Сорванные маски
16 августа 2020 г., 23:36
Примечания:
Фух... вот и новая глава. Простите за задержку, слишком много волокиты за эти дни - затянувшиеся в недели. Надеюсь в другой части раскроется ещё больше тайн, ещё больше интриг... ну короче, ждёмс, приятного прочтения и мурашек по коже.
P/S: извиняюсь за то что Мия в последних главах вся в слезах, но такой вот сюжет.
Проснулась с тревогой, резко поднимая корпус оказываясь в той самой тёмной комнате, где было холодно и страшно…
Я обхватила и обняла колени, дрожь пробивала всё тело. Никак не могла успокоиться, ощущая под собой скрип медицинской металлической кровати. Хотела чтобы всё это наконец закончилось. В голове стояли слова, готовые вырваться и крикнуть для самой себя: «Нужно бежать, бежать пока могу!»
Дрожь на теле немного утихла, но не прекратилась. Истерика отступила, и я неуверенно оглянулась вокруг, не услышав ни единого звука слезла с койки и побежала вперёд к выходу отсюда — одной единственной железной двери.
Неожиданно сверху на потолке включился еле приглушенный свет, создающий некую атмосферу ужаса вокруг этого места, от которого поежилась, когда поняла, что нахожусь в том самом подвале где с меня вытягивали чакру — для некой проклятой шкатулки желаний.
Тишина долго не продлилась и в такую важную минуту послышались шаги и разговоры за массивной дверью, которые по топоту подходили именно сюда. Двое. Притворяются идти незаметно, но каменные плиты сами по себе такие громкие или это всё те высокие чёрные ботинки? Жаль, что нет деревянного стула, сломала бы ножку или лучше всего найти, что-то потяжелее в этой научно-исследовательской лаборатории, тогда они бы точно запомнили, что с Узумаки им лучше не связываться!
— Господин Муи-сама, так Вы удовлетворенны результатом? Узнали всю правду от Узумаки и теперь только стоит доложить результат Конохе, — прозвучал тихий и мерзкий голос того гадкого тюремщика. — Правда и впрямь бывает тяжка, и сомневаюсь, что теперь её вернут назад в селение Листа. Потому как мы и договаривались, я позабочусь о ней, как следует, чтобы Узумаки навсегда запомнила, чем знаменита: Тюрьма Замка — Хозуки. И преподам урок, который уж точно ей запомниться на всю жизнь, впредь, не попадать в кроличью петлю снова.
— Не против. Только на этот раз будь добр, раз воспользовался телом, то лучше не оставляй важных улик. Напичкай лекарственными пилюлями или лучше отведи к ирьенинам, чтобы те всё уладили. Не нужно нам здесь отчаявшихся преступниц, готовые покончить жизнь самоубийством, — холодным и высокомерным тоном ответил хозяин этого места. — Как не прискорбно сообщать, их итак осталось не так много и если она останется одна единственная, то после можно продать такую ценную уцелевшую Узумаки, а о её смерти доложить в рапорте. Но это звучит так хлопотно, потому можешь поступать с ней как захочешь.
После послышались одни уходящие шаги. От такого открытого диалога, на свою участь, поторопилась назад, но что-то пошло не так. В коленях пробила судорога и я споткнулась о свою же ногу и грохнулась на холодную плитку, снеся за собой тумбу, которая повалилась набок, и у той разбились маленькие стеклянные колбы, разливая на пол пахучую жидкость, телесного цвета. Дверь напротив раскрылась и там стоял, тот самый тюремщик. Он мерзко ухмыльнулся вошёл и захлопнул дверь, поворачивая ключ до щелчка.
Закрывая нас одних в такой комнате.
— Как радушно, что ты уже проснулась, а то я и сам не прочь был разбудить тебя, — брякнул ключами убирая их за пазуху и выпрямившись, стянул фуражку, повесил на крючёк двери, поворачиваясь передом. — Вставай, — сказал он, неспешно подходя ближе.
Со страхом и комом в горле посмотрела на него. До чего же он всё-таки высокий. Массивный как гора, с широкими плечами и мышцами, которые играли под униформой, каждый раз когда он делал шаг навстречу. Ноги в коленях подкашивались, голова кружилась при любом подъёме корпуса. Дрожь не утихала, а наоборот стала ещё сильней, что тихонько брякали зубы друг о дружку. Во рту сильно пересохло и сердце слишком сильно стучит в груди, что не так? Слишком дурное самочувствие.
Освобождая чакру, сильно обожгло и стало ещё хуже, от этого мерзкого ощущения болела голова и была готова вот-вот свалиться спиной на ледяную плитку. Лишь силой воли держалась и не позволяла этого.
— Как мило, совсем забыл что я позаботился, чтобы ты не сопротивлялась и вколол в кровь стимулятор и теперь боль будет ощущаться не так сильно. Только есть некий побочный эффект. И на утро ты будешь чувствовать себя ужасно. Всё что будет происходить сейчас, будет словно пытка на следующий день, когда ты проснешься. И… проснешься ли ты после этого, кто знает…
Глаза в туже секунду шустро оскалились от злости и он замахнулся по руке ногой и отбросил схваченный мною осколок. Небрежно взял за локоть и поволок прямиком к койки, скидывая на неё, нависая сверху.
— Советую расслабиться, попробуй представить свой индивидуальный экзамен, можешь называть меня своим: сэнсэем, когда будет невыносимо сдерживать голос, — сказал и следом ехидно рассмеялся, когда на моих глазах, вниз по щекам потекли слезы.
— Ши… Шис-уи спасёт меня, он придёт… придёт за мной! — заикаясь произнесла, дрожащим голосом. Нельзя допустить, чтобы этот тип изнасиловал меня…. Слишком ужасно. Нечестно и неправильно. Такому насильнику нельзя верить. Нельзя расслабляться. Чего только стоит его страшный взгляд. Бездонный, проникающий в самую душу. Сдаваться было слишком рано.
— Тот шиноби в чёрной маске похожую на оскал ворона? — задумчиво отвернул взгляд, растянул лыбу и указал на закрытую позади дверь. — Так он здесь, только не в состоянии добраться до тебя. Парни позаботились о его приёме, когда он неожиданно появился здесь. Ворон, не ожидал, что его могут остановить настолько беззащитные сдерживающие печати и техника — Тенроу. Но стоило показать господину Муи ему урок, который брюнет навсегда запомнит и не забудет о своём поражении. Он не придёт за тобой крошка, потому как всё ещё отдыхает на больничной койке, — тюремщик облизнулся и как будто задумавшись над прекрасной идее, усмехнулся и расхохотался. — Может я отнесу тебя к его палатке, когда закончу здесь, как раз посмотрим с парнями как он среагирует на то, как не смог спасти тебя вовремя крольчиха!
— Отпусти меня! Не надо! Отпусти! — уже не выдерживая закричала. Хотя по его жуткой ухмылке, понимала, что это абсолютно бесполезно и ни к чему не приведет.
— Может ты так сильно хочешь лечь под моих людей? — гневно воскликнул брюнет. — Я не против поделиться тобой, со своими товарищами. Твои гены должны справиться. Как никак, Узумаки же, клан живчиков, вот почему вас всех перебили!
— Ублюдок! — закричала, сильно махнув тому по челюсти кулаком, не попадая в цель, пытаясь ползком уйти от него, но перед глазами расплылись круги и стало так тошно. Воздух в комнате словно дрожал от напряжения. Еще немного… и потеряю сознание… Сильная хватка перевернула лицом обратно, не давая даже малейшего шанса на побег. Хоть и бежать было некуда. Дверь заперта, сверху на окнах решётки. Дальше по коридору караулят тюремщики и когда те увидят, какой у меня вымученный вид, наврятли отправят за решетку.
— Теперь-же, хватит сопротивляться и давай мы сыграем по моим правилам, — шептал жестокие слова перед лицом. Казалось, что из его уст льётся яд вперемешку с жидким азотом. Каждое прикосновение, каждое слово отдавалось вспышкой страха и отвращением в теле. Широкие ладони подхватили полоску пояса, расстегивая и снимая его. Конец легкой ткани юкаты подняли в воздух, приподнимая выше живота. Затем шероховатые пальцы коснулись кожи и прошлись под контуром ткани выше по талии и рёбрам, обрисовывая окружности. Сейчас! Приготовившись заехать ему по лицу. Только замах остановила большая крепкая ладонь, так что ему пришлось приковать обе руки к изголовью кровати, сомкнув на запястьях дуги металлических креплений.
