Мир, полный боли

***

— Но для чего ты приехал? Мы договорились о необходимости в перерыве, а месяц еще не прошел, — спросила я в недоумении.       Подойдя ближе, я присела на корточки так, чтобы наши лица были на одном уровне. — Мое сердце переполнилось волнением, и я не смог усидеть на месте. Изначально я поехал к дому твоих родителей, но, убедившись, что тебя там нет, вернулся в город и приехал сюда, — устало ответил Тао, потирая глаза. — И давно ты здесь сидишь? — нахмурившись уточнила я. — Не знаю… Но от долгого ожидания мне стало скучно, и я решил отвлечься, — на этих словах мужчина тряхнул откупоренной бутылкой. — Решив напиться на лестничной площадке? — сквозь улыбку уточнила я. — Не собирался я этого делать! — возмутился он. — Просто чуть-чуть выпил, чтобы снять напряжение, — оправдался собеседник и поставил сосуд на пол подальше от себя.       Окинув меня взглядом, Тао кивнул головой на бутылку вина, которую я прижимала к груди. — Я смотрю, ты собиралась пить одна, — подметил он. — Была такая идея. А с кем еще мне это делать? Все друзья покинули город и оставили меня в одиночестве, — пожала я плечами в ответ. — И с каких пор ты пьешь, тем более одна? Если хочешь, то составлю тебе компанию. Надеюсь, что все еще нахожусь в списке твоих друзей, — заискивающе ответил мужчина, заглядывая мне в глаза.       Не дождавшись от меня ответа, Тао грустно улыбнулся и, положив свою руку мне на плечо, слегка сжал ее. Его тепло расползалось по моему плечу, и изголодавшееся тело начало отзываться на природный призыв. — У тебя что-то случилось? — спросил он, но мое внутреннее чутье подсказывало, что он знал ответ и лишь хотел подтвердить свое предложение по поводу моего состояния. — Возможно, но ничего трагичного, с чем бы я не справилась. С каких пор ты решил стать мне другом? — чувствуя подвох, спросила я. — Если я не устраиваю тебя в качестве возлюбленного, то мне придется согласиться на дружеские отношения. Надеюсь, тогда ты не будешь чувствовать себя обязанной и испытывать давления с моей стороны. Со временем ты почувствуешь комфорт и расслабишься, а значит откроешься и станешь мне больше доверять. Таков мой план. — Ты думаешь, я не доверяю тебе? — уточнила я. — Я это чувствую. Тебе нужны друзья, чтобы рассказать о наболевшем, а со мной ты не делишься сокровенным, либо не видишь, что я готов выслушать и помочь. Меня это всегда беспокоило и даже обижало, поэтому я ревновал тебя к друзьям, а не потому, что хотел отрезать от остального мира. Я много разговаривал с Чанелем на эту тему, и он посоветовал мне хорошего специалиста в его новой клинике. У меня было достаточно времени, чтобы подумать о тебе, о нас. Признаюсь, что дается мне это с трудом, но ради поставленной цели я готов работать над собой. — Ты снова ходишь к психологу? — уточнила я.       Тао лишь слабо улыбнулся, затем сел ровно и, взяв мое лицо в свои ладони, внимательно посмотрел в глаза. — Так что с тобой произошло, Отта? Расскажи, я хочу знать, — почти шепотом произнес он, и мягкое тепло, исходившее от него, расслабило меня.       Я почувствовала, как ком встал в горле, губы задрожали и слезы помимо моей воли потекли по щекам. Не в силах больше сдерживаться, я всхлипнула и начала рыдать в голос. Его ладонь легла мне на затылок, и притянув к себе, он принялся едва ощутимо поглаживал меня по волосам, а я в свою очередь обняла его за талию. В этот момент пришло понимание, насколько я устала быть сильной. Я женщина — значит существо мягкое и эмоциональное. Природой не задумано нагружать хрупкие плечи проблемами мира, иначе ее сущность меняется и она становится жесткой и раздраженной, а потому начинает бороться с мужчиной. Обнимая Тао, я поняла, что хочу доверять ему и именно в его объятиях мне комфортно. Я физически ощущала, как гора камней, которая давила мне на грудь постепенно разваливалась, а плечи расслабленно опустились. В его обьятиях я как будто просила защиты и укрытия от жестокого мира.       