Глава 70
21 апреля 2025 г., 00:00
Люди полагают, что время – это чёткая последовательность причин и следствий, но с нелинейной объективной точки зрения оно больше похоже на огромный шар колеблющегося, волнующегося вещества.
Доктор Кто
Пересказав специалистам всё, что видел, я наглядно убедился, что об Акве и её посланцах знают буквально все – если нас опрашивали как обычно, то есть вежливо и дотошно, то к её мнению прислушивались и явно старались угодить. – Этот медальон, – жевала она вкусную мармеладку, – изначально был создан для обмена умениями. Особенно полезно для магов, позволяет буквально залезть в шкуру наставника и посмотреть, как правильно использовать энергию. К сожалению, есть побочный эффект – без него переселение душ необратимо... А пряники у вас есть? – Найдём, – пообещал следователь с лисьими ушами. И правда – нашёл! Кого-то куда-то послал, и вскоре целый пакет принёс! В общем, пока мы под руководством обученных людей вспоминали мельчайшие подробности, Аква рассказывала погрустневшему стражнику о своём культе и предлагала ему туда вступить. Мой же дознаватель, глядя на всё это, говорил несколько иное: – Вы теперь важные свидетели, – стучал он папкой с бумагами, – обязательно приходите в суд, такая тварь должна получить по заслугам! И кивал на Максвелла, которого врачи окружили. – Придём обязательно, – пообещал я и продолжил перечитывать протокол. Ну дела-а...***
Закончилось всё ближе к ночи – поместье опечатали, рыцари потихоньку начали расходиться, ну и подбросили нас до дома. Казума и Даркнесс, правда, подбрасываться отказались, и, взявшись за руки, пошли гулять по ночному городу, а вот мы с Аквой, наоборот, обрадовались – нас-то романтика не грела, а Виз и Мицуруги покинули поместье раньше и помочь не могли. А тут ещё один из рыцарей заверил, что когда-то жил в Акселе и знает короткую дорогу... В общем, согласились, и вот – латная перчатка задевает плечо, пространство сжимается, точки вытягиваются в линии… Вжух, и вместо гобеленов ржавая калитка. – Нет, ну ты видел, видел? – бурно жестикулировала Аква, смешно подпрыгивая и забегая в дом. – Настоящий Истинный Демон! Какой-то, правда, бракованный, но всё равно! И как толстяк его призвал, уму непостижимо! – Меня другое интересует, – шёл впереди я, открывая перед ней все двери, – почему Максвелл? Максвелл – человеческий учёный, автор одноименного мысленного эксперимента, а этот... Их народ тоже, что ли, за Землёй следит? – За Землёй кто только не следит, но думаю, это прозвище, а не настоящее имя, – накручивала волосы на пальчик богиня. – Возможно, он когда-то был на Земле, прочитал про него, впечатлился, ну и вот... – Ясно... И что с ним теперь будет? – Депортируют на родину, а дальше пусть Владыка Монстров разбирается – это уже не наши проблемы! Мы как раз подошли к столовой, и я осознал, что, хоть и шёл впереди, но маршрут задавала Аква. – Так, слуга! – позвала она, и лич соткался из трёхмерной тени. – Сделай-ка нам вечерний чай! – Сию минуту, – поклонился он, и поспешил к полочкам. Усевшись за стол, богиня вытянула ноги и качнулась на стуле. – Странно только, что простым стражникам про меня рассказали, – сняв тапочки, шевелила носочками она. – Видал, как они в рот мне заглядывали? Явно знали, с кем говорят! – Может, им просто сказали, что ты эксперт в древних технологиях, ну или ещё что, – предположил я. – Мало ли способов намекнуть? – У-у-у, вот умеешь ты радость обломать... Киле поставил перед нами чай и ещё раз поклонился. – Презентация земной технологии отменяется, я смотрю, – недовольно поморщилась богиня. – А, хотя, правильно, это надо на свежую голову делать. Пошли спать, Александр! – Да, засиживаться не буду, – тянулся за мёдом я. Допив чай, Аква бодренько ускакала к себе, а я остался мыть за ней посуду, поглядывая на Киле, который после ухода хозяйки сел за стол и уставился в пустоту. Вода тихо шумела, тарелки звенели, а в кладовой кто-то шуршал коробками – разговор