Три слова, которые изменили волшебный мир

В доме тётушки Петуньи на Проезде Привет Гарри всегда чувствовал себя, как в тюрьме. Только что, решёток на окнах ещё не было, но почему-то Поттеру казалось, что дядюшка Вернон может легко исправить этот «маленький недостаток» и тогда досадное недоразумение, считавшееся его племянником, до конца насладится гостеприимством обители кровных родственников. Его сова тоже скучала, молча сидя в своей клетке и уже давно поняв, что в этом доме полетать ей не позволят. - Потерпи, Хедвиг... Ночью, когда все уснут, я тебя потихоньку выпущу. Знаешь, я даже завидую тебе: хотелось бы и мне улететь отсюда куда подальше... - тяжело вздохнул мальчик, протягивая сове угощение. Та благодарно и ласково ущипнула его клювом за палец, вызывая улыбку на лице своего хозяина. Внезапно, в комнате раздался громкий щелчок и за спиной мальчика послышался скрипучий голос. - Простите, господин Гарри Поттер... Гарри быстро обернулся, глядя прямо перед собой. Потом он перевёл взгляд вниз, и ещё вниз... и охнул от удивления. Перед ним стояло удивительное существо с огромными печальными глазами на половину худенького лица и вислыми ушами, придающими странному созданию перманентно-грустный вид. Тщедушное тельце с длинными руками и тонкими ногами было одето в старую наволочку. - Добби извиняется, Добби не хотел испугать знаменитого Гарри Поттера. - Ты кто? - с трудом заставив голос повиноваться, выдавил из себя Гарри. - Добби, - существо моргнуло и повторило, явно смущённое непониманием человека, которому только что официально представилось. - Добби, домашний эльф благородной семьи Малфой. - Так ты эльф?! Только бесконечное поклонение перед знаменитым Гарри Поттером, которое буквально светилось в глазах эльфа, не позволило тому ответить, что во-первых, это очевидно, а во-вторых, он же это уже сказал. Впрочем, Гарри не собирался строить из себя неуместную гордость и достоинство: - Прости, Добби, я никогда раньше не встречал эльфов. А чем я могу тебе помочь? - Помочь Добби?! - изумлённо воскликнул эльф. - Ничем, конечно! Господин Гарри Поттер ничем не должен помогать Добби. Добби сам может сделать всё, что ему прикажут. - Я имел в виду, что хотел бы узнать причину твоего визита, - произнёс Гарри самым пафосным языком, на который он был способен. - Добби пришёл к господину Гарри Поттеру, чтобы лично доставить ему приглашение на празднество дня рождения господина Драко, которое состоится через два дня в Малфой-меноре. Господин Люциус Малфой хочет узнать, окажет ли господин Гарри Поттер ему честь отпраздновать этот день в меноре вместе с благородным, славным и древним семейством Малфой. - Выдав эту пафосную тираду, Добби застыл на месте с важным выражением лица, прижав уши и сложив руки на животе поверх своей наволочки. - Окажу ли я честь?! - изумлённо пробормотал Гарри, а сияющий эльф протянул ему свиток пергамента, запечатанный фамильным гербом Малфоев. - Если Гарри Поттер согласен почтить господина и госпожу Малфоев, а также хозяина Драко, своим присутствием, он всего лишь должен коснуться палочкой приглашения возле слов «принимаю приглашение», - торжественно объяснил Добби, по отсутствующему выражению лица Гарри Поттера сообразив, что легендарный избранный получает подобные приглашения в первый раз. - Но тетушка Петунья никогда не позволит мне туда поехать... - расстроено проговорил парень, тяжело вздохнув. - Пусть господина Гарри Поттера это не беспокоит. Хозяин Люциус сам убедит его родственников, - Добби вложил в это слово явно все свои эмоции, которые чувствовал относительно Дурслей. - И заберёт Гарри Поттера из этой дыр... из дома магглов. - Добавил эльф, окинув комнату Гарри презрительным взглядом. Поттер избрал не говорить, что по сравнению с каморкой под лестницей, это уже хоромы. - Тогда, я принимаю приглашение! - воскликнул Гарри, уже предвкушая впечатление, которое «господин Люциус» произведёт на