Время шло, но он не торопил и не задавал вопросов, пока я рассказывала обо всем, что случилось мной, включая увольнение и даже встречу с Сюмином, но промолчала о соблазнении Чанеля и выкидыше. Наши бутылки со спиртным покоились за ненадобностью в стороне от наших прижимающихся друг к другу тел. В этот момент меня переполняла уверенность правильности происходящего. Мы нужны друг к другу, если не сказать, что необходимы. Не важно, как будут называться наши отношения: дружескими или же вновь приобретут любовный оттенок, важно лишь то, что мы будем близки.       Немного успокоившись и просто всхлипывая, как ребенок после долгого плача, я отстранилась и подняла голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Его губы ломаной формы растянулись в ласковой улыбке, а глаза вместо грусти были полны нежности. — Зайдем ко мне? Мне захотелось выпить чаю, — предложила я осипшим после рыданий в голос, и поднялась на ноги.       Слабость, которую я себе позволила не унизила мою гордость. Это казалось чем-то естественным, также как предложение зайти ко мне домой казалось логичным завершением вечера. Тао молча кивнул и его лицо озарила счастливая улыбка. Позже, сидя на кухне, напротив друг друга, мы молча пили чай. Никто не хотел нарушать тишину и портить ее словами, потому что в данный момент в них не было смысла. Между нами возникло единство душ, как бы высокопарно это не звучало. Никогда не думала, что смогу чувствовать себя подобным образом с мужчиной. Тао, вероятно, боялся быть навязчивым, а я так много сказала во время недавней истерики, что мне хотелось помолчать и привести свое эмоциональное состояние в равновесие. — Время уже позднее, и ты выпил. Останешься ночевать? — спросила я, делая очередной глоток теплого ароматного напитка из керамической чашки. — Хорошо, — отозвался Тао, и я снова увидела знакомую улыбку домашнего котенка. — Я постелю тебе в гостиной. Чанель с Бекки купили мне новый диван, и ты будешь первым, кто его опробует, — пояснила я и улыбнулась при упоминании друзей. — Хорошо, — тихо отозвался Тао упавшим голосом, и я увидела на его лице разочарование. — Не стоит торопить события, если мы решили начать с дружеского общения, — пояснила я, и он понимающе кивнул, но воодушевленным не выглядел. — Теперь я буду делать так, как ты скажешь, — последовал мужской ответ, крайне удививший меня, и после сказанных слов, Тао поднял на меня взгляд, но не полный грусти, а лишь покорности. — Откуда такая послушность? — решила уточнить я, боясь поверить в услышанное. — Себе и окружению я все доказал. Теперь хочу доказывать тебе, что готов меняться и идти на уступки ради сохранения наших отношений, — спокойно ответил собеседник, крутя в руках чашку с чаем. — Ты правда это сделаешь? — изумленно воскликнула я. — Правда. В ответ я лишь хочу, чтобы ты перестала меня отталкивать. — Хорошо, принимаю эти условия, но стоит тебе забыть о своем обещании, я не постесняюсь напомнить об этом. — Я согласен, — широко улыбнулся Тао и его довольная улыбка красноречиво говорила, что его настроение заметно улучшилось. — Время позднее, думаю, пора ложиться спать. Иди в душ первым, а я пока постелю тебе в гостиной, — предложила я, и, поднявшись из-за стола, мужчина послушно последовал в ванную комнату.       Посмотрев ему в след, я поняла, как непривычно он себя ведет. Тао действительно решил стать послушным и готов прислушиваться к моим пожеланиям, ставя интересы партнера выше своих? Долго ли он сможет продержаться? Его эгоистичная и капризная натура рано или поздно вырвется наружу и спектакль закончится? Боюсь, что ответ на этот вопрос не знает никто. Возможно, Анетта права, и мне необходимо научиться понимать его, найдя ответы внутри себя? Удивительно, но, несмотря на наше прошлое, опасности рядом с ним я не чувствовала, а о случившимся не вспоминала.       