Скульптор

Распрощавшись с Кингсли и решив, что дома ему нечем заняться, Драко надумал наведаться в Хогвартс, свалившись МакГонагалл как снег на голову. Впрочем, была вероятность, что отправленная Министром сова его обгонит, и директор уже будет поджидать его на подступах к вверенной её заботам территории. Воспользовавшись камином в Министерстве, Малфой прибыл в Хогсмид. День стоял солнечный, погожий, небо радовало ясной лазурью, поэтому он был не прочь прогуляться, вновь пройдя тот путь, которым хаживал в пору своих юных лет сотни… или даже тысячи раз? Едва ли кто-то считал. Расстегнув мантию, послав к дементору благопристойный вид, Драко неторопливо шагал по Хогсмиду. К слову, за неполный десяток лет магическая деревня, или уже даже целый городок, знатно разрослась: тут и там, по обе стороны её узких улочек появились новые лавки, разрушенные во время войны дома заново отстроили. Но и старые заведения вроде пабов «Кабанья голова» и «Три метлы», магазинчика «Сладкое Королевство» на их фоне не терялись: радовали взгляд свежей краской и сверкали лаком. Их вывески мерно покачивались под порывами ветра, и тихий скрип доносился до ушей лениво прогуливающихся жителей. Была середина недели, и студиозы вовсю грызли гранит науки, поэтому торговля шла вяло, вот народ и отдыхал. Зато в выходные, уж это Малфой знал не понаслышке, ни минутки свободной не будет, когда сюда хлынут за развлечениями уставшие ученики, готовые тратить десятки галеонов, щедро выделенных им родителями. По крайней мере, сам он поступал именно так, никогда ни в чём себе не отказывая. Это был вопрос престижа. Драко грустно улыбнулся. Да, у него имелись деньги, он ни в чём не знал отказа, но сейчас, оглядываясь назад, он едва ли мог назвать то время счастливым. Оно было безоблачным (до определённого момента), даже приятным, но не счастливым. Как сын Люциуса Малфоя, Драко обязан был поддерживать репутацию: носить сотни масок, жить в жестко определённых его положением границах, терпеть прихлебателей, толпами увивающихся рядом, не имея возможности завести настоящих друзей. На слабости он не имел права. Отец всегда жёстко и даже жестоко спрашивал за любой промах в учёбе или жизни. Успехи других также вменялись ему за проигрыш. Поэтому Поттер стал той ещё проблемой, головной болью… или даже занозой в заднице, усложнив ему жизнь, отодвинув Драко на второе место. Впрочем, как и его подружка Грейнджер, раз за разом отвоёвывавшая лавры лучшей ученицы. Только Уизел хлопот не доставил. Но это как-то ни к дракклам не радовало. Наверняка, уступи он в чём-нибудь ещё и Уизли — это нанесло бы ему непоправимую психологическую травму, а его драгоценный родитель просто захлебнулся бы, брызжа в бешенстве слюной. Эта мысль заставила Драко рассмеяться. Несколько прохожих с опаской шарахнулись в стороны от него, с подозрением косясь, наверняка решив, что он не в ладах с головой. Что лишь ещё больше развеселило парня. Тем временем дома Хогсмида остались позади, и он вышел на дорогу, ведущую прямиком к Хогвартсу. Сам замок уже виднелся впереди. Величественный, уникальный, несокрушимый несмотря ни на что… а ведь сил Волдеморт вбухал немерено, пытаясь разрушить его стены и поставить на колени обитателей. Тщетно, как выяснилось. Пожалуй, это стало его роковой ошибкой. Одной «из» (про то, что не стоило Тёмному Лорду связываться с Гарри Поттером, и говорить не нужно). Да, школа по воле змееподобного уродца понесла немалые потери, но теперь, глядя на её шпили, что гордо подпирали небеса, так и не скажешь. Хогвартс поистине монументален. Он вечный, незыблемый, грандиозный памятник тем, кто погибал в его стенах… и неважно, защищая или пытаясь уничтожить до основания. Памятник тем векам, что прошли и оставили лишь трещины и сколы на его камнях. Многим тысячам жизней и судеб, что он повидал, взлелеял под своей крышей. А ещё гениальности, труду, упорству, фантазии и терпению, что в совокупности помогли четырём волшебникам сотни лет назад создать нечто столь грандиозное. Как и памятник им самим: Салазару Слизерину, Годрику Гриффиндору, Кандиде Равенкло и Хельге Хаффлпафф. Ему же, Драко Малфою, придётся очень постараться, чтобы его работа, куда менее амбициозная, но важная по своему посылу, не потерялась на фоне замка, но и не вносила дисгармонию, как нечто инородное. Предстояло подобрать такой образ, чтобы это вписалось и стало неотъемлемой частью Школы Волшебства и Чародейства Хогвартс. Драко улыбнулся и зашагал быстрее, на секунду вновь почувствовав себя шестнадцатилетним. Но теперь счастливым и свободным, без удушающего ярма на шее в виде убийства Дамблдора и страха за свою жизнь и жизни родителей. Упоительное чувство… А спустя четверть часа он, наконец, добрался до замка. Посомневавшись, Малфой всё