Когда в глазах засияет счастье...

-Ладно, народ, вперед! Казалось бы, что такого в простой прогулке с друзьями? Правильно — ничего, вот только если эти люди для вас просто друзья. Очень сложно расслабиться и вести себя как обычно после не очень хорошего сна, готовясь к очень важному для вас шагу, при этом находясь в компании парня, от улыбки которого просто сносит крышу, и врага, что готов посмеяться над вашим провалом в любую минуту. Всю эту ситуацию усугубляет еще один человек, к которому начинаешь ревновать парня, олицетворяющего ваш предмет обожания. Каждый раз, когда они остаются вдвоем, хочется рвать и метать, а внутри что-то неприятно болит, будто бы сердце на кусочки рассыпается. Да, Торд не в лучшем состоянии. Под глазами мешки, но они пока слабо заметны, сами же глаза уставшие, не выражающие ничего, или же старательно, но безуспешно скрывающие порывы гнева и ревности. С самого выхода из дома, как солнце ударило по металлическим глазам курильщика, парень ходит как в воду опущенный. Менее чем за 24 часа он морально измотался так, что одного взгляда на лицо коммуняки достаточно, чтобы прочитать на нем усталость и желание отдохнуть от всего этого. Друзья гуляли по парку уже более часа. За это время они часто разделялись: то за мороженным ходили, то послушать музыкантов, но разделились в толпе, то кто-то не наелся мороженным и завтраком и потащил кого-то за собой в кафе. Из всего вышеперечисленного можно сделать один общий вывод — Торд ни разу не остался наедине с Эддом. В 2-х из 3-х случаях Мэтт куда-то забирал Эдда, и только в одном из случаев Эдд куда-то потащил Тома. Как же рогатого душила ревность, как он хотел вмешаться и побыть наедине с Эддом, да вот только трус на то он и трус, что не может решиться. Неожиданно может, но Ларссон смирился с ролью труса, уже не пытаясь прыгнуть выше крыши. Страх и любовь — чувства, показывающие реальные возможности человека, да и просто показывают его с другой стороны. Когда ближе к концу их прогулки в парке Мэтт потащил Эдда в кафе, сероглазый был особо зол. Это не могло не радовать Риджуэлла, по крайней мере так казалось рогатому. В свою очередь обладатель черных глаз никак не реагировал на состояние своего врага. Алкоголика этим днем меньше всего волновало состояние врага, который находился рядом целый день и был готов наброситься на кого-нибудь и избить до полусмерти или даже убить одним из самых изощренных и мучительных способов. В свою очередь гитарист пытался вникнуть в происходящее. Нахождение сероглазого рядом действовало как какой-то наркотик на обладателя синей майки (которой он, кстати, заменил на некоторое время свою худи), заставляя последнего все время сидеть в своих мыслях, хотя может это все из-за алкоголя. Странным было только то, что так происходило только в непосредственной близости с коммунякой, но сам Томас сваливал это на не желание находиться рядом, а придумывать что-то, чтобы только не находиться с ним рядом было лень. Пока Ларссон всячески скрывал свой гнев ревность, Том просто наблюдал без каких-либо эмоций на лице, да и вообще как-то отстраненно. Его это не касается, хотя раньше его это забавляло, что же сейчас? Надоело? Скорее всего. Может разбитое состояние его врага вернет прежний интерес, наблюдать за страданиями самого ненавистного ему человека. Поразмышляв на эту тему добрую половину дня, алкоголик решил ускорить процесс «морального уничтожения» коммуняки, так как Риджуэллу до жути надоело наблюдать за нерешаящимся и краснеющим врагом. Да, вспышки гнева и ревности в какой-то степени забавляли, но уже не так, как то было раньше. Вот уже находясь на пляже, последнем месте из списка, который составили Мэтт и Эдд, гитарист кладет руку на плечо голубоглазого и кивает головой в сторону. -Мы можем поговорить? -Да, конечно! Рыжеволосый парень улыбнулся черноглазому другу и они вместе удалились в неопределенном направлении, оставляя рогатого с кололюбом наедине. «Если ты ему сейчас не признаешься, то я тебя самолично придушу. Когда это я ему вот так помогать еще буду? А хотя… я делаю это не для него, просто чтобы