Скульптор

Как обычно бывает после грозы, наступает затишье. Буря, слегка потрепав Лондон и выплеснув на его улицы ударную дозу дождя, ушла, и на небе, по-летнему лазурном, которое редко увидишь в середине сентября в Англии, засияло солнце. Лишь редкие тучи время от времени заслоняли его. Только Драко погодка не радовала. Точнее, он попросту не замечал, что творилось за окном. Попеременно то хмуря брови, то кусая губу, уже порядком истерзанную, он битый час или даже два, безответственно отлынивая от работы и «горящих» пламенем проектов, мерил шагами гостиную. Голова была полна мыслей. А точнее одной, практически философского толка, вроде: «быть или не быть». Или скорее: «пригласить Поттера на свидание или не пригласить». Пригласить хотелось. Можно сказать, это являлось его «розовой» мечтой с тех самых пор, как он умудрился влюбиться в Национальную Легенду. Да и вообще, нужно было с чего-то начинать. В конце концов у них, как у всякой нормальной пары, конфетно-букетный период должен был начаться. Должен ведь, да? Может это глупо, и по-девчачьи ванильно, и даже стыдно — в его-то возрасте о таком грезить, но Драко безумно хотел пережить этот этап. Ходить в кафе и рестораны, кино, на прогулки, может, в паб пропустить по стаканчику пива. Непременно маггловские, чтобы смешаться с толпой и не привлекать внимание. Быть как все. Наслаждаться обществом друг друга без оглядки на окружающих и их мнение, познакомиться на том уровне, как это делают пары. Впустить его в свой мир. Держать открыто за руку, впитывая её тепло, наплевав на чужое мнение, и игнорировать насмешливые фырки и закатывание глаз от Поттера. Смеяться и дразнить его. «А не отбивать у фанатов и не бороться за внимание с толпами его знакомых». Да, он эгоистично хотел Гарри в своё единоличное владение. Драко словно наяву увидел пригрезившуюся ему картину их свидания, и наверное, со стороны у него был совершенно неадекватный и глуповатый вид, но, на его счастье, посторонних рядом не наблюдалось. Поэтому он мог в своё удовольствие пускать пузыри и идиотски улыбаться во всю физиономию. Он вообще был счастлив с того момента, как отвоевал у Поттера право быть с ним. Счастье распирало грудь и заставляло то и дело улыбаться. После того кромешного ада, едва не стоившего ему седых волос, хронической депрессии и болезни печени от галлонов виски, что он влил в себя, действительность казалась ему сном. Но с услышанным от Гарри «да», хлипким, неуверенным, ничего не закончилось. Драко отдавал себе в том отчёт. Этого мало, чтобы без опаски смотреть в будущее. Малфой понимал, что на данный момент достаточно небольшого толчка, мелочи, ошибки… его ошибки, чтобы всё рухнуло в одночасье. Потому что влюблён из них двоих только он, Драко. Это он готов бороться, цепляться, прощать, но чтобы отношения устояли, нужны усилия двоих. Да, Малфой не гуру в данном вопросе, и отношения, которые мог бы назвать хотя бы с натяжкой «серьезными», в его жизни можно посчитать по пальцам одной руки. Но и идиотом, не сознающим хлипкие позиции, он не был. Поэтому впереди перед ним стояла новая цель — влюбить в себя Гарри. Заставить ценить себя, дорожить. Как? Пока не имел понятия. Но с чего-то надо было начинать. Прошло более суток с того момента, как они с Поттером расставили все точки над «ё», и, как Малфой предполагал, этого должно было хватить его визави, чтобы смириться и принять умом факт наличия Драко в своей жизни. А значит, самое время брать быка за рога и идти на свидание. И раз уж Гарри, по его заявлению, на подобную инициативу был не способен, с Драко корона не свалится самому всё организовать. Только