же отказался от идеи войти внутрь. В конце концов, там ему было делать нечего, хотя, конечно, неучтиво с его стороны так игнорировать директора. Но он решил, что разумнее побродить вокруг, чем тратить время на пустые любезности с МакГонагалл. Тем более та всё равно рано или поздно должна обнаружить, что на территории её школы гость: либо домовики донесут, либо, что скорее всего, Охранные Чары, сквозь которые он прошел, шагнув за ворота. Так или иначе, о его присутствии станет известно. Прогуливаясь в следующий час по внутреннему двору, мысленно посмеиваясь над студентами, которые исподтишка наблюдали за ним, Малфой с любопытством оглядывался. Взгляд подмечал изменения в архитектуре самого замка, во вновь отстроенных пристройках, восстановленных резных арках. Отличия бросались в глаза, и неудивительно, учитывая, какие события здесь произошли менее десяти лет назад. Драко отчётливо помнил горы камней и щебня, гарь и дым, огонь, что пожирал стены замка и взрытую землю, пропитанную кровью магов и разных тварей. Здесь царил хаос. Разверзся ад на земле. Но сейчас, глядя на разбитые тут и там профессором Спраут клумбы с цветами, на весело журчавший фонтан, уничтоженный во время Последнего Сражения и восстановленный вновь, или на вычурные скамейки вдоль стен, где теперь отдыхали и болтали студенты, греясь в возможно последних тёплых лучах летнего солнца, оставалось только восхищаться проделанной работой. …Когда Драко вернулся, чтобы ещё раз осмотреть центральный двор (место, где сделал свой последний вздох на радость всему магмиру Волдеморт), двери школы распахнулись, и на крыльцо вышла Минерва МакГонагалл. «Старая кошка», невзирая на прошедшие годы, оставалась всё такой же статной и, несмотря на чопорную, наглухо застёгнутую под горло мантию, элегантной. Непокрытые шляпой волосы, в которых едва ли прибавилось серебра, она по-прежнему укладывала в пучок. — Мистер Малфой, — окликнула та его. «Ну, вот и свиделись», — насмешливо подумал Драко, сбавляя шаг. Как и ожидалось, ничего не проходит незаметно для всевидящего ока директора. — Добрый день, профессор, — отозвался он, и на губах его бывшего преподавателя Трансфигурации появилась улыбка. Сдержанно-вежливая, немного сухая, но всё же улыбка. Точно такая же, какой она одарила Драко в день вручения диплома. Наверняка загляни к ней кто-то из её драгоценных «львят» — бывший декан Гриффиндора сияла бы как галеон, но не судьба. Драко Малфой не вызывал у неё восторга. Дождавшись пока директор, придерживая юбку и полы мантии, спустится к нему по лестнице, он протянул руку в галантном жесте и помог преодолеть последние ступени, чем заслужил ещё одну улыбку. Но уже более тёплую, коснувшуюся её светло-зелёных глаз. — Прошу прощения, что не заглянул сразу к вам. — Ничего, мистер Малфой. Я рада вас видеть, — и, казалось, всё было именно так, как сказала — действительно рада. Удивительно. При этом её взгляд, направленный на него, оставался цепким, внимательным, наверняка не упустившим ни единой детали в его облике. — Надеюсь, вы не будете против, если я немного осмотрюсь и прогуляюсь по территории школы? Постараюсь не слишком отвлекать учеников, — клятвенно пообещал Драко, чем только рассмешил свою собеседницу. — Вот насчёт этих оболтусов можете не переживать, они и без вас отлично отвлекаются, — посмеиваясь, отмахнулась она. — Да вы и сами были на их месте совсем недавно, знаете. Ходите, Драко, осматривайтесь. Я прослежу, чтобы вам не мешали. К слову, я как раз получила сову от Кингсли, где он сообщил, что вы заглянете. Правда, не ожидала, что так скоро. — Решил не затягивать. Времени до празднования остаётся не так много, а работа предстоит большая. Взгляд светло-зелёных глаз, направленный на Драко, потеплел и наполнился благодарностью. — Вы взялись за достойное дело, мистер Малфой, — тихо произнесла Минерва МакГонагалл. — Павшие в этой жестокой, кровопролитной войне с безумцем достойны того, чтобы память о них увековечили. Я, как директор Хогвартса, от лица всех преподавателей и учеников обещаю вам помощь и поддержку. Двери моего кабинета открыты для вас. — Благодарю, профессор, — искренне поблагодарил женщину Драко. — Если появится необходимость, непременно загляну. — И без «необходимости» заглядывайте. Просто на чашку чая, — по-доброму усмехнулась она, и Малфой отзеркалил её улыбку. — Обязательно, — пообещал он, пусть и лукавя. Вот как-то с трудом он представлял, как стал бы чаёвничать с этой конкретной ведьмой. Несмотря на его безмерное уважение, им решительно не о чем было болтать по душам. Тут кулон в виде пятиконечной звезды, висевший на шее у директора, мягко засиял, и полился тихий звон, отвлекая МакГонагалл от его скромной персоны. — Прошу прощения, Драко, но кому-то из преподавателей