Хорошо, я дам ему еще один шанс. Буду наблюдать со стороны за его поведением и со временем пойму: это умелая игра или он действительно искренен.       Пожелав спокойной ночи и устроившись в мягкой постели, я думала о том, что ушедший день оказался богат на события и незаметно, сквозь размышления, я погрузилась в мир Морфея. Спустя время, сквозь чуткий сон я услышала, как дверь моей спальни открылась и кто-то тихо вошел в комнату. Обойдя постель, ночной гость лег с другой стороны кровати, и матрас прогнулся под еще одним телом. Крепкие руки обняли меня за талию, и я оказалась прижатой спиной к крепкой груди. Будь этой ночью в моей квартире хоть сто человек, я узнала бы этого мужчину с закрытыми глазами, ведь его руки и запах мне не забыть уже никогда. Такова моя память: я могу не запомнить дату рождения, если с этой цифрой не связаны какие-то ассоциации, но лицо, запах и даже походку я запомню надолго.       Уткнувшись носом в мою макушку, он глубоко дышал. Я не стала задавать вопросов и отстраняться, так как более смелых действий он не предпринимал. — Отта, обними меня, — взмолился Тао, и в его шепоте слышались нотки отчаяния.       Действуя скорее на рефлексах, я выполнила его просьбу и повернувшись, обняла его за талию. Тишину комнаты пронзил тяжелый мужской вздох, но я не набралась смелости поднять глаза, чтобы посмотреть ему в лицо. Его учащенное дыхание и реакция нижней части мужского тела говорила сама за себя. Я буквально ощущала, как он борется с желанием и кусает губы, чтобы не сорваться, а его руки судорожно и все сильнее с каждой минутой обнимают меня.       Почему он добровольно подвергает себя пыткам? Ему нравится страдать? Он наверняка давал себе отчет и понимал последствия, когда ложился в мою постель.       Я постаралась немного отстраниться от него, но он в испуге сжал меня в объятиях и начал спешно оправдываться. — Не уходи… Я ничего не хочу… То есть не настаиваю… Только не прогоняй.       Его горячий шепот опалил моё ухо, но я не верила ни одному его слову, потому осмелев, посмотрела ему в лицо, чтобы оценить масштаб трагедии. Даже сквозь темноту, я видела, как блестят его глаза и как нервно он кусает губы. — Тао… — сочувственно выдохнула я. — Прости… Наверно я не смогу дружить с тобой, — мучительно простонал он, но я изначально не питала наивных иллюзий на этот счет.       Ничего не ответив и освободив свою руку, я протиснула ее между нашими телами. Задрав футболку, в которой он спал, я проникла под резинку его нижнего белья. С удивлением про себя я отметила, что внизу он абсолютно гладкий. Зачем он сделал себе депиляцию в интимной части тела? Однако, рассуждения были прерваны тем, что мужское тело содрогнулось от моих прикосновений, а из полуоткрытых губ послышался протяжный стон. — Отта… — Расслабься. Мучить тебя не входит в мои планы…       Не могу сказать, что данная манипуляция меня возбудила. Скорее это напоминало оказание помощи нуждающемуся вроде того, чтобы сделать искусственное дыхание. Мне пришлось достать руку, от чего он разочарованно вздохнул, а взгляд выражал обиду. Однако, когда Тао увидел, как я облизнула свою ладонь, улыбнулся и устало откинул голову назад. Вернув руку в исходное положение, я начала водить ею по твердому, как камень, стволу. Тишину комнаты нарушило мужское тяжелое дыхание через рот, иногда слышалось шумное сглатывание. Обхватив меня за плечи одной рукой, второй он продолжил обнимать за талию. Когда его возбуждение возросло, неумолимо приближаясь к пику, он без тени смущения издавал стоны, судорожно сжимая мое тело своими суетливыми пальцами. Не желая окончательно прощаться с гордостью, несчастный из последних сил начал кусать свои губы. Однако, природа взяла свое и желание тела получить удовольствие выиграло: он обхватил мой затылок