Bring Me to Life

— Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань! —жалобно застонал Вэй Усянь. — Зачем ты это сделал? Лань Ванцзи наложил на него заглушающее заклинание и вытащил его из класса Лань Цижэня прежде, чем он смог заговорить об использовании энергии ненависти. — Глупая Мама! Дедушка Лань не знает, что ты можешь управлять лютыми мертвецами. С какой стати ты решил, что это хорошая идея: начать говорить об этом в классе? — выругалась Лань Циньян. — Оу, — сказал Вэй Усянь. — Прости, Лань Чжань. Я забыл. Лань Ванцзи издал многострадальный вздох. — Но разве мы не должны рассказать дяде Ланю, дяде Цзяну и остальным? Даже Вэнь Жохань знает, хотя я не знаю, почему он молчит об этом, — сказал Вэй Усянь.  — Тетя Цин попросила его об этом, — сказал Вэй Канхуин. —  А люди из клана Вэнь, которые видели вас и так были напуганы, так что она убедила их не говорить об этом иначе они навлекут на себя ваш гнев. Старый мерзавец теперь в здравом уме, поэтому он послушал ее, когда она сказала ему держать это в секрете. Возможно, она сказала ему, что это как-то связано с твоей кровью саньжэнь. Вэй Усянь расхохотался, заметив ухмылку в голосе змеи. — Так держать, Вэнь Цин! — Дядя Не также убедил учеников Цинхэ Не не говорить об этом, — сказал Вэй Сяоран. — А, понятно, — сказал Вэй Усянь. — Ну, я не особенно забочусь о других, но я думаю, что мы должны по крайней мере дать знать дяде Цзяну и нашим взрослым, — он посмотрел на Лань Ванцзи. — Что ты думаешь, Лань Чжань? Лань Ванцзи поджал губы. — Ты уверена, что это хорошая идея, мама? — обеспокоенно спросила Лань Мэй. — Демоническое заклинание действительно не приветствуется. — Дедушка не возражает, — сказал Вэй Аоцзян. — Я думаю, что двоюродный дедушка Цзян и двоюродная бабушка Юй также согласятся. — Если мы и должны быть с кем-то осторожными касаемо этого вопроса, так это со старейшинами Лань, — сказала Лань Циньян необычно серьезным голосом. — Я думаю, ты должен поговорить хотя бы с дедушкой и дядей Хуанем, прежде чем что-то решать, мама. Вэй Усянь печально улыбнулся. — Наши дети мудрее чем мы, Лань Чжань. — М-м-м. --- — Вэнь Жохань знает? — спросил Цинхэн-цзюнь, нахмурившись. —…Уже почти год как, — робко сказал Вэй Усянь. Как им удалось упустить такую важную вещь, когда они рассказывали о произошедшем взрослым? Они должны были оттащить Цинхэнь-цзюня в сторону и рассказать ему об этом, подумал он, ненавидя саму идею разочарования человека, который думал о нем как о своем сыне. Взгляд Цинхэнь-цзюня смягчился. — Я не виню тебя, А-Сянь, — мягко сказал он. — Я просто удивлен, что Вэнь Жохань хранил молчание. — Мы должны поблагодарить за это Вэнь Цин и Не Минцзюэ, — тихо сказал Лань Сичэнь. Мэн Яо кивнул в знак согласия. — Тогда мы это обсудили, и решили что будет лучше если секрет никто не узнает. Никто из учеников Цишань Вэня или Цинхэ Не не будет говорить об этом, если они ценят свою жизнь. — Ах, так это Почтенная Триада пришла на помощь! — радостно сказал Вэй Усянь. — Спасибо, старшие братья! — Если Вэнь Жохань уже знает, то нам лучше сообщить об этом и другим главам орденов, — тихо сказал Цинхэн-цзюнь. — Только не Цзинь Гуаншаню, — тут же сказал Мэн Яо. — Я согласен с А-Яо, отец, — сказал Лань Сичэнь. — Мы должны ограничиться людьми, которым мы можем доверять. — Значит, это будет глава ордена Цинхэ Не, дядя Лань, дядя Цзян, мадам Юй и Мадам Цзинь? — спросил Вэй Усянь —Они подходят, А-Сянь, — сказал Лань Сичэнь. — Отец? У Цинхэн-цзюня была небольшая улыбка на лице, что делало его таким же