насытиться его разбитым состоянием сразу после отказа Эдда. Насколько хорошо они не общались бы, Эдд не чувствует ничего к этому коммуняке, но и сказать, что он не педик тоже нельзя, уж больно близкие у них с Мэттом отношения…» — пока гитарист молча шел, обдумывая весомую причину, почему он попросил нарцисса пройтись с ним и поговорить наедине, да так, чтобы после первых же слов он не побежал обратно к Эдду, голубоглазый парень так же молча шел с алкоголиком, но его мысли были забиты другим, а точнее тем, что Эдд сейчас с Тордом вдвоем. Да, кареглазый для нарцисса не просто хороший друг. Харгвиз любит подолгу обнимать этого человека, говорить и находиться рядом, при этом не чувствуя ни капли смущения между ними, просто смотреть на улыбку друга и самому улыбаться, иногда замечая, казалось бы, те же чувства со стороны кололюба, но парень до сих пор не уверен, взаимны ли его чувства, поэтому просто продолжает быть рядом и наслаждаться каждой минутой. Но он не слеп, как могло показаться с самого начала, просто не придает значения мелким деталям, но в данный момент он вспомнил вчерашний вечер, отражение глупой физиономии коммуняки у себя в зеркале, которой так и не предавал значения до этого момента. Только сейчас до нарцисса начало доходить, что возможно Ларссон не ровно дышит к Гоулду, а тот факт, что они сейчас вдвоем еще больше напрягал и Мэтт не выдержал. -Так, о чем ты хотел поговорить? Лицо голубоглазого исказила фальшивая виноватая улыбка, за которой он хотел спрятать свое беспокойство. Алкоголик на это только хмыкнул и, заметив, что они достаточно далеко отошли, решил задать несколько вопросов, которые, как казалось последнему, вполне задержат и разъяснят ситуацию, сложившуюся между Мэттом и Эддом. -Ты ведь любишь Эдда? -Да. -Так просто… -Мне нечего скрывать. Такой простой, уже с искренней улыбкой, рыжеволосый парень смотрел на своего друга, немного не понимая, почему его об этом спрашивают. -Между вами что-то есть? -Нет… как мне кажется… Нарцисс опустил грустный взгляд, явно огорченный, но в миг натянул фальшивую улыбку и снова посмотрел на друга, но избегая контакта газами. -Странно… -Почему? Гитарист достал из кармана шорт свою фляжку с излюбленным алкоголем и открыл крышку, заглядывая во внутрь и немного взбалтывая перед тем, как сделать глоток, но прежде ответить своему собеседнику. -Ну, вы с Эддом очень близки, иногда кажется, что еще чуть-чуть и вы целоваться начнете. Мэтт с широко открытыми глазами смотрел на алкоголика, который уже делал заветный глоток горького и обжигающего горло напитка. Отведя взгляд куда-то в сторону, Том просто стал рассматривать окружение: все то же море, тот же пляж, тот же город, но на значительном растоянии от своих друзей. Так парни простояли минуты 3, пока Том не предложил вернуться, посчитав, что коммуняке было дано достаточно времени, чтобы признаться, да и что Эдд его уже отшил. Впрочем, все почти так и было. Как только друзья ушли достаточно далеко, кололюб лишь пожал плечами, печально смотря в сторону уходящих Тома и Мэтта, а после предложил рогатому сходить за мороженным для себя и друзей. Торд слабо кивнул слабо веря в то, что Том ему помогает, как это показалось коммуняке. Его переполняли эмоции: радость, страх, волнение, смущение, неуверенность… На пляже негде было купить мороженое, поэтому ребята решили зайти в кафе и заказать мороженое там. Всю дорогу к кафе ребята шли молча, Эдд мысленно подбирал вкус мороженного, которое понравилось бы Мэтту, заодно и Тому, а Торд пытался придумать, как начать разговор, но с каждой секундой все больше себя гнобя за трусость и не способность просто сказать Эдду все как есть. Пришел в себя Торд только тогда, когда они уже стояли в кафе и заказывали мороженое, а именно голос Эдда вывел Торда из раздумий. -Ты какое будешь? -Э… ну, ванильное наверное… -Ладненько, 2 ванильных и 2 шоколадных с бананом! -Минутку, сейчас все будет. Кассирша мило улыбнулась и начала раскладывать шарики мороженного в рожки. После Эдд заплатил за мороженое и они с Тордом вышли. Эдд нес в руках свое мороженое и Мэтта, Торд