Три слова, которые изменили волшебный мир

Едва боевой конец волшебных палочек Гарри Поттера и Северуса Снейпа прекратил упираться ему в грудь, Сириус бросился к двери, на ходу перекидываясь в свою анимагическую форму. Казалось, вопросов ни у кого в голове не возникло, а вывод был и так предельно ясен: собака имела намного больше шансов выловить крысу, чем человек, и поэтому комнату покинул уже не волшебник Блэк, а чёрный пёс. Гарри Поттер вылетел в коридор вслед за ним. Профессор Люпин почему-то медлил, и Гермиона обратила внимание на странное выражение, преобразившее его лицо. Словно Римус внезапно что-то вспомнил или осознал. Грейнджер инстинктивно опустила руку в карман, нащупывая запасливо припасенную ею вещь и проверяя, а потом облегчённо выдохнула: «На месте». Похоже, профессор Снейп тоже обратил внимание на реакцию Люпина, мгновенно нахмурившись, но его отвлёк Драко Малфой, настойчиво дёрнув зельевара за рукав мантии. – Профессор, есть шанс, что Блэк не врёт, - Драко смотрел прямо в зрачки старшего мужчины. – Мистер Малфой, – лицо декана их факультета заметно помрачнело. – Я прекрасно осведомлён, что Блэк является кузеном вашей матери, и таким образом, для вас не такой уж и далёкий родственник или в принципе чужой человек. Но поверьте мне, я знаю Блэка с детства... – Да дело не в этом, сэр, – внезапно перебил своего декана Малфой. – Тот Блэк, о котором говорили «тогда» и вы могли слышать, это не Сириус, а Регулус. Его младший брат. Я вам совершенно точно говорю, Сириуса с ними не было. – Ты уверен? – Снейп мгновенно застыл на месте, прищурившись. – Абсолютно, – качнул головой Драко. – Не только мой отец сказал, но и Нотт. – Хорошо, – Северус коротко кивнул, и его глаза сверкнули решительностью. После чего Снейп окинул все ещё присутствовавших в комнате Римуса Люпина, тоже внимательно слушавшего Малфоя, Гермиону и самого Малфоя быстрым взглядом и отчеканил. – При необходимости, используйте заклинание «финита анимагус инконтактэм». Оно несложное, но возвратит анимагу его человеческую форму. - Взмахнув своей палочкой, Снейп продемонстрировал нужное движение и повторил фразу. – Сам изобрёл? – кивнув, Люпин с уважением приподнял бровь. – Минерва научила, – пожав плечами, через плечо бросил ему Снейп, впрочем, уже практически из коридора. Он стремительно бежал из хижины, и остальные, включая все ещё ковылявшего на раненую ногу Рона, были недалеко позади. Дерущаяся Ива без каких-либо возражений выпустила всех за пределы волшебного круга своих ветвей, и волшебники вновь оглянулись по сторонам. Громкий лай Сириуса Блэка в его анимагической форме раздавался совсем близко, и Снейп уже готов был броситься бежать в направлении его голоса, когда вновь обратил внимание на застывшего на месте Люпина. С выражением неподдельного ужаса на лице Римус смотрел прямо перед собой, не в силах сдвинуться с места, и внезапно Снейпа до костей пронзило ледяным ужасом осознания... На ночном небосклоне среди уже сверкающих звёзд над ними неумолимо поднималась полная луна. – Ты же не забыл... – Северус не успел договорить, умолкая и понимая всё с полуслова. – Меня отвлекли, – пробормотал Римус. Он отчётливо помнил, как откупорил и уже практически собирался опрокинуть колбу с зельем в рот, когда его внимание привлекли слова Малфоя обо всём, что он видел после урока прорицаний. В отличии от Снейпа, Римус Люпин все понял намного раньше, как и сообразил, куда могла побежать крыса. Впрочем, к хижине он добрался, опередив Северуса лишь на несколько бесполезных мгновений, а вот так необходимую ему дозу зелья умудрился забыть выпить. То есть, пропустил... Снейп цветасто выругался сквозь зубы, но было уже поздно. Преображение Люпина началось, и прямо на глазах присутствующих, всегда рассудительный, миролюбивый и спокойный Римус менялся. Его суставы, казалось, выворачивались