Скульптор

Минуту или две после того как Малфой распахнул дверь, парни просто смотрели друг на друга. И ошарашен Гарри оказался не меньше Драко. Малость отвисшая челюсть, по-совиному округлившиеся глаза и удивлённое выражение лица, с которым тот рассматривал стоявшего в дверях хозяина дома, красноречиво свидетельствовали об этом. Видимо, в его памяти Малфой оставался высокомерным аристократишкой, что постоянно задирал его самого и его друзей, кривя губы в извечной ухмылке, и плевался ядом слов… или тем, каким был после войны: хмурым одиночкой, что зыркал озлобленным взглядом из-под отросшей чёлки. Поэтому парень, стоявший напротив, небрежно привалившись плечом к косяку, казался незнакомцем. Взгляд Поттера зацепился за выгоревшие до чисто-белого цвета волосы, непослушные пряди которых спадали ему на лоб. Скользнул по золотисто-бронзовой от загара коже, на фоне которой серые глаза казались нечеловечески яркими, пронзительными. Изумлённо отметил растянутую у горла и явно поношенную маггловскую футболку, открывавшую взгляду острые ключицы; потрёпанные джинсы, из-под которых выглядывали пальцы босых ног. Мерлин… тут есть от чего впасть в ступор. Прежний образ не складывался, трескался, как старый холст. От прежнего у Малфоя осталась лишь красота. Даже утратив юношескую смазливость, бывший Слизеринский Принц оставался всё так же одуряюще красив, словно какая-то дракклова супермодель из тех журналов мод, что листала на обеденных перерывах его секретарша. — Малфой? — осторожно, явно сомневаясь, к тому ли в дом вломился, спросил Гарри, когда первый шок более-менее прошёл и дар речи вернулся. Этот неуверенный тон, в котором сквозил весь спектр эмоций, что пережил за прошедшие минуты Поттер, позволил, наконец, Драко собраться и взять себя в руки. Прекратить, едва дыша, глазами пожирать своего гостя, впитывая в себя его повзрослевший, изменившийся образ. Лицо с волевым подбородком и щеками, покрытыми тёмной щетиной, чуть нахмуренными бровями и цепким, жёстким взглядом зелёных глаз. Багровую мантию аврора, что сидела как влитая на его широкоплечей фигуре. От нескладного худощавого подростка не осталось и следа. Перед Драко стоял заматеревший, вошедший в полный расцвет молодой мужчина, который отлично сознавал свои силу, власть и возможности. Крохотной частью своей души, что устала любить безответно, Малфой надеялся, что стоит им пересечься с Поттером — и всё пройдёт: он поймет, что любил лишь какой-то далёкий образ, разочаруется и, стряхнув осколки разбитых надежд, пойдёт дальше. Что ж… эта глупая надежда лопнула как мыльный пузырь. Чувства вспыхнули с новой силой, словно в тлеющий костёр швырнули охапку сухих дров… И пусть внутри бушевала буря, сердце отчаянно колотилось в груди, а внутренности стянуло в узел от желания коснуться, Драко нашёл в себе силы криво усмехнуться. Так, как делал это сотни раз в то время, когда они оба учились в Хогвартсе и сталкивались в очередной схватке лбами. Он знал, что это развеет все сомнения Гарри. — Неужели я так сильно изменился? — вздёрнув насмешливо бровь и чуть растягивая слова, поинтересовался Драко. Возможно, он немного флиртовал, сам отлично сознавая, насколько отличался от себя юного. Настолько, что даже родители его с трудом узнавали, когда он приезжал к ним погостить. Поттер облегчённо рассмеялся. — Достаточно, чтобы я решил, что ошибся адресом, — сообщил он и добавил после небольшой паузы: — Привет, Малфой. Давно не виделись. — Добрый вечер, Поттер. Или уже ночь? — небо затянула густая синева, и лишь смог, привычный для Лондона, что укрывал город плотной пеленой, не давал разглядеть, появились ли уже первые звёзды на небосклоне или им ещё рано. — Действительно давно. Если мне не изменяет память, с церемонии вручения дипломов. Но его слова, к удивлению Драко, заставили гостя нахмуриться и, кажется, даже смутиться. Откашлявшись, тот каким-то рассеянным, явно маскировавшим неловкость движением растрепал свои и без того лохматые вихры и виновато взглянул на него. — Слушай, прости, что так поздно. Замотался