стыдно признаться, он не то чтобы трусил… скорее просто не знал под каким «соусом» это подать! Точнее, как сформулировать приглашение. Как-то так получилось, что до сего судьбоносного момента приглашали именно его, а он снисходил и принимал приглашения. Удивительно, но факт. Даже когда познакомился с Карлосом, именно экс-любовник выступал инициатором их свиданий. — И что я ему напишу? — раздосадованный на самого себя бормотал Драко. — Как вообще приглашают на свидание? Так чтобы не выглядеть при этом косноязычным идиотом?! — этого ему хотелось избежать. Малфой тихо выругался, встрепал и без того всклокоченные волосы и сделал ещё два круга по гостиной. А зачарованный пергамент между тем лежал на кофейном столике и так и притягивал к себе взгляд. И казалось бы, чего проще — возьми да напиши, пригласи куда-нибудь Поттера! Только присущая Драко самоуверенность внезапно улетучилась. — Поттер, я решил, что нам надо сходить на свидание?! Или — Гарри, ты говорил, что прогулок и ужинов при свечах от тебя не ждать, и я подумал… Чушь! Мерлин, какая чушь… — простонал Малфой, уткнувшись в собственные ладони. Он буквально падал в собственных глазах. Снова и снова. С каждой новой провальной идей, что посещала его. — Гарри, сходишь со мной на свидание? — Почему бы нам не сходить на свидание? — Гарри, идём на свидание! — Гарри, не соблаговолишь ли осчастливить меня прогулкой? Малфой истерически заржал, представив выпученные от удивления глаза гриффиндорца, когда тот прочтёт подобный высокопарный бред. Устало рухнув в кресло, он откинул голову на спинку. Драко казалось, что ещё немного — и он полезет в маггловский интернет за советом, как среднестатистический сопливый подросток. Да, настолько досада была велика, что он готов был пасть ещё ниже, настолько, чтобы консультироваться в амурных делах на форумах. Сказал бы ему кто об этом раньше — ни в жизнь не поверил. Но эта самая жизнь — штука, как выяснялось с каждым днём, сложная и непредсказуемая. Не скажешь, где споткнёшься. Тут можно и на ровном месте шею свернуть. — О-о, я ещё и философом становлюсь, — хохотнул Малфой. Но кто бы знал, что найти подходящие случаю и цели слова порой тот ещё квест на сообразительность. И вроде не дурак, а поди ж ты… Взглянув на девственно чистый магический пергамент, Драко тяжело вздохнул. А потом подтянул лист к себе и взялся за ручку. «Привет, Гарри. Есть минутка?» — быстро написал он, решив для начала выяснить, насколько сильно погряз в работе его аврор. Вдруг Драко тут с ума сходит, едва ли не по потолку бегает, планы настроил, а у Поттера там какие-нибудь очередные учения в самом разгаре, и он на месяц среди бурелома застрял. Но тут ему повезло. Ждать долго ответа не пришлось. Малфой сделал лишь вдох и выдох, когда по пергаменту побежали кривоватые строчки, написанные поттеровской рукой… и сердце, в груди сладко сжавшись на миг, тут же зашлось от стука. В вены плеснуло теплом от радости, охватившей его. Стало горячо. На сердце, в теле, в душе. «Привет, Драко. Минутка есть и даже не одна. Как раз собирался идти обедать». Драко на секунду замер от озарившей его идеи и неистового желания выдернуть Поттера к себе и пообедать вместе. Сейчас же! Немедленно! Правда, вспомнив, что из еды в доме имелась лишь пачка крекеров и банка засахарившегося джема, если не считать мумифицированной мыши в холодильнике, пришлось поумерить энтузиазм. Заглянуть в бакалею в период душевных метаний времени не нашлось. Так что как бы ни хотелось и не терпелось увидеть гриффиндорца, но лишать его законного обеда было бы слишком жестоко и эгоистично с его стороны. Но на