— Вижу ты настроена сопротивляться? — каждое его слово звучит как насмешка. — Тогда и я не стану медлить, возьму тебя и в одежде, раз не хочешь по-хорошему принять мою ласку.
Треск разрываемой ткани, привлёк куда большее внимание его глаз, которые блуждали голодным взглядом по груди, спрятанной за ненужным сеточным топом.
Руку он переместил на бёдра двигаясь ниже, слегка сжав колено, поднимая одну и вторую ногу, заставляя забиться под ним как пойманная в клетку птица, раздирая тонкую кожу на запястьях о холодный, недружелюбный металл и кричать, громко кричать…
— Тише-тише, Мия! — глубоко в подсознании послышался такой родной голос и расплывчатый образ от слёз появился напротив. — Тебе приснился кошмар, я здесь с тобой, всё в порядке! Ты меня слышишь?!
От увиденного у меня перехватило дыхание. Изучая его ли это черты лица и это правда был Шисуи. Он кончиками пальцев вытирал слезы на моих щеках, обеспокоенно смотрел. Так нежно. Потом наклонился ближе взял мои ладони и притянув к своему лицу, стал целовать мои израненные запястья, словно моя кожа была тончайшим материалом. Я попыталась произнести хоть слово, только вот нормально сказать не получалось, вышло уловимо невнятно ответить, с дрожащим голосом и с мокрыми от слёз глазами в котором расплывался его образ, словно это всё мне только кажется и через мгновение я окажусь в той самой жуткой комнате, одна одинешенька, опороченная, лежа на холодном каменистом полу.
— Это взаправду… Ты здесь Шисуи? Тебя не поймали?
Он отпустил руки и опустившись ниже, крепко обнял меня за талию, слегка касаясь сухими губами лба.
— Да, я правда здесь с тобой и никто тебя больше не посмеет тронуть, — аккуратно прилег рядом.
Я же обхватила его шею, крепко прижавшись к ней. Слезы лились не переставая. Постепенно стала успокаиваться, когда ладонь гладила по спине, унимая в конечном итоге дрожь. Осторожно приподняв за подбородок лицо, Шисуи слегка коснулся губами моих губ. И снова крепко обнял.
— Не стоило оставлять тебя одну в комнате, когда ненадолго отошел, оплатить комнату в гостинице и вернулся, то ты дрожала в слезах и кричала, — тихонько рассказывал он, из-за чего это произошло. — Больше никуда не уйду. Потому давай постарайся уснуть, тебе нужно отдохнуть после случившегося.
Не могла вот так после минувшего прикрыть глаза, но когда рука возлюбленного вновь тихонько продолжила гладить спину, то наконец расслабилась, умиротворенно прикрыла свои заплаканные глаза, ощущая как ладонь продолжала не отстранено успокаивать. Даруя тепло, а не ледяной холод, как в том месте. Чувствуя себя в полной безопасности рядом с ним. Наконец смогла по-настоящему заснуть не переживая ни о чём.
Тихонько стали чирикать птички. Луч солнца назойливо светил мне прямо в лицо сквозь приоткрытые шторы. Я недовольно сморщила нос и постаралась прикрыться одеялом. Только рука не могла нащупать нужную вещь, кроме какой-то короткой мягкой тянущейся ткани. А такой тепленький лучик вдруг ушёл, совсем рядом с собой ощутила шевеление, скрип кровати и недовольное шипение. Я немного приоткрыла один глаз, и увидела, что Шисуи уже не спал. И это он убрал доступ света к моему лицу, прикрывая шторку.
Замечая меня не спящей, неловко улыбнулся и притронулся ладонью к моей щеке, легонько гладя по коже.
— С добрым утром, — потянулся ближе, видимо за поцелуем, но я встрепенулась и успела вытянуть перед лицом пальцы и прислонила их к его губам, не давая им приблизиться. Примечая на мне ту же одежду, в которой я провела своё заключение. Нет, конечно я мылась, но там было куда больше не безопасно, потому я больше не ходила туда, ни ногой. И вот прямо сейчас…
— Мне нужно принять ванну, — еле внятно затараторила, не смотря в глаза Учихи, отводя свой взгляд в сторону. Губы поцеловали мои пальцы. Он кивнул и стал подниматься с кровати, потянулся, а затем взял за концы стянул с себя водолазку. Видимо не только я в одежде проспала всю ночь.
— Тогда и мне не помешает искупаться, — навис сверху, ловко подхватив за талию и ноги, а затем понёс в указанное место, усаживая уже там на стульчик. Сам направился дальше, принялся включать воду и та набиралась в ванную. Неловко снимая с себя юкату, вспоминая о недавнем сне… Его безвольный страшный взгляд и мерзкий для ушей голос от которого вновь бросило в дрожь. И я сразу остановилась снимать с себя одежду. Стала смотреть вниз перед собой на плитку и обхватила тело руками, обнимая за плечи. На глазах накатили слёзы. Слышала как меня позвали. Я молчу. Чувствую, как он ждёт ответа. Но я не произношу ни слова. Он подходит ко мне и приседает на корточки. Мои обнимающие ладони отпустили, но я продолжала смотреть на кафель не поднимая глаза. К щеке прикоснулась теплая большая ладонь, но я дрогнула от её прикосновения. Ладонь отстранилась и вновь взяла мою правую обмякшую руку в свою и неожиданно замахнулась ею.
Так громко послышалась в ванной комнате пощечина. И я почувствовала чуть покалывающее ощущение легкой боли на своей ладони и когда перевела взгляд на Учиху увидела покрасневшую отметину на его щеке. Сразу взбудоражена этим, растерянно посмотрела в его глаза и заговорила.
— Шисуи, что ты сделал?! — потянула ладони к его лицу, отпуская ему на щеки, а он положил и свои поверх моих. Его теплый лоб опустился к моему.
— Успокоилась? Можешь ещё ударить или накричать чтобы тебе стало легче.
На такие поддерживающие слова, обняла искренне за шею, ощущая тепло и биение наших сердец. Затем отстранилась и поцеловала место недавнего удара, из-под тяжка и вновь посмотрела на него.
— Спасибо, я уже в норме, — поцеловала ещё, а затем потянула за пояс, снимая с себя юкату и другую одежду, как и наблюдавший за моими действиями Учиха, он посмотрел прямо в глаза, словно проверяя правдивость моих слов и тоже снял оставшуюся одежду, скидывая к моей.
Простояв под теплыми струями воды из душа, вдвоём залезли в ванну. Шисуи усадил меня к себе спиной на колени и обхватил под грудью обоими руками и поцеловал сзади в макушку.
Так приятно. Тёплая водичка, пенка… как давно хотела именно этого. Так спокойно…
Расслаблено улеглась на парня, где горячая вода накрыла всё тело и прикрыла свои глаза. Недолго думая стала тихо, почти безжизненно рассказывать как меня встретили в Конохе, как воодушевленно отвели на допрос, а затем отправили в одиночную камеру, где караулили не переставая.
— Я видела Лейко. Он пытался попасть в прутья окон. Каркал, долбился клювом, крыльями, но ничего не помогало. И я попросила его вернуться к тебе с пустым свитком. В тот же день состоялся приговор, где меня посчитали предателем Конохи и теперь я нункенинин как и все в Акацуки. Даже успели откуда-то придумать прозвище и теперь в Конохе все потихоньку по слухам услышат о «Кровавом кролике».
— Почему ты не настояла на своём? Ты могла отстоять свою правоту, если представила доказательства своей невиновности.
На такие опускающие слова, поднялась и развернулась к Учихе передом. Я всё еще продолжаю смотреть, не могу объяснить, почему, но это сложно оторвать от него глаза.