с личом как-то не клеился. – А вы и спите вместе уже? – понимающе протянул он. – Сдаёшь, дружище, – хмыкнул я, не желая сдаваться, – у этой шутки борода отсюда и до океана, не смешно уже! – Прости, прости, – поднял руки он, – я понимаю, конечно... Просто смотрю на вас, и вспоминаю нас... Мы ведь также с ней разговаривали... Вместе... Думали... Голос его становился тише, и в какой-то момент я понял, что лич тихо плачет, от боли царапая лицо руками. Я не знал, что делать, и что сказать – и потому просто замер, мрачно сдвинув брови. Хотелось как-то его поддержать, подбодрить, но мысли разбегались в разные стороны, и я проглотил непрошенную и неуместную банальность – иногда лучше промолчать… Ничто не нарушало тишину, и в какой-то момент лич успокоился. – Береги их всех, – напоследок обернулся он и растворился в тенях. Я остался один, и, тихонько домыв последнее блюдце, пошёл к себе. Усталость брала своё, и я упал на кровать лицом вниз. Эх, Киле...***
Поутру инцидент не казался таким уж страшным, и я отправился к Акве за консультацией. – Эмоции обостряются, это хорошо, – заявила она, – значит, гормональная система снова работает! Сейчас важно показать ему, что жизнь продолжается и помочь пережить горе! На том и закончили – Казума прибежал, позвал на демонстрацию своего изобретения. Переглянувшись, мы только руками развели, ну и за ним пошли – а он всех уже обошел, и на кухне, стало быть, собрал. Адская машина занимала четверть стола и состояла из множества деревянных колёс, трубок, и ручки от мясорубки. Последнее не внушало должного эффекта, но в талантах товарища я не сомневался и потому сомнения держал при себе. – Итак, друзья, – привлёк он внимание толпы. – Представляю вам пресс для изготовления особой игрушки для детей и взрослых! Названия у неё пока нет, но предложения принимаются! Ну и ручку начал крутить. С замиранием сердца мы глядели, как из-под двух крутящихся шестерней вылезает пупырчатый кругляш немного рваной формы. – Вот! – торжественно провозгласил изобретатель. – Ну поздравляю, Казумусик придумал пупырчатую плёнку, – зевнула Аква, – которая изготавливается на мануфактурах Бельзерга с десятого года... – О, нет, дорогие зрители, – не растерялся инженер, – плёнка грубая, некрасивая, и трудно лопается, а со временем приходит в негодность! Моя же идея состоит в том, чтобы сделать её разноцветной, яркой, а главное – постоянной! – Хм-м, – взяла кругляш Даркнесс. «Тык-пык» – лопнула она пузырьки. Вот только плёнка-то оказалась не простой, а из вогнутого полиэтилена, так что тыкать её можно было до бесконечности... – Этот образец я переплавил из отходов, – пояснил Казума под непрекращающийся «пык-пык», – поставим сюда мотор, зальём нормальный полиэфир, и будем получать по сотне таких в час! – Выставим прототипы в лавке, – предложил я, – потом, если что, посмотрим... Блин, дайте мне тоже, у меня стресс накопился! – У нас на всех есть! – успокоил Казума, раздавая кругляши. Минуты две все стояли и лопали пузырьки с одухотворёнными лицами, но потом прекратили, конечно – и надоело, и дела надо было делать. Первой ушла Вольбах, за ней увязались куклы, ну и остальные ждать не стали – разбрелись кто куда. Даркнесс и Казума разбирали свою машину, Мицуруги собирался варить лапшу, а мы с Мегумин одевались, чтобы пойти в мастерскую и сделать какую-нибудь полезную вещь – например, сырьё для нашего проекта. И вот, забрав кругляш и поправив шапки, отправились мы в путь...***