наизнанку, кости ломались, и высокая и худая фигура преображалась в устрашающий образ оборотня. Практически инстинктивно, Снейп бросился вперёд, заслоняя собой детей, когда стоявшее напротив них чудовище издало ни с чем не сравнимый вой. Люпин больше не был способным мыслить человеком, полностью подчиняясь проклятию и силе полной луны. Своему самому страшному страху. Поднявшись на задние лапы, оборотень обернулся к застывшим перед ним волшебникам, намереваясь прыгнуть, когда его сбил с ног огромный, чёрный пёс. Сириус Блэк тоже уже успел заметить полную луну и, припомнив, за что именно его друга называют Лунатиком, со всех ног бросился на мгновенно и безошибочно им узнанное завывание. Уже казавшийся неотвратимым, прыжок оборотня был в последнее мгновение предотвращён, а сбивший его с ног чёрный пёс скалил зубы и рычал. Вот только потерявшее контроль над собой существо уже ничего не понимало. Ударом мощной лапы отшвырнув ощетинившегося пса в сторону, оборотень вновь издал воинственный клич, когда что-то сверкнуло перед самой его мордой, и горькая жидкость разлилась в горле. Гермиона Грейнджер прекрасно знала, что ловец из неё никакой, да и в цель она попадала далеко не каждый раз. Ну, не был спорт одним из её талантов. Зато вот и Гарри, и Драко отличались именно этими умениями. Поэтому, схватив Малфоя за руку, девочка поспешно развернула его к себе, одновременно вложив что-то в ладонь парня и шепча прямо в лицо: – Малфой, послушай... Ты должен зашвырнуть этот флакон ему в пасть, а я зачарую бутылку, и она растворится в последнее мгновение. Зелье выльется во рту. Он пропустил свою дозу волфсбэйна... Дальнейшие объяснения Малфою не понадобились. Как и не стал он осведомляться, почему Грейнджер передала колбу именно ему, а не Снейпу. В отличии от парня, декан Слизерина спортивными талантами не славился, так что самым большим вкладом Северуса на данном этапе могло быть лишь именно приготовление этого самого зелья. Драко вообще давно был вышколен отцом все понимать и выполнять приказы сходу. Другими словами, Малфой уже в следующий миг запустил бутылочку в пасть оборотня. А потом, затаив дыхание, они все наблюдали, как зачарованная Грейнджер бутылка в нужное мгновение исчезла, и спасительная жидкость разлилась во рту Люпина. С замиранием сердца волшебники ждали эффекта. На самую долгую в их жизни долю секунды ничего не изменилось, оборотень попытался вновь собраться для нападения, уже даже присев в прыжке. Блэк мгновенно сгруппировался, очевидно готовый броситься в бой. Северус на этот раз уже держал направленную на оборотня палочку в руке, и по выражению лица декана было понятно, что у него в рукаве припрятано секретное оружие. А потом оборотень тряхнул головой и, заскулив, опустился брюхом на землю, спрятав огромную морду под лапой. В его глазах вновь сверкнул разум и осознание происходящего, как и узнавание стоявших перед ним волшебников. – Что это было? – Блэк перекинулся в человеческую форму практически мгновенно. – Нет, я не забыл про Хвоста, – Сириус оскалился. – Просто хочу знать, если могу вас оставить. Потому как я намерен взять след и всё-таки выловить Питера. – Это было одно очень полезное зелье, – набрав полную грудь воздуха, затараторила Грейнджер. Девочка прекрасно знала, что по части «выдать максимальное количество информации в минимальное время», ей равных не было. – Профессор Снейп его с самого начала года варил для профессора Люпина. Оно не может предотвратить превращение, но несчастный хотя бы не теряет разум. Сегодня профессор Люпин забыл выпить зелье, когда подслушал разговор Малфоя и профессора Снейпа. А я давно уже положила в карман флакончик, так, на всякий случай. Когда вычислила, кто на самом деле профессор Люпин. – Начинаю понимать, откуда эта репутация самой умной ведьмы, – Блэк подмигнул в своём фирменном духе казавшейся ему такой