Дурслей. - Добби имеет честь откланяться, - торжественно произнёс эльф и, щёлкнув пальцами, тут же испарился в воздухе. *** Люциус Малфой задумчиво перебирал древние фолианты на полках самого отдалённого крыла своей фамильной библиотеки. В этой секции он хранил запрещенные книги, редкие экземпляры и остальные тёмные артефакты, которые покамест не желал быть обнаруженными своим сыном. Драко прекрасно знал, что в эту часть домашней библиотеки заходить ему строго запрещено, и поэтому Люциус совсем не волновался, что что-либо может быть обнаружено. Вот и сейчас, поставив обратно на полку чёрную кожаную тетрадь с именем Тома Марволо Реддла на обложке, он обернулся на громкий щелчок. – Добби, каков будет ответ? – Мистер Гарри Поттер оказал нам честь согласиться, господин, – поклонился эльф. – Мистер Гарри Поттер живёт в ужасной дыре. Мистер Гарри Поттер будет рад провести несколько дней в имении господина Люциуса и не видеть гадких Дурслей. – Ну и отлично, – мужчина довольно усмехнулся и подхватил с кресла свою трость. – Значит, мы заберём господина Поттера прямо сейчас. Через несколько минут в дверь на Проезде Привет громко постучали. Тётушка Петунья, окинув себя быстрым взглядом в зеркало и поправив тщательно завитые волосы, поспешила открывать. На пороге стоял высокий мужчина аристократической внешности, одетый во все чёрное, и небрежно сжимавший в руке трость. Белые, словно снег, волосы мужчины, казалось, даже не шевелились на ветру, послушно покоясь на плечах чёрной мантии. Серые, холодные глаза смотрели на Петунью снисходительно, словно она была пустым местом. Впрочем, тётушка сразу безошибочно поняла, что никак по-другому этот надменный аристократ на неё смотреть и не может, и кроме подобострастия, в душе не родилось ни одного чувства. Во всяком случае, когда сжатые в тонкую линию губы разомкнулись, чтобы пренебрежительно спросить: «Здесь ли проживает Гарри Поттер», Петунья нервно сглотнула и закивала в ответ. Мужчина явно привык, что вызывает в своих собеседниках именно такую комбинацию чувств страха, почтительности и трепета, и слегка склонив голову набок, он насмешливо проговорил: – Меня зовут Люциус Малфой. Лорд Малфой, - поправил он сам себя, окинув Петунию холодным взглядом. – Вы, должно быть, миссис Дурсль? Мой сын, Драко, учится вместе с Гарри в школе. Я здесь, чтобы с вашего позволения сопровождать мистера Поттера на празднование дня рождения моего сына, которое состоится в меноре через два дня. После чего, я надеюсь, мистер Поттер окажет нам честь погостить в моем имении. - Сопровождать? - ошарашено повторила Петунья, осознавая четко подчёркнутый лордом Малфоем факт, что решение уже принято без неё и обжалованию не подлежит. - Да, мистер Поттер уже получил наше приглашение и высказал желание посетить празднество. Люциус смотрел на Петунию спокойно и холодно, и было слишком очевидно: отрицательный ответ даже не берётся в расчёт. Из окна своей комнаты Гарри со смешком наблюдал за расшаркиваниями тётушки перед Люциусом Малфоем. Через несколько минут к Петунье присоединился и дядя Вернон Дурсли. Сперва он попробовал задавать Малфою какие-то вопросы, но быстро сдулся под ледяным взглядом серых глаз аристократа. Мысленно уже празднуя победу и наслаждаясь унижением родственничков, Гарри вдруг отметил для себя интересный факт: лорд Малфой даже не предпринял попытки зайти в дом. Более того, когда тётушка Петунья подобострастно пригласила его пройти внутрь, Малфой холодно усмехнулся: – Спасибо за приглашение, но я подожду мистера Поттера здесь, на свежем воздухе. Парень хотел было изумиться подобному, но вовремя вспомнил об отношении Лорда Малфоя к магглам. Люциус, вероятнее всего, просто побрезговал заходить в их жилище. Внезапно, кое что другое привлекло внимание изумлённого мальчика: за углом соседнего дома, там, где его никто не мог увидеть, прямо из воздуха материализовался Северус Снейп. Декан слизеринцев, даже