на службе. Кингсли передал, что ты хотел меня видеть, а я вот не рассчитал время. Малфой только покачал головой с улыбкой, подумав с иронией о том, что едва ли дверь какого-либо дома на территории магического мира не откроется для национального героя. И неважно, днём или ночью. Его, Драко, тем более. Знал бы тот, насколько он желанный гость… Желанный во всех смыслах. Тогда, возможно, бежал бы со всех ног. Или бравые авроры и храбрые гриффиндорцы не бегут? — Всё в порядке. Я ещё и не думал ложиться спать, — и, осознав, что непозволительно долго держит Поттера на пороге, сделал шаг в сторону и шире распахнул дверь. — Проходи, Гарри, чувствуй себя как дома. Поттер удивлённо вскинул глаза на Драко. Ему было непривычно слышать своё имя, а не фамилию из его уст. На его памяти это, пожалуй, был первый раз, когда Малфой так к нему обратился. Впрочем, и тон — мягкий, без намёка насмешки или сарказма, был в диковинку. Дезориентировал уж точно. Неловко потоптавшись, стушевавшись, что выглядело весьма забавно со стороны, он кивнул и всё же вошёл в дом, едва не задев при этом плечом Драко. А тот замер, сглотнув и на секунду прикрыв глаза, жадно втянув в себя воздух и аромат гриффиндорца. Тёплый запах солнца, терпкий — пыли и пота, разгорячённой кожи, мыла и его самого…. Поттера… что-то неуловимое, но вызывавшее горячее желание на уровне помутнения рассудка прижать Гарри к стене, уткнуться в него носом, зарыться лицом и дышать. Жадно, чтобы этот аромат пропитал, наполнил лёгкие до краёв… Потребность была такой сильной, что Драко поймал себя на том, что уже дёрнулся к своему гостю, чтобы сгрести без лишних церемоний его в охапку и осуществить желание. Только титаническим усилием воли он устоял на месте. У корней волос даже выступила испарина, пока Малфой боролся с собой и усмирял инстинкты. К тому же сомнительно, что Поттер позволил бы ему наброситься на себя. Скорее уж скрутил бы в одном из боевых приёмов и ткнул физиономией в стену. Драко едва не застонал, потому что эта мысль отнюдь не остудила, скорее, дракклы всё задери, наоборот. Горячий вал из предвкушения, смешенного с возбуждением, прокатился по телу, вызывая дрожь, и заставил пальцы на ногах поджаться. Он любил страстных любовников и время от времени только приветствовал грубый и жёсткий секс, от которого тело потом ломило, а в голове царила блаженная пустота. «Возьми себя в руки!» — мысленно отвесил себе оплеуху Драко, тяжело сглатывая. Мордред и Моргана, как же всё же он жалок… На миг прикрыв глаза, Малфой прогнал в памяти парочку-другую самых мерзких воспоминаний, абстрагировавшись от факта того, что рядом разгуливает объект его грёз и желаний. Пока его не радовала перспектива демонстрировать Поттеру свою вздыбленную ширинку. Это не лучшая идея для их первой встречи. С трудом, но со своей проблемой он справился. Видимо, образ старушки-нудистки, что Драко как-то встретил на пляже Барселоны, куда отвёл его Карлос, стал решающим, добив наметившуюся эрекцию. Облегчённо выдохнув, Малфой закрыл дверь и обернулся к своему гостю, надеясь, что его заминка не была замечена. Но ему было не о чём беспокоиться — Поттер занял себя делом: он, заложив руки за спину, с любопытством бродил по холлу, рассматривая убранство дома. И всё бы ничего, только дверь в мастерскую оказалась приоткрытой (впервые на его памяти!), и Гарри, ведомый обычным человеческим любопытством и аврорскими привычками, уже сделал шаг в её сторону… Драко пробил холодный пот, стоило ему это заметить. Он отлично знал, ЧТО первым заметит Поттер, едва осуществит задуманное. Проклятье! Кажется, у высших сил сегодня просто идея-фикс выставить Малфоя идиотом, поставив в неловкую ситуацию, и поглумиться за его счёт. Но об этом он подумает позже, а пока стоило бы отвлечь не в меру любопытного гостя. — Поттер! — окликнул он Гарри, и тот ожидаемо обернулся. — Может, поужинаешь со мной? — предложил Драко и ослепительно улыбнулся. — Ты ведь наверняка ещё не ел, если пришёл ко мне сразу из Аврората? А я перед твоим приходом собирался перекусить. Ну, так