далекой молодости, и теперь Гермиона должна была признать, что тоже много чего понимает о репутации Сириуса. – Миледи, – и с этими словами, понимающе хмыкнув, Блэк обернулся в пса и мгновенно умчался прочь. Когда он скрылся из виду, Снейп повернулся к своей ученице. – Вы не могли знать наверняка, мисс Грейнджер, что это сработает, - зельевар качнул головой. - Я имею в виду, никто ведь никогда не использовал зелье таким образом: швырнуть в пасть уже обернувшегося в оборотня волшебника. Вы наверняка понимаете, что гарантий успеха не было. – Я подумала, что хуже уж точно не будет, – буркнула Гермиона только сейчас осознавая, насколько же её колотит. Она заметила, что Малфой немного переместился и теперь стоял у неё за плечом, словно скала. – Было бы неплохо затащить его обратно в хижину, сэр, и наложить пару заклинаний на всякий случай. Я имею в виду, пока он слушается и зелье работает. Мало ли. – Логично, – Северус не сдержал улыбки. Действия Грейнджер были не совсем слизеринскими, но следовало признать, в логике, здравом смысле и быстром мышлении ей не откажешь. А какому факультету эти качества соответствовали в большей мере, Северусу было в данную минуту глубоко плевать. А вот действия другого юного волшебника, сейчас маячившего за спиной Гермионы, были полностью в стиле его факультета. - И к слову, мои комплименты вашей меткости, мистер Малфой. Хоть на что-то вы доказали свою пригодность. - Благодарю вас, сэр? - не совсем уверенный, стоит ему гордиться похвалой или обижаться на намёк, проговорил Драко. Вообще-то, это он сегодня привёл Снейпа к стонущей хижине, так что поспорить с утверждением декана о своей пользе вполне мог бы. Меж тем Люпин, похоже, тоже был совершенно согласен с девочкой, впоследствии известной, как самая умная ведьма их времени. Кивнув головой, оборотень поднялся на все четыре лапы и послушно побрёл в сторону хижины. Когда он скрылся в проходе у корней Дерущейся Ивы, Северус взмахнул волшебной палочкой и наложил защитный барьер. Снять с входа в хижину удерживающие оборотня чары профессор Снейп намеревался не раньше восхода солнца. – У вас все в порядке? – выпалил Поттер, выбегая из-за ствола одного из деревьев уже с палочкой наготове. – Я слышал какой-то вой! – Ты слегка опоздал на праздник, – хмыкнул Малфой, и Поттер нахмурился. – Но, только для тебя. Краткое содержание предыдущей главы: Люпин забыл выпить зелье и превратился в настоящего оборотня. Твой крёстный и по совместительству кузен моей матери пытался нас защитить. А потом Грейнджер, демонстрируя чудеса предусмотрительности, которая скоро станет легендарной, вытащила из кармана вулфсбейн и сообразила швырнуть его в пасть оборотня. И тот опять стал соображать. – И не промахнулась? – Гарри удивлённо приподнял брови. Подруга даже никогда не скрывала, что особой склонностью к спорту, особенно подразумевавшему меткость и ловкость, похвастаться не могла. Что, к слову сказать, отнюдь не распространялось на её владение волшебной палочкой. Тут Гермиона умудрялась попадать заклинаниями в цель. – Нет, – Малфой почему-то смутился. – Передала флакончик мне. Но сути это не меняет, зелье сработало и оборотень теперь отсиживается в хижине. – Весело тут у вас, – Гарри покачал головой. – А Блэк куда делся? – Смею предположить, пытается взять след крысы, прежде известной, как Короста, которую на самом деле зовут Питер Петтигрю, – процедил профессор Снейп. – А как ваши успехи, мистер Поттер? Похоже, все старания остались безрезультатными? – Да, сэр, – Гарри тяжело вздохнул и отвёл глаза. – Он словно сквозь землю провалился. К слову, Гермиона, потом позовёшь своего кота. Он там за кем-то охотился возле норки, шипел, как я никогда раньше не слышал, но идти со мной отказался. Гермиона уже начала кивать в знак согласия, в принципе, сейчас отчётливо осознавая, что ей не до Крукшанкс. Ещё