Три слова, которые изменили волшебный мир

На перрон Хогвартс-экспресса Гарри Поттера доставил Снейп. Декан Слизерина просто аппарировал Гарри от дома Дурсли, где забрал мальчика из рук хмурой тётушки Петунии, и буквально через несколько мгновений они появились на вокзале. Проводив парня через магическую преграду и удостоверившись, что Гарри воссоединился с Гермионой, профессор Снейп кивнул обоим ученикам и простился до встречи в Хогвартсе. Не обращая внимания ни на кого вокруг, дети восторженно делились новостями последних дней, а потом нашли для себя купе и устроились возле столика. Родители Гермионы снабдили дочь в дорогу здоровой и полезной провизией, не забыв о бутербродах и фруктах для её друга, а Гарри собирался втихаря прикупить сладости с тележки. О последнем пункте их плана Гермиона предусмотрительно решила перед родителями умолчать, но теперь слегка приподняв бровь наблюдала, как Гарри поглощает явно пропущенный у Дурслей завтрак. Девочка даже не собиралась спрашивать друга, если его кормили, поскольку ответ напрашивался сам собой. – Ах, вот вы где! – дверь в купе распахнулась, и на пороге появились Панси Паркинсон и Дафна Гринграсс. Девочки приветливо улыбнулись подруге и тут же обернулись к Гарри, увлечённому поглощением еды. – Поттер, тебя что, дома не кормят? – Панси никогда не была грубой с Гарри, но и чуткостью отличалась лишь, когда хотела. Дафна же была слишком корректной, чтобы что-нибудь сказать. Меж тем, Паркинсон прищурилась. – А вообще, это забавно. В школе ты едва прикасаешься к еде, в отличии от тех же Уизли. – Пропустил завтрак, – пробурчал Гарри, не желая вдаваться в подробности. Впрочем, девочки явно не имели в виду никого обидеть и даже в душе не держали зла, и поэтому, мгновенно забыв о разговоре про еду, плюхнулись на сидение напротив. Беседа постепенно завязалась о прошедшем лете, дети делились впечатлениями и историями о местах, которые посетили, и произошедших событиях. Гарри вновь про себя отметил, как он рад возвращаться в Хогвартс к своим друзьям, когда дверь распахнулась и на пороге появился Драко Малфой. На этот раз, мальчика сопровождали лишь Теодор Нотт и Блейз Забини. – Всем привет, давно не виделись, – Малфой по-хозяйски развалился на сидении, умудрившись приземлиться рядом с Гермионой Грейнджер и при этом заставить Гарри Поттера подвинуться. Блейз и Теодор уселись по обе стороны от Паркинсон и Гринграсс. – И тебе доброго утра, Малфой, – Гермиона слегка нахмурилась такому самоуправству и сомнительной инициативе парня и подвинулась на сидении, но избрала промолчать. – Ты сегодня без обычного сопровождения? А где твоя остальная «так называемая свита»? Драко, который как раз в этот момент с любопытством протягивал руку к одному из лежавших на столике маггловских бутербродов, на мгновение замер на месте и задумался. Впрочем, его лицо тут же просияло пониманием и, откусив приличный кусок от предусмотрительно приготовленных миссис Грейнджер закусок и старательно прожевав, мальчик проглотил и кивнул: – А, ты имеешь ввиду Айвери, Прюитта, Бурка и Траверса. Ну, мы же не всегда ходим вместе. Они остались в другом купе. – Очень странно, а мне показалось, вы все просто приклеены у бедра, – насмешливо процедила Грейнджер на самой грани слуха. – Почему приклеены? Мы все разные индивидуумы, каждый со своим характером, –глубокомысленно произнёс Малфой и уставился на уже достающую из сумки очередную книгу девочку с озадаченным выражением лица. – Не обращай внимание, это выражение такое, – Гарри усмехнулся. – Оно всего лишь обозначает, что вы всегда и везде ходите вместе. – Это слегка преувеличено, не находишь? И я знаю, что «значит» это выражение, - Драко по-прежнему хмурился. Идея, что они все шестеро для Гермионы воспринимаются, как единое целое, и она может не видеть между ними разницы, больно кольнуло парня где-то чуть выше желудка. – Ладно, замяли, – Гарри пристально смотрел в глаза Малфою и сейчас благоразумно решил перевести разговор на другую тему. – Это была всего лишь шутка. Гермиона, ведь правда? – Конечно, – девочка равнодушно пожала плечами, не заметив, как многозначительно приподняли брови и мимолетно переглянулись между собой Блейз Забини и Теодор Нотт. - В любом случае, вы не в курсе, кто будет в этом году у нас преподавать Защиту? - поинтересовалась Паркинсон. - Я так понимаю, ввиду того обстоятельства, что наш прежний учитель буквально рассыпался в прах, у нас должен быть новый профессор. – Панси, защиту будет вести Гилдерой Локхарт. Ты ведь видела его книги в списке