как? Составишь компанию? — Слушай, не хотелось бы тебя напрягать, — дёрнул уголком губ в неуверенной улыбке Поттер. — Ну да, я был бы не против, если тебя не затруднит, конечно. — Не говори глупостей. Тем более это я предложил, — отмахнувшись от всяких возражений, Драко указал направление. — Прошу на кухню. Я, конечно, думал ограничиться сэндвичами и кофе, но думаю, в честь нашей встречи сооружу омлет. Голос его звучал непринуждённо и легко — он мог собой гордиться, в то время как внутри всё вибрировало и дрожало. От близости Гарри, от его взгляда, от мысли, что они будут ужинать вместе. И плевать, что это не свидание, а дружеские посиделки. «Только бы не опозориться!» — мелькнула в разуме паническая мысль, руки слабо, но подрагивали, и он не мог гарантировать, что вечер не закончится оказанием первой помощи. В таком состоянии ему бы держаться подальше от всего колюще-режущего… но от возможности совместной трапезы с Гарри он, дракклы всё задери, не отказался бы ни за какие блага мира! — В смысле? Приготовишь сам? — между тем недоверчиво переспросил Гарри, глядя на него, как на неведомое чудо-юдо. — Да. У меня нет домовиков. Я часто переезжал и жил в маггловских кварталах, а эльфам, как ты знаешь, нужен постоянный дом. К тому же отсутствие у меня эльфов сводило к нулю шанс случайно выдать магический мир. Поэтому, ради Мерлина, — закатил глаза он, фыркнув, — не смотри так, словно я предложил что-то из ряда вон. Готовка ничем не отличается от варки зелий. — Извини, просто ты меня удивил, — пожал плечами Поттер. Драко усмехнулся уголками губ, разглядывая всё ещё недоверчивое выражение на лице своего гостя. Тот явно был озадачен и сбит с толку. Наверняка бедняга настраивался на словесную схватку и готовился сносить его язвительность и хамство, когда шёл на встречу к нему. А Драко вместо этого намеревался его собственноручно приготовленным ужином кормить. Как тут не быть сбитым с толку и не ждать подвоха?! Да ещё и домовиков нет, как контрольная Авада. Будто не в дом Малфоя попал. — И насколько ты помнишь, я никогда не был хорош в Зельях, — хохотнув, добавил Гарри. Малфой хмыкнул и, поманив гостя за собой, направился через холл в сторону кухни. Спустя пару минут, заняв место у плиты, он на скорую руку уже готовил омлет, досадуя, что не нашёл времени заглянуть в бакалею. Поэтому пришлось довольствоваться тем, что нашлось в холодильнике. При этом Драко очень хотелось, чтобы получилось вкусно. Он не соврал, сказав, что умел готовить, но до этого момента не так часто это делал и уж тем более не старался ради кого-то из своих прежних увлечений. Зачем, когда есть доставка еды и уйма кафе и ресторанов? А вот для самого Малфоя готовили и не раз. Тот же Карлос часто баловал его чем-нибудь аппетитным. Возможно, это ещё одно проявление любви? Такое иссушающее и настоятельное желание заботиться. Пока Драко мыл и нарезал овощи, взбивал яйца с молоком, Гарри аккуратно, явно стараясь не привлекать внимания, осматривался, едва слышно передвигаясь по кухне. А взгляд — цепкий, аврорский, буквально сканировал помещение. — У меня нет запрещённых зелий или артефактов, Поттер. Если их, конечно, ищешь, — тихо посмеиваясь, заметил Драко и выплеснул яичную смесь на сковороду. Гарри, пойманный «на горячем», поспешно отдёрнул руку от шкафчика, который намеревался открыть. Небритые щёки окрасились румянцем практически в тон его униформе. — Извини. Чёртова привычка, — повинился тот. — Я ничего такого не имел… — Не извиняйся. Я всё понимаю, — прервал поток оправданий Драко, отмахнувшись. — Подай специи, пожалуйста. Они как раз-таки в том самом шкафчике, что ты только что хотел открыть. Заодно проверишь, не вру ли я. — Малфой, у тебя что, глаза на затылке? — вздохнув, спросил Поттер, но специи подал, как просили. Драко лишь хитро улыбнулся и посыпал слегка загустевший омлет помидорами и зеленью, чуть приперчив и посолив. Не признаваться же ему, что после того, как не видел Гарри девять лет, теперь, когда они встретились, при любом удобном случае не собирался выпускать