утром книззл выскочил за дверь их гостиной, но когда девочка пыталась его вернуть, Паркинсон остановила её. Панси только пожала плечами и рассудительно заметила, что книззл вряд ли находит постоянное нахождение в их спальной комнате таким уже увлекательным провождением времени, а если он за своё отсутствие уменьшит численное население крыс в Хогвартсе, никто против не будет. Мысленно усмехнувшись воспоминаниям, Гермиона кивнула Поттеру, но как раз в это мгновение из леса появился огромный чёрный пёс, торжественно вышагивающий к ним. В зубах Блэк сжимал облезлую крысу. А следом за волшебником в его анимагической форме, высоко подняв хвост и держа его, что называется, трубой, шествовал гордый Крукшанкс. Приблизившись к группе волшебников, Сириус, а это был именно он, опустил крысу на землю, твёрдо прижав внушительных размеров лапой, и мгновенно обернулся в свою человеческую форму. Книззл, внимательно наблюдавший за крысой теперь уже в руках человека-Блэка, присел рядом. – Сукин же сын, – вырвалось из уст Снейпа, который как ни старался, но не до конца сумел скрыть, что он впечатлён. – Поймал, всё-таки. – Это ты намекаешь на корни моей анимагической формы, цитируешь маггловское выражение, если верить Лили, или просто знаком с моей матушкой? – вопреки ожиданиям, Блэк задорно подмигнул своему давнему врагу детства. – К слову, ни в одном из этих случаев ты не ошибёшься. Но, к огромному сожалению, не могу взять полный кредит за поимку этого мерзавца, – Сириус оскалил зубы и подмигнул Гермионе. – Должен отдать должное вашему сообразительному книззлу, миледи. Это он загнал Питера в какую-то дырку и потом сторожил. Очень умное существо, должен признать, особенно если учесть, что на меня он тоже реагирует с лета. – Когда мы были в Косой Аллее? – Поттер внезапно сделал шаг вперёд, нахмурившись. – Значит, ты всё-таки следил за мной! И да, я обратил внимание, что Крукс тоже реагировал на те же тени, что я. – А ты довольно наблюдательный, Сохатик. Должен признать, далеко пойдёшь. Плюс, ты намного лучше слушаешь логические доводы и отличаешься большей рассудительностью, чем наша компания когда-либо могла похвастаться. – Это у него явно от Лили, – не удержавшись, вставил шпильку Снейп и скрестил руки на груди. Впрочем, Сириус и не думал с ним спорить. – Ясно, – Блэк вздохнул и перевел взгляд на своего школьного недруга. – Как насчёт чести расколдовать эту крысу? Покажешь мастерство, профессор? И к слову, когда чары спадут, свяжи-ка его сразу, чтоб никуда не удрал. – Не беспокойся, у меня тоже в рукаве пара козырей, – хмыкнул Северус и взмахнул волшебной палочкой. В следующее мгновение перед ними уже стоял довольно облезлый, невысокий и тучный волшебник, даже в своей человеческой форме напоминавший крысу. – И правда, Петтигрю, – с отвращением выплюнул Снейп. Впрочем, колдовать он не прекратил, но вместо предложенного Блэком заклинания связывания и пут, с его губ сорвалось совершенно другое. – Конечно, не верёвки, Блэк, но позволь тебя уверить, значительно более надёжное. Это заклинание запрет нашего Петтигрю в человеческой форме, и он не сможет больше перекинуться обратно в крысу. – МакКошка научила? – хмыкнул Блэк, который молчать явно не умел или просто был физически не способен. Снейп закатил глаза, но ответить не успел. Из хижины, едва переставляя ноги, показался Люпин. Луна уже скрылась, на востоке показались первые лучи солнца и Римус вновь был самим собой. Наложенные Снейпом чары весьма предусмотрительно удерживали внутри только оборотня, позволяя человеку свободный выход наружу. Сириус Блэк прищурился: это заклинание принадлежало Дамблдору, который слишком очевидно поделился им с некогда ненавистным Мародёрам слизеринцем. – И снова хочу тебя поблагодарить, Северус, что удержался от другого заклинания, когда пытался меня остановить. И ты носишь вулфсбейн в