— Твои слова звучат так, что ты снова предлагаешь, мне оставить тебя. Даже если бы я и сказала, что не виновна, какая вероятность того, чтобы мне бы поверили? Правильно никакая, потому как шиноби половину их тех кто меня задержал, были подопечными из Корня и раз в этом замешан Данзо, то он точно найдёт нужный аргумент, чтобы выяснить всё. Ведь он всё ещё жаждет узнать правду, в котором его повергли. И это так низко отпустило его самооценку, что он готов к чему угодно. Например: схватить и задержать меня, давая ложные основания моей виновности. То как я замешана и причастна к резни клана Учих, скажем соучастница Итачи. То как была в сговоре со змеиным саннином, передавая ему в руки последнего из Учих — Учиху Саске. То что я одна из членов опасной организации и всё это время следила за джинчуурики Девятихвостого-Лиса. И это ещё не весь список моих грандиозных подвигов нункенина с многолетним стажем. Ой?! Я не говорила, что это я направила напарника Огару, чтобы тот покончил с главой Корня? Нет? Уж забывается список вынесенных приговоров, — отдышавшись, вдохнула и выдохнула, вновь расслабилась и водила пальчиком по его плечу. — Им ничего не удалось узнать. Яманака не смог внедриться в голову и выяснить информацию, а Морино Ибики и не стал исполнять свои долгосрочные обязанности чтобы хорошенько допросить предателя. Был ещё вариант использовать шаринган Какаши, но его действия так и не увенчались успехом, даже самой интересно почему так.
Больше ничего не говорила и Шисуи поднял ладонь и прикоснулся к моей щеке, тихонько утешая этим.
— Хатаке Какаши и Узумаки Наруто всё ещё остаются на твоей стороне, — спокойно ответил он, — когда мы прибыли в Коноху на твои поиски, то наткнулись сразу же на след Хатаке. После подоспела его команда и другие товарищи. Мы готовы были пойти с расспросом к Хокаге, но Наруто сказал, что ты ни в чем не виновата и тебя зря задержали. Он говорил так открыто и серьезно, что ты не предатель. Готов был доказать это и направиться с нами, только вот его спустили на землю и остановили всполошившего блондина. А ещё Какаши поведал куда точнее тебя отправили. И в конце пепельноволосый тоже сказал, что всё слишком уж спутано, но он намерен разобраться в этом как можно скорее. И теперь я даже не знаю порадоваться за тебя или же отругать за такую оплошность.
— Оплошность? В которой меня поймали и увели в тюрьму? — уточнила точнее в чём же я так провинилась.
— Ну, ты раскрыла свою истинную фамилию и имя и теперь стала преступницей официально, — кашлянув, добавил с улыбкой, поднимая указательный палец верх. — Теперь теория для других членов Акацуки, что я твой — старший нии-сан не состоится, ведь мы совершенно разные. И твой старший брат слишком уж сильно выделяется и очень тебя любит и это намного больше, чем любовь брата и сестры. Потому стоит бросить эти детские игры и приступить к более правильной позиции, в этой открытой новой партии противоречий.
Отпуская обе ладони на его плечи, потянулась вперёд ближе, прямо к его губам, но так и остановилась в пару сантиметров и стала ехидно расспрашивать.
— Хочешь раскрыть другим членам организации, что мы встречаемся? И об этом говорит сам — Шисуи Учиха? Что-то с недавнего времени ты стал частенько меня удивлять эта смена характера? Или переход твоей второй формы шизофрении и я не в коем случае не хочу сказать, что у тебя проявляется раздвоение личности или что-то ещё.
— Нет я не болен. Я хотел предоставить им возможность самим попытаться догадаться, что к чему, без каких либо подсказок на наш счёт, даже если я не воздержусь однажды, чтобы не показать, что я к тебе по-настоящему чувствую, как раз и этот Джашист прикроет свой рот и навсегда забудет дорогу в нашу комнату, — положил свои ладони мне на талию и сам легонько потянулся выше, касаясь щеки, целуя так нежно.
— Я думала что ты и сам догадаешься и раз ты в маске ничего не видишь то я отвечу что вижу, точнее знаю кто кому не безразличен и как не прискорбно это говорить у сестренки Карин появился ухажер-сектант и мне больно непредсказуемо знать чем это обернется для их парочки и как себя поведёт Какузу. Но, Карин сильная куноичи и может она сможет поставить Хидана на правильный путь не включая в себя жертвы и кровопролитие, а может и наоборот… и это он поставит её на путь Джашина, аж в дрожь бросает их кровожадные ухмылки, — поёжилась, пока меня вновь не уложили и не обняли сильные руки.
— Не хочу больше не на миг оставлять тебя одну. Когда вся эта заварушка закончиться. Уведу куда захочешь сама: север, юг, запад, восток, всё на твоё усмотрение. На лазурный берег где будем лишь мы вдвоём купаться в море и гулять по песку. Если не заинтересовал, то как насчёт архитектурных достопримечательностей, где увидишь необычные места и прочитаешь множество различных книг? А может тропические пейзажи? Холодные пещеры с белоснежным, таким легким и пушистым снежком, хрустящим под ногами в Стране Железа? Но вначале, я… — приподнял за подбородок и посмотрел мне в глаза, — обязан очистить твоё имя.
На такие слова покраснела и махнув головой от романтический мыслей о новом дне у моря, придвинулась ближе.
— Кто бы говорил! Как ты это сделаешь раз сам считаешься погибшим шиноби?! Так просто появишься в Конохе и раскроешь свою личность давно умершего Учихи?!
— Хм, звучит заманчиво, — на такой ответ наклонилась к шее и укусила его за кожу, оставляя ряд ровных зубов.
— Дурак! — обхватила шею руками и обняла его. — Ты просто дурак… Нет нужды оправдывать моё имя, ведь знающие меня люди всё ещё на моей стороне и это всё что мне нужно знать. И я пойду с тобой, куда бы ты не предложил.
Шисуи отстранился и хотел было сказать, но вот только голод дал о себе знать. Живот предательски заурчал так громко и от такого спрятала лицо на его груди, чтобы не видеть как он теперь на меня смотрит.
— Так дела не пойдут, давай поторопимся с купанием и хорошенько накормим тебя, тем чего захочешь.
— Да, хорошо…
Шисуи
Брюнет зашёл в комнату первым и достал запасную одежду из свитка, тихонько посмотрев назад в сторону ванной комнаты и убедившись, что любимая девушка пока занята своей одеждой, полез в подсумок и достал из него небольшой тканевый мешочек, тёмно-синего цвета. Отложив вещи на кровати, пальцы быстренько развязали верёвочку и из него вытащил небольшую коробочку. Голову вскружило небольшое волнение и для того чтобы взять себя в руки, прикоснулся к волосам, растрепав вьющиеся пряди от воды. Взгляд не отстранено смотрел на эту вещь в ладони, но всё же отпустил руку, присел на корточки и прислонил руку к лицу и воодушевленно вдохнул полной грудью. — Слишком тороплюсь, после минувшего. Рано такое предлагать… Всё должно быть не так. Не хочу чтобы она чувствовала себя неловко. Сам наверное ничуть не лучше, столько раз об этом думал и только теперь решился на такой важный шаг, — досадно отпустил голову. — Какой-же жалостливый с меня Учиха. Согласиться-ли? Столько всего произошло, столько всего случилось и теперь я слегка не уверен захочет ли Мия такого. Возмутиться или будет рада? Но чтобы она не выбрала я всегда буду заботиться о ней, даже если она и не примет меня. Словно на важной миссии, невозмутимо выдержу её ответ на моё предложение. Оставит ли свою фамилию? Или примет мою? Так хотелось-бы, чтобы она выбрала второе. Как же хочу увидеть её одежду с нашим гербом, даже если клан давно уже обречён, велика вероятность, что он сможет возродиться, как бы тяжело это не звучало. Есть же Итачи, Саске и тот Обито. А ещё и я. Она тогда говорила, что у меня — «Учиховская гордость», но всё равно согласилась родить на свет наших детей. Я хотел тогда сказать, нет, точнее прошептать на ушко, как хочу увидеть её в свадебной белоснежной юкате со счастливой улыбкой. Как вначале она неловко будет идти по аллее держась за мою ладонь. Каким