его из поля зрения. Или в том, что, даже отводя глаза, ощущал его на том уровне, что не нуждается в органах чувств. — Секрет, Поттер, — широко улыбнулся Драко, подмигнув, на что тот лишь фыркнул, тихо пробормотав: «Позёр, ты, Малфой», чем вызвал теперь уже громкий смех. — Разве что немного. — Тут бы я поспорил. — Это контрпродуктивно. Не советую. На это Поттер, откинув голову, расхохотался. Драко удивлённо взглянул на него… и просто завис, залюбовавшись. Смех сделал Гарри моложе, заставил хмурую складку между бровей исчезнуть, а зелёные глаза наполнил светом, заставив сверкать, как изумруды в фамильном колье матушки. Красивый. Чертовски красивый. От смеющегося Поттера захватывало дух. Малфой, забыв о шипящей и скворчащей сковороде, с болью в груди, стянувшей так, что он едва дышал, смотрел на гриффиндорца. Или, точнее сказать, без прикрас пожирал глазами? Ему пришлось мысленно рявкнуть себе: «Стоять!», чтобы не протянуть руку, не коснуться гриффиндорца, в то время как кожа рук буквально горела от потребности ощутить Гарри: зарыться пальцами в растрёпанные волосы, провести по небритым щекам и чуть потрескавшимся губам с запёкшейся на них корочкой, сжать в объятии. О, Мерлин… как всё же он безнадёжен. Хотелось горько рассмеяться и побиться головой о первую твёрдую поверхность. Он не готовился к тому, что его сила воли подвергнется такому испытанию. Мерлин! Раньше и не было такой необходимости! Он Малфой и получал всё, что только желал, на блюдечке с голубой каёмочкой! А теперь... он не имел понятия, как подступиться к тому, кого так жадно, до оскомины хотел. — Что? — голос предательски хрипнул, и Драко пришлось прочистить горло. — Что смешного? — Да так, вспомнилось кое-что, — покачал головой Гарри, всё ещё посмеиваясь. — Хм… Ладно. Не хочешь говорить, тогда расскажи что-нибудь другое. Что произошло в Англии за эти девять лет? — Драко судорожно искал тему для разговора, чтобы отвлечься от мысли, что Поттер стоял на расстоянии вытянутой руки от него. — Меня здесь долго не было. — Я отвечу, но… — гриффиндорец хитро прищурил глаза, кривая ухмылка прорезалась на губах. — Поправь меня, если ошибаюсь, но разве это не хозяин должен развлекать гостей беседой? — Туше, Гарри. Что ж… раз так — спрашивай ты, — легко «отдал мяч» ему Малфой. Поттер довольно улыбнулся. Ох уж эти аврорские замашки… Но едва ли Драко был против. Как раз наоборот — счастлив потворствовать желанию своего гостя узнать о его жизни. — Значит скульптор? Не ожидал, если честно. Когда Кингсли сказал, что именно ты возьмёшься за проекты, я даже не поверил. О тебе девять лет ничего слышно не было. — Я не думал, чем буду заниматься в жизни, — пожал плечами Драко. — При средствах моей семьи работать совсем необязательно. Но мне всегда нравилось рисовать. А после Хогвартса судьба занесла меня в Грецию, и там я впервые попробовал поработать с глиной. Попробовал, и когда всё получилось, поступил в маггловский университет Прикладных Искусств в Афинах на факультет визуального искусства, естественно, выбрав скульптуру. Учился, много работал, совершенствовался. Путешествовал. Теперь я не вижу для себя иной судьбы. Я люблю своё дело, — со всей искренностью признался он, не стыдясь. Он гордился тем, чего достиг и кем стал, сделав себя сам, без какой-либо протекции со стороны родителей. Поттер так пристально и с таким интересом ловил каждое его слово, что Драко бросило в жар. — Но сюда я и не думал возвращаться и не вернулся, если бы не приглашение Кингсли. А от такого предложения не отказываются, — выключив плиту, он, выудив из шкафчика тарелки и приборы, расставил их на столе. Разделив омлет на две равные части, Малфой разложил его по тарелкам. Пахло и выглядело всё довольно аппетитно. Это, конечно, не спагетти карбонара Карлоса, но тоже весьма неплохо. — Но неужели ты не скучал? Я часто задумывался взять порт-ключ и махнуть куда-нибудь далеко, к морю… особенно после войны, хотелось всё послать к дементору, — в голосе Гарри отчётливо прозвучала горечь и усталость. — Но сомневаюсь, что