будущее Драко сделал себе пометку. Чем больше поводов видеться — тем лучше. «А ты что-то хотел?» — уточнил Гарри, а Малфой сглотнул. Вот он и настал, момент истины. Не позволив себе и дальше сомневаться, он вывел чуть подрагивающей и даже малость вспотевшей рукой: «Я тут подумал…. Как ты смотришь на то, чтобы сходить со мной в кино?» «В кино? Сегодня?» — прилетело мгновенно. Видимо, Драко удалось удивить Гарри. «Да. Составишь компанию? А потом можно зайти куда-нибудь поужинать. Если конечно у тебя нет жутко важных планов на вечер?» Надо же, а всё оказалось не так сложно, как он представлял. «Если не грянет Апокалипсис и Тёмный Лорд не восстанет, я буду абсолютно свободен для всего вышеперечисленного. Звучит здорово. Так что я с удовольствием. Честно сказать, дракклову тучу лет в кино не был. Кажется, на втором курсе с Дадли и тёткой ходили. Но «Дадлик» объелся попкорна, его стошнило, и мы ушли, так и не досмотрев фильм». Драко рассмеялся, а сердце сжалось от нежности, когда он вспомнил того щуплого мальчишку, каким Гарри был в прошлом. «Это крайне печальный опыт. Но клятвенно обещаю не объедаться сладостями и не портить тебе просмотр фильма в этот раз. И заметь, никакой парадной мантии надевать не нужно. Да и вообще мантии. Я решил, что среди магглов меньше шансов, что тебя вдруг разорвут на сувениры. Но если что, не переживай — отобьёмся». «Ты мой герой, Малфой! Вот знаешь, у меня камень с души упал, как представил, что ты встанешь грудью на мою защиту», — ехидный Поттер — это что-то невероятное. Прочитав написанное, Драко громко, от души расхохотался. Казалось, он, как наяву, увидел кривоватую усмешку на любимых губах и увидел, как Гарри закатывает глаза. Мерлин… как же он соскучился! Прошли сутки, а Малфою казалось, что месяцы. «Так во сколько тебя ждать?» «К часам семи. Пойдёт? Может даже получится сбежать из Аврората пораньше. После службы загляну домой, а потом к тебе». Драко тут же бросил взгляд на часы. Стрелки показывали без четверти два. Значит, время в запасе имелось — это хорошо. Это очень хорошо! Потому что до встречи с Гарри неплохо бы ему привести себя в приличный вид. Вот как-то не хотелось, чтобы народ шарахался от него, а Поттер на их свидании усиленно делал вид, что с ним не знаком. Драко поскрёб недельную поросль на лице и криво усмехнулся. Встреть он себя нынешнего где-нибудь на улице, подал бы милостыню. Влюбить в себя, такого, Поттера… нет, Драко не настолько самовлюблён и уверен в себе. Конечно, по долгу службы тот встречал и не таких экземпляров, поэтому с воплем и не сбежал прочь, увидев Малфоя в жалком виде. Но только это совершенно не успокаивало. Самому Драко было чертовски стыдно. И ещё как! А Гарри нельзя не отдать должное, он даже не поморщился, когда субъект, очень похожий на оборванца из Лютного, признавался ему в любви. Малфой брезгливо передёрнул плечами. Выдержке Гарри оставалось позавидовать. «Да. В семь будет отлично. Я буду ждать», — ответил он. «Драко?» «Да?» «Это ведь свидание? Я правильно понимаю?» — появились строчки на пергаменте, и Драко замер. В эту секунду Малфой очень жалел, что не мог видеть своего собеседника. Не мог прочесть его реакцию. А хотелось бы. Но ему оставалось только гадать, какие чувства вкладывал Гарри в свой вопрос. Насторожен он, обрадован, удивлён. Или просто решил уточнить и принять к сведенью. «Да, Гарри. Это свидание», — не стал скрывать он, отписавшись ниже. «Когда ты говорил, что при желании сам всё организуешь, ты действительно не врал. Правда, я не ожидал такой быстрой инициативы… А ты время зря не теряешь, да, Драко?» — и пусть Малфой не видел