срочно нужна моя помощь. Мне нужно идти. Очень надеюсь, что это никак не связано с гриффиндорцами, — покачала головой она, тяжело вздохнув. Драко прикусил губу, чтобы не расхохотаться. Видимо, нынешнее поколение «грифов» было той ещё головной болью для неё, а чувство ответственности за факультет, которому посвятила столько лет, при этом оставалось всё таким же сильным. — Не буду вас задерживать, директор. Я понимаю, у вас много дел. Рад был повидаться, — склонил голову в лёгком поклоне он. Коснувшись его руки на прощание, бывший профессор Трансфигурации было развернулась уходить, но потом внезапно снова обернулась и взглянула на Драко. — А вы изменились, мистер Малфой, — с секундной заминкой произнесла она, и явное одобрение звучало в её голосе и словах. — На это были причины, — ответил Драко, улыбнувшись, нисколько не лукавя. МакГонагалл понимающе кивнула. — Не буду спрашивать какие, но вы не оправдали моих ожиданий. И признаться, я этому очень рада, молодой человек. Драко удивлённо взглянул на стоящую перед ним женщину. Что и говорить, для него стало сюрпризом, что ещё кто-то кроме Северуса, его крёстного, во всём Хогвартсе беспокоился о его дальнейшей судьбе. — Пожалуй, я тоже не стану уточнять, что это были за ожидания, — хохотнув, ответил он. — Хотя могу догадываться. Но спасибо, директор. Я признателен вам за беспокойство. Ещё раз улыбнувшись, МакГонагалл с тихим хлопком аппарировала, воспользовавшись одной из привилегий, дарованной ей, как директору, а Драко вернулся к прерванному занятию, сосредоточив своё внимание на широкой площадке центрального двора. Конечно, он ещё не спускался к озеру, к подножию Хогвартса, но это место ему нравилось. …Вернулся домой Малфой уже в сумерках, уставший, голодный, но весьма довольный. Так, что даже дракклов Отдел транспорта с его бюрократическими заморочками забылся. Куда важнее было то, что Драко определился с местом. Более того, решив не откладывать в долгий ящик, а сразу заручиться одобрением МакГонагалл, он заявился к ней в кабинет. Директора он поймал одной ногой в кабинете на пути домой (занятия ведь давным-давно закончились, и близился час отбоя), но стоило ей увидеть Малфоя, и она повременила со своими планами. После чего он был внимательно выслушан и напоен чаем (вот и зарекайся после этого). Но одобрение Драко получил. Причём не только от Минервы, но и от портрета Дамблдора. Старый хитрый интриган внимательно прислушивался к их разговору и лукаво щурил свои многомудрые глаза сквозь очки-половинки, всё так же норовившие сползти ему на кончик носа. «А я всё так же чувствую себя отвратно под его взглядом. Как книззл, наделавший лужу на ковре. Ну или что-то вроде того… Да и скребущее душу чувство вины за то, что тогда, в злополучный день, Экспеллиармусом выбил из его узловатых пальцев палочку, так и не ослабло», — с досадой подумал Драко, поморщившись. За время, проведённое в кабинете, он так и не смог взглянуть прямо в глаза Дамблдора, пусть тот и был теперь обычной картиной, тенью некогда могущественного волшебника, помещённой на пропитанный магией холст. Но мукам совести было на это плевать, и они всласть поскребли его душу, так что Драко почувствовал несказанное облегчение, когда наконец убрался из кабинета, получив то, за чем явился. Конечно, ему могло показаться, но прежде чем он выскочил за дверь, почивший директор лукаво подмигнул. — Бред, — всё же решил Малфой. Не к чему Дамблдору ему подмигивать, он ведь не шрамоголовый гриффиндорец, с которым они были на короткой ноге. Тряхнув головой и решив не ломать голову над всякими глупостями, тем более есть дела поважнее, Драко быстро переоделся, сменив мантию и костюм на обычные маггловские джинсы и футболку. В его планах на оставшуюся часть вечера и часть ночи было закрыться в мастерской и посвятить себя любимому делу. В конце концов, он ведь обещал Кингсли, что в сжатые сроки подготовит эскизы, а Драко привык держать своё слово. Но плану не суждено было исполниться… Он как раз направлялся в кухню, чтобы сварить себе кофе и перекусить, чтобы потом не отрываться от работы, когда в дверь позвонили, а следом ещё и постучали. А Малфой озадачился. Гостей он не ждал. Да и время для визитов было неподходящее. Визитёру, кто бы он ни был, явно было плевать на приличия и этикет. Если только это не соседи, завидев свет в окнах особняка, решили поздравить его с новосельем. С некоторой опаской, жалея, что палочку забыл в спальне, Драко всё же пошёл открывать, тем более трель звонка и стук повторились. Щёлкнув замком, Малфой распахнул дверь… и почувствовал, как пол выскальзывает из-под ног, стоило ему встретиться с зелёными глазами своего гостя. Глазами, скрытыми дурацкими круглыми очками, которые Поттер так и не сменил за девять лет.