Воркотунья

Попытка спасти брата не увенчалась успехом — она так и не смогла догнать ту проклятую Железяку. Дома у неё больше не было, а значит, стоило убраться отсюда куда подальше, уйти глубже в лес. Нет, Воркуша совершенно не собиралась заступать на территорию Длиннолапых. После того, что они сделали с её матерью, она стала ненавидеть их, а случай с братом только разжёг эту лютую ненависть так, что она возросла в тысячу раз. Для себя кошка твёрдо решила, что больше никогда не вернётся в то место, где Длиннолапые стаями живут в своих каменных и деревянных домах. Единственное, что безумно хотелось Воркуше — это навестить Полоску. Придумав, как можно обойти Железяк, кошка бросилась в обратную сторону. Сестра должна узнать, что случилось с ними за это время. Сейчас ей было плевать на запахи огромного зверя с чёрно-белой мордой — она бежала так, как никогда не бегала ни разу в жизни. В голове промелькнула мысль, что, возможно, Полоска согласиться сбежать от своих Длиннолапых, и они будут вместе бродить по лесу… Задохнувшись от быстрого бега, Воркуша остановилась. Она менее чем за час добралась до одинокого дома Длиннолапых. Приблизившись к нему, кошка сразу поняла, что что-то не так. Во-первых, было необычно тихо, а ведь уже светало — небо окрасилось в розово-золотой цвет. Воркуша знала, что Длиннолапые всегда встают рано и вечно куда-то уходят в это время. Не было слышно ни лая собаки, ни блеяния белых пушистых животных — их вообще не было за блестящей травой, которой была огорожена пристройка к дому Длиннолапых и небольшой клочок земли. Всё это казалось странным. Приблизившись к дому, кошка осторожно забралась на выступ возле закрытой чем-то твёрдым и прозрачным дырки в стене, в которую было хорошо видно всё, что происходило в доме. Однако дом пустовал. Не было видно ни хозяев, ни мебели, как называли свои мягкие предметы и доски на четырёх ногах сами Длиннолапые, но самое главное — в доме не было Полоски. Воркуша едва не свалилась с выступа, на котором сидела. «Неужели они… уехали?» Это было для неё ещё одним потрясением. Длиннолапые бросили этот домик, уехав неизвестно куда, и забрали с собой её сестру. У Воркуши больше не осталось совершенно никого. Никого, кто мог бы её поддержать в трудную минуту. Никого, кто мог бы утешить словом. Никого, с кем можно просто поговорить по душам… Воркуша птицей бросилась обратно в лес. Она неслась, ломая кусты, спотыкаясь о камни, цепляя на шерсть прошлогодние листья и колючки… …и остановилась только тогда, когда группа Железяк давно осталась позади — возле уже знакомого ей ручья. Кошка посмотрела на своё отражение — вся растрёпанная, её серая полосатая шерсть торчала клочьями, а зелёные глаза потускнели от усталости. Она выглядела разбитой и вымотанной. «У меня больше никого не осталось! Я теперь одна, одна, одна!» Эти мысли, как стая ворон, закружились в её голове. В бессильной ярости Воркуша ударила лапой по воде и взвыла на весь лес от отчаяния. Раздался всплеск, вода брызнула во все стороны, а щебечущие воробьи вспорхнули с ближайшего дерева и с криками улетели прочь. * * * Она уже и не помнила, как Сезон Прибывающей Воды закончился, и наступил Сезон Жаркого Солнца. Ночи становились всё короче, день же, наоборот, возрастал. Деревья облачились в зелёный наряд из листьев, трава на полянах и лугах выросла, распустились цветы. Погода была безоблачная, дождей не было и в помине. Стояла жара, да такая, что Воркуша уже в который раз пожалела, что у неё вообще есть шерсть, хотя в зимнюю стужу только это и спасало её от жуткого холода. Ей приходилось прятаться от солнца в тенях деревьев — там, конечно же, было прохладнее, чем на солнцепёке. Жизнь потихоньку текла вперёд. Она охотилась, спала, где придётся, потому что теперь вела кочевой образ жизни. Почти каждый день она всё шла по огромному лесу, надеясь встретить здесь кого-нибудь — такого же странника-одиночку, как и она сама. Отныне Воркуше не с кем было поговорить. Весь день она проводила в молчании, ведь поговорить было совершенно не с кем. Кошка лишь восклицала, если видела то, что могло её удивить, злобно шипела, когда промахивалась на охоте, или бормотала что-нибудь радостное