выражения лица, глаз, не слышал голоса, но был готов поклясться, что Поттер улыбался в эту секунду. И возможно, даже находится под впечатлением. Он не стал отвечать на последний вопрос, считая, что все его действия говорят сами за себя. Вместо этого решил задать свой: «Ты не против?» «Нет. Не против. Я тоже не врал, когда сказал, что готов попробовать», — отписался Гарри, и сердце заполошно застучало в груди, стоило Малфою это прочитать. А чуть ниже появилась ещё одна строчка: «Но я стесняюсь спросить — а у тебя большие планы, Малфой?» Драко облизнул пересохшие губы и поёрзал на кресле. Он вновь и вновь перечитывал заданный вопрос, и будь он проклят, если это была не попытка флирта со стороны Поттера. Такая вот своеобразная. «О, ты даже не представляешь насколько», — подумал Драко. Только раскрывать карты преждевременно был не намерен. «Гарри, ты слышал одну мудрую маггловскую поговорку: «меньше знаешь, крепче спишь»?» — усмехнувшись своим мыслям, написал он вместо ответа на вопрос. «Намёк понял. Ладно, извини, ко мне тут кто-то усиленно ломится в дверь. Я даже слышу вопли. Мне надо идти спасать своего секретаря. Вечером увидимся». «Буду ждать», — только и успел повторить Малфой, прежде чем мерцание волшебного пергамента погасло — Поттер отправился разбираться с нагрянувшим к нему визитером. А Драко ещё какое-то время просто сидел, пялясь в одну точку, и бессмысленно улыбался. Пока не спохватился. У него свидание с Гарри!

***

Без четверти семь Драко стоял напротив зеркала в своей спальне, в последний раз критически рассматривал своё отражение и должен был без лишней скромности констатировать, что изъянов в своём облике и внешности не находил. Гладко выбритое лицо, лишившееся дикарского подобия бороды, волосы аккуратно причёсаны. Белый джемпер с V-образным вырезом, серые, дизайнерски слегка потёртые джинсы, ботинки. На запястье часы. Оставалось только накинуть пальто — и он готов. Наверное, почти ко всему: идти в кино, на ужин… покорять Поттера. Хотелось верить, что ему это удастся… Удастся сделать ещё один шаг в покорении своей персональной Джомолунгмы. Интересно, что бы Поттер сказал, если бы узнал, что Драко его сравнивал с Эверестом? Был бы польщён? Или в очередной раз решил бы, что Малфой спятил? На лице зеркального двойника отразился скепсис. Он тоже считал, что однозначно решил бы, что спятил. Драко усмехнулся. Сняв с вешалки пальто, он вышел из комнаты, закончив разом и с самолюбованием, и с сеансом психоанализа. И вовремя. В дверь постучали. Очень так характерно — эхо отразилось от стен, прокатившись по дому. Гарри как обычно напрочь игнорировал звонок, пользуясь старым добрым методом дать знать о своём приходе — кулаком о дверь. Драко сбежал по лестнице, на ходу накидывая пальто. Мельком взглянув на часы на стене, он довольно улыбнулся — было ровно семь. Минута в минуту. Распахнув двери, Драко встретился глазами с Гарри, и игравшая на губах улыбка стала ещё шире, стоило ему увидеть его. И пусть он не трепетная девица, но почувствовал тех самых пресловутых бабочек в животе. Один взгляд зелёных глаз вспугнул их. Сердце сжалось до сладкой боли в груди. Мгновенная эйфория. Мир оживал, расцветая красками. Видеть Гарри, видеть его кривоватую улыбку в ответ на его — о-о, это лучше любого наркотика! На какое-то мгновение они оба замерли, рассматривая друг друга. Или, в случае Малфоя, откровенно пожирая взглядом. Он в очередной раз убедился, что Гарри Поттер одуряюще красив. Хотя, наверное, ни пикси не догадывается об этом, не сознавая собственной привлекательности. Чёрные волосы были растрёпаны, но не так как обычно: было заметно, что их расчёсывали. Теперь они являли собой этакий художественный беспорядок, а не воронье гнездо. Несколько прядей падало на лоб, оттеняя и привлекая внимание к зелени глаз, не прикрытых линзами очков (новыми Поттер так и не обзавёлся). И к красиво очерченным твёрдым губам. Оделся Гарри в том же стиле, что и Малфой. Только на контрасте в чёрное. Кожаная куртка, лёгкий джемпер, джинсы, ботинки на толстой подошве. Ему шло. И это ещё слабо сказано. Они стояли всего в шаге друг от друга, и Малфой жадно вдыхал горьковатый, с древесными нотками аромат парфюма Гарри. Драко сглотнул слюну, а затем, послав к дементорам выдержку, шагнул порывисто вперёд, впечатывая себя в гриффиндорца и накрывая губами его рот. Целуя жадно. Выплёскивая в него все, что чувствовал в эту секунду. И это был поцелуй не: «Привет. Я рад тебя видеть», а: «Ты сводишь меня с ума. До боли тебя хочу». Гарри оцепенел. Видимо, не ожидал такой прыти от Малфоя. Но оторопь его длилась всего секунду, а потом он ответил… и Драко просто потерялся, стоило почувствовать, как сильные руки обнимают его, сжимают в объятии, а губы со вкусом лайма и текилы перехватывают контроль, подчиняя себе. Драко, как пробку из бутылки, вышибло из реальности в открытый космос. Сколько они целовались, стоя на пороге его дома у всех на виду, Малфой не имел понятия. Минуту? Две? Час? И если бы не дракклов драндулет, прогрохотавший по дороге, он не отказался бы продолжить в том же духе, наплевав на все их планы на сегодняшний вечер. Но Гарри отстранился, мгновенно обернувшись на громкий звук, сгруппировавшись так, чтобы прикрыть собой Драко, если понадобится. Боевой аврор на службе — боевой аврор всегда. Правда, убедившись, что это не нападение толпы Пожирателей или опасных тварей, а всего лишь старая колымага, которую давно пора сдать на металлолом, он вновь обернулся к Малфою. — И тебе, привет, Драко, — голос Поттера звучал ниже, грубее обычного, когда он заговорил. — Если, конечно, это был твой «привет». Дыхание его было прерывистым, тяжёлым, а губы припухли и покраснели. Взгляд потемневших зелёных глаз завораживал. Просто эротическая мечта, а не человек! — Не совсем, — признался Малфой. Его голос тоже заметно сел. Тело всё ещё потряхивало, а в голове царила каша. Развезло его неслабо. Пришлось постараться, чтобы дар речи вернулся, как и мыслительный процесс. — Но я должен был это сделать. — Должен? — Хотел. Настолько, что от холодного душа бы сейчас не отказался. Но, увы, пришлось использовать самовнушение, пытаясь обуздать оголодавшее либидо, напомнившее, что уже почти два месяца у него не было секса. Кажется, этот период войдёт в его жизнь как самое длительное воздержание за всю его сексуальную жизнь. Но Гарри стоил любых жертв и лишений. Плевать на любой дискомфорт, если рано или поздно он проснётся рядом с ним. Поправив удобнее стояк в штанах, Драко усмехнулся, заметив, что Поттер проследил взглядом за движением его рук. — Пользуешься новым положением? — проницательно предположил Поттер, вздёрнув бровь. — Именно, — расплылся в довольной улыбке Драко. — Я соскучился, — признался он, а затем быстро перевёл тему, не желая, чтобы его чувствительный на тему отношений собеседник почувствовал себя неловко. — А ты похвально пунктуален. — Издержки профессии, — ухмыльнулся Гарри. — Так какие у нас дальше планы? — Я ведь обещал тебе кино? Билеты я нам, к слову, забронировал. Сеанс начнётся через… — Драко бросил взгляд на запястье, — час. Поэтому предлагаю аппарировать к кинотеатру, выкупить билеты и прогуляться. Или можем зайти ко мне, подождать и попить кофе до начала