красивым, как и его сыновей. Он кивнул, явно гордясь тем, как ловко его дети справились со всем. — Я пошлю им весточку. --- Реакция взрослых была довольно прозаичной. — Мы так и думали, — вздохнула мадам Юй. — Невозможное отродье. Вэй Усянь ошеломленно уставился на нее. — Ты думал, мы вдруг решим, что ты чудовище, — усмехнулся Лань Цижэнь. — Ээ…да, — сказал Вэй Усянь сдавленным голосом. — Особенно ты, дядя Лань. Лань Цижэнь пристально посмотрел на него, но в его глазах был намек на боль. Вэй Усянь тут же почувствовал себя виноватым. Цзян Фэнмянь деликатно откашлялся. — Я не думаю, что А-Сянь хотел проявить неуважение, — мягко сказал он. Вэй Усянь уставился на землю, не понимая собственных чувств. Лань Ванцзи тихонько обнял его за талию рукой. — Необычный способ заклинания, конечно, — сказал глава ордена Цинхэ Не. — Однако юный Вэй Усянь спас моих сыновей и учеников, используя свою великую силу. Я не вижу ничего плохого в его способностях. — Люди боятся того, чего не понимают, — резонно заметила мадам Цзинь. — Тебе нечего стыдиться, дитя мое, хотя я понимаю, как мудро хранить такие знания при себе. — Лучше не рассказывать об этом кому попало, — мягко сказал Цзян Фэнмянь. Цинхэнь-Цзюнь согласился с ним. — Мы знаем А-Сяня, так что его доброта не вызывает сомнений. Но не каждый согласится с этим. Лань Сичэнь, Мэн Яо и Не Минцзюэ, который сопровождал своего отца в Облачные Глубины, не выглядели счастливыми. — У Мэн Яо, есть идея получше, — прогудел Не Минцзюэ. Мэн Яо выглядел нервным, потому что он редко выступал против кого-либо, не говоря уже о людях, которыми он восхищался. Лань Сичэнь мягко положил руку ему на плечо и ободряюще улыбнулся. — Внезапное откровение позже может принести больше вреда, чем пользы, — тихо сказал Мэн Яо. — Возможно, будет лучше постепенно раскрыть этот факт, чтобы к тому времени, когда А-Сянь достигнет совершеннолетия, никто не удивился его силе. Мы должны делать это аккуратно, чтобы, когда знание, наконец, станет официально публичным, большинство людей подумали бы: «Ах, я уже и так знал это, в чем дело? Это просто наш Вэй Усянь»‎. — Блестяще, — пробормотал Лань Цижэнь. — Эта идея, безусловно, заслуживает внимания, — сказала мадам Юй. — Но как нам это сделать? Манипулирование общественным мнением на этом уровне… Мэн Яо улыбнулся. —У нас есть план. Почитаемая Триада стояла вместе с одинаковыми ухмылками на лицах. Это было впечатляющее зрелище. Вэй Усянь поклонился, благодарный за поддержку таких замечательных людей. Лань Ванцзи поклонился вместе с ним. —Не нужно таких формальностей, — любезно сказал Лань Сичэнь. — Мы просто присматриваем за одним из наших маленьких братьев, — громко сказал Не Минцзюэ, ухмыляясь от уха до уха. — Старейшина Илин и Ханьгуан-цзюнь не должны так легко кланяться, — сказал Мэн Яо с серьезным лицом. Вэй Усянь и Лань Ванцзи ошеломленно уставились на него. — Патриарх Илин…?! — завопил Вэй Усянь. — Как? — Так тебя неофициально называют в клане Вэнь, — сказал Не Минцзюэ. — Знаешь, с тех пор как ты собрал армию на Кургане Илин и все такое, — добавил Мэн Яо. — Мы считаем, что это довольно крутое название, поэтому мы его приняли. Вэй Усянь скорчил гримасу: — У нас с Лань Чжанем уже есть мои милые маленькие дети; я не хочу быть отцом миллионов трупов! К всеобщему удивлению, Лань Ванцзи расхохотался. Не тихий смех, а настоящий, ревущий, утробный смех, который был так заразителен, что все в комнате вскоре засмеялись. —Вэй Ин, — сказал наконец Лань Ванцзи, задыхаясь. — Некоторых вещей избежать