Воркотунья

Воркотунья, подпрыгнув, отскочила в сторону, не давая Пчелолапу себя ударить. Времени даром она не теряла: мгновенно развернувшись, кошка опрокинула растерявшегося ученика и прижала к земле:  — Действуй быстрее, Пчелолап. Если ты будешь медлить во время настоящей битвы, то даже глазом моргнуть не успеешь, как противник сделает тоже, что и я — вот только уже с выпущенными когтями. Оруженосец быстро вскочил с земли. Его полосатая шерсть растрепалась и была вся в снегу, но малыш быстро отряхнулся и смущённо пригладил грудку языком.  — Я буду стараться, обещаю! — горячо заверил он наставницу.  — Конечно, будешь, — улыбнулась Воркотунья. — Давай отработаем ещё один приём. С самого рассвета воительница и её ученик ушли в лес. Деревья не скрипели под ударами ветра, не завыла свирепая метель — кругом было тихо, и только мелкие снежинки медленно падали вниз, с неба, покрывая собой землю. За первую четверть луны сезона Голых Деревьев снега выпало столько, сколько, казалось бы, не намело за целую луну — сугробы доходили котам до живота, а родной лагерь Грозового племени изменился до неузнаваемости: палатки едва ли не прогибались под тяжестью снежных шапок, а воинам пришлось расчищать овраг. Воркотунья же решила, что ей стоит лучше заняться воспитанием Пчелолапа, поэтому она с утра пораньше заглянула в палатку оруженосцев, разбудив ученика, и они вдвоём отправились тренироваться. Солнце на миг показалась из-за плотной завесы туч и осветило серую спину Воркотуньи. Они с Пчелолапом кружили по тренировочной поляне, намереваясь сразиться. Вот Пчелолап первый прыгнул на наставницу, кошка отскочила, но оруженосец развернулся всё-таки смог ударить её передней лапой по голове, а затем повалить на землю. Однако Воркотунья вдруг вырвалась и, обхватив Пчелолапа лапами, перекатилась вместе с ним на бок, а в следующий миг сам ученик оказался прижат к земле.  — Нужно держать своего врага чуть крепче, — давясь урчанием, заметила серая воительница. — А то он сможет подмять тебя под себя!  — Но всё равно, у меня же неплохо получилось? — с надеждой спросил её Пчелолап, смахивая лапой снег с уха.  — Конечно, малыш. Ты совсем недавно стал оруженосцем, тебе ещё многому предстоит научиться, — объяснила Воркотунья, стараясь не разочаровать котёнка. — Как насчёт охоты? Не надоело ещё оттачивать боевые навыки?  — Давай поохотимся, — согласился ученик, срываясь с места. — А можно я буду решать, куда мы пойдём? Ну, пожалуйста-пожалуйста!  — Можно-можно, — кивнула ему наставница. «В конце концов, нужно давать ему свободу мысли. Пускай решает сам, куда мы пойдём, а там уж и я ему помогу, если что», — думала она. Пчелолап сощурился, его полосатый гладкий хвост замер в воздухе — это означало, что котёнок погрузился в раздумья.  — Пойдём ближе к ручью! — выпалил он. — Там дичи бывает больше.  — Отличная мысль, — одобрила его идею Воркотунья, поднимаясь на лапы. — Значит, идём к ручью.  — Бежим быстрее! — Пчелолап тоже подскочил и, как ужаленный, побежал прочь, скрываясь в папоротниках. — Догоняй меня!  — Остановись, Пчелолап! — рявкнула ему в спину воительница. «Вот это он шуму поднял!» — раздражённо подумала она. — Ты всю дичь распугаешь!  — Ой, правда! — Полосатый котёнок замер на месте. — Прости меня, теперь я буду вести себя тише воды, ниже травы, обещаю! — Он на миг замолчал, а затем опять громко заверещал: — Ой, я, кажется, что-то чую!  — Ладно, пошли уже. Меньше разговоров — больше дела! — заметила Воркотунья, догоняя его. Своими словами она как бы намекнула, что пора бы Пчелолапу уже закрыть пасть и начать выслеживать дичь, но ученик внезапно припал к земле и серой молнией кинулся в кусты. Несколько секунд возни, и оруженосец вернулся обратно с мышью в зубах. Выглядел он при этом таким довольным, что Воркотунья, не удержавшись, прыснула в усы.  — Нечего верещать без толку, — хмуро бросила она, обходя сугроб. — Ты едва не спугнул эту мышь.  — Едва, но всё-таки смог её поймать, — беспечно отозвался котёнок, закапывая убитую дичь возле зарослей папоротников. — Побежали дальше! — миг — и его уже и след простыл, только снег захрустел под лапами оруженосца. Воркотунья, вздохнув, кинулась за ним следом, на ходу прислушиваясь, принюхиваясь и стараясь ступать как можно тише. «Пчелолап совсем не понимает, что во время охоты нужно вести себя тише!» — думала воительница, выбегая на просторную поляну. Внезапно до её ушей донеслось тихий, едва слышный скрежет когтей по древесной коре. Этот звук Воркотунья знала также хорошо, как звук собственного колотящегося сердца — это где-то совсем близко белка карабкалась по стволу дерева. Прислушавшись внимательнее, серая кошка определила, где именно находится зверёк — он бегал по стволу молодого дубка, что рос немного в стороне от поляны. Определять направление ветра Воркотунье даже не понадобилось — в лесу стоял штиль. «Следовательно, белка не учует меня, — радостно подумала она, крадясь к молодому дубу, откуда доносился звук. — Хотя у белок и так чутьё плохое». Цепляясь когтями за шероховатую, покрытую снегом кору дуба, серая кошка осторожно поползла вверх по стволу, старясь производить как можно меньше шума. Вскоре она увидела и саму белку. Зверёк сидел на нижней ветке, замерев и глядя глазками-бусинками вниз, на что-то в снегу. Белка сидела к Воркотунье спиной, так что был шанс незаметно к ней подкрасться. Воительница уже зацепилась передними лапами за ветку, подтянулась, и собралась было броситься на дичь, как вдруг раздался визг Пчелолапа:  — Ой, белка! И толстенькая какая! Вот тут-то зверёк и сорвался с места. Впрочем, и сама Воркотунья подскочила от неожиданности, услышав восторженный крик Пчелолапа, но быстро опомнилась. Она вмиг нагнала белку и смогла скинуть ту с ветки, а затем напружинила лапы, готовясь спрыгнуть вниз и добить жертву, но полосатый оруженосец тоже не терял времени даром: он перехватил напуганного зверька на земле и прикончил его.  — Молодец, Пчелолап, — похвалила его наставница, приземляясь на снег рядом с котёнком. — Отлично справился. Вот только кричать о белке тебе не стоило, — посуровев, добавила она, строго глядя на ученика.  — Прости меня, — пискнул пристыженный Пчелолап. — Я больше не буду так делать.  — Кажется, сегодня ты мне уже это обещал, — усмехнулась Воркотунья. Она подхватила белку с земли и потащила к корням молодого дуба, чтобы закопать дичь. — Но обещать — это одно, а делать — другое.  — На этот раз я точно не буду, — твёрдо сказал Пчелолап, оторвавшись о созерцания собственных лапок. — Как ты думаешь, мы сумеем ещё кого-нибудь поймать? — серьёзно спросил он. Воркотунью всегда забавляло, когда этот малыш вдруг хмурился и задавал взрослые вопросы.  — Если не будем шуметь, то, скорее всего, нам повезёт, — с улыбкой отвечала она, устремляясь в сторону вытоптанной воителями дорожки среди стволов двух высоких елей — этим путём часто ходили патрули к границе с племенем Теней. Пчелолап хвостиком бежал за наставницей, неслышно ступая лапами по тонкому слою снега.  — А когда мы будем учиться охотиться на белок? — снова подал голос ученик. «У него вообще пасть не закрывается», — печально подумала Воркотунья.  — Когда настанет время, тогда и начнём, — буркнула она, перепрыгивая через камень.  — А когда оно настанет? «Великое Звёздное племя, дай мне терпения!»  — Всему своё время, Пчелолап, — чувствуя, как начинает раздражаться, заметила Воркотунья. — Уже скоро, потерпи немного.  — Я, кажется, понял, — протянул Пчелолап, глядя куда-то вдаль.  — Что ты понял?  — Ты думаешь, что я не смогу скакать по веткам? — с сомнением протянул оруженосец. — Что у меня лапки короткие, да?  — Что за чушь? — хмыкнула наставница, останавливаясь и глядя на котёнка через плечо. «А ведь у Пчелолапа и правда лапы коротковаты», — мимоходом подумала она. На самом деле серая кошка, успевшая научить его премудростям охоты на птиц и мышей, напрочь позабыла об охоте на белок, но не хотела признаться в этом Пчелолапу. Но сил выдержать пытливый взгляд оруженосца, в котором так и светился вопрос вместе с мольбой, у Воркотуньи не было.  — Ладно-ладно, мы можем завтра начать обучение, так что успокойся, — сдалась кошка, закатив глаза.  — Ура! — завопил полосатый котёнок, приплясывая на месте, но тут же успокоился под суровым взглядом Воркотуньи. — Ой, кажется, я опять забыл, что мы на охоте, — испуганно пискнул он.  — Помнить надо, — пробурчала серая кошка, возобновляя бег. * * * Ученик и наставница весь день бродили по лесу, ища дичь. В итоге Воркотунья тащила ту самую белку, довольный собой Пчелолап волок по земле жирного лесного голубя размером едва ли не с него самого, а пойманную оруженосцем мышку Пчелолап съел как раз перед тем, как они с серой кошкой отправились обратно в лагерь. Уже вечерело. Над лесом медленно сгущалась тьма; жалобно стонали и скрипели деревья, раскачиваясь на ветру; снег сыпался с их могучих ветвей на землю. Снегопад прекратился, но похолодало: ледяной ветер пробирался под шерсть Воркотуньи, когда она бежала в сторону лагеря. Распушив шерсть, она припустил быстрее, Пчелолап последовал за ней, путаясь в крыльях убитого им же голубя. Спустившись в овраг, Воркотунья тут же подошла к куче с добычей и положила туда свою ношу. Затем выпрямилась и огляделась. Вечерние патрульные — Пепел, Папоротник, Длиннохвост и Траволика — стояли возле Зверозвёзда. Пепел, глава патруля, что-то докладывал предводителю, тот лишь молча хмурился.  — Что там случилось? — спросил у наставницы Пчелолап. Он уже положил в кучу своего голубя.  — Не знаю, — покачала головой Воркотунья, сорвалась с места и подбежала к говорившим.  — Запах был один? — расспрашивал серого воина Зверозвёзд.  — Да, — ответила за Пепла Траволика. Выглядела она встревожено. — Но это был не кот из чужого племени, это точно.  — Скорее всего, какой-то одиночка или бродяга, — добавил Папоротник.  — Пап, а что случилось? — подскочил к отцу ученик Воркотуньи.  — Ничего страшного, просто на нашу территорию забрёл какой-то незнакомец, — поспешил успокоить сына Папоротник.  — Думаю, нам стоит быть настороже, — задумчиво изрёк предводитель Грозового племени. — Один бродяга или одиночка не принесёт нам никакого вреда, но если на самом деле их больше…  — Мы будем смотреть во все глаза, Зверозвёзд, — кивнул Пепел.  — И слушать во все уши, — добавил Длиннохвост, взмахнув хвостом. Потерявшая к разговору интерес Воркотунья отошла в сторонку, вытащила из кучи с дичью полёвку и решила немного перекусить. Вонзив клыки в сочное свежее мясо, она не сразу заметила, как рядом с ней присела Мухоловка. Черепаховая кошка переселилась в детскую — она ожидала котят от Пепла.  — Как ты себя чувствуешь? — с набитым ртом спросила у неё Воркотунья.  — Очень даже хорошо, — проурчала Мухоловка. — Вот, что-то проголодалась…  — Это, наверное, твои малыши есть просят, — засмеялась серая воительница, глядя, как королева пододвигает к себе голубя, пойманного Пчелолапом.  — Мой Пепел — просто замечательный кот, — с гордостью в голосе продолжала Мухоловка, глядя на серого воина. Тот, почувствовав на себе её взгляд, обернулся и нежно улыбнулся подруге, а затем они вместе с Чернобоком приблизились к кошкам. Также стоит заметить, что Чернобок стал лучшим другом серого воина. Обычно хмурый, неразговорчивый Пепел мало с кем тесно общался в племени, и Воркотунья, с которой он едва не подрался при первой их встрече, не была исключением. Но с чёрно-белым котом Пепел был готов проговорить весь день, да о чём угодно! Эта метаморфоза не переставала удивлять Воркотунью. «Вообще, в племени есть всего два кота, рядом с которыми Пепел совершенно изменяется — это Мухоловка и Чернобок».  — Как ты себя чувствуешь? — заботливо поинтересовался Пепел у возлюбленной, присаживаясь рядышком и прижимаясь боком к её боку.  — Замечательно! — Громкое урчание вырвалось из груди Мухоловки, когда серый кот лизнул её в ухо. — Огненная говорит, что ещё примерно четверть луны — и котята появятся на свет.  — Знаешь, мне уже не терпится стать отцом, — засмеялся Пепел. «Рядом с Мухоловкой он становится совсем другим», — снова подумала Воркотунья, глядя на счастливую пару. Непонятная грусть острым шипом пронзила её сердце, когда Пепел переплёл свой хвост с хвостом подруги. «Как жаль, что я одинока».  — Что с тобой? — раздался над её ухом встревоженный голос Чернобока.  — Да так, просто задумалась, — ответила Воркотунья, изо всех сил старясь скрыть свои чувства.  — Как Пчелолап? — негромко спросил чёрно-белый кот. — Слушается тебя?  — Ну да… Хотя, в большей степени, он слушает себя самого, — фыркнула серая воительница, пристально глядя на своего оруженосца — тот сидел неподалёку от них рядом с Иголочкой и что-то возбуждённо нашёптывал сестре на ухо, а бурая кошечка лишь кивала и изредка бросала в сторону наставницы её брата и Чернобока любопытные взгляды. — На охоте постоянно отвлекался.  — Все ученики такие, должно быть. Но потом он станет менее импульсивным, с возрастом успокоится и будет понимать больше, чем понимает сейчас. «Чернобок, как всегда, прав», — покосилась на воина Воркотунья.  — А тебе самому хотелось бы воспитывать оруженосца? — поинтересовалась она.  — Скорее, мне хотелось бы воспитывать своего котёнка, чем заниматься наставлением ученика.  — А вот я ещё не готова стать матерью, — неожиданно для себя выпалила серая кошка.  — Все кошки становятся матерями… Кто-то позже, кто-то — раньше. А когда срок придёт, ты сама это поймёшь, найдёшь себе любящего тебя кота, и у вас непременно будут дети. Воркотунья изумлённо уставилась на Чернобока. Показалось ли ей, или последние слова он произнёс с сожалением? Показалось ли ей, что в жёлтых глазах чёрно-белого кота промелькнула тоска и… даже боль? «Неужели он…» — воительница не успела додумать мысль, потому что чей-то взгляд обжёг её спину. Она слегка повернула голову вбок и краем глаза заметила Зверозвёзда. Предводитель сидел в стороне от суетящихся и переговаривавшихся воинов. И он снова так смотрел на Воркотунью, что у той мурашки по телу пробегали от его взгляда. «И чего он постоянно на меня глазеет? — прищурив зелёные глаза, озадаченно думала кошка, между тем чувствуя, как раздражение стаей муравьёв копошится под её шкурой. — Особенно тогда, когда я нахожусь рядом с Чернобоком…»  — Ты не забыла, что сегодня Совет? — напомнил Воркотунье Чернобок.  — Забыла, конечно же, — пробормотала кошка себе под нос, не отрывая глаз от Зверозвёзда, который, впрочем, уже не смотрел в её сторону. — Как думаешь, кто сегодня идёт?  — Наверное, Иголочка с Пчелолапом. Зверозвёзду нужно представить новых учеников другим племенам.  — Кстати, на последнем Совете меня не было. Может быть, и я с вами пойду, кто знает? — задумчиво изрекла Воркотунья. Она легла на землю, подвернув под себя лапы. Взглянув на небо, кошка отметила, что Звёздное племя, похоже, по какой-то причине разгневалось — луны за завесой туч видно не было. Но не успела воительница додумать свою мысль, как полная луна вдруг пробилась сквозь серую завесу, осветив овраг и деревья вокруг него; снег на их ветвях так заискрился под призрачным лунным сиянием, и Воркотунья поспешила отвести взгляд в сторону. Ветер стих, и теперь тишину нарушали лишь негромкие разговоры между собой воителей. Папоротник, Листолапа, Метелица, Дымогрив и Длиннохвост сидели возле входа в воинскую палатку; Пепел с Мухоловкой скрылись в детской, а Иголочка с Пчелолапом в шутку боролись друг с другом, смеясь.  — Иголочка, прыгни на меня! — закричал сестре Пчелолап. Та подобралась и накинулась на полосатого котёнка, прижав его к земле, но братец резко вырвал свои передние лапки из захвата, обхватил ими Иголочку и перекатился на бок, подмяв сестру под себя.  — Здорово! — в восторге пискнула бурая кошечка, поднимаясь и отряхиваясь.  — Меня этому Воркотунья научила, — распушился от гордости Пчелолап. — Она замечательная наставница, тебе бы такую!  — Мой наставник Пепел тоже хороший! — возмущённо пискнула Иголочка, сердито глядя на брата. Услышавшая эти слова Воркотунья почувствовала, как её сердце, казалось, пропустило удар от счастья. Пчелолап говорил искренне — врать он не умел, да и не зачем ему было это делать. «Он на самом деле рад, что я его наставница», — недоумённо думала она, глядя на полосатого котёнка. Как казалось самой воительнице, она постоянно делала Пчелолапу замечания, одёргивала его, моментально раздражалась, когда оруженосец лез к ней с расспросами — и после всего этого она вдруг стала «замечательной наставницей»? За этими размышлениями кошка не заметила, как Зверозвёзд забрался на Каменный карниз и провозгласил:  — Коты Грозового племени! На сегодняшний Совет из воинов со мной идут Папоротник, Дымогрив, Траволика, Длиннохвост и Воркотунья, оруженосцы Пчелолап и Иголочка, Огненная, а также старейшины Мускатница и Туча. Названные коты поднялись со своих мест и направились к спускающемуся вниз предводителю.  — Да пребудет с тобой Звёздное племя! — торжественно провозгласил Чернобок, повернувшись к Воркотунье, но та заметила, как длинные усы чёрно-белого трясутся от едва сдерживаемого смеха.  — Звёздное племя всегда с нами, — весело отозвалась серая кошка, направляясь к выходу из лагеря, где уже столпились все остальные коты, выбранные Зверозвёздом. Когда белый кончик хвоста Воркотуньи скрылся в зарослях ежевики, загораживающих выход из лагеря, Чернобок вдруг перестал смеяться и тихо пробормотал себе под нос:  — Конечно, Звёздное племя всегда с нами… Вот только не всегда предки уберегают от опасностей своих подопечных.