фильма? — Прогуляемся. Я устал от четырёх стен, — сказал он. Гарри и бровью не повёл, на лице не дрогнул ни единый мускул, но что-то Драко подсказывало, что это не совсем правда. Неужели гроза тёмных магов боялся сейчас остаться с ним наедине? Не доверял Драко и тому, что он удержит себя в руках? Или себе? «Занятно. И многообещающе», — довольно подумал Малфой и, шагнув вперёд, вновь прижал к себе Гарри, обняв одной рукой за талию, а вторую сунул в карман, сжав волшебную палочку. — Позволишь? — Уступаю, — покладисто разрешил Поттер, обхватив плечи Драко. — Я, кстати, наложил Маскировочные Чары, так что нас не заметят. И когда только успел? Впрочем, это ведь Гарри Поттер. Чему тут удивляться?! Драко только покачал головой, не без восхищения взглянув на своего спутника, и с тихим хлопком аппарировал. До начала показа оставалось ещё достаточно времени, поэтому очереди в кассу как таковой не было. Поэтому, оставив гриффиндорца в холле, Драко отошёл выкупить билеты (отвоевав это право у Поттера, аргументировав это тем, что раз он пригласил его, то и ему платить), но из поля зрения Гарри не выпустил. Он видел, как тот с жадным интересом рассматривал пёстрые стенды с афишами, неторопливо бродя между ними. Его глаза возбужденно вспыхивали, хоть он и пытался это скрыть, взглядом скользя по яркому глянцу плакатов. Грозный аврор, национальная легенда магмира, в шумном, заполненном людьми холле кинотеатра, где сладко пахло попкорном, карамелью и лимонным моющим средством, превратился в ребёнка. Драко, расплатившись и забрав билеты, отошёл в сторону и продолжил наблюдать за ним. В этот миг он задумался о том, часто ли позволял и позволял ли вообще Гарри себе расслабиться? Если он радуется такой, по сути, банальной вещи, как поход в кино. Глядя на него, Драко начал в этом сомневаться. Малфой грустно улыбнулся. Он сожалел, что жизнь его любимого гриффиндорца сложилась так непросто. И это ещё мягко сказано. Да и сам он, привыкнув жить в ритме нон-стоп, где случалось то одно, то другое, не считал нужным баловать себя. Потому что жизнь не баловала. Что ж, теперь у Гарри есть Драко, и он вплотную займется его досугом. А когда Малфои за что-то брались, они делали всё по-максимуму. Гарри, почувствовав, что за ним наблюдали, обернулся и поймал взгляд Драко, направленный на него. И Малфой готов был дать на отсечение руку, грозный аврор смутился, постеснявшись собственного неприкрытого восторга. На секунду опустив глаза, Гарри тряхнул головой, словно избавляясь от наваждения, а потом решительно подошёл к Драко. — Билеты? — У меня, — Малфой продемонстрировал ему два глянцевых прямоугольника. — В следующий раз плачУ я, — безапелляционно заявил Гарри и для пущей убедительности сдвинул брови, нахмурившись. Видимо, чтобы Драко и не думал спорить. А тот и не собирался. — Как скажешь, — рассмеялся Драко, приподняв руки, «сдаваясь». — Я не против, — подтвердил и расплылся в коварной улыбке, заставившей Поттера мгновенно насторожиться. — Значит, следующее наше свидание с тебя, Гарри. Долгое мгновение Поттер пялился на Драко, сверкавшего в ответ широкой, абсолютно довольной улыбкой. А потом просто покачал головой, как бы дивясь ловкости, с какой им манипулировали. — Ушлый ты тип, Малфой, — не без восхищения проворчал Гарри. — Нет, «слизеринец» — это точно диагноз. Дашь тебе палец, а ты так и норовишь оттяпать руку. — Как и «львиные» замашки некоторых. Более того, «гриффиндорец» — это ещё и заразно, — подмигнул он Поттеру, хохотнув. — Потому что я готов рискнуть и поддержать любую твою затею. Гарри прищурил глаза и, склонив голову к плечу, окинул Драко