ладонью, погрузил свои пальцы в мои волосы и припал к губам в голодном поцелуе. Тао страстно срывал плоды ответной реакции с моей стороны и наслаждался процессом, признавая свою уязвимость. В том была вся его прелесть — он не боялся показать передо мной свою слабость и зависимость, признавал себя побежденным. История и искусство повествует о множестве примеров, когда мужчины при всей своей силе и брутальности в итоге оказывались у женских ног либо побежденными, либо обезглавленными. И Тао оказался из их числа — вся его бравада и блестящие доспехи пали, обретя при этом мягкость глины. Может он не лукавил, когда еще совсем недавно на кухне говорил о своей покорности? У меня перед глазами возникло лицо Ифаня, который не стыдился показаться перед его блондинкой веселящим шутом, хотя все знали его как надменного и холодного индивида.       Ощущая на своих губах требовательные поцелуи, я позволила себе отпустить натянутые вожжи и начала отвечать со всей накопленной страстью. Кого мы обманываем? Мы хотим друг друга, поэтому о расставании не может идти речи. Я с упоением целовала желанные губы, вдыхала знакомый запах и ласкала пленительное тело с нескрываемым удовольствием. Мне стоило огромного труда сдержаться и не закончить манипуляцию, свойственную подростковому периоду, чем-то более серьезным и свойственным нашей паре.       Ускорив темп, Тао через мгновение облегченно простонал, давая понять о получении желанной разрядки и ослабив хватку, продолжил целовать уже более лениво и неторопливо. Придя в себя, он устало опустился на спину, потянув меня за собой. Включив ночник, я смотрела на мужское лицо, на котором красовалось довольное выражение лица, а припухшие и раскрасневшиеся после страстных поцелуев губы растянулись в блаженной улыбке. Опустив взгляд, я посмотрела на свою ладонь и самодовольно улыбнулась своим мыслям. — Почему ты так странно улыбаешься? — шепотом спросил Тао, приподнявшись на локтях. — Ты знал, что по качеству спермы можно многое сказать о здоровье мужчины? — И что же ты можешь сказать обо мне? — игриво изогнув бровь, решил уточнить мужчина. — Что у тебя нет серьезных заболеваний, половых инфекций и давно не было секса. — Последний раз у меня был с тобой… — смущенно ответил Тао.       В ответ я выжидающе посмотрела ему в глаза, проверяя насколько правдивы его слова. — Я бы не разозлилась, будь это не так… — ответила я, стараясь придать своему голосу наиболее нейтральный оттенок, но надеясь, что он не солгал, однако в тот момент, когда слова были произнесены, то внутри неприятно кольнуло. — Не говори глупостей! Ты знаешь мою особенность. Я пытался, как ты говорила, узнать других женщин. Даже зарегистрировался на сайте знакомств, но одни разговоры, разговоры и еще раз разговоры. Пустая трата времени, не возникало никакой искры. Либо другая крайность, когда сразу поступают непристойные предложения, но мне это неинтересно. Я тебя люблю, понимаешь? Мне нравится с тобой говорить и молчать, а еще заниматься любовью. Я хочу, чтобы матерью моих детей была ты. Отта Филлипс, ты интересна мне во всех аспектах жизни, и я хочу прожить ее с тобой. Если тебе нужно общение с друзьями и свободное время для твоих научных работ — я пойду на компромисс. Чанель подробно мне объяснил, каким специалистом ты являешься в мире детской психотерапии. Я чувствую внутреннюю потребность заботиться о тебе, поэтому приму твою дочь, как родную, но так же надеюсь, что ты родишь мне наследника. Мне ничего не интересно, если я не могу поделиться этим с тобой. Понимаешь?       Услышав его длительный монолог я молчала, но Тао обхватил руками мои плечи и смотрел мне в лицо, ожидая ответ. — Ты мне веришь? — задал он вопрос, глядя мне в глаза.       