оставшиеся два. Уже сидя под зонтом, который ребята притащили из дома рогатого, Эдд уплетал свое мороженое, предварительно поставив мороженное нарцисса и гитариста в стаканчики и на песок, который под зонтом был достаточно холодным. Торд же медленно ел свое, иногда поглядывая в сторону друга, но отводя взгляд и краснея. Один из таких взглядом заметил Эдд. -Эй, Торд, ты в норме? Ты весь красный, жарко? -Нет, просто… Вот он, идеальный момент, которого так ждал коммуняка. Не долго думая, сероглазый повернулся к кололюбу с серьезным лицом, слегка покрытым румянцем, и поцеловал друга. Эдд не опешил, нет, он просто оттолкнул друга. Уже взглянув в глаза рогатого кололюб понял, что к нему не ровно дышат, да и раньше его друг себя странно вел. Торд отстранился, а Эдд тяжело и с горечью вздохнул, смотря на свое мороженное, подбирая слова, чтобы не сильно задеть друга, но дать четко понять, что у них ничего не выйдет. Вот уже через пару секунд Эдд поднял грустный взгляд на обладателя металлических глаз. -Прости, Торд, но у нас ничего не выйдет. -П-почему? Предательский голос, звучащий так жалко, когда дрожит. В горле ком, да такой, что даже одно слово Ларссон еле выдавил из себя. -Потому что я не могу ответить на твои, чувства… я… Эдд замялся, отведя взгляд, ведь за ними наблюдали, да и для самого Эдда последующие слова будут как признание. -Я люблю Мэтта. Прости. Эдд попытался улыбнуться, но не смог. Ему было плохо просто от того, что он сделал больно другу своим признанием, но это лучше, чем заставлять его страдать, питая надежду на отношения, которые невозможны, по мнению кололюба. В свою очередь Том и Мэтт уже вернулись и застали ту сцену с поцелуем, а нарцисс от последних слов был просто шокирован, но рад. -Эдд… Рыжеволосый подошел к возлюбленному и обнял его, не решаясь его поцеловать, особенно на глазах у друга, что так же неровно дышит. -Ну… что же, будьте счастливы. Рогатый встал и поплелся ближе к воде, а там уже сел на горячий песок, но немного остывший от приливов, которые иногда обдавали прохладной водой ноги парня, который, кстати, уже находился в одних плавках. Сказать, что девушки были безума от горячего тела норвежца — ничего не сказать! Эдд и Мэтт так же были в плавках, а Томас решил оставаться в майке, плавать он не особо горел желанием, да и загорать тоже. С каждой минутой народу на пляже становилось все меньше и меньше, а Торд по немногу отходил от отказа, пока снова не натянул свою привычную улыбку и не направился к своей сумке, в которой лежали сигареты и шарики (интересно же, зачем последние?)), так же зажигалка, кошелек и другие вещи. Достав незаметно из рюкзака шарики, коммуняка куда-то направился. В свою очередь Том не особо получил удовольствие от недолгого разбитого состояния врага, из-за чего он сидел под зонтом и ел свое мороженое вместе с друзьями. Через какое-то время Эдд встал и подошел к воде, любуясь немного неспокойной водой. Уже был закат, песок понемногу начал остывать, а вода еще полчаса будет теплой. Закрыв глаза и раскинув руки, кололюб наслаждался моментом. Зарывал ноги в мягкий, слегка теплый песок, иногда бросая взгляд на закат. Он закрыл глаза, наслаждаясь морским бризом, иногда подрагивая от сильных порывов ветра или от прилива, что мягко омывал его ноги, забирая с собой песок, заставляя кололюба снова зарывать ноги в песок. Вот мы и вернулись в начало, а точнее к тем «дружеским» словечкам, которыми перекидывались парни. К тому, как Эдд вспомнил все, произошедшее за эти пару дней, но все же улыбнулся тому, что норвежцу уже лучше, вот только их с гитаристом крики вынуждали кололюба вмешаться и разнять эту давно привычную для всех перепалку, по которой невольно начинаешь скучать, если заклятые враги либо не видятся вообще, либо ведут себя слишком тихо в присутствии друг друга. Невольно Эдд вспоминает фразу:"От ненависти до любви один шаг, так же и наоборот…» Тяжело вздохнув, Эдд подошел к друзьям и театрально кашлянул, привлекая к себе внимания «мило» общавшихся друзей. Оба в миг замолчали. Торд лишь сел под зонт, победно улыбаясь, а Тому пришлось снять