Лунный ворон

      Все же те три дня в имении не прошли даром. Контролировать и скрывать вспышки силы стало чем-то совсем обыденным как дыхание. Он обновил свои познания в применении силы и нет-нет, а упивался её возможностями и открывал все новые и новые грани применения на практике и очень часто опробовал свои догадки на Бархе, за что та порой вполне заслуженно злилась, но со временем втянулась во все эти эксперименты и порой уже сама не преминула возможностью испытать свои предположения.       После официального возвращения верховного советника ко двору и его непосредственным обязанностям, улучать момент даже на разговор тет-а-тет стало значительно сложнее. Спасение - вечерние посиделки в королевской библиотеке. Чинно и благородно. До тошноты. Она приходила почти каждый вечер, но вынуждено говорили лишь на самые общие темы – виной была вечная необходимость скрываться от любопытных глаз и при этом не обнажить непозволительную близость отношений. Весь этот маскарад изрядно изматывал, хотя с другой стороны добавлял изрядный азарт во время редких спешных ночных встреч. - Сын мой, я посылал за тобой, - Титр, конвоирующий наследного принца в кабинет правителя, поклонился и молча вышел, плотно затворив за собой дверь. - Настало время для серьёзного разговора. - Я в этом не так уверен.       Им редко доводилось разговаривать друг с другом, да и они не стремились. У каждого были свои причины, но общей эмоцией, их связывающей, было разочарование. Один не оправдывал возложенные на него надежды, другой был слишком занят делами, чтобы заметить упущенное. Две пары глаз столь похожих сверли друг друга с неприязнью. - И всё же я настаиваю. Присядь, - и король кивнул сыну на гостевое кресло перед собой. - Мне и стоя хорошо, - холодно отвечал сын. - Сядь я сказал, - с нажимом повторил король. Синха бросил испепеляющий взгляд, но всё же подчинился. - Так-то лучше. Перейду сразу к делу. Мой век недолог. Тебе, оболтусу, уже двадцать четыре лет минуло, а ты всё нос воротишь от невест. Не ровен час, как поползут слухи, что сын мой мужеложец, - Леон встал и, заложив руки за спину, мерил комнату шагами взад-вперёд, бросая на сына взгляды полные негодования. - Ну и что с того? – с вызовом ответил тот. - «Что с того»! Ты спрашиваешь «что с того»?! Мерзавец! Да как ты смеешь! - А разве тебе не всё ли равно? - Как ты разговариваешь с отцом! - А почему бы и нет? – и усмехнулся, видимо оставшись довольным тем, что вывел отца из себя так скоро. - Ты, мелкое отродье, - король подошёл вплотную и за ворот приподнял мальца над креслом, потряс и брезгливо бросил обратно. – Здоровый охламон, а толку ноль! Мало того, что ни толики не понимаешь в государственных делах, так даже жениться отказываешься! Уже давно пора провести ритуал и сделать тебя приемником престола. Бестолочь! Сил моих нет! Почему нельзя взять пример с Титра и быть хоть немного похожим на него… - Синха с силой стиснул зубы и бросил полный ненависти взгляд на отца, но тот был слишком увлечён своими мыслями, чтобы заметить. - …а не балду пинать и казну тратить направо и налево на всякие мерзости. Ха, ты думал я не знал? Если это замалчивает Титр, то есть и другие, которые с радостью лебезя донесут мне на тебя. Всё! Решено! С завтрашнего дня ты приставлен к первому советнику – авось хоть крохи разума впитаешь. Я понятно объясняю? - Понятно, - огрызнулся Синха, резко встав. - Это ещё не всё. Каждую неделю ты будешь держать экзамен передо мной. И ещё. Настоятельно тебе рекомендую подумать на счёт Бархи. Мне нравится эта девочка и я чувствую, что она со временем станет достойной королевой этих земель. - Хотеть не вредно.       