Я смогла лишь рассеянно кивнуть, но при этом давая себе отчет в том, что верю каждому ему слову. В них было столько искренности и простоты, что не поверить было бы сложно. Он не обещал небо в алмазах, беззаботную жизнь или любовь до гроба — в это я как раз бы не поверила, но желание взять на себя ответственность делало его мужчиной в моих глазах. Тао понимает, что в этих отношениях ему будет непросто, но это осознание не отменяло моей ценности, а значит придавало ему силы для достижения своей цели. — Однако, в ответ я тоже кое-что попрошу… — продолжил он. — Что? — настороженно уточнила я. — Уважение ко мне и моей семье. Я должен понимать: чтобы не случилось, ты будешь рядом со мной. Не будешь молча убегать, а останешься и расскажешь о том, где я совершил ошибку, и простишь мою неопытность. — Хорошо. Нам обоим предстоит многому научиться… — Я никогда не боялся трудностей, ведь с ними жить интереснее, — самодовольно улыбнулся Тао. — Давай продолжим этот разговор утром, перед тем, как я уеду к дочери, — устало попросила я, прикрывая ладонью невольный зевок.       Мне хотелось обсудить с ним все, о чем он говорил, но тяжелый день и позднее время давали о себе знать. Тао кивнул и, поправив одежду раскинулся на постели. — Ты меня не понял? Ты ночуешь на диване, а я сплю одна. Так быстро забыл, что мы в дружеских отношениях? — декламировала я, едва сдерживая смех, глядя на то, как обиженно выпятил Тао нижнюю губу, поднимаясь с постели. — Хорошо, я сегодня ухожу, но лишь потому, что обещал быть покладистым, — проворчал он, закрывая за собой дверь.       Улыбнувшись от мысли, что несмотря на все заверения, Тао в душе навсегда останется ребенком, я отправилась в ванную комнату.

***

      Проснулась я от аппетитного запаха и ворчания оголодавшего желудка. Окончательно прогнав сонные чары, я села на постели и огляделась. Первую догадку, которую подкинуло мне сознание о том, что я в доме родителей, мои глаза отмели. Я нахожусь в своей спальне и понимание данного факта еще больше меня озадачило. Неужели вентиляция в доме стала такой мощной, что до меня доносятся запахи из соседней квартиры? И тут я вспомнила события вчерашнего дня, и что Тао остался у меня ночевать. Наверно, проснувшись, он заказал завтрак из своего ресторана. Поднявшись с постели, я направилась в ванную комнату для привычных процедур, но застыла на месте, как только вышла из спальни.       На моей кухне орудовал какой-то незнакомый мужчина. Он сильно напоминал Тао, но это не мог быть он. Одетый, он суетился у плиты, а на столе было накрыто на две персоны. Мужчина обернулся, улыбнулся мне и как ни в чем не было произнес: — Доброе утро. Ты как раз вовремя. Иди умойся, я как раз закончу. — Кто ты и что сделал с Тао? — шутливо, но от того не менее удивленно спросила я. — У тебя за ночь отшибло память? — не менее язвительно ответил он и вернулся к приготовлению еды. — Но ты не умеешь готовить. Дома за тебя это делает домработница, — неуверенно пояснила я и, подойдя к столу, начала изучать его содержимое. — Никогда не поздно научиться. После того, как ты обвинила меня в беспомощности, я решил доказать обратное. Пока это элементарные вещи, но все впереди, — гордо продекламировал Тао и выключил плиту.       Я все еще стояла и растерянно хлопала глазами, продолжая сомневаться, что это не сон и меня не мучают галлюцинации. — Иди, приведи себя в порядок и оденься. У тебя пару минут, иначе я умру с голода, — протянул мужчина и, развернув меня в сторону ванной комнаты, слегка подтолкнул вперед.       Умываясь, я смотрела в зеркало и не могла поверить в правдивость происходящего. Я попала в сюжет женского сериала? Когда Тао решил стать домохозяйкой? Куда исчез его темперамент и спесивый характер? Нет, мне определенно не нравится такая форма отношений. Где же страсть? Я хочу накал страстей и споры, которые в былые времена заканчивались мятыми простынями. Если Чанель на моей кухне смотрелся естественно и органично, то Тао абсолютно чужеродное тело, у которого совсем иное предназначение.       