и бессвязное, если ей удавалось схватить белку в тот самый момент, когда это было, на её взгляд, уже почти невозможным. А всё остальное время Воркуша проводила в молчании — гнетущем и постоянно напоминающем ей о собственном одиночестве. Но она всё равно верила. Сама не знала, почему, но верила, что найдёт в этом, казалось бы, глухом лесу кого-то, с кем можно пообщаться или даже подружиться. И упорно исследовала его день за днём, надеясь, что чувство не подведёт. * * * Уже через несколько дней после того, как на землю, наконец, снизошёл первый летний дождь, Воркуша почувствовала запах… Запах воды. Где-то поблизости, видимо, находилась река или озеро. «Я должна туда пойти». Воркуша стояла под высокой елью. Было ранее утро, небо хмурилось, по небу быстро бежали небольшие серые тучки. Жары такой, как накануне, не было. Птицы смолкли, только где-то рядом негромко стрекотал певчий дрозд. По лесу разносился шелест листьев, которые шуршали, подаваясь порывам ветра. Прошедший дождь смывал запахи, но именно ветер донёс до неё слабый водяной дух. Если она перекочует дальше, ничего не случится — ведь Воркуша каждый день меняет своё место жительства. Успешно поохотившись и быстро съев свою полёвку, кошка направилась сквозь густую чащу. Кое-как продираясь сквозь ветки, она, наконец, поняла, что кустарник кончается. Она остановилась, оглядев себя. «Листьев нацепляла». Серая кошка принялась выпутывать из шерсти колючки и прочее, что она успела зацепить, проходя через кусты. Странно, но с каждым шагом она всё больше чувствовала запах воды. Неужели река где-то рядом? Да, это было именно так. Воркуша сама убедилась, когда деревья вдруг поредели, и вскоре остались у неё за спиной. Впереди виднелось озеро — небольшое, но всё же… Кошка побежала быстрее, ей хотелось поскорее добраться до него. Вот она уже спустилась в овраг и остановилась возле самой воды. Ветер ерошил её шерсть, волнами разгоняя рябь по водной глади. Она осторожно наклонилась и начала лакать. Вода как вода. Что тут необычного? Напившись, Воркуша медленно обошла озеро кругом и направилась дальше. Идя вверх по извилистой тропинке, кошка решила следовать вдоль ручейка, впадавшего в озеро. Она посчитала, что так, скорее всего, выйдет к реке или другому озеру, побольше, чем это. Погода изменилась — тучи рассеялись, и солнце снова ярко засветило в небе. Тогда и птицы запели, и снова стало жарче. Пока Воркуша шла, она увидела, как далеко впереди неё пробежал бурый зверёк с длинными ушами. Она в недоумении остановилась. «Это кто ещё такой?» Охотиться ей не хотелось, она была вполне сыта, но интересно же… Кошка пригнулась и решила проследить за необычным зверьком. Вот только подползти к нему поближе не удалось: он тут же заметил Воркушу и пустился бежать, да так быстро, что угнаться за ним она не смогла бы при всём желании. Она только взмахнула хвостом и потрусила дальше. «Нужен ты мне, скачи, куда вздумается!» Кошка замерла, увидев перед собой огромное озеро — его было видно, насколько хватало глаз. Прищурившись, Воркуша смогла разглядеть на противоположном берегу дома Длиннолапых, похожие на тот, в котором жила её сестра Полоска. Также она разглядела дуб, возвышающийся на небольшом островке. «Любопытно…» Принюхавшись, Воркуша даже пошатнулась — настолько было велико её изумление. Она ясно чувствовала кошачий запах. Он был какой-то странный… дикий, что ли, но всё же кошачий! Неужели где-то поблизости есть кошки? Воркуша перешла узкий ручей, оказавшись на его другой стороне. Слева от неё простирались равнины, справа виднелся лес. Выбор она сделала сразу же, повернув налево и устремляясь к деревьям. Ещё по пустошам она не скиталась! Тем более, здесь также чувствовался кошачий дух. Так почему бы не проверить? Но не успела Воркуша добраться до деревьев, как почувствовала новый, свежий запах. Затем она увидела, как на открытое место выходят четыре кота. Они мгновенно замирают, как только видят её, а затем синхронно шипят, выгибая спины.  — Чужак! — взвизгнул кот, что был поменьше ростом. Его голубые глаза сощуриваются, а серая шерсть стоит дыбом. Он вдруг с грозным кличем бросается прямо на застывшую на месте от страха Воркушу…