взглядом. — Уверен, что не пожалеешь? — вздёрнул он бровь. — Не пожалею, — Драко говорил от чистого сердца — рядом с Поттером чувство самосохранения отказывало. За ним он и в жерло вулкана сиганул бы. Чертыхаясь и матерясь, но не медля и секунды. — Ладно. Твоя взяла. Будет тебе свидание. Но если что — я предупреждал, — и столько предвкушения отразилось в зелёных глазах, так лихо в их глубине отплясывали озорные пикси, что Малфой просто завис. Предвкушение и азарт вспыхнули в нём. Передались от Гарри. Тому явно что-то пришло занятное в голову. И хорошо. И пусть. Что бы это ни было — он с ним. — Так что мы будем смотреть? Малфой усмехнулся. — Не скажу. Имей терпение, Гарри. Над выбором на самом-то деле Малфой долго голову не ломал. Экшена у Поттера и на работе хватало вместе с боевиком, мелодрама — это слишком, арт-хаус ему Поттер не простил бы. Поэтому взял билеты на одну из комедий, которые пачками штампует Голливуд. Ему показалось, это самое то, чтобы приятно провести время и посмеяться над глуповатыми шуточками героев. — Прогуляемся? — предложил Драко между тем. Время до сеанса ещё было. — Пошли, — пожал плечами Гарри. И они действительно пошли. Недалеко от кинотеатра нашёлся небольшой сквер, туда они и забрели. На входе в крохотном павильончике купили по стаканчику кофе и неторопливо брели бок о бок. Аллеи были практически безлюдными. Вечерний сумрак разгонял свет фонарей. Было свежо, безветренно, спокойно. Хорошо. Где-то невдалеке гудели автомобили, слышалась приглушённая музыка и смех. Драко рассказывал Поттеру, как обнаружил кинотеатр и небольшой тупичок, куда можно было аппарировать не боясь быть обнаруженным магглами. Поттер удивился, узнав, что Малфой в этих окрестностях не бывал прежде, так что пришлось поделиться информацией о таком чуде маггловского изобретения как интернет. На просторах которого можно обнаружить много полезного, например, спутниковую карту Лондона, и узнать где и что искать. Гарри оказался под впечатлением, а Драко купался в его внимании. После чего они горячо поспорили на тему того, как безнадёжно прогресс в магическом мире отстаёт от мира магглов. Малфою, прожившему без малого десять лет вдали от магического сообщества, было что сказать на эту тему. Гарри внимательно слушал, а глаза лучились смехом. Когда же Драко спросил, что смешного тот нашёл в его словах, Поттер, не выдержав, и вовсе бессовестно расхохотался. Отсмеявшись, он заявил, что и представить не мог, что настанет тот день, когда ещё какой-нибудь чистокровный маг, кроме Артура Уизли, будет ставить магглов в пример волшебникам. И не просто какой-то там «чистокровный маг», а сам Драко Люциус Малфой. Ничего не сказать, очень «лестное» замечание. После чего, немного помолчав, усмехнувшись каким-то своим мыслям, Гарри вдруг сказал: — Таким ты нравишься больше, Малфой, — и добавил с нажимом: — Не меняйся. Драко, едва не споткнувшись на ровном месте, остановился. — Каким «таким»? — тихо спросил он. — Сумасшедшим? А что, отец и маман в глубине души давно были убеждены, что Драко спятил. Хоть и не признавались открыто. Гарри тоже остановился и прямо взглянул на Драко. — Прозревшим, — поправил он и продолжил задумчиво. — Лишившимся иллюзии собственного совершенства. Магглы, маги, Драко, но мы, прежде всего, люди. У одних есть магия, у других — технический прогресс, облегчивший жизнь. Плюсы и минусы… Знаешь, если бы все понимали, что отличия не делают кого-то из нас хуже, лишились убеждённости в своём совершенстве, можно было бы избежать войны. Когда заблуждается один — это печально, но не страшно. Страшно, когда таких толпы. А безумец, каким