За ночь ударил мороз, и в преддверии зимних праздников город украшали дополнительной иллюминацией – неудивительно, что Казума решил устроить романтическую прогулку, смотрелось это всё, должно быть, здорово. На это замечание Мегумин ответила, что, зная Казуму, решила, скорее всего, сама Даркнесс, а он только настроение создавал, и за ручку её держал. – Ну, главное, что кто-то из них решился! – смеялась она, пихая меня в бок. Так мы до лавки-то и дошли, а там какие-то незнакомые дети строили снеговика, подогревая снег сырой магией и накатывая шар высотой с себя. Учитывая, что катали они у входа, я очень даже радовался, ведь лишние сугробы мешали клиентам, а вот снеговик, наоборот, людей привлекал... Впрочем, ничто не привлекало их лучше мангала, в котором трещал огонь, и от которого исходили разные вкусные запахи – а это мы устроили в лучшем виде. – Привет, босс, – махнула веером суккуба, когда мы проходили мимо неё на веранду. Стояла она так, чтобы каждый взмах отправлял дымок на дорогу и окучивал наиболее голодные слои населения. – Привет сотрудникам, – салютовал я в ответ. Признаться, что забыл её имя, не позволяла совесть, но выкрутиться, кажется, получилось. А в помещении на меня налетел ураганчик – загоревшая Нишка с баулом и чемоданом. Рожки её скрывала панамка, а шорты до колен угрожали простудой, но из баула торчал меховой капюшон, и я был спокоен – в нашем случае здоровье точно не приносилось в жертву моде. – Учи-итель! – пищала она, хватая меня за руку и отчаянно встряхивая. – Я верну-улась! – А мы тебя в газетах видели, – похвалила её Мегумин. – Ты говорят, какое-то место заняла? – Первое! – похвасталась демоница. – У меня, кстати, для вас подарки! И полезла в баул, доставая оттуда иностранные шоколадки. – Вот, это тебе, это тебе, – по очереди выдавала гостинцы она, – настоящий эльфийский шоколад! – Спасибо! – от души поблагодарил я, шурша фольгой. – Вкусно! – откусила свою долю Мегумин. – Ладно, мы сейчас всякие пластиковые штуки делать будем, хочешь с нами? Просто посидеть поболтать, я имею в виду – помогать не надо! – Не-е, спасибо, – высунула язычок она, – я только с повозки, устала очень! Пока, учитель! – Пока-пока! – улыбался вслед я. Проводив суккубу, мы поднялись на второй этаж, и я уже полез в карман за ключом, но вдруг расслышал в лаборатории какую-то возню: – Давай быстрее! – шипением торопила кого-то Аква. – Они скоро вернутся, и нам каюк! Ответ я не разобрал, но с той стороны что-то булькнуло и захлюпало, как бывает, когда мокрой шваброй по полу водят. – А я говорил, что надо аккуратнее, – ворчал Киле. – Вот, сполосните пока лобзик... Вставив ключ в замочную скважину, я нарочито медленно его повернул. Пружины щёлкнули, предрекая незадачливым шпиёнам скорую гибель, и я аккуратно толкнул дверь... Аква застыла, как олень под фарами – и я тоже замер. – Вот это да! – оглядывала комнату Мегумин. Потому что уделано было всё! Брызги, пятна и разводы покрывали пол ровным слоем, и я даже восхитился этой способностью изгваздать то, что изгваздать нельзя в принципе! – Зато формы сделали! – оправдалась Аква, делая шаг вправо и показывая заставленный заготовками стол. Я молчал, нагнетая обстановку. Щека почти дернулась, но я держался! – И списочек нормальный дописали, – протянула она бумажку, втягивая голову в плечи. Вспомнив, как Казума бил её газетой, я не выдержал и снова погладил её по макушке: – Молодцы! Ладно уж прощаю – одно дело делаем! Предупреждайте просто в следующий раз... – Уи-и, – мило сжала плечики она, – за работу, мои верные слуги! – Вот кому надо причёску госпожи делать, – ворчала Мегумин, поднимая с пола упавший картридж фильтра. – Настоящая принцесса, только избалованная! – Нья-ха-ха! – окончательно вошла в роль Аква, и я понял, о чём буду говорить с Аруэ. «Влияние японской анимации на формирование литературных архетипов раннего Норса» – звучит, а? Вот и я думаю, что звучит. Помотав головой и отбрасывая ненужные мысли, я сосредоточился на задаче – Аква хочет сверх-жесткий пластик из зубов дракона? Будет ей пластик! В конце концов, алхимик я, или погулять вышел?***