будет её лицо после моего признания и как сильно будут гореть щеки таким миленьким румянцем, когда я надену Мии на безымянный палец… Сзади послышался звук открывающей двери, на что незамедлительно спрятал важную вещь назад в подсумок, убирая сумку подальше от глаз, под подушку и делая вид что в процессе переодевания. — Я так рада, чтобы та забрал все мои вещи, а то думала что придётся сходить в магазин и прикупить одежду. Я не говорю уже про свитки, деньги и косу. — Как я мог оставить то что принадлежит тебе в том месте и если в малой гарантии, что я не рассказал бы тебе об этом, то мог предложить надеть на время и мои вещи. — Они большие, особенно брюки, а в твоей рубашке и без штанов я бы точно не показалась бы на улице. — Мог предложить бы и другой вариант: поднял на руки и укрыл бы твои ноги плащём и мы могли бы где нибудь уединиться и я специально сделал так, чтобы ты почувствовала себя смущено, тем самым давай повод на что-то большее. Не хочешь попробовать? — Ты… ты… только попробуй такое сотворить! Я не подамся этому, ни за что! — Вызов принят, — лукаво улыбнулся и расхохотался, когда Мия принялась его щекотать по ребрам, а затем ловко остановил девичьи руки и поцеловал её в губы.***
Завтрак конечно состоялся только вот, стоило нам с Шисуи выйти с заказного номера гостиницы держась за руки, наткнулись прямиком на излучающий и крайне заинтересованный взор блондина. Тот сложил руки на груди у словно раскусив, хмыкнул. — Вот и задержанная напарница проснулась. Как оно? Я сделала вид, что задумалась, после чего до крайности демонстративно кивнула. — Как видишь уже лучше. Спасибо, что не остался в стороне и помог. Дейдара лишь кивнул, отпустил руки и посмотрел на меня по новой, задая следующий вопрос. — Куда собрались? — Завтракать. — Хмм… я с вами. Блондин незамедлительно пошел за нами в ближнее заведение и уселся напротив заказывая себе омлет и зеленый чай, как и мы. Попивая принесенный чай с чашки, он наблюдал как я завтракаю уже без маски кролика. А что скрывать если он уже меня видел. Живот заурчал до того как еду поставили на наш столик и я словно бездонная машина стала всё быстренько есть. — Эй, полегче, никто тебя не гонит. Я его не слышала и из-за этого Дейдара косился в сторону, будто нас не знает, а Шисуи наоборот заказывал ещё для меня вкусной еды, услышав стук пустой тарелки о стол. — Огару ты ешь? Вот попробуй это очень вкусно! — без задней мысли потянула полочки назад и поняв, что он в маске, сильно покраснела. Пока его рука не дотронулась до моей, другой он приподнял маску до носа и с моих палочек съел овощной рулетик. — Вкусно, но там снова была морковка. — Только не говори, что тебя снова нужно приучить кушать и морковь?! — Нет уж. — Кхм… вообще-то я тоже здесь и вы… ладно забейте. Теперь Дейдара перестал вообще смотреть на нас и задумчиво держал чашку и лица. Я же вновь устроилась удобнее, находя руку Шисуи — рука эта, сильная, цепкая и чуть грубоватая, была уступчива и покорна моему прикосновению. Находясь столь близко, можно было уловить ровный ритм дыхания. И он и сам переплел наши пальцы. Уф. Наелась досыта, попросила ещё добавку и залпом выпила две чашки с чаем, когда блондин с грохотом не поставил свою и наконец стал говорить. — Ты теперь знаменитость крольчиха. Огару тебе не рассказал что произошло, когда мы покинули остров со всеми заключенными? С заключенными? То есть… мы всех забрали и куда же? Только не нужно говорить что в организацию. — Так и знал, потому я тебе сейчас всё детально расскажу раз заинтересовал, — расставил руки в стороны блондин. — Остров то я подорвал и не только. Итачи же решил прибавить своего шарма и использовал Аматерасу или как там этот огонь чёрный звать. И вот он не утихает и по сей день горит. Ведь его может потушить тот же шаринган, а больше его таки не у кого и нет. Шисуи тем временем спокойно слушал, слегка поглаживая мою ладонь, лежащую в его руке. На это тихонько ущипнула Учиху за руку и продолжила слушать. — И теперь нужно поторапливаться на базу. Кстати что касается лидера то он тебя ожидает.***
Глиняная птица Дейдары была как раз кстати, чтобы не добираться до убежища пешим ходом. Кстати лететь довольно-таки занимательно, всю округу видно и ветер такой свободный, свежий и немного прохладный. Пытаясь достать облака, тянула свою ладонь, пытаясь хоть немого дотянуться. Дейдара хохотал над этим отчаявшимся поступком, нащупать то что хочется. Надувшись, отпустила руку. Сзади меня подняли и теперь я могла дотронуться до мягкого облачка. — Мягко, ты просто не представляешь как я давно хотела ощутить какое на ощуп облако! Спасибо! — радостно улыбнулась. Беря словно самый легких снежок в ладони, меня отпустили и я положила такую легкость в ладонь Огару. — Правда же мягко и немного мокро. Шисуи удерживал его ещё пока тот не пропал и затем почувствовав мою дрожь, откинул свой плащ, накинул на плечи и обхватил сильными руками, обнимая, прижимая ближе к своей груди. Рядом с ним было тепло и так умиротворенно, словно под защитой. Пока нашу идиллию не прервал голос. — Кхаа… значит вот на что намекала Конан, я и не думал о вас в таком ключе, пока сам этого не увидел и теперь совсем не понимаю вас двоих. Брат и сестра, как же, давно ещё подозревал что-то не так всё в ваших отношениях. — О нас намекала Конан-сан? О чём ты Дейдара? — Может хватит утаивать ваши близкие отношения? Все в убежище в курсе, что вы частенько закрываетесь под барьером и это не должно быть просто так. — Верно подметил, — сразу ответил Огару и обнял меня сильнее. — Есть возражения, тогда говори уже. Только вот не факт, что мы его станем слушать. Тронешь Усаги пожалеешь. — Нет, у меня нужды вмешиваться в ваши дела, больно хлопотно и это потасовка ни к чему не приведёт, — махнул рукой блондин и посмотрел вдаль. — Правильно мыслишь. Приход к башне был что-то с чем-то. На высокий пьедестал подпрыгнул Хидан и громко заявил, взмахнув на преступников своей косой. — Итак сброд, слушайте меня, если не хотите пойти на жертвы для великого Джаши-самы. На колени смертные!!! Ха-ха. — А?! А ты ещё кто такой?! Свали пока тебя не вынесли, убл… — на этом Хидан сорвался как взбешенный и стал кромсать преступника, пока его не остановил Какузу. — Не стоит убивать так сразу, за них можно много заработать, ведь эти люди всеми разыскиваемые преступники и потому мы неплохо на них заработаем. — Да пошел ты, мы сами отдадим твою голову чтобы заполучить деньги! К этому моменту нас встретила бумажная техника и из потока оживленных кружащих бабочек, появилась Конан. — Пейн ждёт вас с Огару, а ты Дейдара свободен. Аловолосый лидер встретил на этот раз со серьезным видом, хоть по нему и не скажешь, что он добр, просто складочка на переносице не напрягается так сильно как сейчас и вот теперь пришло время серьезного разговора, может который перейти к серьезным последствием. Ведь конечно поступят вопросы от который не так легко увернуться и главный из них: зачем я снова вернулась в Коноху и ответ на него может выйти лишь обманом, который скорее всего уже не поверят. Нагато впервые так глубоко вздохнул и отпустил свой взор на каменный пол, ещё немного уставившись на него, наконец поторопился заговорить первым. — Теперь я совсем не понимаю тебя Узумаки Мия. Ведь так тебя по-настоящему зовут и нет нужды врать. Информация правдива. На такое сняла маску, которую одела незадолго до прибытия и кивнула. — Семилетняя девочка, которая пришла в Коноху совсем одна. Осталась жить и обучаться там в академии шиноби, только вот занятие совсем не шли ей в пользу. Нужные и физические навыки были низкими, даже хуже чем у безклановых её ровесников. Со времени смогла подняться в этом и то это не продлилось долго и буквально через промежуток времени Узумаки Мия была без вести пропавшей. Спустя шесть долгих лет, взрослая, была