обязательной литературы? По какой бы ещё причине им там быть? – Драко уставился на темноволосую волшебницу. В некоторых вопросах Панси была умная и сообразительная, но в других откровенно тормозила. – Что значит, по какой другой причине? – теперь уже Паркинсон уставилась на юного Малфоя. – Там столько информации про борьбу с тёмными силами, и всё так шикарно описано, что я просто логически заключила, что мы, наконец, в этом году будем пользоваться интересным учебником. Девочка спокойно пожала плечами и переглянулась с Дафной Гринграсс, притом выражение лиц обеих не оставляло и тени сомнения, что они откровенно недоумевают о сути вопроса Малфоя. Гарри Поттер уставился в окно, явно не желая участвовать в этом обсуждении. Блейз Забини хмыкнул, но избрал покамест промолчать. Малфой всё ещё во все глаза смотрел на Паркинсон, теперь, правда, периодически переводя взгляд и на Гринграсс. Впрочем, Гермиона Грейнджер тоже выглядела, словно была на стороне девчонок. Первым заговорил Теодор: – Кто-нибудь, пожалуйста, объясните мне, что такого особенного в этом Локхарте и его книгах, – мальчик тряхнул своими тёмными волосами и пожал плечами. – Я честно прочёл все книги накануне отъезда, и сказать по правде, ничего особенного там не нашел. Написано довольно таки посредственно, да и как-то всему остальному верится с трудом. Мой отец, к слову, тоже не был впечатлен. – Как ты можешь так говорить? – Паркинсон теперь откровенно негодовала. – Гилдерой Локхарт, несомненно, является самым талантливым писателем современности! И «Ведьма недели» со мной полностью согласна! – А ещё, он такая душка, – насмешливо пропел Блейз Забини тоненьким голосом, явно передразнивая всех поклонниц их, как оказалось, нынешнего учителя защиты от тёмных искусств. – Кстати, а твоя маменька что говорит, Малфой? – А почему мама должна что-то говорить? – Драко, откровенно недоумевая, пожал плечами. – Мама ознакомилась с его книгами, ещё когда их прислали со списком обязательного чтения отцу. Потом, к слову, пообщавшись с твоей мамочкой, Забини, была на одной из его презентаций. И осталась абсолютно не впечатлена ни талантами Локхарта, ни даром писателя, ни им самим вообще. – Серьезно? У твоей мамы что, к этому плейбою иммунитет? – Забини с новым уважением взглянул на своего товарища. – Респект миссис Малфой, и должен сказать, я очень впечатлён твоим отцом. – То есть, миссис Забини оказалась не защищена от чар господина Локхарта? – теперь уже Драко насмешливо приподнял бровь и скрестил руки на груди. Точь в точь, как его отец. – Ну, как тебе сказать, – Блейз ухмыльнулся и подмигнул всем присутствующим. – Мама, и кстати, она давно забыла, когда была миссис Забини в последний раз, уже успела познакомиться с господином Локхартом «поближе». - Блейз нарисовал пальцами воздушные кавычки и приподнял обе брови. - Нужно сказать, что новым папочкой он мне не станет. – Не дотянул по каким-то параметрам? - на этот раз насмешливо хмыкнул Теодор Нотт, явно цитируя слова своего отца. – Гилдерой недостаточно знатен и родовит, – отчеканил Блейз, равнодушно пожав плечами, и с вызовом встретил взгляд Тео. – Не знаешь, чем твой отец не угодил? – левая бровь Забини многозначительно поползла вверх. – Ну, почему же сразу «не угодил»? – Теодор не собирался отступать и тут же скрестился взглядом с сокурсником. – Там ещё надо выяснить, кто кому «не угодил». Но в любом случае, скажу тебе сразу: мне совсем не улыбался ты в роли нового братика. – Ребята, прекратите, – Малфой поморщился. – Мы все знаем стандарты миссис Забини, пусть даже и в прошлом, и требования мистера Нотта. Давайте не будем сейчас выяснять, чьи родители круче? Гарри с любопытством переводил взгляд с одного сокурсника на другого, пытаясь подавить ощущение, что попал в змеиное логово. Жалили друг друга они все знатно. Впрочем, на Слизерине подобные подколки, в большинстве своём отнюдь не дружеские, были не редкостью. В отличии от настоящей дружбы, что давно не преминула отметить в разговоре с ним Гермиона. Все прежде всего заботились о своей выгоде. Развернувшаяся перед ним сейчас сцена укрепила в сознании и еще одно наблюдение Грейнджер: все Слизеринцы возносили родителей чуть ли не на пьедестал и не оспаривали их мнение. Изменится ли это с возрастом? Гермиона Грейнджер не знала, и ребята пока что наблюдали вместе... Впрочем, мысли Гарри Поттера быстро устремились совершенно в другое русло, и мальчик отвернулся к окну, задумавшись о своём. Гермиона уже была полностью поглощена своей книгой, явно приобретённый в домашней библиотеке Малфоев. Поттер был уверен, что даже помнит, когда Нарцисса рекомендовала девочке этот справочник: что-то об обычаях и традициях волшебного мира, о которых не принято говорить. Панси и Дафна открыли женские журналы, изредка перешептываясь между собой и показывая друг другу приглянувшиеся фасоны. Забини, Нотт и Малфой вполголоса переговаривались. Постепенно, приближалось время ланча, и Гермиона уже было собралась вновь вытаскивать оставшиеся с утра бутерброды, когда Драко её жестом остановил. – Подожди, не торопись. Мама обещала прислать ланч, уверен, там будет что-нибудь интересное. – И вкусное, – добавил Теодор Нотт.