сдерживая в глазах накатывающие слезы. Чувствую своей спиной, как меня провожают взглядами, среди которых определенно и Ее.       Добегаю до дома, вся мокрая после бега. Захожу в квартиру, оглушаясь мертвенной тишиной, сбрасываю с себя майку и иду к холодильнику. Пью из горлышка молоко и закатываю глаза. Сердце стучит уже более размеренно, но на душе не становится ни на йоту спокойнее. Все мысли вертятся вокруг Кларк. Через неделю будет проходить слушание по делу Альберта Гумберта и от предстоящего "мероприятия" к горлу подступает тошнота: я снова встречусь с его хладнокровным взглядом в зале суда. На слушание приглашена и Кларк. Уже представляю, какие примерно будут вопросы и на душе становится еще гаже.       Когда я выхожу из душа, раздается звонок. Иду к двери, перед этим посмотрев в глазок. Луна с Шарлоттой по-хозяйски проходят в мою квартиру, а я стою в растянутой громоздкой футболке, в трусах и лишь лупаю на девушек глазами. Кажется, мой внешний вид их нисколько не смущает. Предлагаю подругам кофе, а сама спешу переодеться во что-то более соответствующее приходу гостей. Когда возвращаюсь, в комнате уже сидит Октавия и Линкольн. Снова удивление проскальзывает на моем лице. — Лекса, это классно, что ты решила открыться и признаться хотя бы друзьям и самой себе, что тебя тянет к Кларк. Честно.., — Октавия захватывает белоснежными зубками имбирное печенье и смотрит затем на меня. — Ваша подружка Рейес ей совсем не пара. Ревнует к каждому столбу. Даже к тебе ревнует до сих пор. Мы в курсе, почему вы перестали общаться. — Ты рассказал им, хотя обещал, что все останется между нами, — рыком вырывается из меня обращение к Линкольну. — То, о чем ты просила не рассказывать, я и не рассказал. Но я считаю, что она должна знать. Кларк должна знать, что ты пошла напрямую в лапы Гумберта из-за.., — мои пальцы стискивают большой палец Линкольна и разворачивают его до легкого хруста. — Всё-всё. Оке-е-ей, кикбоскер...       Уже не спрашиваю, откуда Линкольну известно о том, что я занимаюсь кикбоксингом, но чувствую, что теперь приковываю к себе еще более пристальное внимание подруг. — Ничего такого, что заставило бы вас по-настоящему удивиться. Просто Гумберт шантажировал меня... — Мы в курсе, что шантажировал, иначе бы ты не пошла на встречу с глазу на глаз с этим маньяком, — Луна уже держит оборону и намерена вытрясти из меня признание. — Гумберт сказал, что Кларк у него и если Лекса кому-нибудь сообщит об этом, то лишит ее жизни! — Линкольн смотрит на меня извиняющимся взглядом, не в силах больше скрывать правду. — Ты не должна держать все в себе, пойми. Это несправедливо, что тебя обвиняют в глупости и не понимают, зачем ты пошла одна в лапы психа, даже без средств самообороны. Ты — самая отчаянная из всех девушек, с которыми я когда-то сталкивался, в хорошем смысле этого слова. Ты знаешь, что такое самоотверженность, способность идти на жертвы ради кого-то.       Луна, Шарлотта и Октавия смотрят сейчас на меня совсем по-другому. Майер прикрыла ладонью рот и по ее глазам я вижу, насколько она находится под впечатлением. Октавия смотрит на своего парня и видно, что она немного приревновала на том моменте, когда Линкольн хвалил меня. — И ты разве не считаешь себя достойной Кларк? Почему ты позволяешь своей подружке быть с ней, лишая себя шанса испытать счастье? — Октавия определенно ратует за то, чтобы с Кларк была я или любая другая девушка, лишь бы не Рэйвен. — Я не считаю себя той, кто в праве требовать от человека чувств, которых он ко мне не испытывает, — меня атакуют со всех фронтов, чтобы я начала сражаться за любовь, но я понимаю тот главный принцип в любой влюбленности —"насильно мил не будешь".