Закинув на плечо палку-мешалку, я обходил кипящие котлы, а Мегумин положила голову на стол и провожала меня скучающим взглядом. Аква готовила черпак и протирала формы тряпочкой, а Киле читал журнал, иногда восклицая что-то вроде «оу!» – словом, происходила спокойная, размеренная жизнь... – Всё! – провозгласил я, выждав необходимое по рецепту время. Мегумин раскрыла глаза, подняла голову, и часто-часто заморгала – похоже, мои шатания нагнали на неё сон... – Так, все на выход! – оживилась Аква. – Богиня работать будет! – Мне тоже? – уточнил Киле. – Я позову, если понадобится, – пообещала она. – Давайте, кыш-кыш, не смотрите под руку! Ну, а мы что – руками развели, плечами пожали, да и ушли, а она пластик зачерпнула и в первую форму вылила. Я, конечно, хотел посмотреть, как она собирается трахею делать, но Мегумин тянула за рукав и закрыла передо мной дверь. – Пошли, – говорит, – не будем ей мешать. Я, в принципе, не возражал, и позволил вести себя, куда глаза глядят – а глядели они в пространственно-временной разрыв, который вдруг на пути возник. – Ого, Сокетто, – остановилась Мегумин. И действительно, из трещины вышла ясновидящая – ещё немного, и мы бы стукнулись лбами. – Звёзды сказали мне, что у Александра образовалась лишняя минутка! – откинула волосы она, приложив ладонь ко лбу. – А мы там как раз шар настроили... – Привет! – высунулась из портала Аруэ. Мегумин помахала ей, а я опасливо рассматривал ту границу, где обычное пространство искажалось, и в трещину превращалось – не нравилась мне эта мода на порталы, прыжки были как-то привычнее. Даже интересно стало, откуда она пошла – позавчера все телепортировались, а тут прям прорвало! – Ну так что, посмотрим древнюю литературу, или потом? На самом деле, выбор был очевиден – мастерская занята, работы нет, а тут интересная задачка, да ещё и делать ничего не нужно – просто сидеть. – Пошли! – бодро скомандовал я, и Алые Волшебницы довольно хихикнули. – Я поброжу тут пока? – неопределённо указал вниз Киле. – Да, конечно, отдыхай на здоровье! – полуобернувшись, разрешил я, пересекая кромку миров. Гостиная встретила нас приглушённым светом и горящими глазами – две пары, Сокетто и Аруэ. В углу стояла та самая арендованная камера, на столике светился хрустальный шар, а на полу лежали самые разные книги. – Начнём с Шиноби из племени береговых людей? – подняла томик писательница. – Ну, давай! – приготовился я. Открыв первую закладку, она прочистила горло и начала читать: – Альбус Дамблдор на посту Хокаге откровенно скучал. Поправив шляпу, он сложил печать и призвал сову...***
Разбор текста немного затянулся, подобные персонажи там встречались на каждом шагу, и, если шиноби я ещё мог понять, то вот на появлении близорукого шинигами откровенно ржал. Тем не менее, тетрадь заполнялась, фотографии делались, и на первом томе решили мы закончить – создавать проекцию оказалось утомительнее, чем я думал, и в какой-то момент количество ряби на ней превысило всякую меру. – Круто! – перебирала записи Аруэ. Фотографий хватило на целый альбом, и доказательств её теории набралось предостаточно. Только один момент не давал мне покоя: – Слушай, Сокетто, – собрался с мыслями я. – А как ты догадалась, что я именно в этот момент освободился? Мы же вот только закончили, а тут ты! – Кстати, да, – подозрительно прищурилась Мегумин, – если ты за нами следила... – Нет-нет! – рассмеялась пророчица. – Я всего лишь заглянула в будущее несколько раз, и выбрала то, где мы встречаемся ровно после всех дел! – Ух ты! А можешь рассказать подробнее, как это работает? Нам, простым людям, недоступны секреты времени... – Могу конечно, ведь никаких секретов здесь нет – всё очень просто. Классическая задача с двумя переменными – необходимо узнать будущее, которое не наступит, если мы не узнаем будущее. – Получается, пророки не видят сами себя? – Видим, просто... Вы вообще в курсе, как работает ясновидение? – Предсказатель заглядывает в Мир Снов и пытается разглядеть в нём отражения и всплески грядущего, – небрежно процитировала Мегумин. – Также известно, что любое наблюдение меняет судьбу и прогноз необходимо корректировать с учётом полученных знаний. – Всё так, но здесь для пророка вроде меня есть лазейка – я могу принять решение, посмотреть, что будет, а затем изменить его и