бы гениальным и могущественным он ни был, не так опасен сам по себе, чем когда имеет за спиной поддержку. Драко было трудно не согласиться. — Может ты не поверишь, Гарри, но отец пожалел, что поддержал в своё время безумца. И это случилось задолго до того, как тот воскрес благодаря Петтигрю. Признался мне как-то в одном разговоре. Только посчитал, что ему поздно менять сторону, как это сделал крёстный. Гордость не позволила признать ошибку. И страх за меня и маму. — Гордость и страх… — проговорил Гарри. — Что ж… это серьёзно. Я понимаю. Но не могу оправдать действия Люциуса. Драко и сам не мог оправдать, поэтому теперь он жил своим умом. После того что наворотил его дражайший родитель, сомневался, что мог бы его переплюнуть. Так что жил, как заблагорассудится, не принимая во внимание неодобрение Люциуса. А тому много чего в жизни Драко не нравилось. Чувства к Гарри в том числе. Как-то рара имел неосторожность зайти без разрешения в его мастерскую. Это он, конечно, сделал зря. Потому как наткнулся на скульптуры одного небезызвестного ему гриффиндорца. После чего у отца едва не случился удар. Когда его отпоили зельями, он устроил Драко допрос с пристрастием. Пришлось признаваться… а затем снова поить лекарством. Мама была не столь шокирована, узнав, что сын увлечён Гарри Поттером. Драко мог бы сказать, что отнеслась даже с каким-то пониманием. — Да. Гордость и страх. Они весомый сдерживающий фактор, но не всегда. Иногда цель стоит того, чтобы рискнуть всем, — окинув Гарри с головы до ног взглядом, ответил на это Драко. Гарри задумчиво посмотрел на Малфоя, который снова пожирал его взглядом. В серых глазах кипела гремучая смесь эмоций, и Гарри тонул в них. Слишком много, слишком сильно, чтобы остаться равнодушным. И конечно, не нужно было быть гением, чтобы понять о чём, или точнее о ком, говорил Малфой. Гордым тот был всегда, да и страх наверняка испытал, когда Гарри ворвался к нему с обвинениями, но вместо того, чтобы закрыться, уйдя в глухую оборону, обнажился перед ним до нутра. Рискнул. И это пугало Поттера. Хотелось защитить это белобрысое недоразумение. Даже от самого себя. Гарри понял, что не желал увидеть его сломленным. Сияющая, открытая улыбка, хитрый блеск глаз шёл ему больше гримасы боли и тоски, что он видел двое суток назад. Пусть и не был до конца уверен в том, что поступил верно, сдавшись под напором Малфоя. Но сравнив жалкую тень, что видел недавно и уверенного в себе, красивого парня, что стоял перед ним сейчас, на которого то и дело открыто бросали заинтересованные взгляды не только женщины, Гарри не мог отвернуться. Такая откровенная нужда, потребность — она подкупала. Он усмехнулся, а потом и вовсе рассмеялся. — Знаешь, я сейчас вдруг почувствовал себя практически Кубком по квиддичу. Драко на это закатил глаза. — Лучше бы почувствовал себя польщённым, — проворчал он, а потом глянул на часы и его перекосило. — Проклятье! Меньше десяти минут до начала! Шевелись, Гарри! Дружно развернувшись, парни припустили к кинотеатру. — Нельзя тебе доверять следить за временем, — попенял посмеиваясь Гарри. Ему было смешно и, несмотря на недавние мысли, странно легко на душе. — Ты меня заболтал! — возмутился тот на ходу. — Оправдания, Малфой, одни оправдания! — Это твоя вина! — А вот и нет. — А вот и да! Но на сеанс они успели и, сидя в тёмном зале, глядя на экран и таская друг у друга из коробок попкорн, время от времени натыкаясь на руку другого, чувствовали себя счастливыми. Для Драко в этом не было ничего удивительного, ведь рядом с ним был Гарри. А Гарри… он просто наслаждался, решив отложить анализ на потом.