найдена рядом с границей Конохи, с потерянной памятью, — Нагато поднял лицо и посмотрел уже не на меня. — Огару, сними свою маску. Не стоит уже играть в неизвестность, я в курсе того, что Итачи не мог сжечь весь остров в одиночку. И даже если и смог, то наврятли бы после такого смог держаться на ногах. Шисуи не сразу, но потянулся к маске и поднял её на волосах и серьезно спросил. — Раз нас раскрыли, то не стоит медлить с тем, что для нас вы уже приготовили и по принципу того, что за ней был отправлен отряд подкрепления, то есть предположение того, что вам необходима Усаги. Но эта была лишь видимость, а на самом деле вы отправили Акацуки узнать о ней информацию в секретном архиве Конохи. Я всё правильно понял? И видимо как невыгодный партнер в этом, то меня лучше всего стоит устранить с такой важной партии. Аловолосый сосредоточенно посмотрел на брюнета. — Я не сомневался, что ты был Учихой, слишком уж выделялся, но твой ген не так легко скрыть, у тебя чутьё на опасное столкновение и тело настоящего бойца, как твоё истинное имя? — Учиха Шисуи. Нагато освободил руки с кресла и удобнее устроился, размяв плечи, он вдруг вытянул вперёд на нас свою ладонь и готов был использовать риннеган. Ощутив освободившуюся чакру, сзади меня притянули к себе и неожиданно нас двоих накрыло зелёное поле, словно щит. Это и есть Сусаноо Шисуи. Красиво. Тихонько посмотрев верх, на его лицо, увидела в обоих глазах Мангекьё Шаринган. Не хочу тоже стоять без дела! Прикрыв глаза, концентрируя чакру, на лбу появился ромб и поползли черные полосы по телу вниз. Сусаноо вдруг стало ещё больше, увеличиваясь и тем самым задевая стены камня. Из-за того что я стояла так близко делилась с Шисуи чакрой, беря его ладонь в свою. Старший Узумаки впервые уловимо улыбнулся и отпустил свою ладонь. — Надо же, никто не думал, что организация сможет собрать в свои ряды живых четверых оставшийся Учих и ещё Узумаки, не считаешь это ироничным, Конан? Только вот у каждого здесь свои цели. Кому-то нужно укрытие, другим работа. А третьим повод не дать случиться войне. И как думаешь, что мне на это ответить? Аловолосый, неожиданно закашлял, сильно задыхаясь от тяжелой одышки, вцепившись сильной хваткой себе в грудь. С натяжкой отдышавшись, вновь выпрямился. — Не я здесь лидер и я верна твои словам и поступлю так, как решишь ты, Нагато. — Даже если я скажу убить Итачи, ты правда сделаешь всё? — злорадство ухмыльнулся и посмотрев на испуг подруги, которая хотела во чтобы то ни стало скрыть это беспокойство, сжимая свои кулаки. — Акацуки не остановятся и продолжат существовать, пока каждый из них не сляжет. Таков наш путь в это общество. Такие здесь люди, но в тебе Узумаки Мия, нет того же желания. Ты хочешь словно защитить каждого, но тебе не под силу, это бремя, не сможешь разорваться, чтобы спасти каждого. Даже если в помощь тебе прослужит такой отличный шиноби, который оберегал тебя с самого начала. Мы продолжим отлов Хвостатых зверей и покончим с ненавистью, таков наш путь. Если он и несёт за собой кровопролитие, от этого никто не застрахован. А насчёт тебя, то ты должна решить здесь и сейчас, присоединишься ли ты в Акацуки, принести пользу в нашу общую цель, а не высказывать как поступать можно, а как нет. Как он может такое предлагать? Конечно в этом главном вопросе множество тупиков, множество кочек на моём нелегком пути, заблудиться в лесу, потопить ноги по самые колени в грязи, но я всегда не останавливаюсь и иду вперед. Для чего? Почему я не забила и вмешалась в такую затруднительную ситуацию. Кого я этим решила защитить? Наруто? Коноху? Мир? Какой бред. И теперь я осмыслила это в сполна. Я лишь кружила вокруг до около играя роль справедливой героини, какой бред! Я больно укусила себя за сухую горячую губу и сплела наши с Шисуи пальцы. — Я лишь хотела, чтобы у всех было всё хорошо. Не хотела никаких смертей, войны и тяготы общей накопленной ненависти в людях. Нункенины, шиноби, все мы люди, все совершают ошибки… Но на ошибках учатся, становятся сильнее, поднимаются с безвыходной ситуации. Даже если я и отступлю, то точно не придам к этому ничего особого значения. Ведь мы с Шисуи всего лишь «безымянные призраки» и не нам быть героями для других. — Уходите, — холодно ответил Нагато, отпуская голову. — Даю вам сутки, если не поторопитесь убью прямо в башне. — Даже так, слишком легко отвертелись. Почему же не убить нас, раз мы отступили от организации? — Благодари это ту у кого фамилия Узумаки и ради неё я сделаю исключение. Даже если вы и сможете продать ваши знания об Акацуки, то это ничего не изменит и нас не остановить так легко, теперь на стороне не только мы, но и ничем примененные заключенные, которые встали на нашу сторону, из-за того, что не хотят бродить по окрестностям в скорой поимке шиноби, скрытых деревень. Шисуи кивнул и отменил технику, мои цепи тоже вернулись в норму. — Герой той книги, которую написал Джирайя-сан, — неожиданно сказала перед тем как повернуться спиной, — не вы Нагато-сан. Но вы не услышите сейчас мои слова, пока не повстречаете одного парнишку. Его слова взойдут на вас, только тогда, когда вы сами с ним поговорите. Медленно ступая к выходу, мы вышли из комнаты и направились верх по лестнице, Шисуи отпустил маску и сразу взял меня за ладонь. Ничего не говоря, ведь знал что прямо сейчас это ни к чему. Дальше по коридору упершись спиной, со скрещенными руками у груди, с прикрытыми глазами стоял в ожидании Саске. Он открыл веки только тогда, когда мы стали подходить ближе и то не спешил отвечать кого ждёт. — Подслушивал взрослый разговор как нехорошо, — ехидно остановился напротив. Саске настолько быстро двинулся вперед и взмахом замахнулся на Огару. Намереваясь достать, но Учиха двинулся вперёд, успевая перехватить его руку взмахе от маски. — Скажи уже кто ты! Итачи молчит и я не могу не узнать. Ты правда Учиха Шисуи?! — Ты не говорил? — подняла голову на парня и скрестила свои руки. — Ну как уже сама услышала, — закивал он головой. — Слушай может не стоит, прошлый раз тебя ничему не научил? Глаза Саске поалели известным шаринганом и Шисуи вовремя прикрыл мои глаза своей ладонью. — Прикрой-ка глазки, мы немного разберёмся и потом направимся забирать вещи. — Так вы и правда уходите? — говорил и по звуку, он использовал Чидори, потому как отчётливо слышалось стрекатание и блики молнии. — А что ты так удивлён, мы должны у тебя разрешение спрашивать? — Я вспомнил! Вспомнил как в детстве к нам заходила аловолосая девушка, как… тц… пропала. Почему ты не рассказала об этом раньше, почему скрывала, что не только ты осталась в живых! Я искал тебя, думал что ты можешь что-то знать. Никак не мог тебя найти. Всё что удавалось мне узнать и услышать: «об Узумаки Мии нет известий», «безвести пропавшая ученица академии». Я отстранила ладонь Шисуи и без опаски двинулась к нему навстречу, в руке он продолжал держать технику из молнии, но это вовсе не спугнуло. Потянувшись вперёд, я обхватила его за грудь и обняла. — Прости, что так играла с твоими чувствами Саске. В честности это я должна просить прощения, а не Итачи. — О чем это ты?.. — Я знала… Знала что вскоре с кланом произойдёт непоправимое и ничего не смогла сделать. Ждала того, момента что что-то сможет измениться, но это всего лишь высказывания, притворство. Микото-сан… я… не смогла спасти ни её, ни кого другого. Это моя вина тоже… я хотела помочь… Техника пропала и я ощутила теплые ладони на спине, он чуть стиснув ткань, чуть подрагивал, но не отстранялся. — Мы ещё увидимся? — еле уловимо произнёс чуть хрипящим голосом. Шисуи наконец спустил маску, так грустно улыбнулся, положил ладони на его плечи и кивнул. — Как же мы можем вновь не увидеться? Мы не какие нибудь там изгнанники, ну да за исключением того что приходимся нункенинами, которых разыскивает не одно селение, а теперь и не состоим и в Акацуки. — Звучит довольно трогательно, — со смешком подтвердила это, отпуская младшего. — Зато теперь мы будем всегда вдвоём, — перехватил рукой меня за ладонь, протянув, приподнял лицо и поцеловал прямо перед Саске в уголок губ. — Шисуи, — вдруг позвал его Саске. — Обещай, что защитишь Мию. Старший Учиха, улыбнулся, потянул ладонь и потрепал брюнета по волосам. — Обещаю.***