майку. Пока Эдд стоял около воды и наслаждался вечером, Торд вернулся с шариком, наполненным водой, и кинул его в Тома, что и вызвало конфликт. Вся майка гитариста и слегка волосы были мокрыми. Сидеть так алкоголик не хотел, поэтому он снял майку и хорошенько выжал, положил на еще теплый песок, куда все еще светило солнце, от которого уже не спасал зонт, и лег на спину, смотря на плывущие по небу облака. Эдд облегченно вздохнул и посмотрел на Мэтта, что так же облегченно вздохнул и благодарно посмотрел на своего возлюбленного. Осознание того, что чувства нарцисса к кололюбу были взаимны, делали первого неописуемо счастливым, из-за чего так и хотелось впиться в жадном поцелуе в губы Гоулда и наслаждаться ими, но его пыл усмерял Торд, о чувствах которого нарциссу было известно и только из-за этих дружеских отношений не хотелось делать другу еще больней. Так друзья провели на пляже не более 10 минут, так как начало холодать. Тому пришлось идти в еще не до конца высохшей майке, из-за чего она прилипала к спине и торсу парня, а на спине чувствовались песчинки, которые создавали еще больший дискомфорт. За это время парень успел пожалеть о том, что положил майку на песок, мало того, что она не высохла, так еще и песок добавился. Помимо этого алкоголик был огорчен, что его враг так просто смирился с тем, что его отшили. Сам же Торд старательно боролся с желанием взять сигарету и закурить, из-за чего, впрочем, и язвил своему «другу», уже вполне понимая, почему тот «помог» ему остаться с Эддом наедине, просто хотел посмотреть на страдающего коммуняку. В свою очередь Эдд и Мэтт преспокойно общались друг с другом, как это и было всегда. Вот только теперь улыбка кареглазого вызывала ноющее чувство в груди рогатого. Последнему ясно дали понять, что эта улыбка адресована не ему и никогда не будет. Уже в доме друзья разошлись по своим комнатам, хотя нарцисс еще долго сидел у кареглазого в комнате, но у них ничего дальше объятий и поцелуев не зашло, так как Эдд был морально не готов. В свою очередь, Том сидел в комнате на кровати и смотрел в окно. Сна не было ни в одном глазу. Сразу по возвращению домой, гитарист переоделся в сухие вещи, а точнее одел свои черные джинсы с синей худи. Он и не собирался спать, поэтому, как только в доме все затихли, черноглазый взял свою гитару и направился на улицу. Погода была хорошей, в том смысле, что не было дождя или сильного ветра. На небе сияли звезды, но так же без луны, которая, если верить астрономии, появится только к концу этой недели. Света от звезд было мало, но привыкшие к темноте глаза не нуждались в дополнительном свете, поэтому Риджуэлл без труда мог различить предметы, окружающие его, ну, почти без труда. Возле дома Ларссона был небольшой сад, что являлся частью территории, но сидеть там и играть на гитаре алкоголик не хотел, мало ли кто проснется посреди ночи и решит открыть окно и услышит, как кто-то в саду играет, или же он своей игрой кого-то разбудит. Он не особо горел желанием иметь слушателей, скорее он просто хотел побыть один, поиграть на гитаре там, где его никто не услышит, выплеснуть все свои чувства и эмоции через эту игру. Да, это то, что сейчас было необходимо Тому. За последние время он будто бы испытал чуть ли не все чувства, которые может испытать человек, но умело все это держал в себе, не без помощи алкоголя. И говоря «за последнее время» я не имею ввиду последние дни, нет, они были скучными и не особо веселыми по мнению Риджуэлла, помимо этих дней были события вызывающие и восторг, и огорчение, и смятение, но все это было лишь внутри. За последнее время… с момента последней его игры на гитаре. За это время они с Эддом и Мэттом пережили немало приключений, порой выходящих за рамки разумного, но так даже веселее. Прошел ровно месяц. И вот сейчас он идет по темной улице, редко освещаемой фонарями, но достаточно часто встречает людей, подростков и просто молодых людей, что явно любят ночные прогулки со своей компашкой. Алкоголика мало волновало количество людей на улице, он не собирался там играть, он ищет более удаленное и тихое место.