продержался бы так долго вдалеке от дома, друзей. — Скучал, естественно. Но я не ты, Гарри, — закатил глаза Драко, фыркнув. Вынув из холодильника графин с апельсиновым соком, он выставил его на стол к тарелкам. — Ты любимец всех и каждого в этой стране. А я — отпрыск Пожирателя Смерти. Весьма ощутимая разница, не считаешь? — насмешливо изогнул он бровь. — Тем более мне не к кому было возвращаться. Мои родители перебрались во Францию, а друзьями я как-то не обзавёлся. Здесь меня ничего не держало, в то время как весь мир был открыт! Я решил не цепляться за прошлое, былое величие моей семьи и прочие глупости, а идти вперёд. — Понимаю, — и Поттер действительно понимал, он видел это в его глазах. — Но теперь ты вернулся. — Появились весомые причины для этого, — пожал плечами Малфой и жестом пригласил своего гостя ужинать: — Присаживайся, Гарри. — Спасибо, — отозвался тот и занял место за столом, берясь за приборы. — Приятного аппетита, Драко. Малфой сглотнул. Собственное имя из уст Поттера обласкало слух, а фраза прозвучала так… обыденно, привычно, словно они до этого ужинали, обедали, завтракали тысячу раз. — И тебе, — тихо отозвался он, когда вновь смог говорить, переборов всплеск эмоций, и присел напротив. Ели они в тишине. Драко, неторопливо жуя, едва ли чувствуя вкус блюда, из-под ресниц наблюдал как шустро, экономно в движениях орудовал вилкой Поттер. Налив в стакан сока, он толчком пододвинул его своему гостю. Не отрываясь от своей трапезы, Гарри поймал тот в движении и жадно сделал глоток, запивая очередной съеденный кусок. Малфой хмыкнул и тут же наткнулся на вопросительный взгляд. — Ничего, — покачал он головой и, решив не смущать своего гостя, наконец, вплотную занялся содержимым своей тарелки. Когда всё было съедено, Поттер с довольным вздохом откинулся на стуле. — Было очень вкусно. Ни в какое сравнение со стряпнёй Кричера, — поморщился он. — Старый злыдень вечно то пересолит, то перца насыпает столько, что есть становится невозможно. Драко рассмеялся. — Вот уж спасибо, Поттер, за комплимент. С домовиком меня раньше никто не сравнивал. — Чёрт, — спохватился Гарри, с раскаяньем взглянув на хозяина дома. — Извини, Драко, я не хотел обидеть. Сам не знаю, что несу. — Расслабься — я просто пошутил. На здоровье. Рад, что угодил и переплюнул твоего домовика в готовке. Тогда, может, чаю? — Да, было бы здорово. Спасибо, — кивнул гриффиндорец. — Хорошо, — поднявшись из-за стола, Драко потянулся, чтобы заодно убрать пустые тарелки и стаканы, но его руку внезапно накрыла мозолистая и горячая ладонь Гарри. Драко будто шарахнуло молнией, послав заряды по всему телу. Колени едва не подогнулись, а все мысли испарились из головы. Он замер, как под Петрификусом. Дыхание встало комом в глотке. А сердце… сердце забилось так, что если бы он мог, то испугался бы получить сердечный приступ. Одно невинное прикосновение к руке, а у Малфоя словно пол из-под ног выбили и раскалили атомы в теле добела. — Подожди. Позволь мне, — едва ли расслышал, скорее, прочёл он по губам слова Гарри, обращённые к нему. Поттер не доставал палочки, не произносил заклинаний, но вся посуда, в одно мгновение став абсолютно чистой, взмыла в воздух. Впрочем, чистой стала и поверхность стола. Дверцы же шкафчиков между тем распахнулись, а когда стаканы, тарелки и вилки с ложками вернулись по своим местам, они снова захлопнулись. Совершенное владение беспалочковой и невербальной магией. Впрочем, это же Гарри Поттер… стоило ли удивляться? Вот Драко и не удивлялся. — Благодарю, — голос предательски сел, но он всё же нашёл в себе силы улыбнуться. Выдохнув и отцепившись от стола, в столешницу которого, как оказалось, он вцепился рукой до побелевших костяшек, Драко пошёл заваривать им с гриффиндорцем чай. За время пока он доставал чайничек, засыпал свежий чай, ставил кипятить воду, душевное равновесие вновь вернулось к нему в относительное спокойствие, перестав напоминать американские горки. — Поттер, а ты женат? — как можно более равнодушно спросил он. Стоя спиной, оказалось проще задать