кармане? – Римус устало опустился на землю в полном физическом и моральном измождении. – К своему огромному сожалению, должен тебя разочаровать, – Снейп тряхнул головой, но палочку от Петтигрю не убрал. – Зелье догадалась положить себе в карман мисс Грейнджер. – Мисс Грейнджер? – Римус покачал головой. – Вы действительно самая умная ведьма своего поколения, моя дорогая. – И предусмотрительная сверх меры, – Северус Снейп прищурился. – Прости, Люпин, но следующее заклинание с моей палочки было бы... – Можешь не продолжать. Ты должен был защитить жизни детей, я понимаю, – Римус поджал губы. – Я всегда знал, что этим дело и кончится. – Но с другой стороны, должен тебя успокоить, что контрзаклинание я в свое время тоже придумал. Так что, какой-никакой, а шанс, что ты бы выжил, есть. – И давно вы между собой спелись? – все это время переводивший изумлённый взгляд с одного мужчины на другого, Блэк не выдержал. – Мы поговорили, – Люпин пожал плечами. – И вдруг оказалось, что делить мне лично с ним нечего. И никогда не было, что. Это к слову сказать, Бродяга. Поэтому, пора и тебе повзрослеть. И я смотрю, вы всё-таки выловили Питера. – Лунатик, друг мой, как же я рад тебя видеть, – не заметив явной ненависти в глазах друга-оборотня, Петтигрю попытался броситься к нему, но был остановлен рычанием Блэка. Нужно сказать, сейчас даже в человеческой форме напоминавшего готового напасть пса. – Стой на месте, предатель, – Сириусу даже голос не пришлось повышать, а Питер уже испуганно замер, где стоял. – Почему бы тебе не рассказать «своему другу», как ты предал Сохатого. – А давай, Блэк, сперва ты мне объяснишь, каким образом Хвост мог это сделать, если ТЫ был хранителем тайны, – Люпин опасно прищурился, теперь вновь оборачиваясь к Сириусу. – Да в том-то и дело, Римус, что я не был хранителем. В последний момент Джеймс изменил свое решение и назначил хранителем Петтигрю. – Но зачем? – Люпин непонимающе покачал головой. Усталость после обращения давала о себе знать, и мужчина соображал с трудом. – И почему вы об этом не сказали мне? – Прости, друг, но Дамблдор посчитал, что нам лучше хранить это в тайне, – Блэк с явным сожалением пожал плечами, не скрывая горечи глядя на товарища. – Но почему? – Да потому, – не выдержал Снейп. – Что все бы ожидали, что хранителем тайны Поттер назначил бы своего лучшего друга. То есть, самым очевидным кандидатом был Блэк. А почему не сказали тебе? Это тоже логично, тебя ведь обратил Сивый. А если я не ошибаюсь и память не изменят, то в таком случае существует некоторое «повиновение» обратившему, то есть, Сивый всегда мог вытянуть информацию из тебя-оборотня, и волшебник был бы не способен ему противиться. – Ладно, – одарив декана Слизерина задумчивым, долгим взглядом, Люпин кивнул, признавая справедливость его слов. Как и впервые признал, что понимает умницу-Лили, дружившую с ним столько лет в школе. – Теперь всё действительно становится понятно. Если ты не был хранителем тайны, то и предать не мог, Бродяга. Привести кого-либо в дом Джеймса мог только Хранитель. Что ж, нам остается только пойти к Дамблдору и всё рассказать. – А теперь подождите, – всё это время хранивший молчание, Гарри Поттер решительно сделал шаг вперёд. – То есть, вы хотите сказать, что Блэк не был хранителем тайны и не предавал моих родителей? А предателем была эта крыса? – Да, Гарри, – взрослые переглянулись и ещё не успели и рот открыть, а Гермиона уже мягко положила ладонь на предплечье друга. – Именно это они и пытаются сказать, и из того, что я читала, все сходится. И про обратившего оборотня тоже, я уже столкнулась с этой информацией. Кстати, получается, что профессор Дамблдор знал, кто на самом деле хранитель, но не выступил в защиту Блэка? Но почему? – А вот как раз этот вопрос лучше задать самому директору, мисс Грейнджер. И я настоятельно рекомендую нам