нельзя. Вэй Усянь надулся, но не смог больше сдерживаться перед улыбающимся лицом своего любимого партнера. — Нечестно, Лань Чжань, — пожаловался он. — Ты же знаешь, что я сделаю все, когда ты так улыбаешься. — Мне остановиться? — спросил Лань Ванцзи. — Нет! — воскликнул Вэй Усянь, бросаясь на Лань Ванцзи. — Я хочу, чтобы ты улыбался и смеялся каждый день! Каждый день, Лань Чжань! Глаза Лань Ванцзи остекленели. «Каждый день…» «О-о», — подумал Вэй Усянь и быстро сказал:  — Улыбайся и смейся для меня каждый день до конца моей жизни, Лань Чжань! Розовое свечение вокруг их рук сказало Вэй Усяню, о чем на самом деле думал Лань Ванцзи. Он покраснел. --- Грозная Почитаемая Триада выступила превосходно. К тому времени, когда Вэй Усянь закончил свое образование в Облачных Глубинах и его демоническая сторона была официально признана, никто и глазом не моргнул от этой новости. — Старшие братья пугающе эффективны, — позже сказал Вэй Усянь Лань Ванцзи. — М-м-м. --- Молодые люди решили отпраздновать в доме Вэй Усяня и Лань Ванцзи в Илине. К этому времени он был почти закончен, и защитные каменные статуи выстроились вдоль входа — подарок от Ланьлин Цзиня. Богато украшенные ворота были подарком от Юньмен Цзяна, и это был мощный барьер, который обнаруживал злой умысел и не давал войти любому существу с такими намерениями. Гусу Лань, Цишань Вэнь и Цинхэ Не установили оборонительный периметр вокруг всей территории: в то время как стена была низкой, периметр колебался в сотнях футов над землей, а также ниже. Это было впечатляющее усилие, и вскоре их дом стал известен как неприступная крепость. Детям здесь очень нравилось, потому что они могли без всяких оговорок выпускать на волю свои колоссальные истинные формы. Вэй Усянь смотрел на счастливые лица своих друзей и семьи, и его переполняло глубокое удовлетворение. Окруженный десятью людьми, которых он любил больше всего в этом мире, без какого-либо надвигающегося конфликта в данный момент…это была его сбывшаяся мечта. Он улыбнулся, осушил стоявший перед ним сосуд с Улыбкой Императора и открыл другой. Цзянь Яньли и Лань Ванцзи тихо разговаривали на некотором расстоянии от него, обсуждая рецепт его любимого супа из корня лотоса и свиных ребер, приготовленного шицзе. Ах, его день рождения приближался, и его драгоценный Лань Чжань, вероятно, хотел удивить его своим любимым супом. Не Минцзюэ, Вэнь Цин, Лань Сичэнь и Мэн Яо обсуждали что-то довольно серьезно. Вэй Усянь рассеянно подумал, не следует ли Почитаемой Триаде сменить название. Цзян Чэн, Вэнь Нин, Цзинь Цзысюань и Не Хуайсан оживленно разговаривали, жестикулируя. Вэй Усяню было любопытно, это выглядело забавно. Затем Цзян Чэн положил руку на плечи Вэнь Нина и защитно притянул хрупкого мальчика к себе. Бледные щеки Вэнь Нина залил румянец, а Цзинь Цзысюань и Не Хуайсан обменялись довольными ухмылками. Вэй Усянь сел. Как он мог это пропустить? Он вскочил со своего места, но, пошатываясь, нетвердо. У него закружилась голова. Нахмурившись, он посмотрел на банки с алкоголем, разбросанные вокруг него. Неужели он действительно так много выпил? Повлияло ли на его способности недавнее воздержание? Лань Ванцзи всегда так красиво улыбался, когда Вэй Усянь объявлял, что он не будет пить, что Вэй Усянь начал пить ликер только раз в неделю или около того. —Чего я только ради тебя не делаю, мой Лань Чжань… — пьяно пробормотал он. Он пошатнулся и упал лицом вниз, пытаясь идти. Последнее, что он услышал перед тем, как его мир погрузился во тьму, было обеспокоенное: «Вэй Ин!»