этот животрепещущий для него вопрос. Как-то не был Малфой уверен, что его излюбленные «маски» не сползут с лица под проницательным взглядом зелёных глаз. — Наверняка обзавёлся семьёй? — Нет, — после непродолжительной паузы, за время которой внутренности Малфоя начали покрываться льдом, ответил Поттер и добавил с горьким смешком: — Как выяснилось, мало кто готов делить меня с работой и терпеть постоянные отлучки из-за срочных вызовов. А я заместитель главы Аврората и обязан координировать работу оперативных групп, так что от этого никуда не денешься. — А как же младшая Уизли? — спросил Драко скорее просто из вежливости. Сказать, что он был счастлив услышать, что Поттер свободен от брачных уз — значит ничего не сказать. Да, он заметил, что обручального кольца тот не носил, но это ничего не значило. Теперь же, когда Малфой получил подтверждение из уст самого Поттера, дышать стало куда как легче. Гриффиндорец был слишком честен, слишком верен, и окажись у него выводок детей и жена, то оставалось бы Драко только мечтать, а так… дементор высоси его душу, да! В нём затеплилась надежда. — У нас с Джинни лучше вышло быть друзьями, чем любовниками. И она уже четыре года как Томас, а не Уизли. — Рад за неё. Но если работа так мешает твоей личной жизни, почему не сменить её? — не мог не спросить Драко и, набравшись храбрости, вновь развернулся к своему гостю лицом. Гарри так и сидел, откинувшись спиной на спинку стула. Расслабленно прикрыв глаза, он задумчиво рисовал загогулины пальцем на столе. Было заметно и невооружённым глазом, что ему вполне комфортно в компании Драко, а далеко не самое радужное общее прошлое осталось где-то за порогом или вовсе в том самом прошлом. — Наверное, потому что я хорош, как аврор, — без капли никому ненужной скромности ответил Поттер. Просто констатировал факт. — Лучше всего у меня выходит защищать. — Несомненно, раз уж тебе решили памятник при жизни поставить, — лукаво усмехнулся Драко, даже не сомневаясь, какую реакцию вызовут его слова. И та последовала — Поттер мгновенно скривился, словно проглотил горькую микстуру. — О, Мерлин! Самая идиотская идея, что только могли придумать, — в его голосе так и звенело раздражение. — Неужели не льстит? — Шутишь? — вскинулся Поттер. — Если бы не Кингсли, который, наверное, и эскимосов уговорит купить снег, драккла бы я согласился на эту глупость! А что, тебе бы, Малфой, польстило получить памятник в подарок? Вместо ответа Драко расхохотался. Гарри удивлённо уставился на него, но на его губах тоже появилась улыбка, а потом он и сам рассмеялся. Вид от души хохочущего Малфоя, который пару раз даже хрюкнул, не оставил его равнодушным. — Боюсь, Гарри, люди не оценили бы такой красоты, и какой-нибудь мой «фанат» разнёс бы его к чертям Бомбардой, — развёл руками Драко, отсмеявшись. — Хм… а это мысль, — протянул Поттер, постукивая с задумчивым видом пальцем по губам… а глаза при этом лучились смехом. Драко сощурил глаза и с подозрением взглянул на гриффиндорца, но весь эффект смазался, так как в эту секунду чайник разразился громким свистом, вскипев, и отвлёк его. Пришлось заниматься чаем: выключать плиту, заливать чайные листы кипятком. — Вот только попробуй испортить мою работу, Поттер, и Тёмный Лорд тебе зайкой покажется, — всё же пообещал он гриффиндорцу и медово улыбнулся. Тот «угрозе» внял и понятливо хмыкнул. — Пожалуй, не буду рисковать. — Чудно. Помни, ты пообещал, а теперь давай пить чай, Гарри, — разлив душистый напиток по чашкам, он подтолкнул одну из них гостю и словно между прочим добавил: — После чего обговорим, когда ты сможешь приходить и позировать мне. Ужас на лице Поттера, так и застывшего с чашкой в руках после его слов, нужно было видеть. — А это обязательно? — изогнув брови домиком, с обречённостью во взгляде и надеждой в голосе уточнил Гарри. — Да, — улыбнулся ему Малфой и потянулся к шкафчику, чтобы достать розетку с вареньем и скрыть полный предвкушения блеск своих глаз. Он собирался приложить все усилия, чтобы Поттер с охотой приходил к нему. — Обязательно.