не оглянувшись по сторонам, стремительно направился в сторону дома Дурслей, через мгновение возникнув возле плеча Люциуса. Заинтригованный, Гарри распахнул окно пошире, явно не желая пропустить ни одного слова. – Люциус, какая неожиданная встреча, – процедил профессор Снейп. – Чем господа Дурсли обязаны твоему посещению? Теперь и дядюшка Вернон, и тётушка Петунья просто в изумлении смотрели на двух волшебников, а Люциус и Снейп поистине являли собой впечатляющее зрелище. Высокие, держащиеся с аристократическим достоинством, оба смотрели на магглов полным насмешливого пренебрежения взглядом. Впрочем, с не меньшей насмешливостью они сейчас взирали и друг на друга. - Что, моё присутствие спровоцировало пару колокольчиков зазвенеть? – поинтересовался Малфой, поигрывая тростью. – Можно сказать и так, – равнодушно пожал плечами декан Слизерина. – Так что, Люциус, будь добр и объясни свое присутствие возле дома Дурслей. – Господин Малфой приглашает Гарри на день рождения своего сына и погостить в имении, – тут же проговорила тётушка Петунья. С деканом она «познакомилась» ранее этим летом, в тот же день, когда встретила своего племянника из Хогвартса. Снейп прибыл на ступеньки её дома буквально через пять минут после них. Именно после короткого, но содержательного разговора с зельеваром, Дурсли выделили Гарри комнату на втором этаже и боялись даже пискнуть в его сторону. Впрочем, один факт и Гарри, и тётушка Петунья тоже отметили чётко: Снейп, которого она на самом деле знала с детства, тоже не зашёл к ним в дом. Саму Петунию это навело на мысль, что каким-то образом они действительно защищены от некоторых волшебников, как обещал Дамблдор, вот только с этими двумя спорить совсем не хотелось. Если по какой-то причине лорд хочет, чтобы племянник погостил у них – да пожалуйста, ей то какая разница? Впрочем, если ближайшей кровной родственнице дела не было, то Северус Снейп явно считал иначе. И поэтому сейчас он прожигал Малфоя пронзительным взглядом, от которого Петунье даже в детстве было не по себе. Меж тем, волшебники явно продолжали разбираться между собой, теперь полностью игнорируя магглов, перед чьим домом стояли. Петунья мысленно желала, чтобы неприятный ей с детства Северус сдался светловолосому аристократу, но похоже, именно Снейп в этот момент находился в позиции силы. Впрочем, с мгновение подумав, Северус кивнул: – День рождения Драко? Что ж, это отличная идея. Думаю, как декан Слизерина, ответственный за мистера Поттера, я тоже приму твое приглашение. Затаив дыхание, тётушка ожидала, что сейчас этот Малфой поставит ненавистного выскочку с жирными волосами на место, но лорд лишь с достоинством кивнул: – Сочту за честь, Северус. Впрочем, как всегда. После чего, оба волшебника обернулись к явно расстроенной тётушке Петунье, и Снейп холодно произнёс голосом, с такими знакомыми Гарри интонациями: – Ну, и чего мы ждём, Петунья? Сообщи-ка мистеру Поттеру, что его присутствие ожидается на дне рождения Драко, и мы намерены отбыть сегодня. Гарри, которому последние слова и предназначались, учитывая, что Снейп сейчас смотрел прямо на него, тут же сообразил, что ему следует собираться и побыстрее. Впрочем, обернувшись к своему сундуку, мальчик понял, что делать ему в принципе ничего не нужно. В комнате хозяйничал уже хорошо известный ему домашний эльф Добби. Сундук был упакован, сова тоже, как и все книги и тетрадки. – Так называемые вещи господина Гарри Поттера будут доставлены в Малфой-менор, – торжественно произнёс эльф, не оставаляя ни малейшего сомнения, что он думает по поводу состояния гардероба этого самого «господина». – Прошу. Через мгновение, Гарри стоял в прихожей дома Дурсли, улыбаясь обоим волшебникам. Не думая ни секунды, он перешагнул через порог, ощущая непонятное тепло вокруг себя, и взял протянутую ему руку Люциуса. Втроем, они отошли за тот самый угол дома, где недавно появился Снейп, и аппарировали.