Зайдя в комнату, чтобы заправить кровать и одеться, я увидела на прикроватной тумбочке небольшую коробочку, обитую черным бархатом. Однако ее размер явно давал понять — кольцо я там не найду, потому что по размеру она куда больше. Любопытство взяло верх и, открыв ее, я обнаружила серьги Шанель, которые Тао купил в совместном походе по магазинам, но к моему разочарованию, мне их не подарил.        Почему они сейчас оказались в моей квартире? Что он хочет этим сказать?       Испытывая раздражение, я взяла коробку с украшением и пришла на кухню, где обнаружила Тао, сидящего за столом в ожидании меня, чтобы с упоением насладиться едой в моем обществе. — Что это и почему оказалось в моей комнате? — выпалила я, с шумом положив коробку перед ним на стол. — Я думаю, что ты уже заглянула внутрь и мой ответ будет очевиден, — с надменностью в голосе ответил мужчина. — Издеваешься? Ты же купил их для себя, так что они делают здесь? — повышая голос, продолжала я. — Отта! Какого черта? Почему я должен над тобой издеваться? Я купил их потому что посчитал красивыми, но не для себя. Вспомнив, что они тебе нравились, я решил подарить их тебе. Почему ты во всем видишь подвох? Я стараюсь стать лучше, готовлю завтрак, приношу тебе подарок, а ты злишься? Что ты за человек?! — возмущенно вопрошал Тао, встав из-за стола и эмоционально размахивал руками в своей привычной манере. — Возможно, ты права и нам не стоит быть вместе… — на последней фразе он тяжело выдохнул, а его руки обессиленно упали.       Кусая губу и разочарованно посмотрев напоследок, он повернулся ко мне спиной. Закрыв рукой лицо, как будто отгораживаясь от меня, он направился к выходу. — Прости… — моментально вырвалось у меня.       Я еще до конца не понимала, за что прошу прощения, но, возможно, Анетта права, и моя женская сущность проявляется неосознанно.       Тао остановился, но продолжал стоять ко мне спиной. Вероятно, в этот момент он думал о том, что сделал слишком много шагов навстречу ко мне и ждал чего-то более существенного с моей стороны, нежели просто слово. Понимая, что данный момент является переломным в наших отношениях и именно сейчас решается совместное будущее, я набралась решимости и, подойдя к Тао, обняла его со спины. — Прости, я виновата перед тобой. Я недостаточно внимательна к тебе. Часто бываю эгоисткой, пребываю в собственных размышлениях, редко задумываюсь о твоих чувствах и, если честно, не всегда понимаю их. А самое главное, что ты прав — я не до конца верю тебе… Жизнь так часто обманывала меня, что я не доверяю никому. Если ты готов принять во мне это, то должен дать время, а главное доказать, что я ошибаюсь на твой счет… — Я давно принял тебя до конца, потому что люблю… — вздохнул Тао, гладя своими пальцами мои ладони, покоящиеся у него на животе. — Мне неспокойно, когда тебя нет рядом и комфортно только с тобой. У меня кроме тебя нет никого: ни в сердце, ни в голове, ни в душе. Я целиком и полностью принадлежу тебе, но мне больно от мысли, что ты не чувствуешь того же ко мне. — Наберись терпения и дай мне время. Я чувствую, что совсем скоро смогу ответить тебе тем же…       Он повернулся ко мне лицом и с нежностью посмотрел на меня. — Знаешь как долго я тебя жду? — спросил он, но я отрицательно покачала головой. — С тех самых пор, когда увидел тебя первый раз в твоем кабинете. Я могу точно назвать дату, время и в чем ты была одета в тот день. Увидев твое серьезное, немного отстраненное выражение лица, я впервые почувствовал, что ты мне нравишься и даже испытал сексуальное возбуждение. Неосознанно я начал вести себя странно и грубить, хотя с незнакомыми людьми не позволяю себе подобного. Однако, придя домой, я понял, что хочу добиться твоего внимания, чего бы это не стоило. Меня не останавливало ничего и я начал засыпать и просыпаться с мыслью о тебе. Готов был совершать ошибки, тратить деньги, преодолевать твое сопротивление, ведь я упрям в достижении своих целей. Со временем узнав тебя ближе, я окончательно влюбился в своего доктора. — Это звучит одновременно пугающе и прекрасно, — шепотом ответила я, глядя в глаза напротив и читая в них подтверждение слов.       