посмотреть снова, выбрав наилучший результат. Вот, допустим, передо мной десять закрытых ящиков – в одном супер-приз, в другом деньги, в остальных ещё какие-то вещи. По условию, открыть я могу только один... – О-о-о! – начинал понимать я. – Ага! – довольно зажмурившись, кивнула она. – Сначала я решаю открыть первую коробку и смотрю в будущее – в ней деньги. Потом я меняю своё решение и снова смотрю в будущее – во второй пусто. Я повторяю это десять раз, и после этого знаю содержимое всех коробок – после чего делаю правильный выбор! – Так что она взяла часы, и за пару секунд узнала точное время, когда вы освободитесь, – закончила за неё Аруэ. – Да, сначала я загадала, что пойду искать вас в пятом часу, но вы были бы заняты. В шесть вы бы ели пирог, а в восемь – работали, но так я дошла до нужного часа и стала перебирать его с шагом в пятнадцать минут. Потом те пятнадцать минут просеяла с шагом в три, потом их в одну, и вот я знаю, когда вы закончите с точностью до тридцати секунд. – И сколько повторов на это уходит? – Когда как, я особо не считаю. – А если, например, коробки открывают два человека, и второй тоже пророк – что тогда? – Тогда возникает слепая зона, – поморщилась она. – Будущее меняется хаотично и никто не может его предсказать, но вот если они работают сообща... Моя учительница по прорицаниям говорила, что один оракул – это круто, два – гарантированный успех в любом деле, а десяток перевернёт мир! – А как слепые зоны распространяются? Это радиус, или временной промежуток, или ещё что? – Скажем так, это область вокруг пророка, где предсказания теряют ясность и начинают противоречить друг другу. Но так получается, только если два прорицателя смотрят в одно место и хотят изменить одно и то же событие. Если, например, я выбираю коробку, а мой противник предсказывает погоду, то ничего не случится... Это очень сложная тема, на самом деле, в двух словах и не опишешь! – Всё равно спасибо, очень интересно, – заверил я, подняв ладонь. – А есть какие-то методы противодействия провидцам? – Ну, жрецы злых богов умеют накладывать всякие контр-заклинания, ещё у демонов есть парочка умений... Глаза её вдруг расширились, и я даже немного испугался. – Мегумин! – вскрикнула Сокетто. – Помнишь, ты просила меня глянуть на Альдарпа, и я не смогла ничего увидеть? Мы тогда ещё подумали, что он какого-то жреца нанял, или демона?* – Это что же, выходит, Максвелл ему уже тогда помогал? И наверняка на тех же условиях... – А вы уже в курсе насчёт Альдарпа? – шепнул я Аруэ. – В утренней газете прочитали, весь город на ушах стоит вообще-то, – ответила она также тихо. Мегумин же в этот момент встала и торжественно произнесла: – Сокетто! Будь другом, расскажи об этом Сэне! – Расскажу, конечно! – горячо заверила та. – Прямо сейчас и сделаю! Всем пока, Александр – спасибо за оказанное доверие, тайна твоего мира уйдёт со мною в Пустоту! Пока! – Пока-пока! – помахали мы пальчиками. Накинув капюшон, ясновидящая подпрыгнула и пропала, а Мегумин кровожадно потирала ручки: – Всё, теперь-то он не отвертится! Какая картина-то выходит, а? Мы, такие белые и пушистые, обнаружили еретика, а он сумел вывернуться, но мы не сдались и нанесли удар в обитель зла! Торжество правосудия, диктатура пролетариата! После анализа классической литературы запасы отсылок у неё пополнились. – Надо бы тоже сходить к Сэне, чтобы потом вопросов не было... Я вообще забыл про этот момент, а ведь ты тогда говорила!.. – Да я тоже как-то не придала значения – мало ли, каких оракулов богачи нанимают? Ладно, Аруэ, будь добра... – В Стражу? – Угу, – виновато улыбнулась Мегумин, – когда-нибудь я освою методы перемещения богов и утру вам нос, но пока – спасибо! – Ага, спасибо! – поддержал я, застёгивая куртку. Ну-с, подкопаем, так сказать, ямку одному демонологу... *Для читающих в онгоинге, Мегумин действительно упоминала это в главе 38.
Примечания:
Готовимся к финальной мега-арке, подчищаем хвосты из ружей.