– Обожаю кухню миссис Малфой. – Ты хочешь сказать, кухню эльфов миссис Малфой? – тут же подколол товарища по факультету Блейз Забини. – Молчал бы уже. Про кухню твоей мамы вообще ходят легенды, – Малфой даже не собирался пропустить колкость мимо ушей. – Это какие? – Забини прищурился. – Просто убийственно интересные, – на этот раз, ответ предоставил Теодор Нотт. Гермиона, оторвавшись от своей книги, с интересом наблюдала за перепалкой чистокровных парней. Паркинсон и Гринграсс слушали в пол уха и лишь с праздным любопытством. Было слишком очевидно, что ничего интересного они из разговора мальчиков не почерпнули, и лишь лениво следили за потоком колкостей. Поттер даже не притворялся, что ему перепалка в малейшей мере интересна. Внезапный хлопок аппарации заставил Гермиону слегка подпрыгнуть от неожиданности, и девочка немного смутилась. Кроме неё и Гарри на громкий звук не обратил внимание никто, что было, естественно, не удивительно. Чистокровные маленькие волшебники и волшебницы давно привыкли к такому способу появления домашних эльфов, а вот для Гарри Поттера и Гермионы Грейнджер это было по-прежнему в новинку. – Кушать подано, – щелкнув пальцами, провозгласил домашний эльф Малфоев, и перед ребятами появилась роскошная трапеза. – Лучше, чем скатерть-самобранка, – восхищённо прошептала Гермиона на самой грани слуха для Поттера, но её все услышали. – Какая скатерть? – тут же переспросил тоже довольно любознательный Драко Малфой. – Что, Малфой, уже решил попросить папочку купить, если ещё дома нет? – Блейз Забини был сегодня явно настроен агрессивно. – Забини, уймись, – отмахнулся от него Малфой, всё ещё ожидая ответ на свой вопрос. – Это такой предмет из маггловских сказок, – покраснев, объяснила уже успевшая мысленно отчитать саму себя за несдержанность Гермиона. – В волшебном мире этого предмета не может быть, потому что он нарушает основной закон трансфигурации: еду нельзя создавать из ничего. А скатерть-самобранка делает именно это. – Да и вообще, ребята, я лично считаю, что домашние эльфы лучше, – провозгласил уже успевший набить рот всякими вкусностями Гарри Поттер. - Когда вырасту, обязательно заведу себе парочку. Кстати, а как эльфы здесь появились? Им ведь нельзя в Хогвартс. - Только в Хогвартс, но не поезд. На экспресс они всегда трансгрессируют с нашей едой, - отмахнулся Нотт. Дафна покачала головой: – Гермиона, ты опять мыслишь, как Рейвенкло, а не Слизеринка. Создавать еду «из ничего» нельзя, как и трансфигурировать её из несъедобных продуктов. Но вот перемещать её из других мест очень даже можно. То есть, создать эту твою «скатерть» вполне реально, нужно только связать её с какими-то запасами еды. – Я понимаю, – Гермиона кивнула головой. – Но весь смысл этого сказочного предмета, что бедняки могут просто так получить еду. – «Просто так» в этом мире ничего не бывает, - подняв указательный палец и поучительно им погрозив, глубокомысленно проговорил Драко. – Только если вы заколдуете эту скатерть, чтобы она воровала готовые блюда в каком-нибудь ресторане... А что, это идея! Грейнджер, давай создадим такую штуку и подарим на Рождество Уизли! А потом посмеемся, когда у него на пороге дома появится стадо авроров. – Да оставь ты уже этих Уизли в покое, – устало закатила глаза Паркинсон. – Ну, надоело! – А что такого? – Драко мгновенно нахохлился. – Ты бы знала, сколько проверок Аврората многоуважаемый Артур Уизли наслал на нашу голову. – И уверен, все они были незаслуженные, – пробормотал Нотт. – Можно подумать, Тео, на твоего папашу не науськивали Аврорат, – прищурился Малфой. – Я же говорю, полностью незаслуженно, – с каменным выражением лица парировал Теодор. – Ребята, давайте лучше кушать, – прервала пререкания мальчиков Паркинсон. – Остынет же, а пахнет очень вкусно. Жалко! С ней все согласились, и группа теперь уже второкурсников Слизерина приступила к изысканному ланчу.