И всё же в этот раз он перешёл границу и звонкая пощёчина была тому подтверждение. - Явишься через неделю. А сейчас пошёл вон! Я всё сказал!       Униженный, оскорблённый и с пылающей щекой он вылетел из кабинета. В след в закрытую дверь что-то с силой прилетело и разлетелось вдребезги. Окольными путями дабы никого не встретить, Синха добрался до своих покоев, где заперся и рухнул на кровать.       Он ненавидел их всех вместе и в частности. Отец, советник-сиротка, придворные, даже эта девица…все, абсолютно все смеялись над ним. Кто-то открыто в лицо, а кто-то за спиной. Он постоянно ловил на себе все эти взгляды полные высокомерной брезгливости и снисхождения, сдерживаемые лишь лицемерной жаждой обогатиться через лесть. Смешки, колкости, пересуды… Он задыхался, ему было мало воздуха. Нужно больше места, больше свободы. Свободы… Усмешка скривила уста. Да, ему нужно больше свободы. Именно так. И он станет наконец-то свободным от всего этого дерьма. - Мой повелитель, - Титр, войдя в кабинет короля, учтиво склонил голову. - Вы желали меня видеть, - Проходи, садись… - не отрываясь от документа, он кивнул головой на гостевое кресло. – У меня к тебе есть дело. - Да, я вас внимательно слушаю, - учтиво отвечал советник, усаживаясь. - Мне нужно, чтобы ты обучил Синху искусству государственных дел и общению с разного чина знати, - и искоса бросил взгляд, ожидая реакции.       Никому не ведомо было, что Титр уже подумывал постепенно удалиться от дел и перебраться к себе в имение, но тут же все его начинания перечёркивались уже в самом зародыше, приковывая стальными кандалами к человеку, которому будет глубоко плевать на все его распинания и старания и это при самом благоприятном раскладе, а зная наследного принца не понаслышке, Титру придётся избегать всевозможных эксцессов с его стороны и это дополнительная головная боль. И всё же за годы жизни при дворце Титр научился виртуозно скрывать свои эмоции, покрывая лицо маской отрешённости. Вот и сейчас на лице не дрогнул ни один мускул. - Вы уже объявили наследному принцу о своём решении? – тихо спросил у своего короля. - Да, нынче утром. Еженедельно он будет держать экзамен предо мной. - Хорошо, я возьмусь за ваше поручение. Благодарю за оказанное доверие, - он встал и глубоко поклонился. – Что-нибудь ещё? – ровно спросил он, усаживаясь обратно.       Правитель отложил документы, откинулся на высокую оббитую бархатом спинку и задумчиво посмотрел на него. - Я знаю, что делом весьма непростым озадачил тебя, но к своему удивлению я не ведаю как тебя наградить даже за минувшие заслуги. К славе и званиям ты равнодушен и даже избегаешь их. Может быть злато? От отца тебе досталось солидное наследство, но так ты и его умудрился преумножить не раз, и всё так же ведёшь образ жизни нелюдимого отшельника. Женщины? Не похоже, что в твоем характере искать любовных побед, но и не могу я представить ту, которую ты назвал бы своей женой… Так чего же жаждешь ты? - Ничего как кроме верной службы моему королю, - учтиво отвечал тот. - А ты всё о том же. Неисправимый малый. Многие на твоем месте просили и искали бы милости… Ну что ж, я даю тебе время подумать, а пока… - быстрый и пристальный взгляд поверх зеленого сукна. - …пусть тебе сошьёт мой портной новое платье достойное первого советника короля... - Мой повелитель… - Прими хоть это от меня. Иначе я начинаю думать что пред тобой я в неоплатном долгу. Ну а пока ступай. - Да, мой повелитель.       Встал, поклон. Идя к двери спиной, у выхода он снова поклонился. За ним взглядом озадаченно следовал король, пока дверь не закрылась. Взмах левой руки – изумрудная россыпь искр сложилась в Печать уединения. - И всё же жаль, что не ты сын мой…