Уходить и правда становиться тяжело. Шисуи пошел навстречу с Итачи, а я направилась в оружейным магазин, чтобы попрощаться и с ними. По лестнице вниз встретилась на моём пути знакомая блондинка. Кая резко остановилась и широко улыбнулась. — Усаги, вот мы наконец и встретились, как ты? После того как тебя забрали, везде прошелся взрыв, в торцевом коридоре прошелся грохот. Башню накрыло не хилое землетрясение, будто тюрьму разом вот-вот разрушат. Многие преступники смогли сгрупироваться освободить себя и других и бежать, но из-за печати никто не смог выйти больше положенного расстояния. Но неожиданно прошелся золотой блик света и у всех преступников разом пропала печать Тенроу и народ взревел и понеся на выход. Только треть осталась, чтобы присоединиться в опасную организацию. И блондин с высоким хвостом, помог нам придти сюда, довольно быстро. Эм… не скажешь как его зовут, а то как не спрашивала, он отворачивался и не обращал на меня своё внимание, как будто я здесь никто, — последнее произнесла с грустным голосом. — Вот как, значит ты тоже решила присоединится, но почему? — Только никому не говори, а то убью тебя за это! — Не скажу. — Я застряла на одной из заваленной комнаты, но как не кричала ни одна сволочь, не хотела мне помощь, выбраться из плена. Не знаю, чтобы я делала если мне на выручку не пришёл он. С помощью взрыва я смогла выбраться и он тогда так элегантно и мужественно выглядел с обрывками пламени и черного дыма. Я поблагодарила его и блондин просто кивнул и направился вперед. Так вот из-за этого я теперь странно себя чувствую и меня буквально тянет сказать хоть что-то своему спасителю, понимаешь? — Дейдара, твоего спасителя зовут так. И лучшим решением будет не доставать его, а просто дать время свыкнуться, как никак здесь все новенькие и нужно время чтобы привыкнуть не только вам, но и им. Думай словно он твой кохай, а после всё само самой уляжется, вот увидишь. Ладно мне пора пока. — Спасибо за совет Мия, — улыбнулась во весь рот и мигнув дернула бровями. — Я говорила, что всё узнаю, но мне было совсем не страшно наше с тобой общение «Кровавый кролик», потому давай станем подругами? Это совсем меня выбило из клеи. Руки немного вспотели и я волнительно шагнула с ноги на ногу, но всё же взяв себя в руки потянула свою ладонь. — Если ты не боишься одну из моих кровавых легенд, то я согласна на твою дружбу. — Вот и здорово! — потянула свою ладонь, пожимая в знак дружбы. К этому же вечеру были готовы уйти. Проводить нас отправились братья Учихи. Тихая дорога до барьера Пэйна не заняла много времени, Шисуи остановился первый и повернулся к другу. — Что ж время прощаться. Помни, если что ты знаешь как со мной связаться. Хотелось бы сказать много путного, но ты и сам не промах, справишься, уже итак вырос, что по силушке наверняка обошел меня. Итачи кивнул и Шисуи перевел взор на младшего. — Я обещал тебе Саске, но и ты прислушайся к моим словам. Знаю тебе не терпится установить справедливость, только не забывай, что ты — шиноби и должен быть непоколебим и спокоен в своих желания, иначе тебя жаждут последствия проклятия и это проведёт ничего хорошего в твоей жизни. — Я хотел бы узнать, — произнёс Саске. — Во сколько ты получил свой Мангекьё и почему на тебя не подействовало «проклятие ненависти»? — Уже успел узнать? Наверное тебе об этом рассказал Орочимару, раз ты обучался у него. Или у старшего брата? — забавно улыбнулся. Шисуи вздохнул и посмотрел на ночное небо, капли проливного дождя попадали на его лицо и уверенная улыбка сошла с его лица. Впервые видела его таким… подавленным, словно опустошенным. — В девять лет, когда на меня накинулся озверевший отец с кунаем в руке и я впервые ударил его, — Шисуи посмотрел в сторону леса, чуть прижав губы, но продолжил говорить. — Мы так и не успели поговорить об этом после случившегося. Продолжали безмятежно притворяться, «что всё хорошо», но всё было совсем не так… Никак не мог понять из-за чего это произошло, почему так. И когда я догадался что с ним тогда произошло и что подвергло его к таким действиям, то уже не успел поговорить. Так как он уже не вернулся с миссии и был убит. Тело так и не вернули назад в Коноху и потому захоронения не было. Считая его безвести погибшим шиноби. И тогда у меня и пробудился Мангекьё. Даже я не знала этого и он всё это время хранил это в себе, какой-же он… Рука сама сжалась и я ударила его по груди, затем ещё и еще, хлопая ладонями по плащу, на лице прямо по щекам потекли слезы, пока меня не остановили. — Какой же ты… ничего не говорил… ты же… Ладони обняли меня и я вцепилась в его плащ так и не отпуская ткань, продолжая всхлипывать. — Я и сам не хотел об этом говорить, ни тебе, ни кому либо ещё. Ведь даже после этого, я всё равно его любил, он тот кто вырастил меня и обучил. Вот почему не стал зацикливаться на этом и продолжал жить как подобает потомку старика Кагами. У меня вскоре появился такой верный друг, а затем мне повстречалась удача, которая сама появилась в моей жизни. Она и спасла меня и продолжает быть рядом со мной. — Какая ещё удача! Сколько раз было неловко смотреть на то как по моей вине что-то да случалось в том числе больше с тобой. — А как же твои просьбы, наши совместные миссии и игры? От детский воспоминаний лицо сильно покраснело и я уткнулась вновь в его плащ, скрывая нахлынувший румянец. А Шисуи тихонько гладил меня по голове. — Чтобы «проклятие ненависти» не настигло Учиху, нужно найти того кто тебе по-настоящему дорог Саске. С этого всё и начинается, только после того как ты потеряешь и найдешь, тогда сможешь стать гораздо сильнее. — Хорошо, я запомню. — Тогда, до встречи, — снял своё кольцо и я сняла и передала ему и своё. Шисуи отдал их в ладонь Итачи и мы стали пропадать под его тенью.***
Блуждая по окрестностям, рядом с границей дождя в одном из водоёма, уловила скрытую чакру и стоило только Шисуи метнуть в него кунай, с воды показалась здоровая жаба, на голове которого показался беловолосый мужчина. Встряхнув своими длинными мокрыми волосами приготовился к бою, только вот оглядев меня нахмурился и с явным шоком, сразу указал пальцем. — Усаги! — Джирайя-сан, что вы тут забыли? Куноичи здесь уж точно будут не в вашем вкусе, как здесь никто не носит таких открытых нарядов. — Значит ту интересную книжечку написал именно этот человек? — с хохотом сказал Огару и вытянул незаметно с моего подсумка ту самую тёмно-зеленную книгу, новое издание. — Кья! Откуда ты узнал, что я читаю новую часть? — Думала не узнаю? Не дождешься и признай, что тебе понравился сценарий. Автор-сан, можно в следующую часть добавить новую главную героиню, которая будет с кроличьими ушками и миленьким пушистым хвостиком? — Парень, — серьезно начал Джирайя, прислонив пальцы к подбородку. — ты прямо дал мне новую идею. Как тебе белый цвет шерстки? Или же коричнего-рыженький? — Я за второе! — вытянул Огару большой палец верх и серьезно кивнул, получая от меня локтем. Джираяй изменился и стал серьезен, нахмурившись осмотрел оценивающим взглядом. — Ладно теперь серьезно, вы пришли остановить меня? — Нет, — ответил Огару. Саннин напрягся и немного удивился этим. — Как это? А почему вы появились тут? — Сказать по честному или же нет? — стал насмешливо играть вокруг до около, но я остановила злые шутки. — Мы больше не принадлежим к организации и теперь обычные скитавшиеся нункенины, — развела руки в