Его огонь разжигал меня изнутри и мне хотелось ответить тем же, чтобы прекратить его страдания, но… — Либо я полюблю тебя так же сильно, либо отпущу. Не буду обманывать твои ожидания, — честно пообещала я.       В ответ Тао улыбнулся и кивнул головой, подписывая тем самым себе приговор. — Только у меня будет к тебе еще одна просьба… — совершенно серьезно сказала я, смотря на него.       В ответ он с опасением посмотрел на меня, ожидая очередной ловушки. — Я хочу, чтобы ты вынес урок и до конца понял свою ошибку. Ты откроешь благотворительный центр помощи женщинам — жертвам домашнего насилия. Не все имеют возможность уйти от мужа-тирана, поэтому им должна быть предоставлена крыша над головой и психологическая помощь. — Но… Я даже не знаю с чего начать… — растерянно ответил он, смотря на меня опечаленным взглядом. — Я помогу, но лишь советом, чтобы ты прочувствовал всю серьезность данного предприятия.       Тао неотрывно смотрел на меня и я видела, как понимание вышесказанного постепенно доходит до него. — Хорошо. Поэтому я и выбрал тебя из миллионов — ты исключительная. Другая на твоем месте могла бы попросить, что угодно: драгоценности, дом или что-то в этом вроде… — Мне не нужно ничего из того, что ты перечислил. То, что имеет для меня ценность, ты не сможешь купить в магазине, Тао.       В ответ мужчина обнял меня и нежно поцеловал в лоб. — Теперь давай поедим, и я поеду к дочери, — предложила я, на что Тао согласно кивнул и, взяв меня за руку, повел к столу.

***

      Не обращая внимания на немногочисленных гостей в доме семьи Гарретт, я наблюдала за Тао, который беседовал с мужем Анетты. Он внимательно смотрел в лицо собеседнику, понимающе или согласно кивал и периодически заливисто смеялся. Набрав целую тарелку креветок, я уединилась в углу и с жадностью начала поедать их. — Странно, мне казалось, что это я должна поглощать продукты в странном сочетании, — прокомментировала подруга, глядя на содержимое моей тарелки и виноградный сок в бокале.       Она поглаживала свой огромный живот, в котором жили двойняшки. В скором времени они покинут уютное временное убежище и появятся на свет. Собственно, этому событию и посвящена сегодняшняя вечеринка. — Я возмещаю баланс в природе. Ты беременна и скоро родишь, при этом практически не страдаешь гастрономическими странностями, поэтому подруга взяла на себя эту нелегкую ношу, — прокомментировала я, отправляя в рот очищенное от панциря тело кораллового цвета. — Тао по прежнему не настаивает на том, чтобы спустя два года вы узаконили свои отношения? — уточнила собеседница. — Я сказала, что сама сделаю ему предложение, если забеременею. — И? — И ничего. Не могу сказать, что мы целенаправленно этого избегаем, но после возникшей у меня аллергии на латекс, особого предохранения у нас нет. Я не против, чтобы это случилось, но боюсь, что естественным путем у нас уже не получится, — ответила я, прожевав очередную вареную жертву. — Отта, твое поведение кажется мне довольно странным в последнее время. Сдается мне, что из-за работы над очередной диссертацией ты снова потеряла связь с физическим миром. Хотя может дело не в этом… — задумчиво протянула подруга. — Я сейчас приду, — заверила она, прежде чем оставить меня в одиночестве.       