всем туда сейчас отправиться, – подытожил Снейп, но был прерван вновь попытавшимся спасти свою шкуру Петтигрю. На этот раз Питер сделал попытку броситься к Рону Уизли. – Не верь им, ты же меня знаешь, я был твоим преданным другом все эти годы, – схватив большую часть объяснений взрослых просто в растерянности моргавшего глазами мальчика за плечи, затараторил Петтигрю. – Они все врут, я клянусь тебе. Выражение лица Уизли стало ошарашенным, и было слишком очевидно, что мальчик элементарно не знает, что думать и кому верить. Он переводил вопросительный взгляд со своего бывшего фамильяра, внезапно ставшего человеком, на Грейнджер, Поттера и декана Слизерина, явно не уверенный, как поступить. – Рональд, даже не начинай, – тоном профессора МакГонагалл отчеканила Гермиона. – Этот человек, – девочка кивнула в сторону Питера, поморщившись на последнем слове. – Провёл последние двенадцать лет в образе крысы, скрываясь от всех вокруг. Если верить тому, что только что рассказал Сириус Блэк, то именно он и был предателем, а сомневаться в его словах у нас причин нет. Всё сходится. – Поэтому, Уизли, – подняв собственную палочку, вступил в разговор Малфой. – Настоятельно рекомендую не открывать рот и отойти в сторону. Потому что если взрослых волшебников мне и не одолеть, то тебя остановить не составит труда. Вновь окинув взглядом всех присутствующих и заметив полное решимости выражение лица Поттера, Рон кивнул, явно соглашаясь с доводами окружающих. Если все согласны, кто он такой, чтобы спорить? Быть может, Уизли и не был «самым острым пером в магазине пишущих принадлежностей», как и «самым быстрым ловцом новой информации в Хогвартсе», но одно ему сейчас было предельно ясно. Все верят именно истории Сириуса Блэка, а не волшебника, которого он знал, как крысу Коросту все эти годы. К слову, то, что Петтигрю был крысой, тоже не прибавляло ему кредитоспособности. – А теперь, двигайся, – уткнув волшебную палочку в спину четвёртого из мародёров, выплюнул Снейп, но Питер и не думал сдаваться. Северус хмыкнул, когда отчётливо понял, что тот пытался вновь перекинуться в крысу, вмиг заставив насторожиться книззла Гермионы Грейнджер, но у него предсказуемо не получилось. Заклинание работало. Тогда он бросился теперь уже к ногам Гарри Поттера, не переставая скулить. – Гарри, ты должен мне верить, я не хотел предавать твоего отца, я никогда не смог бы предать Джеймса! Я не хотел, клянусь тебе, но они... Псы меня заставили! Одним взмахом волшебной палочки Снейп прекратил поток его слов. – Если бы не хотел, то не предал бы, – процедил декан факультета изворотливых. – Вот Лонгботтомы не хотели, так и не предали. И неважно, что они ничего не знали, насколько мне известно, могли поделиться какой-нибудь другой важной информацией, но избрали этого не делать. После чего, не убирая палочки, Снейп прошептал ещё что-то, подошел к Питеру и взял его за шкирку, отнюдь не нежно подталкивая в направлении Хогвартса. – Я наложил обездвиживающее и чары молчания, не хочу выслушивать его басни. Для этого в Англии имеются авроры и им за это деньги платят. А вот передвигать ногами он вполне по приказу способен. – Как удобно, – Сириус оскалился. – Ходить может, но только когда ему приказывают, да ещё и молчит, пока не разрешают говорить. Это не Империо случаем? – Кстати, Блэк, могу и на тебя заклинание молчания наложить. До встречи с аврорами. Потому что вот по чему я точно не скучал все эти годы, так это по звуку твоего голоса, - Северус бросил на Блэка злой взгляд, даже не удосужившись ответить на обвинения. - А объяснений с органами правопорядка тебе тоже не избежать, в этом я уверен, – губы Снейпа внезапно тронула совершенно другая ухмылка. – Хотя бы для того, чтобы снять с тебя все обвинения. А теперь, господа, нам следует потревожить профессора Дамблдора и рассказать обо всём, что произошло.