стороны. Жабий саннин явно не поверил, стоял словно вскопанный. — Нет, — махнул он головой. — Конечно нет, как ты можешь сказать такое! Бред! Снова продолжаешь играть в свои игры «угадай-ку»! Сначала о Наруто, теперь и это. — Что я сказала не правдивого о Наруто? То что он сын Хокаге? То что его мать Узумаки или то что он должен был быть сыном героев? — Почему ты продолжаешь это? Я вижу что ты добрая девушка, но не перестаешь находиться словно на лезвии ножа. И я пришёл сюда всё выяснить и наконец раскусить кто по-настоящему Узумаки Мия. — А ещё? Пришли выяснить кто приходиться лидером Акацуки? — произнёс Шисуи, поворачивая шею назад на деревню Скрытую в Дожде. — Лучше не стоит этого делать в одиночку, иначе вас ожидает печальные последствия. — Я не намерен возвращаться обратно словно собака поджавшая от страха хвост, пока не выясню достаточно и раз вы меня не пытаетесь остановить, то до встречи «странная парочка», — помахал ладонью и вновь пропал в водоёме. Без отлагательств пошла вперед, но так и обоварачивалась в сторону селения, вспоминая как ему не удалось вернуться в Коноху живым. Шисуи прекрасно видел и спокойно читал мои эмоции, это подтвердил его скорый хмык и как я не выдержала и стала говорить в слух. — Вот ведь глупый саннин, — со злости сжала свои кулаки. — Совсем не слышит что полезного ему говорят, информация куда лучше у него идёт в его романе, но не здесь, уж точно. — Переживаешь за него? — потянул меня за талию к себе и лукаво улыбнулся. На его ответ остановилась и отпустила свою голову и без подтверждающего ответа, кивнула. — Знаю что вмешаться будет хуже для нас, но… он хороший человек и не должен вот так попрощаться со своей жизнью. Но, я пойму если мы не… — Хорошо, я пойду за ним и вытащу из передряги, только твоя задача будет крайне сложна, — вытянул перед лицом указательный палец и прикоснулся к моему носу, на сей жест фыркнула. — Не выходи из моей тени, как ты любишь и тогда всё будет куда проще и без последствий. — А кто тогда будет защищать твой тыл? Мы же как никак напарники или уже нет? Шисуи наклонился и чмокнул меня в губы. — Ты моя девушка и я не говорю, чтобы ты бездействовала и когда будет нужна помощь я обязательно дам это знать и твои волшебные ручки залечат мои раны. Поделяться чакрой и если в крайний случай воспользуются особой косой сектанта. — Это не так, — засмеялась на последнем и все же сдалась и обняла Учиху за шею. — Будь осторожен, ладно?Джирайя
— Я я… его помню! — взволнованно воскликнул Джирайя в момент прыжка. «Вот оно я знаю кто такой Пэйн!» — осознал слишком поздно, в момент как в горло саннина пронзили. В момент как шесть заостренных наконечников вот вот готовы были воткнуться в спину Джирайи, он неожиданно пропал. Шесть тел Пэйна спрыгнули на землю, воткнув наконечники мимо цели осматривались и только один произнёс спокойным тоном. — И что это значит Огару? — посмотрел в сторону возвышенного здания на котором сидел Шисуи. — Меня попросили не дать этому человеку понапрасну погибнуть. Вот почему я здесь. — Ты вмешался в битву и теперь ты думаешь, что сможешь так просто теперь уйти отсюда живым? — Посмотрим, как никак я хорошо скрываюсь. Как и дерусь, можно немного размяться, — снял маску и смотрел уже с активированным шаринганом, пропадая с места являясь клоном и другие копии уже атаковали другие шесть тел. — Шиндра Тенсей! — произнёс Пэйн вычисляя настоящего, но когда волна задела клона, этого же атакующего шиноби ударили прямиком по челюсти, ламая первое тело. — Опачки… вот и первый, осталось пять марионеток, кто следующий? Или сразу поздороваться с марионеточником? Земля затряслась и наступила новая битва… Чёрт! Темнота, я умираю? Я всех подвел… Важно не как шиноби живёт, а как он умирает. Наплевать, как они жили, истинную силу человека определяет его смерть. Например, в моей жизни было полно поражений… Цунаде меня отвергла. Я не смог спасти друга… Не сумел защитить ученика. Если сравнивать великими Хокаге я ничего не достиг. Я хотел умереть как они. Я этого так ждал хе-хе… но не думал, что всё закончиться так быстро. Готовый уже прикрыть глаза как услышал. — Блин он конечно мог бы и подумать как я буду видеть-то… Слышала как он грохнулся где-то тут, но где? Джирайя-сан вы где можете подать хоть какой-то признак того что вы ещё в сознании? Не знаю, шлепните ладонью, ногой или чем-то ещё! — Джи-чан, — взволнованно произнес знакомый старческий голос, — мы всё еще живы? — Ох, вот вы где! Жаль, что у меня нет стихии огня, потому придется лечить вас наощуп. — Кто ты и не приближайся к Джи-чану! В темном пространстве настигнула тишина и женский голос вновь продолжил. — Как бы это… я хочу помочь, вот почему вмешались. Теперь всё будет в порядке, мы же говорили ему, что в одиночку лучше не действовать. — Кха-аххх, — еле мучительно прохрипел. — Горло значит. — Говори кто ты! — Узумаки Мия, Усаги, Кровавый кролик, можете обращаться любым именем из перечисленных, ведь они все есть я. А как зовут вас и похоже, что вы призывное животное верно? — Ква, так и есть, угадала… — уже ничего не понимал старый жаб. — Моё имя Фукасаку и я мастер горы Мьёбокусан. — Приятно с вами познакомиться, в таких странных обстоятельствах. А теперь могу я сосредоточиться на лечении, а после поговорим. — В таком состоянии я не смогу надолго остаться. Джи-чан слишком слаб и я вскоре исчезну. — Тогда вы можете передать плохие известии ученику Джирайи-сана? — Что ты сказала? — вновь взволнованно заквакал жаб. — Повторюсь, я хочу чтобы вы вернулись в Коноху один и сказали о том что Джирайя-сан погиб сражаясь с Пэйном как достойный шиноби. — Зачем такое говорить и это делать? — От этого зависит как далеко зайдёт Наруто. Сможет перешагнуть утрату дорогого ему учителя и идти дальше, понимаете? Ему необходима утрата близкого, чтобы понять себя и принять дальнейшие его решения. Ведь его мечта слишком тяжелая ноша и если он сейчас отступиться, то ему уж точно не стоит ступать на ступень выше, вы же всё понимаете Джи-сан? Прошу скажите Фукасаку-сану, точнее подтолкните, раз я права. Вместо слов, саннин положил свою ладонь на его плечо и сильнее сжал, будто говоря подтверждая. — Тогда я отправляюсь сейчас.Пару часов спустя. Резиденция Конохи
— Джирайя-чан умер. Пэйн разорвал ему горло, — с болью на жабьем лице произнес печальные известия Пятой Хокаге и собравшейся седьмой команде. Узумаки взволнованно, взглянул вначале на жаба, а после и на блондинку — Бабуля и ты его отпустила… — Да, — подтвердила Цунаде, не смотря в голубые глаза блондина, полные боли. — О чём ты вообще думала?! Ты же знаешь его как облупленного! Почему ты позволила ему пойти на такую опасную… — Наруто довольно! — вмешиваясь ответил Какаши. — Ты должен понимать что сейчас чувствует Пятая. — Да чтоб тебя! — развернулся блоднин к выходу и направился наружу, прикасаясь к ручки услышал сзади крик Сакуры. — Наруто, куда ты? — Если бы он был Пятым Хокаге. То никогда бы не отпустил тебя на такое задание, бабуля! — вышел наружу. — Наруто! — Сакура, не надо. Дай ему побыть одному, — вымолвила Цунаде и прижала свои пальцы вместе, продолжая смотреть на одну точку. Фукасаку квакнул и взглотнув прыгнул на стол Хокаге. — А сейчас я хочу извиниться, — отпустил голову жаб за свою ложь. — О чем вы? — Джирайя-чан на самом деле… жив. Пятая поднялась со своего стула и жаб отпустил голову. — Не видел лица и внешности, но перед тем как Джирайе нанесли бы смертельный удар, его и меня куда-то затянуло. Мы оказалась в полнейшей тьме, темном бездомном пространстве. Ничего не понимал пока не услышал внутри голос девушки. Она назвалась многими именами, но Джирайя её знал, вот почему не предпринимал ничего, чтобы сопротивляться. И это она попросила солгать ученику Джирайи. — Усаги?! — хлопнула ладонями Пятая о стол. — Да, — кивнул жаб. Какаши напрягся, когда вновь услышал о ней. Все уже знали что произошло с великой тюрьмой шиноби и теперь Акацуки и «кровавый кролик» прославились на весь мир.***