Я кивнула, продолжив трапезу, чувствуя себя действительно странно. В последнее время я погрузилась с головой в работу, потому что проживание в доме Тао освободило мои мысли от решений многих бытовых проблем. Всей грязной работой занимается его домработница, а я навожу порядок только в своей квартире, которая с подачи Тао является теперь моим рабочим кабинетом. — Возьми. Если не хочешь делать сейчас, то проверь дома. Думаю мне это не понадобится в ближайшее время, — вновь услышала я голос подруги и увидела, как она положила в мою сумочку тест на беременность. — Зачем? Не думаю, что это уместно, — пробубнила я. — Сделай. Нет, так нет. Буду подозревать другую причину твоих странностей, — спокойно ответила будущая мама и похлопала меня по плечу, посмотрев при этом на Тао с хитрой улыбкой. — Говоришь, что Ивонна давненько просит братика или сестренку? — Анетта, перестань. Я не жду ребенка. Это у тебя синдром обострился. Если ты влюбленная, значит все должны быть в паре, а если ты скоро родишь, то все должны быть беременны?       Подруга комично подняла руки, делая вид, что сдается и походкой утки направилась в сторону мужа. Тао не стал мешать их общению и подошел ко мне, а его бровь вопросительно изогнулась, когда он увидел содержимое моей тарелки. — А тебе не станет плохо от такого количества? Если тебе так сильно хочется, то я закажу их завтра на ужин. — Завтра будет завтра, а я хочу сейчас! — отрезала я, по-детски надув губы. — Ладно, как скажешь, только потом не жалуйся, — рассмеялся Тао, по-отечески смотря на меня. — Хорошо, ты прав, — тяжело вздохнула я и убрала тарелку, понимая, что снова не чувствую меры. — Но жду завтра обещанную порцию лакомства.       Тао усмехнулся и протянул мне руку, помогая встать с дивана. — Жаль, что Чанель так не вовремя заразился от детей ветрянкой, еще и Бекки за собой утянул в карантин. Эти голубки прислали Анетте фривольное фото с пожеланиями, — с сожалением вздохнула я. — Этого лопоухого клоуна явно не хватает на этом празднике. — Отта, ты жестока по отношению к своему другу, — сквозь хохот отчитал меня Тао. — Хотя я тоже соскучился по ним. Теперь идем домой? Ивонна наверняка уже утомила няню.       Я кивнула в знак согласия, и, попрощавшись с четой Гарретт, мы покинули их дом.       Поздним вечером, когда Ивонна уже спала в детской комнате, мужчина лег на постель рядом и задрал мою футболку, чтобы обнажить живот. Аккуратно гладя мою кожу подушечками своих пальцев, он о чем-то сосредоточенно думал. — Тао, что ты разглядываешь? Растяжки на животе после рождения Ивонны? — спросила я. — А? Нет. — растерянно ответил он. — Я думаю, что мужчины для мира не важны. Женщины действительно имеют большую ценность — они создают, вынашивают и оберегают жизнь, в то время как мы порой не понимаем ее ценности. Вы удивительные существа. Не до конца нам понятные, но не любить и не восхищаться вами просто невозможно, — философски пояснил он, прикасаясь губами к моему животу. — Ты очень странный для среднестатистического мужчины, — хихикнула я. — Я уникален и поэтому заслужил любовь гениального психотерапевта, — его ответ прозвучал самонадеянно, но он был прав.       Этот разговор возможно перетек в привычный сценарий совместных вечеров, но почувствовав, что креветки начали проситься на волю, я резко поднялась и убежала в ванную комнату. Жалея о своей жадности, я страдала над фаянсовым элементом интерьера. Достаточно помучавшись, я выпила лекарство, найдя его в сумке и на глаза снова попался презент от подруги. Вспомнив ее наставления, я достала тест и провела необходимые манипуляции. Держа несчастную пластиковую палочку в руках, я наконец вернулась в спальню. Тао сочувственно смотрел на меня, но не смог удержаться, чтобы не съязвить. — Все таки переборщила с угощением? — с игривой улыбкой спросил он. — Нет, я переборщила с тобой, — буркнула я, сев рядом с ним на постель. — Не понимаю тебя, — тихим голосом уточнил он, разглядывая мое лицо, пытаясь понять суть озвученной претензии.       Я молча протянула ему тест и, глядя в его непонимающее лицо, уточнила: — Ты добился своего. Теперь мне придется делать тебе предложение.