Наруто никак не мог придти в себя, даже разговор с Ирукой не помог, как и его любимый и незаменимый рамен. Узумаки лишь сидел на кровати облокотив спину о стену и задумавшись в своих мыслях смотрел в одну точку. Не было злости и отчаяния. Лишь одна грусть на душе. Его даже не привлёк столь раздражающий стук, который повторялся раз за разом и становился более мелодичным, что заставило хозяина квартиры подняться и направиться к двери. Без всяком мысли он открыл дверь и смотрел не на лицо, а вниз на ноги. Неожиданно присмотревшись к черной плащевке, он дрогнул, когда растерянно поднял лицо и увидел черную маску ворона. — Мы пришли так неожиданно и ещё без приглашения, я же говорил тебе Усаги не стоит так заносчиво заявляться в гости, ещё после такого? Узумаки перестал дышать, когда позади нункенина вышла аловолосая. — Можем мы ненадолго зайти Наруто? Блондин был взволнован, но после быстро превратился назад, погрустнел и сложил руки на груди. — Пришли теперь и за мной? Вам моего дурного сенсея не хватило. Чёртов извращенный отшельник! — замахнулся Наруто кулаком и зарядил по косяку. — За что?! Зачем его убили! — Наруто давай лучше без посторонних обсудим это, — кивнул Огару на мимо проходящих зевак соседей с улицы. — Тц, — без ответа не закрывая дверь, зашел в комнату. Мы преступили порог следуя за подавленный хозяином квартиры. — Прежде всего, — начал блондин усевшись на кровать и положив подбородок на приподнявшее в колене ногу. — Я рад, что тебя освободили и сам хотел пойти, но не отпустили. — Почему? — тихонько присела на пол и наклонила голову в бок. — Почему ты до сих пор остаешься на моей стороне, зная кто я такая и в какой организации служу? — Ты учила меня, проводила время вместе, когда свои-же напарники были заняты своими делами и не убила глупого теме. — А это не звучит больно подозрительно, зная о тебе так много, я попросту выполняла свою задачу и следила за джинчуурики, разве не так? — Я не верю, что это было ради миссии. Ты просто не плохая, вот как я думал и тогда и сейчас. Мия, Усаги, да какая разница если ты остаешься такой какая ты есть! Решительная, правильная, добрая и небезразличная! И это всё дополняет и твою Волю Огня. Ты сама не понимаешь какая ты решительная! — Вау, парень полегче, а то я заревную, это звучит так решительно, словно признание. Не искушай себя. — Это всё правда и ты! Ты — сэнсэй в крутой маске, не остановишь меня ведь я Узумаки Наруто, даттебайо! И Мия тоже, потому не приближайся к ней близко и сестренка не твоя! — Ой, ой Наруто этого не стоило говорить ведь Огару не… — Ай-аай!!! Отпусти, отпусти мои щеки! Прекрати!!! — Огару! — приподнялась и похлопала его по спине, но когда не увидела результата, призвала цепи и они подхватили его и приподняли. А блондин протирал покрасневшие щеки и зло пялился наверх указывая пальцем. — Видишь, сестрёнка Мия на моей стороне! — Ох… мы пришли вовсе не за этим. И получилось довольно-таки весело и ты вернулся в норму, а теперь… Вдруг нашу небольшую потосоховку прервал неожиданный и крайне нежданный стук в дверь. Никто в такой момент не ощутил чакру, за дверью. И это настораживало. Дверь тихонько отварилась и у порога стоял Хирузен. — Старик Третий, что ты тут делаешь? — Хотел проверить как ты Наруто-кун, — без улыбки печально отозвался Сарутоби и немного прищурился на потолок. — Мне доложили о случившимся и мне очень жаль. Узумаки вновь досадно отпустил голову и сжал свой кулак, отходя от двери и ожидая того внутри. Бывший Хокаге ступил в комнату и встал позади Наруто. — А как… ты старик Третий? Всё же он был твоим учеником. — Джирайя был назойливый и очень глуп, но у каждого человека есть своя укоризна и мне он нравился не хуже Цунаде и Орочимару. И теперь я потерял и второго своего ученика. Ты же слышал о смерти Орочимару. Даже будь он предателем, он был лучшим моим учеником и теперь осталась лишь одна девушка из команды — «великой троицы саннинов», — подошёл Третий и положил свою ладонь на плечо блондина. — Он всегда будет жить в наших сердцах. — Ыыыы… старик ты и правда так думал?! Я Великий Джирайя буду словно лучиком света в вашем царстве тьмы! — Джирайя?! — тревожно посмотрел в сторону окна где на корточках отсиживался его живой ученик. — Изв… — на лице блондина появились слезы и он без отлагательств сорвался и налетел на саннина, вцепившись в его плечи. Хокаге профессионально взял себя в руки и сощурившись, вновь настороженно смотрел в сторону окна. — Смотрю у тебя Наруто есть не званные гости? Так пускай они уже не прячутся о покажутся. Наруто пришёл в себя и взволнованно уставился в окно. Сейчас в его голове стояли не озвучившие слова. И блондин растерянно не знал как поступить, но взял себя в руки и произнёс. — Мия, всё хорошо, я не дам тебя снова забрать, выходите. Сарутоби воскликнул бровь, когда у оконной рамы вслед за саннином вошли двое. — Вот нам и удалось встретиться Мия-чан. — Здравствуйте, Сарутоби-сан. — А рядом с тобой… — присмотревшись поближе, как будто раскусил и ответил с еле уловимой улыбкой на устах. — Учиха Шисуи. — Чего сэнсэй, ты не спятил? Случайно не впал в маразм, все Учихи погибли в ту ночь! — Ты… не смог остановить всех. Не выдерживая, стала подходить, мою ладонь схватили и не дали идти, но я не остановилась и отбросив маску, впервые подала свой громкий тон. — Все бы остались в живых! Всё можно было изменить в ту роковую резню! Шисуи и правда мог остановить это, но если бы кто-то в этом не помешали. Почему это должно было случиться именно так! Почему вы будущем Хокаге не смогли остановить это! — Мия… — Никто не мог гарантировать, то что всё могло бы закончиться. Влияние шаринганом может быть не вечным и в конце концов привести к ещё большей трагедии чем смерть клана. — Даже если ты так говоришь, то за это время можно было придумать и другой план, почему этим должны платить человеческие жизни и руки того кто погряз в крови из-за всего этого, тебе всё равно что из-за этого пострадал Итачи? — Стоп, стоп я ничего не понимаю?! Можно помедленнее? И кто ты! — указал блондин пальцем на позади стоящего за мной Огару. — Кхм… ну все кто не знает меня, то я — Учиха Шисуи. — Чё, правда и ты всё это время притворялся слепым! — Ну вначале я и был таким, но вернув свои глаза вновь стал видеть. — Как много всего и раз вы настроены говорить, то может стоит поговорить об этом в кабинете Хокаге? — Чтобы вы снова нарекли Мию новым титулом преступницы, какие же смехотворные ложные показания. Ещё урекли её за решётку и отправили в тюрьму, за такое я ещё не готов так легко вернуть былой настрой доносчика, бывший Хокаге-сама. — Значит вы не намерены отвечать в присутствии Пятой? Как я вас правильно понял. — Раз нам удаеться вот так вот поговорить, то я хотела бы узнать в первую очередь о том, почему вы скрыли о том, что сын героев всё же жив? Хирузен напрягся и закусил свою трубу, отпуская взор. — Почему продолжаете скрывать? Думаете он сорвется и выпустит красную чакру? Он уже не мальчик и взрослый парень, сколько долго вы ещё собираетесь утаивать его родителей. — Сестренка Мия, ты сейчас это обо мне говоришь? Посмотрев в глаза, блондин поторопился к ящику и стал рыться и с шипением быстрее искать и рыться в бездонном ящике, наконец с радостным выкриком поднимая руку со свитком, выкрикивая: — Нашёл. Он стал развязывать шнурочек, а после и раскрыл свиток, на котором был нарисован портрет улыбающихся мужчины и женщины. — Ты мне его подарила и я совсем не мог врубиться кто это. Сколько бы раз не смотрел, может уже ответишь? — Приказ о не разглашении отменяется с того самого момента как вы перестали быть Хокаге, так почему после стольких лет не раскрыть истину…
